Upside Down - Inside Out 364

Фемслэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между женщинами
Супергёрл

Пэйринг и персонажи:
Кара Дэнверс/Лена Лютор, Мэгги Сойер, Мон-Эл, Лена Лютор, Люси Лейн, Уинслоу "Уинн" Шотт-младший, Александра «Алекс» Дэнверс, Кара Дэнверс
Рейтинг:
NC-17
Размер:
планируется Макси, написано 159 страниц, 15 частей
Статус:
в процессе
Метки: AU Дружба Первый раз Повествование от первого лица Психология Стёб Учебные заведения Философия Юмор

Награды от читателей:
 
Описание:
Притяжение и отталкивание между людьми — лишь простой обычай, который ты, определённо, можешь нарушить. Тем более, если тот, к кому тебя притягивает - не человек.

Посвящение:
Всем, кто читает.
Фандому Supercorp.

Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде

Примечания автора:
Каре и Лене - по 19 лет.
Кара - пришелец.

Часть 13

1 ноября 2018, 15:34
Примечания:
Да, да, да. Я знаю, что это немного не правильно разбивать один день на такое количество глав, но будет еще третья глава - продолжение к этому дню. Данная глава получилась чересчур перегруженной, и вписывать сюда еще что-то - я не видела смысла. Приятного чтения, и прошу простить, что слишком много мыслей в моей голове для одной главы.

-Хотел бы я знать, зачем звезды светятся... -Наверное, затем, чтобы рано или поздно каждый мог вновь отыскать свою. Антуан де Сент-Экзюпери. Маленький принц

Не знаю, когда я успела стать зависимой от поцелуев с Карой, но не буду отрицать, что мне это не нравилось. Нравилось, еще как. Точнее, я влюбилась в эти поцелуи, как и в их дарителя. Я страстно вожделела их, особенно сейчас, когда они были так необходимы. И не только мне, но и моему криптонскому солнцу. Мы упивались друг другом, будто бы каждая из нас была странником, путешествующим по пустыне, и наши губы, соединенные в поцелуе, единственное, что могло утолить общую жажду. Да, звучало глупо, но, казалось, наиболее подходящим описанием того, что сейчас происходило. Наши руки были сцеплены в замок, и, думаю, это к лучшему. Мне нужно было ощущать, что Кара реальна, как и я реальна для нее. Ее руки были горячими. Они чуть ли не пылали под моими, но тепло было приятным и обжигающим. Тем теплом, в котором я отчаянно нуждалась. Да, я нуждалась в прикосновениях, а прикосновения криптонки были исцеляющими, вселяющими спокойствие. Само ее присутствие окутывало меня безопасностью, в котором я растворялась без остатка. Ее мягкие губы содействовали этому, как никогда. Меня удивляло, что девушка, которая приходилась сестрой Человека из стали, была такой мягкой на ощупь, если не прикладывать значительных усилий. Тогда ее кожа, действительно, становилась сталью. Внезапно, наши руки разъединились, и меня обняли за талию, прижимая ближе. Я обхватила блондинку за шею обеими руками, углубляя поцелуй. Думаю, у моей приемной матери случился бы приступ, увидь она меня. Эта мысль веселила. Но не стоит в такие моменты размышлять о людях, которые привносят в жизнь одну боль. Наши губы двигались в унисон. Наверное, я еще никогда не испытывала столько нежности сразу. Это чувствовалось чересчур утопичным. Мой язык прошелся по верхней губе Дэнверс, далее, проникая ей рот, сталкиваясь с языком. Стон с ее стороны привел нас обеих в чувства, из-за чего она отстранилась первой, переводя дух. Я усмехнулась. Что не так с ее суперлегкими? -Кажется, теперь мне стоит отдышаться, - пролепетала девушка, слабо улыбаясь. Я подарила улыбку в ответ. Положив руки девушки себе на колени, я накрыла ее ладони своими. Кара взглянула на меня, и я осознала, насколько я сейчас была счастлива. Из всех счастий, которые я испытывала за жизнь – это самое лучшее. Это не сравнится с тем, когда меня впервые отвели в зоопарк, или купили велосипед, или взяли в научную лабораторию «ЛюторКорп. И, как только я начала воспоминать счастливые мгновения, я осмыслила, что их не так много. Около двадцати, может, чуть больше. -В настоящий момент, ты понимаешь, что я чувствую, целуясь с тобой? – я игриво закусила нижнюю губу, сдерживая смех. Кара вопросительно взглянула на меня. -Удушье? – закатив глаза, я рассмеялась, видя как девушка, поджимая губы, улыбается. Это то, что я искала. Спокойствие, комфорт, безопасность. Тепло, счастье, любовь. Если бы существовало одно единственное слово, в которое можно было бы поместить все эти слова, я бы вытатуировала его у себя на языке, потому что только его бы и произносила. -Отвечая на твой вопрос, - неожиданно начала блондинка, чем ввела меня в ступор. Вопрос… Кто мы друг другу? Кажется, я не готова услышать ответ, потому что он меня испугает и не испугает одновременно. Как такое возможно? Думается, я научилась испытывать сразу много чувств одномоментно. Надеюсь, меня это не убьет. -И каков же ответ? – нервно спросила я, начиная нервно кусать нижнюю губу. Моя права рука автоматически направилась поправлять очки. -Это вопрос, а не ответ, - девушка усмехнулась, из-за чего я насупилась. – Лена Лютор, окажешь ли ты мне великую честь и станешь моей девушкой? Раз, два, три… -Кара Дэнверс! – я не удержалась, ударяя кулаком ее в плечо, понимая, что это было не самым разумным решением, так как рука тут же начала болеть. Ненавижу криптонцев. – Черт бы тебя побрал! Кто так спрашивает?! -Ох, - блондинка наигранно начала потирать «ушибленное» плечо, - извини, но у меня раньше не было отношений, а на Криптоне предложения были более официальными, поэтому я сократила. -Слава Богу, потому что это прозвучало практически, как…, - как предложение руки и сердца. Я покраснела. Господи, Лена, соберись. Ты же Лютор. Возьми себя в руки. Хотя бы в чужие. -Как что? – поинтересовалась Кара, явно не понимая, о чем я. И это к лучшему. Как-нибудь, в будущем, я ей объясню. -Как ответ «да». Моя единственная и неповторимая криптонка поднесла руки к груди и запищала от радости и восторга. Буквально. Я не смогла сдержать улыбки, видя, сколько счастья принес мой ответ. Не только ей, но и мне. Я чмокнула Кару в губы, отчего девушка засмущалась, наклоняясь и пряча лицо в спинке дивана. -Рао, у меня есть девушка, - пробормотала светловолосая, поворачивая голову, в прищур глядя на меня. -Боже, у меня тоже, - усмехнулась я, понимая, что теперь все по-настоящему. Да, раньше тоже было по-настоящему, но… сейчас, осознавая, что Кара Зор-Эл – моя девушка, действительно моя девушка, заставляло меня чувствовать себя легко. Будто, так было предопределено давным-давно, еще до нашего рождения. Я взяла блондинку за руку, начиная перебирать ее пальцы. Мы долго сидели в тишине, которая не напрягала нас. Наши пальцы касались друг друга, и этого было достаточно. -Знаешь, - вдруг произнесла Кара так мягко, чем расслабила меня еще больше, - уверена, что ты бы понравилась моим родителям. Мои пальцы остановились, и я в упор посмотрела на девушку, которая глядела куда-то за меня. Ее родители. Было бы лучше, если бы она их не помнила, как Кларк. -Мой отец всегда ценил интеллект и рациональность, а маме нравились те, кто мог соединять свой ум и свои чувства воедино, становясь цельной личностью, - голубые глаза встретились с моими зелеными. В них было столько грусти и боли. Как жаль, что я не могла забрать их, но я могла ослабить их. -Могу сказать, что твои родители мне бы тоже понравились. С твоим отцом мы бы точно нашли общий, научный язык, - Кара, слегка улыбнувшись, закивала. – А с твоей мамой я бы с радостью изучила законы Криптона, которые могли бы изменить жизнь нас, землян, к лучшему. Меня легко поцеловали в губы. -Лайнелу ты нравишься, - сказала я, отчего девушка из стали просияла, радуясь такому повороту. Понравиться отцу было очень сложно. Легче переплыть Атлантический океан брассом. Папа, если хотел, мог быть таким же придирчивым, как его благоверная женушка. Однажды я присутствовала на совещании, которое было посвящено разработке нового обеспечения для компании, и Лайнел рвал и метал настолько, что разбил стол из стекла, которое должно выдерживать вес среднего легкового автомобиля. -Расскажи мне больше о себе, о твоей семье, - попросила Кара, сжимая мою ладонь. Меня никогда и никто об этом не просил. Все знали, что семья Лютор – те люди, с которым лучше не связываться, а после того, как «ЛюторКорп» возглавил Лекс – нас стали окончательно бояться, ненавидеть и презирать. -Я не знаю, что рассказать, - я стушевалась. Было столько всего, что я хотела сказать, но было так мало слов, чтобы это выразить. -Мы хотели поговорить, - моя девушка поднесла мою ладонь к губам, целуя костяшки пальцев, - ты можешь поведать мне все, что захочешь. Я никогда тебя не осужу. Вздохнув, я выпрямилась, садясь удобнее, поджимая ноги под себя. Кара последовала моему примеру, придвигаясь ближе, так, что наши колени соприкасались. Можно ли ей рассказать все, что я чувствую, и, действительно ли, она не будет осуждать мою жизнь? Думаю, это не только мой страх. Это страх большинства – что его осудят за то, какой он. -Бывают дни, когда я чувствую себя разбитым стеклом, которое не собрать воедино, - призналась я, не глядя на блондинку, которая мигом схватила меня за руку, заявляя, что она здесь, рядом. – Я не помню биологическую мать. Не знаю ее. Какой она была, как мы проводили время вместе, читала ли она мне сказки на ночь, ходили ли мы в зоопарк, пела ли она, улыбалась ли моим маленьким и детским достижениям. Ничего нет. Не могу сказать, почему так случилось. Как будто, у меня с ней не было светлых моментов, и моя память стерла все, что связано с ней. С одной стороны – это очень жестоко, а с другой… -Ты скучаешь по ней? – я бросила взгляд на Дэнверс-младшую, переваривая услышанный вопрос, на который я без промедлений знала ответ. -Я не могу скучать по женщине, которой не знала, - я пожала плечами. Это правда. Джессика Ортул была в моей жизни, но мимолетно, что я не успела узнать ее. – Тем более… Она покончила с собой, оставив меня одну в этом мире. Как я могу по ней скучать? Бросила меня, потому что у нее были проблемы. Моя биологическая мать решила их – покончила с собой. -Это жутко, я не буду спорить, - отозвалась Кара мягко, - но тебя удочерила семья Лютор, разве это говорит о том, что ты осталась одна? -Если бы не Лайнел, я бы никогда не оказалась в этой семье, - это было правдой, которую нельзя отрицать. Не думаю, что он и Лилиан с благими намерениями взяли бы из приюта ребенка, чья мать – самоубийца. – Лайнел Лютор – мой биологический отец. Они познакомились с матерью в Метрополисе, и их отношения продолжились дальше. А потом, спустя время, она оборвала с отцом все контакты, сказав, что больше не хочет его видеть. -Думаешь, это связано с тем, что она была беременна? – я кивнула. – Она испугалась, что он попросит избавиться от ребенка? -Наверное, - я поежилась от этих мыслей. Мне неизвестны ее мотивы, о них можно лишь догадываться. – Он никогда бы так поступил. Папа любит детей. Помогает приютам, детским домам, жертвует деньги в благотворительные фонды. Понимаешь, Джессика, моя мать, попросила бывшего любовника, в своей предсмертной записке, позаботиться обо мне. -Видишь, - криптонка улыбнулась, - она не оставила тебя на произвол судьбы. Твоя мать подумала о тебе, о твоем будущем. Я хмыкнула. -Ты шутишь, да? Если бы Лайнел не додумался сделать тест на отцовство, то зачем я сдалась ему? Чужой ребенок от женщины, с которой он когда-то спал. Никому не нужная обуза. Да, он бы мог обо мне позаботиться, определив в лучший детский дом страны. Или же найти бездетную семью, давно мечтавшую о детях, которая бы взяла меня. Так, зачем я была нужна ему? -Он любил твою мать? – твердо спросила Кара, смотря прямо в глаза, отчего мне стало неловко. Какая разница, любил он ее или нет? Это не имеет никакого значения. Я сделала глубокий вдох, вспоминая разговор с отцом. -Да, - тихо произнесла я. – Он мне сам сказал. -Вот и ответ, - мои руки самопроизвольно сжались в кулаки, - твой отец никогда бы не бросил ребенка женщины, которую любил, даже, если бы ты была не родной. Все просто. Данный ответ поразил меня, словно молния, которая бьет, в одиноко стоящее, дерево в поле. В словах Кары был смысл, которого я не могла отвергать. Но достаточно ли любви, чтобы принять ребенка, пусть даже и его, о существовании которого, он не знал? Я не знаю ответа, но, для Лайнела этого было достаточно. Наверное, на его месте, я бы не смогла так поступить. Не каждый смог бы. Возможно, на подсознательном уровне, он уже знал, что я – его дочь, когда прочитал предсмертную записку любовницы. Господи, это все звучит, как бред сумасшедшего. -Я люблю Лайнела, правда, - произнесла я, поправляя очки. Как его можно было не любить, когда он любил меня? Я всю жизнь знала, но сейчас более осознанно понимаю, что он лучший папа, который у меня мог бы быть. – Он всегда относился ко мне доброжелательно, переживал, интересовался, чем я увлекаюсь. Я ему небезразлична. Именно он многому меня научил, ограждал от своей рабочей жизни. Помню, как-то раз, я заболела гриппом, очень серьезно. У меня была высокая температура, меня лихорадило, и это было впервые, когда я видела галлюцинации. И те два дня, все время, отец был рядом со мной. Доктор сказал, что он не отходил от меня ни на шаг, так как очень боялся, что мне может стать еще хуже. Скорее всего, в тот момент, я поняла, что он любит меня. Искренне. -А твоя приемная мать? – разговоры о ней мне никогда не нравились. От них у меня портилось настроение и начинало тошнить. Не только присутствие этой женщины вызывало негативные эмоции, но и воспоминания о ней. Так удивительно, что у меня нет ни одного радостного события, которое было с ней связано. Будто, она существовала в моей жизни как сторонний наблюдатель. От этого становилось только больнее. -Ты видела Лилиан, даже говорила с ней, и могу поклясться, что она напугала тебя, - сконфуженно отведя глаза, Кара кротко кивнула. – Ей плевать на меня. -Плевать? – в голосе девушки было столько удивления, что оно могло вызвать цунами. Ей не понять, как приемная мать может плевать на ребенка, которого приняла в семью, потому что Элайза Дэнверс была полной противоположностью Лилиан Лютор. Будем честны, Кара – сложный ребенок, который достался Элайзе: с другой планеты, силами богов, с не зажитой памятью о своих родителях. Новый быт, новая культура и люди – уверена, для ребенка, который потерял все – это было сродни аду. Но миссис Дэнверс сделала все, что было в ее силах, чтобы ее новая дочь адаптировалась к жизни в новом месте, на новой планете. А Лилиан… -Все, что она делала для меня, было безразличным. Да, я не нуждалась в вещах, все, что я хотела, мне покупали. Самые квалифицированные врачи следили за моим здоровьем, а лучшие преподаватели страны занимались моим образованием. Меня брали с собой в путешествия, а если я хотела побывать где-то, то я была в этой стране на следующий день. И в каждом из этих моментов существовала моя приемная мать. Ходила со мной в музеи, на выставки, в планетарий. Да, она была рядом, но она была далеко, так далеко, что я, будто, была приложением к ее идеальной картинке семьи. В ее действиях не было ни капли любви, материнской нежности, ласки и заботы. Лилиан делала все то, что делают нормальные и адекватные матери только потому, что это правильно и все так делают. Это правила. Тем более, семья Лютор все время на виду у СМИ, и она не могла себе позволить такой роскоши, как, если узнали бы, что она плохо обращается со своей дочерью. Ее репутация пошла бы под откос. -Ты хочешь, чтобы она любила тебя? – шепотом задала вопрос Кара, и я разрыдалась. Сильно и громко. С моего лица осторожно сняли очки, следом заключая меня в крепкие объятия, притягивая к себе на колени. Я обняла Дэнверс-младшую за шею, утыкаясь ей носом в волосы. Тягучее чувство материнской нелюбви обволокло меня с ног до головы. Конечно, я хотела, чтобы мама любила меня, но не в этой жизни. Ни Джессика Ортул, ни Лилиан Лютор не любили меня. Первая – бросила меня, как только в ее жизни возникли трудности, вторая же – совершенно не хотела любить меня. И в ситуации с Лилиан я чувствовала себя гораздо хуже. Я тянулась к ней, как тянется росток к солнцу, обласканный его лучами, только я получала в ответ ничего. Моя приемная мать была пустотой, которая окружала меня – она была всем, но она была ничем. Теплые ладони успокаивающе гладили мою спину, а я всхлипывала с каждым разом все больше и больше, ибо прокручивала в голове все, что я испытывала все эти годы, находясь в обществе женщины, которая должна была стать мне матерью, а стала подобием, заменителем. Это было похоже на то, как люди меняют сахар на сахарозаменитель: вроде бы, то же самое, но не будем врать – это не так. Никогда бы не подумала, что эта ужасная женщина так глубоко засядет мне под кожу, что мне захочется содрать ее. Она, как яд, отравляла мой организм. Еще немного и она превысит дозу, сводя меня в могилу. Отстранившись от Кары, я потерла лицо левой рукой, стараясь убрать слезы, которых не должно было быть. Плакать из-за Лилиан Лютор – это того не стоит. Она бы рассмеялась мне в лицо, узнав об этом. -Прости, - извинилась я перед моей девушкой, - теперь твои волосы мокрые. -Ерунда, - промолвила она, поднося свои ладони к моему лицу, аккуратно помогая стереть оставшиеся слезы. – Плакать полезно, но не стоит плакать из-за людей, которые не нуждаются в твоих слезах. -Ты не понимаешь, - сказала я, качая головой, - Лилиан душит меня своей липкой, омерзительной, ужасающе-ледяной душой, от которой я не могу убежать. Если папа внезапно умрет, то я останусь одна. И не буду ей нужна, ибо моей приемной матери нужны лишь власть и деньги. Полагаю, она смогла бы избавиться от меня, чтобы я не мельтешила у нее под ногами, так как знает, что я родная дочь ее мужа от другой женщины. Когда Лекс сказал мне об этом, все встало на свои места. Она ненавидела меня и продолжает это делать. -Ты общаешься с Лексом? – осторожно поинтересовалась Кара. Поджав губы, я кивнула. -Мы с ним увиделись через пару дней после того, как убили отца Уинна. Он подговорил моего водителя, и тот привез меня к нему. -Расскажи мне больше о нем, - я была шокирована ее просьбой. Ее голос был спокоен и обеспокоен одновременно. Ни толики злости. Блондинка хотела знать о моем брате. – Это очевидно, что ты любишь его. -Да, - призналась я, словно это было самым страшным преступлением на свете, за которое убивали на месте, без суда и следствия, - иногда я жалею об этом. -Из-за того, кем он стал? -Да, - окончательно успокоившись и взяв себя в руки, я попросила Кару подать мне очки, которые я тут же надела. - Я пытаюсь ненавидеть его, но продолжаю любить, отчего мне с каждым днем только поганее на душе. Он, как вредная привычка, от которой нужно срочно избавиться, потому что она убивает и делает твою жизнь отстоем каждый день, но ты не можешь, потому что без нее ты – не ты. Так и с Лексом. Когда я пришла в дом Лютор, он не был таким, каким его сейчас знают. Он был абсолютно другим. Помню, когда я впервые увидела его, то смотрела на него с открытым ртом. Высокий парень с голубыми глазами и русыми, слегка вьющимися, волосами, подошедший ко мне, предложил сыграть с ним в шахматы. Он протянул мне свою раскрытую ладонь, представляясь Лексом, и я схватилась за его руку, как за спасательный круг. И до сих пор за нее держусь, наверное. Я не могу отпустить ее, Кара. -Тебя никто не просит это делать, - ее губы растянулись в поддерживающей улыбке. -Как я могу не любить его? Это тот человек, который ловил со мной бабочек, бегая и смеясь, как последний идиот. Дрался подушками, прыгал на кровати, собирал со мной пазлы, играл в настольные и компьютерные игры. Мы часто рисовали, но это вечно заканчивалось одним и тем же – мы, дурачась, мазали друг друга краской. Лилиан каждый раз была в бешенстве, отчитывая нас, на что мы стояли и хихикали. Каждый год, на Хэллоуин, мы тайком ходили за конфетами, а когда ему надоедало, он покупал огромный мешок сладостей, пока я не видела, утверждая, что он настолько обаятельный, что ему никто не мог отказать. Лекс постоянно смешил меня, уча, как можно подкалывать людей. Мы вместе конструировали роботов, и, обычно, я подкидывала ему самые странные идеи: робот, который пугал бы Лилиан, робот, который проливал бы виски отца, когда тот захочет выпить. Однажды, мы даже пытались спрыгнуть в бассейн со второго этажа особняка, но домой вернулся Лайнел. Мы тогда так расстроились. -Я бы тоже расстроилась, - усмехнулась Кары, заставляя меня улыбнуться, - это же круто. Прыгнуть в бассейн из дома. Жаль, что у нас нет бассейна. -Обещаю, мы с тобой обязательно сделаем это, - моя девушка была похожа на радостного щенка, которому разрешили напакостничать. -Ловлю тебя на слове, - мою правую ладонь поцеловали, - но… что случилось с твоим любимым братом? -Случился переломный момент, и я не смогла ему помочь. И самое гадкое, что я не знаю, где была эта точка не возврата, которая изменила моего брата на сволочь межгалактических масштабов. Это не было резко и сразу, а постепенно, как снежный ком, который катится с горы, вбирая в себя всю грязь. Лекс – это месиво из отрицательных качеств, которое накрывает лавиной. Он стал более отдаленным от меня, мы меньше проводили времени вместе, но он не переставал быть мне братом. Он рядом, даже сейчас. Я мечтала, чтобы мой брат достиг величайших успехов, которые бы показали миру, что он гений. Но посмотри к чему мы пришли? К ужасу. Страху. Это не то, о чем мечтала я. Мы. Это то, о чем мечтала Лилиан. -При чем здесь она? – Кара нахмурилась, отчего у нее образовалась морщина на переносице. -Лилиан и Лайнел не переносят друг друга на дух. Думаю, когда родился Лекс, она хотела воспитать себе союзника, который бы помог ей в борьбе с собственным мужем. Она боготворит сына. Он идеален в ее представлении, в отличие от меня. Она обожает его. Когда я была маленькой, она не позволяла ему проводить со мной много времени, хотя Лекс был уже взрослым. Мать считала, что так он расслабляется, становится слишком податливым и сентиментальным. Я не понимала, что в этом плохого. Каждым своим слово, действием, она подталкивала его ко всему, что произошло далее. Совершив первое преступление, о котором мне было рассказано в красках, Лилиан чуть ли не на руках начала его носить. Я очень испугалась такого Лекса – эгоистичного, темного, равнодушного. Он радовался тому, что сделал, Кара. Я не знала, как на это реагировать. Его преступное хладнокровие ожесточило его окончательно. А когда появился Супермен, отношения в семье полетели к черту. Зацикливание на твоем кузене, на его уничтожении – именно в тот день брат, которого я любила, умер окончательно. Ненависть к пришельцам сплотила мать и ее любимое дитя… А мы с отцом наблюдали за всем со стороны, стараясь не вмешиваться. -Ты была ребенком, Лена. Ты чисто физически не смогла бы ничего исправить. -Прости меня, но… Кларк Кент виноват в том, что Лекс стал ублюдком. Он, как и Лилиан, внес огромную лепту в его злодеяния. А затем свершилось предательство лучшего друга, раскрытие его личности… И мой брат окончательно слетел с катушек. Эксперименты с криптоном привели к необратимым последствиям: облысение, изменение в структуре ДНК, проблемы с легкими, нервной и сосудистой системой. Уверена, что мой брат серьезно болен, но скрывает от меня. Мы общаемся, но не так, как прежде. Перед тем, как исчезнуть для всех, три года тому назад, он сказал мне, что не хочет, чтобы я стала его подобием. -И подарил тебе кольцо с криптонитом? – наши взгляды пересеклись. Это прозвучало, как издевка. – Не пойми меня не правильно, но если бы он хотел для тебя лучшей жизни, то не стал бы привязывать к себе. -Привязывать? – почему я никогда не размышляла над этим? Нет, он бы не смог так со мной поступить. Это подло. -Кроме кольца, он подарил тебе еще что-то? – я сглотнула. Как мне рассказать криптонцу о том, что я располагаю целым арсеналом оружия, который может убить его. -Он подарил мне «ЛюторКорп», - глаза Кары распахнулись от удивления, а брови поползли вверх. – Я владелец компании, которая ассоциируется с преступлениями мирового масштаба. Классно, не так ли? А еще я миллиардер. Лекс отдал мне свои активы, а также… у него есть ячейка в банке, которая теперь принадлежит мне, в которой содержатся всевозможные образцы криптонита. Кара чуть не задохнулась, прижимая руку к груди. -Да-да, и моя мать ждет не дождется, когда я предоставлю доступ, - я закатила глаза. Этому никогда не бывать. Никогда. Пока я жива. -Звучит удручающе и пугающе. Мне стоит спрятаться? – я цокнула, а Дэнверс звонко рассмеялась. -Как ты можешь смеяться? Как бы я ненавидела Кал-Эла, я не хочу, чтобы он пострадал. А ты тем более, Кара. Я не хочу, чтобы с тобой произошло что-то плохое. -Все будет хорошо, - почему-то я в этом не уверена. У меня плохое предчувствие, учитывая тот факт, что приезжает Кларк, с которым мы не виделись долгое время. Наша встреча будет ужасной, неловкой и пылающей. -Знаешь, Кара, - я глубоко вздохнула, вбирая в легкие столько воздуха, сколько они мне позволяли. Надеюсь, их когда-нибудь разорвет. – Жаль, что я не выбирала себе судьбу. Она меня выбрала и швырнула себя в мое лицо. Жестокая пощечина. И даже поэтому, я не хочу потратить свою жизнь, притворяясь кем-то другим, кем не хочу. Кем меня хочет видеть моя приемная мать и Лекс. Я хочу приносить обществу благо в будущем, переделать компанию с основ, чтобы люди видели в ней светлое и хорошее, а не спрута, который окутывает своими щупальцами, что нечем дышать. -Возможно, это прозвучит глупо, но так или иначе, от судьбы не уйдешь. Сколько бы ты не пыталась, - я сижу у Кары на коленях, смотря на то, как движутся ее губы, зная, как она права. – Как видишь, у меня не получилось. И эта боль – самое худшее, что может произойти. Поверь мне, я знаю. А еще я точно знаю, что имя Лютор тебя не достойно. Так ощущается достаточность. Достаточность себя. Ее. Я прильнула к девушке, прижимаясь к ней не только телом, но и душой. Мне необходимо было выговориться, произнести то, что я держала все долгое время. Конечно, я могла бы поведать обо всем Уинну, но мне не хотелось нагружать его своими проблемами, которых у него было предостаточно. Мы говорили, но не разговаривали, по-видимому, зная, что мы слишком похожи – не жизнями, а тем, как мы относимся к происходящему. С Карой все было иначе – говорить с тем, кто потерял все, но не упал духом, видя позитивное ежедневно – это как увидеть подтверждение того, что мы не одни во вселенной. В общем-то, я его и узнала. Мы сидели, обнимаясь, долго-долго, что я практически начала дремать. Можно сказать, что я лежала на блондинке – она сидела, прижавшись спиной к спинке дивана, держа мое тело в сильных руках, в то время как я расположилась боком на ее коленях, обнимая за плечи. Шотт сравнил бы меня с коалой или ленивцем, жизнь которых, зависит от пребывания на дереве, но сравнивать мою девушку с деревяшкой – не очень-то и хотелось. Мне комфортно, как никогда. Думаю, у меня могло бы начаться внутреннее кровотечение от переизбытка чувств. Они ломали мне кости, но мне было не больно. Люди всегда себя так чувствуют, когда влюблены? Сладкие страдания, которых хочется еще. Все влюбленные мазохисты. Нежно поцеловав Дэнверс в щеку, я осведомила ее о том, что ее любимая пицца остыла, отчего Кара вскочила на ноги вместе со мной. Надо меньше фантазировать об ее физической силе. Это становится наваждением. Разговоры отошли в сторону, и мы решили, что с нас достаточно на сегодня. Кара пообещала, что обязательно расскажет о жизни на Криптоне – о родителях, друзьях, учебе, праздниках. Мне очень хочется услышать, насколько криптонцы превосходили людей в развитии. Пока я выбирала, какой фильм посмотреть, дочь Криптона разогрела пиццу. Хорошо, когда у твоей девушки есть тепловое зрение. Не зачем тратиться на электричество. Я только успела включить «Завтрак у Тиффани», как блондинка в мгновение ока расставила еду на журнальный столик, утягивая меня на диван. Признаю, Кара – это живая машина для поглощения огромного количества пищи. Все, то время, пока шел фильм, она ела. И ела. И продолжала есть. Радовало, что она молчала, ибо я люблю смотреть фильмы без лишних комментариев. И, слава Богу, моя девушка не чавкает. Я бы вышла сразу. Вторым фильмом стали «Римские каникулы» с той же очаровательной Одри Хепберн. И к этому времени еда закончилась, поэтому блондинка комментировала все, что видела, так как раннее не смотрела этот фильм. Я тихо и спокойно пила апельсиновый сок, пока меня не огорошили очередным вопросом, от которого я поперхнулась: -Лена, а у тебя… уже был секс? Откашлявшись, я посмотрела на девушку, которая сидела с пунцовыми щеками, продолжая смотреть фильм. У меня не было слуховых иллюзий? Нет, я точно расслышала. Возможно, это был вопрос в воздух. Да, Кара и ее чувство такта – не совместимые вещи. -Допустим, - признала я. Смысла скрывать не было. -С кем? – я глядела на Дэнверс, которая продолжала пялиться в экран. Могу поклясться, что она не вникала в смысл происходящего. -Уинн, - она так резко повернула голову, что она могла бы улететь и пробить стену дома. И не одну. Моя девушка, в полном недоумении, хлопала глазами, пытаясь понять, как такое возможно. -Он же гей. -А я лесбиянка, - я сделала глоток из стакана, продолжая, - и гетеросексуальный секс не входил в мои планы. Но он случился. Мы с Уинном решили, что в ближайшие годы нам не светит ни с кем встречаться, и… почему бы и нет? Я не жалею. -Тебе… понравилось? – теперь мне стало не по себе. Разговаривать о своем сексуальном опыте, который случился не с тем человеком, с которым ты встречаешься, а с твоим лучшим другом – это за пределами слова «неловко». -Мне не с чем сравнивать, - я пожала плечами, - но Уиннслоу был аккуратен и нежен, поэтому я не испытала дискомфорта. Было приятно, но… Не было невероятных ощущений, о которых все говорят направо и налево. -То есть, ты не испытала оргазма? – я посмотрела на Кару взглядом «Ты сейчас, блин, серьезно?». – Что? Элайза говорит, что это естественно, и об этом нужно говорить. И Алекс с Мэгги постоянно обсуж… -Спасибо за информацию, о которой мне не нужно было знать, - нет, Лена, выкинь представления о том, как Дэнверс-старшая занимается сексом с Сойер. Нет. Фу. -Извини, - я покачала головой, поправляя очки. Я снова отпила сок, слыша, как моя девушка продолжила: -Если быть честной с собой и с тобой, то я очень хочу заняться с тобой сексом. В этот раз я подавилась не только соком, сколько своей жизнью. И пошлыми фантазиями. О, Боже, дай мне сил. Терпения. Откашлявшись, я глянула на блондинку, которая выжидательно смотрела на меня. Она ждет ответа? Что я должна ответить? Привет, не покидающая меня, паника. Снова здесь. Надо купить ей отдельный дом. Кара. Хочу я ее? Да. Хочу я заняться с ней сексом? Конечно. Мечтала ли я о ней в своих неадекватных фантазиях? Безусловно. Переживаю ли я из-за вопроса? Мне хотелось вырубить себя ударом головы о Кару. Можно ли открыто обсуждать наш будущий секс с ней? Я слышу смех вселенной надо мной. -Кара! Ты не можешь задавать такие вопросы людям, пока они едят или пьют, - возмущенно произнесла я, - это может их убить. Девушка резко вскочила на ноги, начиная расхаживать по гостиной туда-сюда. Кажется, я сказала что-то не то. -Знаю, - фыркнула она, начиная разминать свои пальцы, - но только сейчас у меня появился кураж, чтобы сказать тебе об этом! У меня в последнее время появились странные ощущения внизу живота, и я не могла понять, что это такое, а потом эти «ощущения» переместились ниже, и я не нашла ничего лучше, чем поговорить об этом с Алекс, и она объяснила – я испытываю возбуждение. Когда рядом с тобой, говорю с тобой, думаю о тебе, касаюсь тебя. И та ночь, когда ты осталась со мной и мы… кхм… увлеклись. Рао, Лена, я не знала, что происходило со мной, но я хотела тебя. Сильно. Кара так быстро жестикулировала и передвигалась, что стала похожа на одно, большое пятно. А я онемела от ее признания. Хорошо, хорошо, хорошо. Нужно успокоиться. Как после такого можно успокоиться? Сделав глубокий вдох через рот, я не взяла себя в руки, но постаралась не превратиться в такое же пятно истерики, как Кара. -Кара, - она встала, как вкопанная, и я увидела, как под ее ногами порвался ковер, на который она не обратила никакого внимания, - я тоже тебя хочу. -Правда? – на ее лице было столько изумления, что оно могло бы порвать ей лицо. -Да, - я улыбнулась, - также сильно, как ты хочешь меня. Мои щеки запылали от прилива крови. -Вау, - блондинка выдохнула, чем сдула со стола пустую коробку из-под пиццы, вызывая у меня смешок, - это круто. Да. Рао. Направившись ко мне, Кара зацепилась за дыру в ковре, а другой ногой – за ногу, которой зацепилась за ковер, падая вперед, плашмя на журнальный столик, ломая его в щепки, которые разлетелись в разные стороны, и мне пришлось в срочном порядке перелезать через диван и прятаться за ним. Послышался звук разбитого стекла. Посмотрев на свои руки, я поняла, что мой стакан со мной. Я осторожно выглянула из-за спинки дивана, видя, как Кара лежит лицом в пол, вздыхая. Выпрямившись, я побоялась ступить на территорию убийственной неуклюжести, поэтому осталась стоять на своем месте. Мое чудо подняло голову, растерянно смотря на меня. -Да, и самой большой проблемой в наших отношениях являюсь я, - и уронила лицо обратно в пол. Моя мисс Криптонская Несуразность, как истинная леди, заявила мне, что не позволит, чтобы мои ноги пострадали, и, взяв меня на руки, отнесла к себе в комнату, удаляясь для уборки. Если это намек, то очень жирный. Даже я его поняла. Я присела на кровать, осматриваясь. Комната была меньшей моей, но более уютной. Нет, конечно, моя комната тоже была уютной, но сама атмосфера в доме Дэнверс отличалась от моего. Здесь легче дышалось. Через пару минут блондинка вернулась, принося извинения, закрывая за собой дверь. -Ничего страшного, - заверила я, - хочешь, я позвоню водителю, и он завтра же с утра привезет новый стол и посуду? Точно такую же. -В этом нет необходимости, - Кара замахала руками, проходя через комнату и подходя к столу, хватая в руки ноутбук, в миг, оказываясь рядом со мной. – Я объясню Элайзе, что произошло. -Да? Мне бы очень хотелось услышать твои объяснения, - девушка застонала от смущения, которое вновь расползлось по ее лицу. Открыв ноутбук, моя девушка спросила, что мы будем смотреть, и я ткнула в первый, попавшийся мне на глаза, фильм. -Так, что на счет стола? – цокнув, Кара, насупившись, нажала на фильм, делая вид, что не услышала моего вопроса. – Ты не сможешь от этого убежать. -О, я очень быстро бегаю, - скрещивая руки на груди, пробурчала Дэнверс. В этом у меня сомнений не было. Пять минут назад она двигалась так быстро, что ее будто начали ретушировать, но оставили, как есть. Не дождавшись внятного ответа, я достала мобильный, набирая шофера. -Здравствуй. Ты не мог бы помочь? – конечно же, он был согласен. Думаю, он согласен сейчас на все после того, как натворил себе бед. Это к лучшему. – Мне нужно, чтобы ты купил журнальный стол и посуду, и привез завтра, к семи утра. Блондинка продолжала сидеть, смотреть фильм и дуться, пока я описывала, что нужно приобрести. Закончив с разъяснениями, я отключила телефон, обращая свое внимание на большого, обиженного ребенка. -Прости, но я не хочу, чтобы твоя мама узнала, при каких обстоятельствах был сломан стол. -Там не было никаких обстоятельств! – Кара надула щеки, из-за чего стала напоминать рыбу фугу, только без шипов. -Вот именно. Если бы Алекс узнала, ты бы от нее не скрылась до скончания веков. -Об этом я не подумала, - уронив подбородок на грудь, промямлила криптонка. Но, признаться, я бы с радостью и не скрываемым ехидством понаблюдала бы за тем, как Кара объяснялась перед сестрой. Это был бы театр одного актера. Точнее, цирк. Алекс бы смеялась до тех пор, пока бы не лопнула или не задохнулась от смеха. Это зрелище мне бы понравилось. – Я просто… Лена, я разнесла стол. Представь, что произойдет с тобой, когда мы займемся сексом? Я ходячая катастрофа. -Позвони Кларку. Спроси, как он до сих пор не убил Лоис, - я очаровательно улыбнулась, Каре, которая легла на кровать, пряча лицо. Я понимала, что мы должны обговорить эту тему, но не пошутить я не могла. -Ты, возможно, не понимаешь, но я могу сломать…, - Кара повернулась на спину, сглатывая, - сломать… тебе пальцы. И не только их. Я приподняла левую бровь. Нет, я не могу удержаться. -То есть, ты хочешь сказать, что мне заранее стоит записаться на прием к хирургу? -Лена!
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.