Kiss and swallow

Они были чужими друг другу, пока не оказались в одно время и в одном месте

-Вставай! - разъярённо крикнул Джанфранко на Пьеролуиджи. -А, что?! – он открывал глаза в испуге. – Что случилось? Где я? -Ты у меня дома! Просыпайся, срочно. -Мы что, опаздываем? – он вылезал из-под одеяла, расправляя мятую, будто её пожевала корова, рубашку. -Пока нет. Тебе нужна одежда или ты заедешь домой? Ты в этом уже третий день ходишь. -Сколько времени? -Семь утра. -У тебя есть что не жалко? -На тебе всё будет висеть. – Джанфранко закрыл дверь в свою комнату. – У меня очень большая проблема. – прошептал он. – Только не ори! -Что случилось? – напрягся Пьеролуиджи, распутывавший волосы пальцами. -Я с братом вчера по пьяни переспал. – выпалил он. -Что! – едва не закричал Пьеро. -Вот то! Я думал… Что это ты! -Стой, стой, стой! То есть, ты думал, что трахал меня, а на самом деле брата? -Нет, ты меня. -Знаешь, я в большинстве случаев пассив. Я редко когда трахаю кого-нибудь. И что? Как тебе? -Нет, меня брат поимел, а он: как тебе? Больно пиздецки, я чуть не сдох! -Это по первому разу, потом привыкаешь морально. Хотя, иногда вы анатомически не подходите друг другу и вот тут наступает полный пиздец. -Как это? -Это больно, всегда как впервые. Мы тогда расстались из-за этого. -Ну, у тебя попец маленький. -Не от этого зависит а, как не странно, от эластичности мышц. Так, не об этом. Найди мне вещи! -Да, сейчас. – Джанфранко полез в шкаф. – Самое хуёвое, он всё это записал и собирается меня шантажировать! Ты представляешь, какой это скандал, будущий дипломат гей! – Пьеролуиджи недобро посмотрел на него. Они ведь учились на одном факультете. – Хотя ты прав, ты же тоже гей и тоже будущий дипломат. Ну что делать-то! -Ты хотел отомстить Кармелле через парня, ты отомстил. Только не думаю, что ты хотел, чтобы им оказался Людовико. Я бы тоже возмущался, если бы он был моим первым парнем. -Эй, он засранец, конечно, но он мой брат! Полегче, Пьеро! -Извини, просто он не в моём вкусе. -А кто в твоём вкусе? -Молодые дипломаты, брюнеты с покрашенными в белый корнями, зелёными, как трава глазами, лучшие студенты университета и друзья детства. -Ты на что намекаешь? -На то, что если ты не хочешь выполнять его требования, ты вполне можешь узаконить свои отношения с парнем. Ведь если ты согласился, то, скорее всего, ты би, значит парни тебя тоже привлекают. Мы живём в двадцать первом веке, скоро даже Ватикан перестанет протестовать против однополых браков, он уже восстаёт против Лиги Севера. -Потому что они почти фашисты. Думаешь, ничего если я найду себе парня? А как я ему потом это всё объясню? -Зачем искать. – намекал Пьеролуиджи. -Ты предлагаешь себя? В качестве игрушки? -Почему игрушки. В качестве спасителя твоей оттраханой задницы. -Чёрт, если ты не будешь против…. -Я сам это предлагаю, хорошо? – он подмигнул. -Я тебя люблю! – Джанфранко кинулся обнимать друга. – Держи, это самые маленькие вещи. – он отдал ему свои старые чёрные джинсы с рваными коленками и белую футболку с чёрной надписью Princess (зачёркнуто), красной Rockstar. -Обалденные шмотки. – Пьеролуиджи тут же надел футболку и встал к большому зеркало в полный рост. Футболка висела на нём со всех сторон, невзирая на накаченные пресс и руки. – И так по размеру. – Улыбался он. -Я не виноват, что ты такой худой. -Мне кажется, я до старости буду таким тощим, как Мик Джагер, знаешь. -Это у тебя в маму. Валентина невероятно тощая. -Вообще-то моя мама была моделью в восьмидесятые, она работала в Лондоне. -Да, ты рассказывал. И там она встретила твоего отца. -Папу она встретила в Риме, у неё была съёмка для FENDI, а он тогда работал генеральным директором журнала, для которого они фотографировали. Ну, красивая молодая модель и фотограф, всё так типично. Они перешли к более интимным фотографиям и… Потом мама уехала в Милан работать в Ферре, он её потерял. Нашёл в итальянском Vouge, поехал в Милан, нашёл агентство, в котором она работала, нашёл её и предложил уже всё серьёзно. Потом родилась Лия, потом я и только тогда мама остановила карьеру, насовсем переехала в Рим и стала воспитывать нас уже серьёзно. Знаешь, как она винила себя, когда Лия умерла, говорила, что это потому что она ей внимания не уделяла. -А ты так считал? -Мне было одиннадцать лет, я ничего не считал. Я не понимал. -Не понимал, что она умерла? -Не понимал всего трагизма. У нас есть время зарулить ко мне домой? Я хоть стираться вещи поставлю и тетради возьму? -Два часа до начала пар, успеем. Ты голодный? -Перебьюсь, дома поем. -У тебя там опять банка Хайнекена и пачка майонеза трёх недельной давности? -Блин, прекратите уже ржать над моим холодильником! Слушай, ты не против, если я в твоих вещах денёк похожу, а потом отдам? Я постираю, клянусь. -Забирай, только потом верни! -Я обещаю.

***

Ребята ехали в метро на самую окраину Рима. После пожара этим летом, Пьеролуиджи был выгнан из съёмной квартиры и обязан расплатиться за всё. Естественно все долги он свесил на Джанмарко, который выплатил около семидесяти процентов и встал. Отговорок было полно, но верить в то, что они настоящие Пьеролуиджи отказывался. Поэтому теперь он жил в весьма своеобразном месте района Сан-Сабо, в бараке, который купил. Это был бывший сигаретный завод, который продавали по кускам из-за страшного кризиса в стране. Пьеролуиджи купил себе комнату, которую переоборудовал под спальню, кухню и ванну. Жить там можно вполне адекватно, проводка есть, розеток умотаться сколько, поэтому с отоплением в зимний сезон проблем тоже нет. Все стены обклеены постарами, билетами с разных фестивалей, рисунками, выписками, фотографиями, где-то висит гирлянда, в квартире даже есть телевизор. Странно, но он там не единственный жилец. Вместе с ним живёт молодая пара иммигрантов из Сирии и девушка из Белоруси на этаж ниже. -Проходи. – открывал дверь Пьеролуиджи. – Я сделал небольшой ремонт. -Твою лачугу даже капитальный не спасёт. И что сделал? -Окно покрасил. Купил, слушай, какую-то краску, дешёвую, чуть не отравился! Дня три проветривал, жуть. -Не покупай всякую дрянь, сколько ещё раз тебе говорить. -Знаешь, ты иждивенец, а я работаю. Когда могу. -Баристой в Starbucks. -Это тоже престижно, особенно в нынешней обстановке. -Где диван раздобыл? – садился на него Джанфранко. -Достался. – хитро сказал он. – Ну, что, ты согласен на эту авантюру? -А какие у меня есть варианты?