На крыльях жизни

— … Не хочешь уйти из деревни? — Что?! Когда ослеп, и мозг спекся? — Саске был немного в шоке, но еще держал себя в руках. — Да шучу я… Мне просто интересно, после того, как весь клан вырезали Итачи с Шисуи, чтобы предотвратить гражданскую войну, вроде такая официальная версия… Ты не злишься на кого-нибудь из них? Например, на Итачи с Шисуи за то, что вырезали сразу, а не пытались как-то мирно… — Пытались мирно. Просто ты не знаешь Шисуи… Он тот человек, который сразу попытается мирно все уладить, тихо, спокойно… — Саске замолчал, затем уголки губ поднялись, образовав небольшую улыбку, — я люблю своих братьев, и верю им! — А тебе ни разу не приходило в голову, что деревня работает против тех шиноби, что выделяются? — Не понял? — Саске было все ровно, что Наруто просил все еще сидеть в кустах, и подсел к нему. — Ну, например твой клан, Учиха. Если вспомнить историю, то раньше Учихи занимали довольно неплохие посты в управлении деревни. Да что там, ваш предок один из основателей Конохи. Затем ваш клан начали все больше притеснять во власти. Мне кажется из-за того, что тупо боялись их, и решили, как-то ограничить их. И мне кажется, не сами Учихи додумались устроить переворот, поскольку один клан против всей деревни… не те силы. Кланы будут противостоять, ибо не захотят подчиняться другому клану. Наверное, твой клан кто-то надоумил к этому решению, и скорее всего это кто-то из деревни, ну или кто работает на деревню. А вот посмотри на клан Хьюго: они особо не лезут в дела деревни, им сказали что-то сделать — они сделали, и дальше занимаются своими делами. Все, они не лезут к власти, и их не трогают, они живут себе спокойно и процветают. И возможно, — блондин улыбнулся, — они поднимут свою силу и престиж настолько, что власть к ним приплывет сама. — Наруто, я немного не привык к такому тебе, поэтому меньше размышляй пока что, ты в моих глазах еще дурачок. А дурачок, который так мыслит, для моей психики… сложно воспринимать… — Но ты же сам поменялся… — Хм…. — Саске снова принял невозмутимое лицо, и начал смотреть куда-то, как будто здесь никого, он пуп земли, но не продержался и минуты. — А-а-а! Не привычно, что никто не шумит. А твой голос полностью безэмоциональный, как будто кукла говорит. Ты хоть какие эмоции выражай, а то бесит! — Сам когда-то хотел, чтобы я не был таким шумным. — Да тогда был другой Саске, который не хотел, чтобы я настоящий вылез на свободу, и не начал тоже дурью маяться. Знаешь, что я настоящий за день сотворил? Скорее всего нет. А я расскажу: у Хокаге выпрашивал миссию, ведь тебя не было, а мне стесняться нечего — живу так, как хочу. Поскольку в команде нас было только двое, я и Сакура, то нам дали какого-то Азашио, генин из какой-то деревни, присланный для его поднятия боевой подготовки. Я его открыто унизил, что он слабее тебя, и толку от него никакого не будет. Все присутствующий были в шоке, один я доволен, — Саске рассказывал улыбаясь. — Мне нравится таким быть, делать то, что тебе захочется, и не думать, что люди подумают. Кстати, Наруто, я, похоже, сейчас выиграю спор с Чоуджи, — Учиха посмотрел на то место, где сидел собеседник, но никого не обнаружил. — Вот черт, оставил меня на произвол судьбы! Время убежать нету, придется принять удар.       Саске откинулся на спинку лавочки, руки положил на спинку, а ноги вытянул так, что хрустнуло в коленках. К нему шла толпа девушек, человек тридцать, во главе Ино Яманака; одета была так же, как и та блондинка, что сопровождала Наруто, в легкий летний зеленый сарафан. До брюнета дошло, что Ино и есть та блондинка, но потом начал осматривать других девушек, и обнаружил, что знакомых ему нету, то есть его поклонниц не было, а значит — эти девушки не из Академии. — Ино, что это за сбор? Кто-то пропал? — Саске сидел, и подставлял лицо небольшим лучам, что пробивались сквозь листву. — Наруто, он тут сидел! — Яманако показала пальцем на то место, где Узумаки недавно был. — А, Узумаки… — Учиха не договорил, ему помешали. — Намикадзе! — прокричала толпа девушек.       Саске заскочил на лавку, одну руку выставил вперед, как будто она его защитит в случае чего. На него смотрела очень много глаз, которые чуть ли не наливались кровью от злости. Губы открывали на обозрение зубы, которые могли пойти в ход в любое время. — Что за черт?! У меня фан-группа не была такая агрессивная! А тут такое! Я вижу в их глазах свою смерть, как они меня разрывают по кусочкам. Где ты их набрала, этих милых людоедов, которые убьют, и глазом не моргнут?! — У Саске лицо исказилось в гримасе ужаса. — Тебе так кажется… Наруто уже избили бы твои поклонницы. — Ты права, Ино, я часто получал тумаков, — Наруто спрыгнул с дерева. На него двинулась толпа девушек, которая хотела получить в свою власть наследника Намикадзе, но их встретила нога Наруто, которая подошвой прилетала в лицо самой первой девушки, а остальные начали падать, словно домино. — Убрались, мусор! — … двадцать восемь, двадцать девять… Я победил! — Саске радовался, как ребенок, и это вернуло Ино из шокового состояния, благодаря недавнему инциденту. — Пусть Чоуджи готовит свои чипсы, за мной столько фанаток не бегало. И да, Наруто, зачем так жестоко поступать: ногой пнул, да еще мусором обозвал? — Мусор — это и есть мусор. Называй его цветами, но это останется мусор. Они гонятся за деньгами и положением в обществе. Даже будь я жирным, они были бы здесь. — Вообще-то, я им не говорила, что ты сын Намикадзе Минато, я сказала, что ты последний представитель Намикадзе. Рассказала, что ты умнее, чем кажется, про твой торс, который заставить вздохнуть половину девушек. И, если честно, ты красавчик, — Ино улыбнулась. — Так ты — сын Четвертого Хокаге? — поднялась какая-та брюнетка из кучи лежавших девушек. — Ну и? — безразлично бросил Наруто. — Ты в прошлом году спас меня от хулиганов. Меня спас сын Хокаге! — пропела темноволосая. Остальные девушки зло уставились на нее. — А хочешь, этот сын сейчас тебя убьет? — вдруг за девушкой оказался Намикадзе, одной рукой прижал за талию к себе, а второй приставил кунай к горлу. — Или возьмет в свою власть прямо сейчас? — рукой, которой придерживал за талию, начал спускаться ниже, и проводя пальцем между ее ног.       Девушка боялась пискнуть, лишь прерывисто дышала. Спокойный голос взбудораживал все больше и больше, заставляя пробежать стадо мурашек по ее коже, а к горлу подступал ком. Но самое странное было то, что все это возбуждало. Сильный парень прижимает к себе, владеет тобой, чувствуется его сила, от которой хочется просто упасть в его руки, и забыться. Внезапно все оборвалось. Язык блондина начал путь от шеи своей жертвы прямиком вверх, затем прикоснулся кубами, присасываясь к нежной коже. — Хватит устраивать разврат! — Ино схватила Наруто, и утащила куда-то прочь.       «Жертва сексуального насилия» открыла глаза, которые были закрыты от наслаждения, и увидела лицо Учихи, почти вплотную к ней. Его руки были в карманах, немного сгорблен, чтобы лицо девушки было на уровне его лица. Его взгляд выражал заинтересованность, будто что-то изучал. Затем он развернулся и пошел искать Наруто, чтобы сообщить ему о том, что хотел с самого начала сказать. — Ну что, узрели нового Наруто? — Усмехнулся Саске. — Если будете продолжать за ним ходить, то думаю, вам нужны будут тональные крема и аптечки.       Саске сказал это в шутку, но сидевшие на земле девушки приняли все всерьез. Стоявшая брюнетка держалась за шею, на который еще остался мокрый след, а кожа «пылала» от засоса, где губы были особенно настойчивы. — Дурак! Что ты там сейчас устроил?! Что это было вообще?! Да как ты позволил себе такое вытворять?! — кричала Яманака, при этом пытаясь ударить Наруто, но тот даже слепым с легкостью отражал удары. — Позволил то, что их оттолкнет от меня. — Наруто, пусть ты стал умнее, чем был раньше, но все равно дурак. Если бы сейчас был вечер, луна, тишина, только ты и они, та сцена, что ты недавно устроил — тебя изнасиловало бы двадцать девять девчонок. Бля, двадцать девять! Я богат на чипсы! — у Саске были безумны глаза. — Так, пока я не забыл, если пройдешь через неделю тест Какаши, тогда снова будешь шиноби, — брюнет скрылся за гаризонтом.

***

      Неделя проходила довольно обычно, кроме некоторых личностей. Ино сейчас была очень недовольна тем, что любит сплетничать, и она проклинала свою страсть к такому роду занятий. Она рассказала своим подружкам про инцидент, который мог совершится в тот «прекрасный» день, и теперь за Наруто было еще больше воздыхателей: были девчонки, которые просто хотели насладится зрелищем того, что на этот раз вытворит блондин; некоторые хотели оказаться в центре этих событий, и поэтому нарывались, ведь он делал то, что другие не могли им дать. Он был смелым, настойчивым, делал то, что ему нужно, сопротивление бесполезно — кунай к горлу, при этом настолько быстро, неожиданно, что не спасала никакая реакция. Были девушки, которые искали себе место под солнцем, ведь он — наследник Хокаге, богатства, и никого не волновало, что эти слухи не подтверждены. Они слепо верили, да и сами блондины были очень похожи между собой. А некоторые были настоящими фанатками Наруто. Они боготворили в нем все: внешность, тело, характер, то, что с ним связано; они были чуть ли не зависимыми от него. Именно от них доставалось Саске, который не то скажет что-то на Намикадзе, или даже не так посмотрит, получал по самое не хочу, и приходил домой немного «помятый». Но суть дела в том, что Ино разгоняла этот «бордель посреди улицы». Именно так назвала Яманако все происходящее, когда Наруто сталкивался со своими фанатками. Правда, можно было увидеть разнообразные картины: нежные поцелуи в шею; блуждающие руки по молодому телу; избиение, когда блондин не в духе, и тогда начиналось садо-мазо, всех связывал леской из своего подсумка, а тех, кто умудрялся за ним ползти, подвешивал на дерево.       Для Шикамару неделя проходила обычно, как и для Сакуры, только они оба выслушивали нытье: первый слушал нытье по поводу того, что месячный запас чипсов Чоуджи у Саске, и теперь рацион питания уменьшился; а вторая слушала Яманако, которая постоянно ругалась на Наруто. Она не могла все это сказать Наруто, так как тот стоял столбом, а потом, когда ему надоедало, просто уходил, и тогда дослушивала розоволосая. Харуно даже подумала раз дать по голове Наруто, но тот ушел от удара в сторону, зашел за спину девочки и могильным голосам предупредил о том, что если еще раз такое повторится, ее голова будет в шикарном месте, аккуратно введена лично блондином. Проверять как это происходить будет, она не рискнула — это уже не тот шут.       Только Наруто и Саске ходили довольные: первый издевался над людьми свои новым юмором, где есть «да» насилию, жесткости, психологическому унижению, и просто был спокоен; второй отрывался, как мог, ведь столько лет был снобом, молчуном, раздражительным, и еще множество не очень хороших качеств, и надо было навёрстывать упущенное. Самое любимое занятие было издеваться над Чоуджи. Идти перед ним, и есть его же чипсы. Когда Чоуджи начинал просить хоть одну, тогда Саске придумывал разные желание, чтобы можно было получить свою честно заработанную пачку. Один удовлетворен морально, второй — телесно. Еще одно любимое занятие — издеваться над братом. Сама шутка состояло в том, чтобы каждый вечер приводить девушку из своего фан-клуба, которая вылетала потом через окно из комнаты Саске. Ночью Саске начинал прыгать на кровати, иногда стуча чем-нибудь в стену, при этом на фоне были звуки томного дыхания, криков, стонов. Итачи это сводило с ума. Он не знал, что думать, что там происходит. При этом его самооценка становилось все ниже, поскольку он не мог привести кого-то домой, а тут младший брат водит каждый день новую девушку, иногда даже взрослую. Старший брат ведь не знал, что ей тупо заплатили, чтобы прийти, а потом улететь в окно, а гордость все больше ущемлялась, самооценка падала. Все бы ничего, но это еще и зацепило Шисуи, когда тот узнал про похождения младшенького. Поэтому Итачи и Шисуи решили взять небольшой отпуск, чтобы найти себе девушку. И не только из-за того, что младший может, и им надо, а потому, что клан сам себя не восстановит.       Какаши только иногда отрывался от своей книжки, чтобы подготовить испытание для Наруто. Иногда бегал к своей возлюбленной, которую еще никто, и никогда не видел в деревне.       Удивительно, как может все поменяться, если пару личностей снимут маски, узнают некоторую правду. Но развлекаться можно не долго, ведь рано или поздно чему-то приходит конец, и тогда надо вновь трудится, грести к своему счастью, которое почти было в твоих руках.