Багряные лепестки сакуры

      Яркие золотистые лучи солнца едва коснулись верхушек деревьев. Раздавалось звонкое пение птиц и шелест листьев.       Среди плотно растущих веток показалась молодая девушка, покрытая кровоточащими царапинами. Карие глаза её были полны отчаяния и злости, подол персикового платья был изорван в клочья, а в темных волосах виднелись застрявшие листья.       Обеспокоенно оглянувшись, она из последних сил нагнулась и оторвала кусок ткани с подола своего платья и весьма косо перевязала себе предплечье. Слезы сверкнули возле её глаз, но она смахнула их тыльной стороной ладони и продолжила пробираться сквозь лес.       Она бежала, бежала так быстро, как только могла. Позади раздавались грубые голоса неприятелей: — Я её вижу! — Ловите гадину! — Не уйдешь!       Девушка приложила руку к кулону, висящему на её шее, и напряжённо выдохнула. Не заметив корень сакуры, растущей рядом, она споткнулась и упала на холодную землю.       Солнце постепенно поднималось всё выше и выше, а враги приближались всё скорее и скорее.       Золотистый луч озарил цветущую сакуру и молодую девушку. Воздух был пропитан отчаянием и страхом.       Повязка вновь начинала кровить. — Попалась, дрянь!       На поляне с сакурой показались грубоватого вида мужчины. Их лица и одежда были запятнаны багровой и местами уже коричневатой кровью.       Девушка попыталась уйти, но её жестко схватили за руку и приложили об ствол дерева. Мужчина провел своими грязными пальцами по её щеке, шее. — Отпусти меня, сволочь, — прохрипела она. Человек загоготал, и его гомерический хохот подхватила вся банда. В этот момент она успела ударить держащего её разбойника ногой. Тот, не ожидая подобного действия, разжал руки, и девушка сумела увернуться. Бежать не представлялось возможным, и она приняла решение попробовать сразиться с ними.       Дура, скажите вы, и возможно будете правы. Их четверо, а она одна. — Тебе некуда бежать, — издеваясь, один из них, с зелёной повязкой на одном глазу, начал наступать на девушку. — Если не будешь вырываться, то возможно мне не придётся его использовать, — указал на свой меч мужчина с алыми, как кровь, волосами.       Постепенно они подходили всё ближе и ближе, растягивая удовольствие от паники своей жертвы. — Тем более, я уже подпортил тебя, куколка, — ухмыльнулся мужчина и обвёл взглядом девичье предплечье, — давай, иди сюда, сладенькая.       Взгляд девушки стал более агрессивным. Она решила не сдаваться и оглядывалась в поисках предмета, с помощью которого можно было бы вести бой. Не найдя ничего подходящего, надо было придумать способ украсть катану у одного из мужчин. — Не трогайте меня, прошу, — она подняла на них глаза полные фальшивой мольбы. На самом деле за этой мольбой скрывалось страшное разгорающееся пламя. — Я пойду с вами, только не убивайте меня! Мужчины ухмыльнулись. — Ты нам столько хлопот доставила, куколка, — он пожирал её своим взглядом, — и ты думаешь, что так легко отделаешься? Сначала мы с тобой хорошенько развлечёмся.       Тот было уже начал подходить к ней, но его приятель его остановил: — Ты чего творишь? Хозяин приказал особо не портить её, а то цена упадёт в разы. Посмотрев на него взглядом, полным ярости, тот выдернул свою руку: — Плевать я хотел на его приказы. Мы уже достаточно провозились с этой, — он указал на девушку, — этой дрянной девчонкой. -Не смей оскорблять нашего хозяина! — ярость росла в этом парне, — мы ему жизнью обязаны! — Лучше бы я умер, а не служил ему, — не менее агрессивно прошептал мужчина. Остальные двое молча наблюдая за нарастающей дракой, не зная, чью сторону занять.       Тем временем конфликт рос, но возможности сбежать, по-прежнему не представлялось.       Она услышала звук меча, которого достали из своих ножен. Звук, скрещивающихся катан.       И там, под падающими лепестками сакуры, разразилась страшная бойня. Один ранил другого, полилась алая кровь. Второй в долгу не остался, и капли пролились и на траву.       Оставшиеся двое не смогли разнять товарищей. Стало понятно, что они бьются насмерть.       Парень с повязкой на глазу выхватил свой меч и с криком бросился на них, чтобы предотвратить смертельный удар. Но сам попал под меч и кровь, блеснув на солнце, хлынула из его груди. — Акиро-кун! — послышался голос того красноволосого, что остался вне боя. Он отпустил девушку, которую держал всё это время и кинулся к другу. Они прекратили драку и кинулись к умирающему другу. — Акиро-кун, ты только держись, — прошептал мужчина и аккуратно расстегнул его одеяния. Кровь продолжала литься.  — Не…подведите…хозяина, — из последних сил прошептал он, — пожалуйста…я должен ему… Он прохрипел кровью и продолжил: — Я был счастлив быть знакомым с вами…берегите себя. Его глаза потускнели. Жизнь покинула его. Красноволосый прижал безжизненное тело к груди и истерично закричал: — Нет, нет, нет, ты не мог умереть… Не верю! НЕ ВЕРЮ! Дрожь пробила его и он, качаясь, встал. — Вы! Это всё вы виноваты! — он начал надвигаться на двоих мужчин, — это вы убили его, и поэтому… Я убью вас! Он истерично рассмеялся и перевёл безумный взгляд на девушку. — Всех убью! И тебя, и тебя, и тебя! — он достал меч и, разбежавшись, совершил первый удар.       Девушка уже приготовилась к смерти, сбежать она точно не могла. Перед ней сверкнул меч того, кто раньше хотел надругаться над ней. — Ты что творишь! — он отразил удар, — безумец, — ещё удар, — глупец! Раздался хрип. Тело этого человека упало на алую траву. Красноволосый пронзил его мечом.       Он подошёл к девушке. Она вся сжалась и её колотило. Он сел перед ней на корточки и нежным тоном проговорил: — Не переживай, ты умрёшь последней, — он положил руку на её голову и погладил, — станешь вишенкой на этом тортике! Она распахнула глаза и в отчаянии смотрела в спину этому человеку. Он напал на последнего из их банды.       Девушка оглянула взглядом поляну и среди алой травы заметила катану одного из уже мёртвых мужчин. Она, стараясь не привлекать внимание безумца, схватила меч и выставила его перед собой.       Тем временем безумец одолел своего товарища, но тот успел ранить его в ногу, предплечье и оставить царапину на щеке. Он ослаб. У девушки появился шанс выжить. — Вот и всё, куколка, сейчас самое время украсить тортик, — улыбаясь, он подошёл к ней и замахнулся. Ей удалось отвернуться, и замахнутся в ответ. Почувствовала преграду — она попала по плечу. Несильно, но царапину оставила. — Дрянь, — он начал нападать на неё, — бесполезно что-либо делать.       Он начал наступление, но кровоточащие нога, рука и мелкие царапины по всему телу дали о себе знать. Видимо, волна адреналина, захлестнувшая его, начала постепенно утихать. Мужчина остановился, но меч не выронил. Приложил руку к правому предплечью и посмотрел на ладонь — кровь. — Ничего страшного, — продолжил медленно наступать, — ты всё равно умрешь. И замахнулся на неё мечом.       Она неожиданно выставила меч впереди себя и пронзила грудь нападавшего. Тот бросил меч. Девушка в ужасе отступила назад. — Нет, нет, нет, нет, — шепча и захлебываясь в слезах, она повторяла это как мантру, — он не умер, не умер, я его не убила. Парень упал на землю, жизнь едва теплилась в его глазах. Из последних сил он вытащил меч, кинул ей под ноги и прохрипел: — Увидимся в преисподней, вишенка.       Солнце уже было высоко, а лепестки сакуры всё также кружили, играя с золотистыми лучами.       А посреди поляны, алой как цветы мака, стояла молодая девушка. Под её ногами лежал блестящий меч, покрытый кровью.       Она дрожащими руками подняла его и обтёрла об одеяние своего несостоявшегося убийцы. Освободившись от одних пут, девушка обрела другие. И от них уже не сбежать.

***

      Она осмотрела их одежды, забрав документы. Если тела найдут, то подумают, что завязалась драка.       Убрав всё ненужное, порвав бумаги и спрятав их, она поспешила покинуть то ужасное место.       Девушка дотронулась до своего кулона рукой и прошептала: — Простите меня, отец. Прости меня, мама. Утёрла выступающие слёзы рукой и продолжила: — Я сожалею, что мы никогда больше не увидимся. В её голове всё ещё звучал голос того мужчины: «Увидимся в преисподней… В преисподней»       Ближе к полудню, она вышла к небольшому водоёму. Там девушка постирала свою одежду, чтобы хоть немного смыть с неё кровь. Ополоснув тело и едва выйдя из воды, она потеряла сознание и рухнула на траву. Когда девушка пришла в себя, солнце уже начало опускаться за горизонт. Её мышцы страшно болели, но беспокойство приносило совсем другое.       Её сознание не покидали ужасы происходящего ранее: у хозяина — человека, который похитил её для продажи и убил её семью, побег от его подчинённых, страшный голод, издирающий её изнутри, и страшная утренняя бойня. «Я убила человека…я — убийца?» «Убийца, убийца…»       Одежда просохла, но она не помнит, как одевалась. Как продолжила идти, как вышла на какое-то поселение.       Как оказалось, она попала в небольшую деревушку в округе столицы. Возможно, этим можно объяснить то, что она больше походит на маленький город. Она продолжила идти, углубляясь в деревню. Немного побродив, вышла на главную улицу.       Повсюду светили яркие фонари, носились люди. Кто-то выпивал в пабе, кто-то совершал покупки. Удивительно — рынок ещё не закрылся. Девушка с интересом рассматривала окружение, пока не почувствовала боль в раненой руке. Повязка пропиталась алой кровью — кровотечение снова открылось. — Молодой человек, с вами всё хорошо? — её плеча коснулся седовласый мужчина, по виду — монах, — молодой человек, я с вами говорю, вы меня слышите? — Д-да, — она прикоснулась к своему плечу, — опять кровоточит, что-же такое… Монах подхватил её за плечи и помог идти: — Вы не отсюда? — она легко мотнула головой, — что же, — он сильнее подхватил её, — тогда пойдёмте ко мне в храм. Увидев её удивлённый взгляд полный недоумения, он пояснил: — Я обработаю ваши раны. Помогу вам. — Не стоит себя утруждать, правда, — она начала отпираться, — я того не стою, поверьте. Монах с шоком на лице ответил: — Парень, ты о чём говоришь вообще? Ты и двух дней такими темпами не продержишься! Словно вторя словам монаха, желудок девушки громко заурчал. — А ел ты когда? — Не помню.       Мужчина посильнее перехватил девушку, ускорил шаг и начал бормотать себе под нос: — Что за люди, совсем о себе не заботятся… Ничего, я обязательно позабочусь о тебе. Девушка услышала и, тряхнув своими волосами, перебила его: — Но у меня нет ни единой монеты, мне нечем вам отплатить… — Балда, а они мне и не нужны. Потом сочтёмся, — улыбнулся он ей. Девушка покраснев, замолчала. Вскоре они дошли до небольшого храмового комплекса. Пока что её взору открывалось лишь несколько помещений. Они преодолели ступеньки и вошли. Было темно. — Я схожу за свечами. Побудь пока тут.       Девушка, нащупав ногами нечто мягкое, рухнула на пол. Это оказался футон. Она держала пальцами за свою рану, несмотря на то, что это причиняло ей боль. Стиснув зубы, она решила развязать повязку. Кровь всё ещё шла, хотя несколькими часами ранее ей казалось, что всё позади.       Монах вернулся, держа в одной руке горящую лампу со свечой, а в другой — бинты. За ним шла девочка, лет десяти. У нее были черные как смоль волосы, зелёные глаза и белая кожа. Её руки еле выглядывали из длинных рукавов кимоно. В них она несла кружку с чаем и что-то съедобное. — Присядь, — попросил монах. Девушка послушно села и осторожно отпустила рану. Монах ловко перехватил бинтами ранение, прошелся мокрой тряпочкой по коже, чтобы смыть запёкшуюся кровь. Из последних сил стараясь не застонать от боли, девушка зажмурила глаза. — Ну, вот и всё, — довольно посмотрел на руку мужчина, — ты как себя чувствуешь? Она посмотрела на него, благодарно улыбнувшись: — Спасибо, вроде всё хорошо. Девочка опустилась на колени подле неё и протянула чай: — Выпейте, гость-сан. Вам станет гораздо легче, — повернулась за подносом, — отведайте и супа.       Даже не учитывая голод, мисо суп пах очень аппетитно. Девушка поблагодарила и принялась за еду. Монах с интересом рассмотрел её и неожиданно спохватился: — Я совсем забыл представиться! Моё имя — Ёсиока Иоши, а это моя дочь — Нозоми. Моя жена умерла, рожая её, поэтому мы держим этот храм вдвоём. Он печально улыбнулся. — А как ваше имя, гость-сан? — подала свой мелодичный голос девочка, с интересом рассматривая незнакомку. Девушка поперхнулась. Она понимала, что никто не должен знать её настоящего имени. А ещё её явно приняли за парня. Она могла легко притвориться им. — Моё имя… — задумалась она, — моё имя Араи Кейтаро. Я прибыл из небольшой деревушки, в поисках заработка, но по пути в столицу меня ограбили и ранили, — на ходу придумывала она, — документы, деньги, одежду — всё украли! Монах понимающе кивнул: — Араи-кун значит? И куда ты направляешься? Отложив тарелку с супом, она ответила: — Не знаю. У меня ничего нет и я не знаю куда мне идти. Вдвойне тяжело, поскольку рана ещё свежа.  — Тебе не к кому обратиться? Она кивнула. — Я планировал снять комнату, но мои деньги, как я говорил ранее, украдены. Вернутся к родным я не смогу, по собственным причинам.       Монах положил руку на плечо девушки: — Араи-кун, если ты хочешь, можешь пока остаться у нас… Мы с Нозоми живём тут одни, места более чем предостаточно. Поскольку тебе некуда идти, оставайся тут, — под её удивлённый взгляд он пояснил, — будешь работать у меня в храме, можешь считать это платой за кров и еду. Ты согласен? — Ёсиока-сан, - шокировано прошептала девушка, — вы точно уверены, что я могу это сделать? — Если бы я не был уверен, то и не предлагал бы, Араи-кун. — Спасибо... Большое вам спасибо, — на её глазах выступили небольшие капли слёз. — Вы что, Араи-сан, не плачьте, — приобняла его за плечо девочка, — все будет хорошо. И она поверила, что всё наладиться.

***

      Солнечные лучи проникли в комнату через небольшую щель между дверьми. Девушка сморщила носик и открыла глаза. Привстав, она, наконец, окончательно проснулась.       Уснула она только под утро, поскольку всю ночь ей снились кошмары прошлого. Последнее, что ей снилось, был тот красноволосый мужчина, обвинявший в том, что она убила его.       Осмотрев небольшую комнату, в которой не было ничего кроме футона, на котором она лежала, она увидела стопку одежды с запиской.       Она с интересом развернула бумажку: «Доброе утро, Араи-кун! Ты спал, я не хотел тебя будить. Мы приготовили для тебя одежду, твоя выглядела совсем скверно. Не возвращай её, это подарок. С утра я занят, обращайся к Нозоми, она тебя и накормит и, если хочешь, покажет город. Ёсиока Иоши.       Девушка благодарно улыбнулась и принялась разворачивать одежду. Красивые серебристые одеяния были ей к лицу. Одевшись, она вышла на улицу в поисках Нозоми.       Храмовый комплекс был средних размеров, не сказать, что он был огромен, но и маленьким его точно назвать было нельзя. На улице стоял жаркий день — была середина лета.       Девушка обошла здание и увидела ворота в храм и небольшую площадку, на которой стоял Ёсиока-сан с деревянной катаной в руках. Рядом с ним стояла группа молодых людей: от совсем детей до примерно четырнадцатилетних подростков.       Легкий ветерок охладил кожу девушки, она продолжила наблюдать за уроком, позабыв на мгновение о поисках той зеленоглазой девчушки. — Папа проводит уроки по владению мечом у местной частной школы, — девушка вздрогнула от неожиданного появления Ёсиоки-тян, — ему это нравится, да и платят прилично. «Учитывая обстоятельства, мне бы тоже не помешало владеть холодным оружием» — А Ёсиока-сан раньше служил в армии? — поинтересовалась девушка, всматриваясь в идеальные движения мечом. Девчушка наклонила голову к плечу: её темные волосики встрепенулись, юката сползла, а взгляд стал задумчивым. — Да-а.…Хоть папа ничего об этом не говорит, но я знаю, что он познакомился с мамой в военное время, — спустя полминуты она продолжила, — хотите я познакомлю вас с мамой, Араи-сан? Девушка неуверенно согласилась: — Если тебе это важно, то я буду с рад познакомится с ней.       Она привела девушку к небольшой комнате, в которой стоял алтарь со свежими цветами. Нозоми глазами полными любви смотрела на фото своей матери. — Мама, это Араи-сан, он будет помогать нам в храме и теперь папе не будет так тяжело!       Девушка прочитала имя, написанное на алтаре. — Добрый день, Риро-сан… — девушка посмотрела на девчушку, затем на фото и мысленно отметила сходство матери и дитя, — я позабочусь о Нозоми-тян. Обещаю.       Подул легкий летний ветерок, и послышалось мелодичное звучание колокольчиков, висящих на улице, рядом с выходом из комнаты. Словно, Риро-сан приняла обещание девушки.       На улице стал слышен голос монаха и Араи с Нозоми поспешили поздороваться с ним.       Увидев Ёсиоку-сана, Араи приветливо поклонилась и пожелала доброго утра. — Доброе, Араи-кун, — он вытер пот со лба и оглядел её, — я рад, что тебе подошла наша одежда. — Ёсиока-сан, ваше умение владеть холодным оружием впечатляет, — отметила она, — с вашего позволения, я попробую? — Что? — не понял монах, но спохватился и сообразил, что она о деревянной катане, — бери, разумеется. А я погляжу.       Араи взяла меч в одну руку и попыталась выполнить те же движения, что видела утром. Монах рассмеялся и похлопал в ладоши: — Славно, славно, Араи-кун. Понравилось мне, ошибки есть, но и способности присутствуют. Знаешь, — он сделал паузу, — я обучу тебя этому искусству, можно сказать, приемника сделаю, а ты потом будешь мне с учёбой помогать. А то я всё никак придумать не мог, куда мне тебя пристроить, — рассмеялся он.       Девушка распахнула глаза от неожиданности, но быстро взяла себя в руки, счастливо улыбнулась и ответила: — С уважением приму ваше мастерство, Ёсиока-сенсей. — Вот и славно. Нозоми, завари нам чай, пожалуйста. — Сейчас, папа, — радостно ответила девчушка.       Жаркие лучи солнца озаряли всё вокруг. Крыши храмов блестели на солнце. Девушка взглянула на небо, прищурившись. Она станет старательным учеником и мастерски овладеет мечом. Она научится защищать себя и своих близких. Ведь теперь цель её жизни — отомстить за родителей и убить «хозяина».