Kiss and swallow

Главное не само падение, главное — приземление.

Людовико, осторожно поддерживая брата, вёл его к машине. Джанфранко постепенно становилось лучше, но речи о продолжении вечеринки или изнасиловании, как предполагалось, даже не стояло. Людовико осторожно усадил старшего брата, пристёгивая ремень безопасности. Джанфранко откинулся головой на кресло, на сколько это было возможно, туманно закатив глаза. -Джанфранко, может лучше в больницу? - обеспокоенно спросил Людовико. -Поедем домой, пожалуйста. Я хочу лечь, выпить водички, поспать. -Как скажешь. - младший, косясь на старшего, завёл легенду отечественного автопрома, уезжая домой. Джанфранко открыл окно машины, немного высовываясь из него. -Тебя тошнит? - поинтересовался Людовико. -Самую малость. У меня безумно кружится голова, знаешь, когда не высыпаешься и чувствуешь себя, как на яхте в шторм. -Бедный. - младший проклинал себя, на чём свет стоит. Надо было сначала на себе эти таблетки проверить, потом уже другому давать. Франческо, экспериментатор хренов. Ругаясь, он вёз брата домой. И тут он задумался, а что сказать маме? Что Джанфра "слегка" перебрал? Он надеялся, что родители не встретят их. Может они уже спят или сами ушли к кому-нибудь в гости. Родители крепко спали думая, что их дети вернутся только под утро. Джафнаранко отпустило окончательно. Он самостоятельно поднялся на третий этаж по лестнице, хоть и держась одной рукой за перила, другой за брата, сам дошёл до своей комнаты и сел на кровать. Ему пришло сообщение от Пьеролуиджи: "Не спишь ещё? Как ты себя чувствуешь?" "Нормально. Я уже дома, можешь расслабиться. Собираюсь спать." "Обязательно позвони мне утром. Я переживаю :* " Джанфранко тупо улыбался в телефон. Ну какой же он всё таки милый и заботливый, теперь понятно, почему его так обожают и девушки и парни. "Эх, если бы я был геем или хотя бы би, я бы начал с ним встречаться. Он же любит меня, гетеросексуала. Дурак, дурак. Но сердцу не прикажешь." - думал Джанфра. В комнату робко постучались. -Не спишь? - заглянул Людовико. -Нет ещё. -Тебе помочь? -С чем? - опешил старший. -Переодеться. - робко прошептал мелкий. -Не переживай, я сам справлюсь, ладно. Иди спать или возвращайся ко всем, Стэфано тебя ждёт. -Я с ним могу в любой другой день встретиться. Моему брату плохо, сейчас ты мне важнее. -Ты так говоришь, знаешь. Такое чувство, что тебе не я дорог, может и вообще не дорог. -Я пытаюсь заботиться о тебе. -Почему-то раньше я такой чести никогда не удостаивался. – огрызнулся Джанфранко. – Например, сегодня утром. Ты так позаботился о моём психическом здоровье, я аж до сих пор не могу забыть. Людовико виновато скосил глаза. -Я не хотел тебя обижать. -Ты не хотел везти меня в институт, это разные вещи. Зачем ты вообще потащил меня на эту вечеринку, я чуть с жизнью не попрощался. -Тебе всё ещё плохо? -Мне уже хорошо. А если ты оставишь меня в покое, ты будет вообще зашибись. – он в ожидании уставился на брата. -Извини. – Людовико окончательно понял, что сегодня ему ничего не обломается, и тихо закрыл за собой дверь. Джанфранко посмотрел на неё, пытаясь понять поведение собственного брата. Он давно уже проявляет неоднозначные намёки, подкалывает, подшучивает, пытается провоцировать на секс и всякие непристойности, но чтобы вот так в лоб: тебя раздеть. Может он действительно не так его понял. Мы часто говорим не те слова, точнее поздно осознаём их истинный смысл. Он был так сконфужен. Разберёмся с этим завтра, сейчас спать, спать, спать. Джанфранко проснулся рано, у него учёба. И Пьеролуиджи, который ехал в институт прямо с вечеринки. Он первым делом стал звонить лучшему другу, чтобы узнать о его самочувствие, так что Джанфра проснулся в половине седьмого утра. -Доброе утро, мой юный дипломат. -Доброе. – зевал старший из братьев. -Как ты себя чувствуешь? -Будто вагоны всю ночь разгружал. Но я готов к учёбе. -Молодец, сегодня зачёт по международному гуманитарному праву, надеюсь, что ты сдашь. Если нужно помощь, я расскажу тебе всё перед парой. -Буду признателен, я знаю его, но боюсь ошибиться. Ты едешь туда прямо от Стэфано? -Да. -Чем всё закончилось вчера? -Массовой оргией. – хихикнул Пьер. -И ты участвовал в ней? -Не смог без тебя. К тому же там был… Ты сам знаешь, кто. Мне всё настроение испортило только одно его присутствие, а потом подкаты и это: Ой, знаешь, может последний раз, по-пьяне, и разойдёмся, как корабли в Сорренто, нашёл дурака. Минет его захотелось мой, видите ли. Но его вдруг захотелось Джанфранко, причём чтобы на коленях стоял именно Пьеролуиджи, а не кто-нибудь другой. Под его мерный трёп о том, какой его бывший козёл, он явственно представлял, как держал бы его светлые волосы в кулаке, чтобы они не лезли в глаза, как его шаловливый язык проходился по всей длине, а аристократические пальцы массировали точку между анусом и яичками. Как его и так впалые щёки собирались сильнее, создавай тройной вакуум и с каким пошлым чмоканьем он бы выпускал его изо рта, поднимая свои похотливые глаза. «О чём я думаю!» - спохватился Джанфранко. -Пьеролуиджи, мне некогда, я собираюсь. Ты на машине? -Нет, на метро. -Жди меня у входа, я буду через двадцать минут.