1826 дней без Намджуна

Сокджин приходит в себя в час дня. Всё тело болит от слишком долгого сна, в голове туман, но он плетётся на кухню. Первое, что он находит на кухне – нетронутые, давно остывшие завтрак и обед. Яичница-глазунья с ветчиной, кукуруза на гарнир, зелёный салат, чашка холодного кофе... В глазах расплывается, всё застилается пеленой. "Я не пью кофе, но Намджун его любит", – горько думает Сокджин о том, кто оставил его. Одним движением он хватает чашку, чтобы выплеснуть кофе в раковину. Застыв на месте, Сокджин смотрит, как тёмно-бурая жидкость разливается узором по чистой стали. "Почему мы? – спрашивает он уже в который раз. – Почему мы расстались, когда ничто не предвещало беды?". Но в глубине души Джин знает, что это не так; тревожных звоночков было достаточно. "Почему я? Почему меня бросили?". Комната кружится и вертится, сливаясь в бесформенное пятно, и Сокджин держится за край раковины. Он таращит глаза и часто-часто дышит, лицо краснеет как свёкла. Сердце бьётся птицей в клетке, рвётся наружу из груди. Интересно, если бы его подкосило прямо здесь и сейчас, вернулся бы тот самый другой, чтобы спасти его? Реальность на миг ослабевает хватку, и Сокджин впадает в забытье. "Как Намджун мог уйти?". Сокджин оседает на колени в отчаянной надежде, умоляя плоть отделиться от костей, и пусть останется только измученный скелет, что ждёт возвращения любимого. – Ты уже проснулся, – входная дверь открывается, впуская внутрь юного парня. Сокджин вскакивает на ноги и бежит в гостиную. Он обнимает невысокого юношу длинными изящными руками, стискивая в крепких объятиях. Сокджин сминает его одежду, вцепившись в старую рубашку словно в остатки своего рассудка: "Я думал, что ты тоже бросил меня". Тот неловко гладит Сокджина по спине: "Я был в аэропорту". Из тех, кто остался, один Ким Тэхён приходится роднёй Ким Намджуну. Ким Тэхён, которого сейчас обнимает Сокджин, собственной персоной. Сокджин наконец отпускает младшего, чувствуя, как он неловко ворочается. "Как... Как там твой брат?" – красные опухшие глаза Сокджина глядят мимо белого как мел лица Тэхёна. Стоит им только встретиться взглядами, и оба не выдержат, сломаются в тот же миг. – Он не хочет ехать в Америку, – мрачно отвечает Тэхён. – Он тоже долго плакал. Сокджин глотает ком в горле. "Я тоже не хочу, чтобы он уезжал, но другого выбора нет". – И почему ты не поехал с ним?.. – тихо спрашивает Тэхён, наконец глядя Сокджину в глаза. – А ты почему?! – Сокджин снова отводит глаза, разрывая их взгляды. – Мы оба знаем, почему нельзя! Для нас всё кончено. – Но вы до сих любите друг друга... Сокджин злится, но только молча смотрит в ответ. В глубокой тишине начинает говорить диктор: "Граждане и их семьи собираются в аэропорте Инчхона, чтобы отправиться во Всеобщее Изгнание. Сотни пассажиров тепло прощаются перед полночным рейсом в Соединенные Штаты..."