На крыльях жизни

— Наруто, да что с тобой не так?! — злился Саске, нанося все новые и новые удары в лицо светловолосому мальчику. — Как с врагом драться, так ты горазд, а как простой спарринг — ты то уходишь от атаки, то просто пропускаешь удары! Ты бесишь меня! — зарычал брюнет.       Два шиноби… два генина, сейчас сражались не только между собой, но и внутри себя. Учиха подавлял в себе желание ударить настолько сильно, чтобы сломать что-то своему противнику, или избить до полусмерти. А второй, блондин, размышлял: рискнуть ли здоровьем друга и ответить на удары, но есть риск промахнуться, и убить его, ведь никто не знает, что с ним на самом деле.       Вот удар приходится около глаза, из него вылетает что-то, что заблестело на солнце. Это была не слеза, так как сохраняло свою форму, вплоть до самого падения на землю. Саске посмотрел в глаза своего товарища по команде и впал в ступор: в глазах было то ли удивление, то ли злость, то ли обида. К нему подбежала Сакура. — Наруто, что ты сделал, почему Саске… — Сакура тоже посмотрела на Наруто, и впала в ступор, только в глазах её читался ужас.       Тут уже забеспокоился Какаши, и решил посмотреть, что такое случилось, что Сакура в ужасе, а сам Саске Учиха, который почти всегда невозмутим, и не реагирует на раздражители мира сего, впал в ступор. — Твои глаза, Наруто, почему они такие? Ты наложил на меня гендзюцу? Но ты же не умеешь… — Саске пришел в себя, и теперь начал обрабатывать всю информацию, которую видел раньше, которую получил. — Развейся! — мир остался прежним. — Я давно это подозревал, и замечал, но все сваливал на твой характер и умения… Теперь я точно вижу… Наруто, ты слепой… Как бы это было не прискорбно, терять шиноби, который подает хорошие надежды, но мне придется подать прошение… — голос Какаши звучал спокойным, но в нем было что-то грустное. — Вы хотите подать прошение, чтобы меня исключили из рядов шиноби, так… как… я… слепой? — голос был сейчас необычайно холодным, как будто это не тот солнечный Наруто, который всегда был веселым, голубизна глаз дарила какую-то легкость, поднимала настроение… — Прости, но это так. Я не могу позволить тебе быть шиноби. Думаю, ты понимаешь почему… — Все, окей, но только одна просьба: в прошение не пишите о том, что я слеп, напишите что-то о моей плохой подготовке, или я вообще не пригоден для шиноби из-за моего характера. Короче, вы можете придумать, ведь вы один из лучших лгунов, — Наруто говорил все это спокойно, как будто знал, что это рано или поздно произойдет. — Как бы там ни было, Саске, Сакура, удачи вам с новым напарником. Надеюсь, вы станете достойными шиноби, чтобы я гордился, что был в команде номер семь. Какаши, а вам желаю побольше новых книжек, которые вы постоянно читаете. В общем, до встречи, и удачи вам. Заходите как-нибудь на чашечку чая.       Наруто достал новые линзы, чтобы пустые, блеклые голубые, даже светло-серые, глаза снова засияли своим ярким голубым цветом. Вот только улыбки больше нет, а лицо расслабилось — все показывало, что мальчик спокоен. — Я так понимаю, что теперь Наруто был настоящим, а раньше носил маску? — когда блондин исчез за деревьями, Сакура озвучила общую мысль. — И как он ориентируется в пространстве, знает печати, дерется, бросает кунаи, в общем все, для чего в основном нужно зрение, он обошелся без него?! — не понимал Саске. — Думаю вам надо самим спросить, он же приглашал на чашечку чая, — смотря куда-то в даль, сказал Хатаке.       Вскоре о слепоте Наруто узнали Ино, Чоуджи и Шикамару. Сакура все-таки растрепала Ино, ну, а блондинка своей команде. Больше об этом никто не узнал, так как Шикамару домыслил, что никому нельзя об этом знать, но объяснять не захотел. Но Харуно, Яманако и Акимичи знали: раз Шикамару что-то понимает, и говорит как делать, то лучше так и сделать — не зря же он из клана, где славятся своими мозгами.       Вскоре пятерка генинов, кто знал о Наруто правду, была у него. Маленькая квартирка, видно что тут все старое, но чисто. Вещей и мебели было мало. В жилой комнате располагались кровать, тумбочка, шкаф; на кухне стол, стул, плита, и шкафчик для кухонной утвари. Самого Хозяина не было видно. Детям из семей тут было не привычно, так как привыкли к более хорошей мебели и обстановке. — Приветствую вас, Саске, Сакура, Шикамару, Чоуджи, Ино, — Наруто вышел из ванной, обвязанный вокруг пояса полотенцем. — Извините что не одет, но я не думал, что вы придете на следующий день, а одежда сушится.       Все смотрели на блондина, и удивлялись, как он понял, кто зашел, причем в точности так, как стояли они по порядку. Но Ино об этом особо не думала, она больше рассматривала тело, которое было не особо накаченное, но очень привлекательное. Мышцы, обтянутые кожей, хорошо выделялись, капли воды, которые еще не высохли после утреннего душа, стекали по столь соблазнительному торсу, а мокрые волосы были немного приложены назад, но все еще сопротивлялись притяжению и дыбились. Девушка, начала краснеть от смущения.       «Как так, мне ведь Саске нравится, так почему этот Наруто затмил его? Хех… Ходил бы ты почаще с открытым торсом, думаю, у тебя было бы не меньше поклонниц, чем у Учихи. По крайней мере, я бы точно ею была. Как же хочется его потрогать. Хм, а кожа приятная на ощупь. Так…» — Ино обернулась назад и поняла, что только что случилось. — Наруто, ты и правда ходи с открытым торсом. Может, хоть половину девчонок у меня заберешь, а то надоели они мне. И да, Ино, такого я от тебя не ожидал. Ладно мысли вслух озвучила, но облапать Узумаки — это нечто, даже со мной такого не происходило, — говорил веселый Саске, его невозмутимость куда-то испарилась.       Наруто ничего не сказал, а только освободившись от руки Яманако, пошел на кухню. За ним проследовали все остальные, очень веселые, кроме Ино — она была очень смущена. — Я так понимаю, не чаю попить пришли, — увидев немое согласие, Узумаки продолжил, — тогда задавайте вопросы. — Не будем ходить вокруг да около… Расскажи про себя: когда ты стал слепым, как ориентируешься, как вообще стал шиноби?! В общем все, — начал Шикамару. — Ну что ж, начну с того, как я стал слепым. Я только поступил в Академию, все было обычно…       «Первый день Академии, все ученики между собой знакомятся. Наруто тоже пытался, но на него не обращали особого внимания, поэтому вскоре он прекратил попытки завести с кем-нибудь знакоство. Он просто уставился на Саске, который почти такой же, как и он. Только в отличии от блондина, у него есть хоть кто-то, его братья. Клан Учиха хотели совершить переворот, но по иронии судьбы, это прекратили их соклановцы, Итачи и Шисуи, вырезав всех. — Да что с вами не так, Учихи хотели устроить гражданскую войну, но люди все ровно боготворят вас, тянуться к вам? Почему такая несправедливость? — Прошептал блондин, а потом уснул, положив голову на руки.       Узумаки проснулся поздно, за окном виднелись звезды. Наруто попытался открыть дверь из аудитории, но не вышло — заперто, поэтому выходить пришлось через окно. На улице было тихо, спокойно, никого нет. Наруто это не показалось странным, ведь был настолько рад, что ни с кем не встретится, что позабыл обо всех мерах предосторожности. Было хорошо, нет презрительных взглядов, никто не пытается тебя убить или искалечить.       Но все хорошее рано или поздно заканчивается. Внезапно небо озарила яркая вспышка, и через пару секунд стало светло, как днем. Мальчик смотрел на источник света с широко раскрытыми глазами, как вдруг начало темнеть. Внутри глаз начало жечь, потом боль, как будто их выкалывают, и полная темнота. Ничего не видно…» — … будут вопросы по этому отрывку из моей жизни? — Я так понимаю, что ты не слышал, что будут проводить какой-то эксперимент, и нельзя ночью появляться на улице, так как ты спал? — Учиха, увидев немое согласие, продолжил. — Ну ты и дебил… Ладно, продолжай, как ты достиг всего того, что умеешь сейчас. — Как вы знаете, если отключается одно чувство, то обостряются другие. Так вот, я развил слух, обоняние и чувствительность кожи до такого состояния, что реагирую на мельчайшие изменения в пространстве. Я «вижу» все вокруг примерно в радиусе восьми метров, а если где-то местность чистая — то порядка пятнадцати метров. Конечно, все это благодаря чакре, поэтому при использовании какой-либо техники, у меня плохой контроль. Так что увы, в бою я чаще полагаюсь на ближний бой, или техники недальнего боя. А тренировался после того случая, поэтому я отсутствовал два месяца в Академии шиноби, чтобы не показать, что я слепой. Я сразу мог реагировать только на изменения в пределах вытянутой руки, а со временем, научился использовать чакру в своем перемещении, изучении мира, и так далее. Теперь я достиг таких результатов. Я могу определить, кто передо мной, по запаху, если объект двигается — по колебаниям воздуха, определяю примерный рост, телосложение, пол. Самое хорошее, я развил слух. Именно он мне не позволил умереть. Я могу услышать приближающуюся опасность, то есть, какое-либо оружие или кулак за пятьдесят метров. Но для моего мозга это очень утомительно, так как поступает информация со всех сторон. То есть представим шар радиусом восемь метров, а я — его центр. Так вот, все что изменяется внутри шара, я сразу это пойму, и отреагирую. Поэтому я эффективен около пяти минут, может быть десять, если бой не интенсивный. Так что Какаши-сенсей был прав, что хочет исключить меня из рядов шиноби. И да, ребята, никому не рассказывайте обо мне правду: слепой — легкая мишень. Убить меня хочет много людей, а я хочу умереть своей смертью, в старости, даже пусть буду одиноким стариком. — Не думаю, что ты будешь одинок… — Усмехнулся Шикамару, посмотрев на Ино, которая все еще была красная, так как она стояла рядом с блондином, и ее взгляд клеился к нему, как бы она не старалась смотреть, на что-то другое. — Зная Ино, она не расскажет о твоей тайне, но не рассказать о парне с таким телом как у тебя — для нее это нереально. А если посчитать, что ты перестал быть дураком, как раньше, и все это была маска, то станешь Саске номер два. — Ставлю зарплату со следующей миссии, что у него поклонниц будет больше чем у меня… — ухмыльнулся Саске, при этом вытянул руку вперед, как будто собрался с кем-то здороваться, — кто-то думает, что меньше? — Ставлю все свои запасы чипсов, что у него будет меньше поклонниц, чем у тебя, — Чоуджи вытянул руку, для закрепления спора. — С чего вы взяли, что на меня вообще кто-то посмотрит? — удивился Наруто. — Ты не знаешь Ино, — усмехнулась Сакура. — Чоуджи, готовься худеть. — Нет, это вы не знаете Ино. Посмотрите, как она смотрит на него, — Чоуджи кивнул в сторону двоих блондинов.  — Я просто рассматриваю, чтобы рассказать во всех красках! А вы сразу навыдумывали, дураки! — Ино покраснела еще больше, то ли от смущения, то ли от злости, а может из-за крика. — Ладно, нам пора получать следующую миссию, — Саске развернулся к выходу. — Учиха Саске, а ты как-то изменился… — бросил в спину Наруто. — А почему ты думаешь, что и я не мог носить маску? Раз ты открылся, то и я стану реальным, ведь я только что понял, что от жизни нужно взять побольше.       Все разошлись, оставив хозяина квартиры одного со своими мыслями. Он поднял голову, как будто на что-то смотрел, но перед глазами лишь темнота, такая холодная, но в тоже время такая родная. Затем, отбросив лишние мысли, он начал колдовать над завтраком, не представляя, что ему уготовило завтра.

***

— Какаши-сенсей, позвольте Наруто быть в нашей команде. Не подавайте прошение об его исключении, — появившись в окне дома Какаши, быстро сказал Саске. — Ни тебе здравствуйте, ни постучал в дверь как нормальные люди, так еще сразу с дела начал. О, Ками-сама, за что мне такие ученики? — наиграно страдал Какаши. — Здравствуйте. Спускаться к двери не буду, — спрыгнув с подоконника в комнату, Саске продолжил: — Вы не представляете, кого теряете. Наруто — гений нашего выпуска. Возможно, гений — это слишком, но он хорош. Если с ним позаниматься, то он будет эффективен там, где другие беспомощны. Ему без разницы, темно или светло, он одинаково передвигается там и там, то есть он будет сенсором в нашей команде. Например, я и Сакура — ударники, а он — прикрывает нас. Или можно что-то другое придумать, но главное — он ценен. Я уже с Харуной общался, она согласна, чтобы Узумаки был с нами. — Хм… — Хатаке был озадачен. — Начну с того, что ты, Саске, походу тоже снял маску серьезности, и стал довольно нормальным малым. Но вот возникает вопрос: как ты думаешь, а Наруто хочет быть ниндзя? — Да, хочет. — С чего ты решил? — Тогда зачем ему нужна была Академия? Он мог бы легко ее бросить, и сбежать. Он не стал бы нукенином, поскольку не ниндзя, а значит — его не преследовали бы. — Многое ты не знаешь, Саске. Но хорошо, я заберу прошение, если его, конечно же, не подтвердили. А ты передай Наруто, что, возможно, через неделю выйдет на миссию. Смотря как он покажет себя на моем новом тесте. Саске как будто испарился, и устремился в сторону квартиры Наруто. Но этому не было суждено случиться, так как блондин сам показался ему на глаза, но не один. Около него шла блондинка, которая вела его куда-то за руку. Учиха решил проследить за ними, и не зря. Он оказался в парке. Узумаки присел на лавочку, а спутница куда-то ушла. Брюнет спрятался в кустах, чтобы посмотреть, что будет дальше. — Саске, от меня можешь не прятаться. Но все-таки хорошо, что ты здесь. Не высовывайся, сиди там. Ты мне потом понадобишься. А сейчас, пока есть время, я расскажу чудную историю, — Наруто замолк, что бы понять, что он с Саске наедине. — Вчера передо мной появился человек. Прими к сведению «появился», так как он просто образовался на пустом месте, я предполагаю, из какого-то портала. Он обладал чудовищной чакрой, я ее чувствовал, и она было злой, темной, холодной. Представился, как Учиха Мадара. Сказал, что он убил Четвертого Хокаге и его жену, по совместительству моих родителей, и пришел за моей жизнью. Но мне повезло, появились Агбу и Какаши. Это спасло меня, но выбило из колеи, как ненормальный повторял «мама» и «папа». Затем появилась Ино и, увидев меня, спросила что случилось, а я на автомате все высказал. Побыв немного у меня, она забрала какую-то вещь, что забыла у меня, и ушла. Теперь представь, как отреагировал женский пол на живого сына героев деревни? — Наруто замолчал, а затем появилась какая-та маниакальная улыбка. — Не хочешь уйти из деревни? — Что?!..