Секс по телефону

***

      Чувство победы, которое ощущал Тао, когда удержался от звонка Юхану в субботу, немного уменьшилось, когда в воскресенье он снова диктовал номер своей кредитки оператору секса по телефону с нудным голосом.       Снова привычное затишье во время соединения с оператором, а потом послышался голос Юхана, выдыхающего «Дэхё» таким спокойным насмешливым тоном, что Тао практически видел улыбку на его лице. Он снова почувствовал что-то тёплое и уютное у себя внутри, и, не подозревая об этом, его собственное лицо озарила ответная улыбка.       — Привет, Юхан, — тихо ответил он, подходя к кровати. Ложась на неё, парень провёл рукой по волосам, пытаясь убрать улыбку с лица и внести дозу реальности в ситуацию: нужно было помнить, что как бы Юхан ни был рад слышать его и как бы ни интересовался жизнью Тао во время их последнего разговора, всё это происходило только потому, что он заплатил за это. Деньги — единственное, что в действительности объединяло его с ним.       — Итак, тебе лучше? — спросил Юхан спустя мгновение, и, боже, такие вещи вызывали следующую проблему: подлинный интерес слышался в голосе парня. Это было бы чертовски легко для Тао — убедить себя в том, что Юхан ни капли не заботился о нём, если бы он не разыгрывал такую заботу столь убедительно.       — Да, лучше, — вздохнул Тао. Он закрыл глаза рукой, словно таким образом пытался закрыться от воспоминаний о последнем звонке. — Слушай, я сожалею о последнем разе. Я не хотел сваливать на тебя всё это дерьмо. Я действительно звонил просто ради секса, — Тао вздохнул и потёр переносицу, размышляя над тем, как ему удалось оказаться в такой ситуации, когда рассказывать кому-то о своём дне было более стыдно, чем заниматься сексом по телефону.       Смех Юхана вытащил его из раздумий.       — Не беспокойся об этом, Дэхё. Поверь мне, я знаю, как трудно настроиться, когда в мыслях совершенно другое дерьмо. Люди не всегда осознают, что секс является ещё и ментальным, а не только физическим. Именно поэтому работает секс по телефону, — он прервался, — но серьёзно, не волнуйся об этом, — продолжил парень, его голос звучал спокойнее и заметно отличался от обычного знойно-соблазнительного тона. — На самом деле было довольно приятно просто болтать с тобой.       Маленький раздражающий голосок в глубине души в тысячный раз напомнил Тао, что всё, что говорит ему Юхан, ничего не значит. Всё это было лишь частью бесконечной схемы, чтобы заводить постоянных клиентов и, следовательно, делать на этом деньги, но этот голосок звучал всё тише и тише. Гораздо громче в голове парня слышалась улыбка, он был уверен в том, что она звучит в голосе Юхана; этот дразнящий баритон, который, казалось бы, окутывал Тао неудержимыми чувствами хорошего, тёплого, счастливого, когда он слышал его.       — Ты хочешь… эм… сделать это снова? — нерешительно спросил Тао спустя несколько секунд.       — Сделать снова что? — ответил вопросом на вопрос Юхан, и Тао не был уверен, то ли все эти телефонные разговоры развивали его воображение, то ли он просто верил в то, во что хотел верить, но он готов поклясться, что почувствовал, как улыбка Юхана стала шире. — Секс или разговор?       — Ну, эм, типа разговор.       Наступила короткая пауза, в течение которой Тао ожидал от Юхана либо возмущённого отказа, либо другого равнодушного ответа (по принципу «любой каприз за ваши деньги»), но вместо этого Юхан удивил его:       — Да, — тихо сказал он. — Давай.       И в тот момент, услышав искренность в голосе Юхана, Тао мысленно поднял белый флаг, официально бросив противостояние эмоциональной близости с этим парнем. Он закрыл глаза и улыбнулся, выпустив удовлетворённый вздох.       — Ладно, — сказал Тао, устроившись поудобнее. — Давай в этот раз поговорим о тебе.       По прошествии недели Тао задумался о том, что рано или поздно ему понадобится работа. Всё из-за новоприобретённой зависимости, которую он заработал посредством секса по телефону (хотя у них был всего один разговор сексуального характера, Тао по-прежнему называл то, что они с Юханом делали, «сексом по телефону», потому что даже поразмыслив, он не смог дать этому другое название; хотя «заплатил, чтобы поговорить с парнем, с которым никогда раньше не встречался, но к которому ощущаю настолько сильное чувство привязанности, что уверен во взаимности и в том, что тот всё равно захочет поговорить независимо от того, получит ли он за это деньги или нет, но всё равно плачу за это и, скорее всего, просто принимаю желаемое за действительное» было технически более точным описанием, но оказалось немного длинным, поэтому остался просто «секс по телефону»). Кажется, он выбрал очень дорогой способ провести время и хотя старался ограничить свои беседы с Юханом пятнадцатью минутами, часто превышал этот предел, говоря больше и дольше, чем собирался, заставляя себя просыпаться по утрам не выспавшись и без сорока долларов в кармане. Так что нет, это было не самое экономное и здравое использование собственного времени, и всё же, как и все наркоманы, Тао был более чем готов пойти на жертвы ради своей зависимости. И поэтому парень не хотел звонить отцу и просить у него больше денег, чтобы оплатить своё увлечение (он даже не думал рассказывать о звонках на горячую линию секса по телефону, ибо самого секса, по сути-то, не было), ему просто нужно было найти работу на дому.       Потому что дело в том, что да гори всё адским пламенем, но Тао ни за что не собирался прекращать телефонные разговоры с Юханом. Эти звонки быстро стали его любимой частью дня. И хотя он мог сказать, что Юхан изначально пытался его раскрыть, всегда направляя разговор в сторону Тао, что сам парень расценивал как старую привычку, выработавшуюся у него во время работы, в конце концов, он заставил того разрушить свой барьер, и, Боже, ему так нравилось это. Тао наслаждался тем, как расслаблялся голос другого человека, когда он говорил с ним, как сейчас, не пытаясь казаться сексуальным (хотя, видит Бог, он пытался) или угодить чужим причудам; он просто был самим собой, просто Юхан, болтающий с Тао о том, как он начал работать в сексе по телефону (чтобы выплатить ссуды за учёбу), как он относился к этой профессии (безразлично, ведь это был не худший способ заработать деньги, но он не хотел заниматься этим слишком долго), был ли он одинок (да) и натурал ли он (нет). И хотя у них было всего около четырёх обычных разговоров, Тао чувствовал, что знает Юхана гораздо лучше, чем кого-либо в реальной жизни, и более того, он жаждал узнать ещё больше.       Но даже хороших воспоминаний о недавнем разговоре с Юханом было недостаточно, чтобы побороть чувство страха, которое накрыло Тао, когда он уселся на своё обычное место в кабинете психологии. Это был один из громаднейших кабинетов, больше, чем обычные аудитории, и он часто использовался для общеобразовательных классов, таких, как класс Тао, в котором собралось довольно большое количество студентов. В то время как старшие классы были в большинстве своём разделены по профилям и годам, в этом классе психологии были собраны все: от энергичных новичков до людей более старшего возраста, просто пытающихся не вылететь до окончания.       А так же это был класс, в котором Тао предстоял парный проект, который был причиной его стресса… а проблемы с его выполнением… привели Тао к Юхану и их первому разговору. Он терпеть не мог групповые проекты. Ему было чрезвычайно неудобно и некомфортно среди малознакомых людей (это, наверное, и было причиной, по которой он был двадцатилетним девственником, чувствовавшим необходимость обратиться в секс по телефону), и то, что он вынужден работать в непосредственной близости с незнакомцем, звучало как его личная версия ада.       Тао поднял взгляд, когда неожиданная тишина сменила царствующую в комнате какофонию, и заметил зашедшего в класс преподавателя, который положил книги на кафедру, прежде чем обратиться к классу.       — Всем доброе утро, — начал он, — если вы ещё помните, то на прошлой неделе я упоминал небольшое парное мероприятие, которое собираюсь провести. Но занятие прошло слишком быстро, и я не успел ничего объяснить и назначить пары, так?       По залу прошёлся лёгкий шёпот согласия.       — Замечательно, — профессор взял стопку бумаг и отдал её близсидящему ученику. — Каждый берёт по одному экземпляру и передаёт дальше. Это инструкция. Вы увидите, что проект достаточно прост в выполнении. Я хочу, чтобы вы выбрали несколько терминов из последней главы, обозначили их, а затем вместе с партнёром проработали гипотетические ситуации, в которых их можно использовать. После завершения я хочу, чтобы вы их представили. Звучит достаточно просто, так?       Тао кивнул вместе со всем классом и взял бланк заданий из стопки, прежде чем передать дальше.       — Так, ладно, партнёры, — профессор схватил лист посещаемости, который протянул ему Тао, и начал перечислять имена, деля людей на группы по два человека. Парень тревожно стучал пальцами по столу и думал, есть ли что-то хуже, чем сидеть на уроке и ждать, когда назовут твоё имя.       — Тао, — наконец сказал преподаватель, взглянув вверх и кивнув на поднятую руку парня, снова вернулся к журналу. — Так, давай-ка пробежимся по списку и поставим тебя с… — он нахмурил брови, ведя пальцем по списку. — У кого-нибудь ещё нет партнёра?       Тишина воцарилась в аудитории, пока не была прервана чрезвычайно глубоким и слишком знакомым голосом с задней парты.       — У меня. У меня ещё нет партнёра.       Эффект этого голоса мгновенно подействовал на Тао. Его тело, казалось, испытывало все возможные клише: у него перехватило дыхание, вдруг пробрала дрожь, а сердце, казалось бы, вот-вот остановится. Даже если была хотя бы лёгкая вероятность того, что его мозг допустил ошибку в распознании этого звука, то непроизвольное подрагивание его члена не оставило сомнений. Тао медленно обернулся, просматривая ряды позади него, пока не увидел поднятую руку и самого человека, поднявшего её. Высокий охуенно привлекательный блондин смотрел прямо на него, улыбаясь и вежливо кивая головой.       Тао развернулся, спрятал голову в ладонях и молился о смерти.       Не тот факт, что он не спал ночью на работе (никто не звонит на горячую линию в течение дня, большинство звонит после полуночи), не этот сумасшедший командный проект по психологии и даже не его партнёр по упомянутому проекту, которого он явно обидел просто своим существованием (если считать признаком приступ тошноты, появившийся на лице того парня, когда он увидел Криса) — ничто не могло сломить его сегодня. Хотя где-то внутри у него были проблемы с этим, и, конечно же, он никогда не признал бы это перед Кюхёном, который по какой-то причине находил забавной его ситуацию «секс по телефону — минус секс» (так он её окрестил), ведь Крис серьёзно начал получать удовольствие от своих разговоров с Дэхё. Всего неделя прошла с тех пор, как они начали разговаривать регулярно, а он уже чувствовал, что всё больше зависит от звонков Дэхё. Теперь Крис проводил каждую свою смену в «Sex by the Numbers», боясь, что Дэхё больше не позвонит, тревожась больше и больше с течением рабочего времени до тех пор, пока Джессика, оператор по основному номеру, сообщает ему, что есть клиент, который лично просит о его услугах. И, увидев знакомый номер телефона, мигающий на консоли, Крис почувствовал, как узел в груди, который он никогда раньше не замечал, начал слабеть. Искренняя улыбка тронула его лицо, и он позволил себе расслабиться, хотя бы на двадцать минут или около того, которые Дэхё будет на линии.       Крис просто потерялся в голосе парня. Это был не тот сексуальный голос с горячей линии, всё в нём говорило о том, что ему никогда не быть оператором секса по телефону (его склонность к заиканию, его неуверенность, очевидная и присущая ему застенчивость), всё, что Крис нашёл таким… соблазнительным в голосе этого парня. Так как он сильно любил говорить с Дэхё о простых обыденных вещах (действительно любил, ведь он был первым человеком, с которым Крис говорил в течение долгого времени, первый человек, которого он хотел раскрыть. Фактически одна часть Криса чувствовала, что он должен предложить заплатить по крайней мере половину цены за звонки Дэхё, понимая, что он получил столько же удовольствия от них, сколько и сам парень), он соврал бы, сказав, что не сходит с ума от желания услышать его снова. Крис знал, что кажется сексуальным большинству людей; он всегда давал им это, когда они звонили: откровенные намёки, знойный голос и несдержанные стоны, упоминание слов «член» и «киска». Для большинства людей такие откровенные разговоры были сексуальными, но с Дэхё было по-другому: с ним была нерешительность, тонкость. Крису нравилось, что Дэхё был слишком застенчив, чтобы прямо просить то, чего он хотел, нравилось, что он избегал любых слов, которые по сути можно было бы назвать «грязными разговорами», и ещё нравилось, что, делая всё это, парень буквально умолял испортить его, так легко поддаваясь его словам, скуля и тяжело дыша. И, Боже, он хотел снова сломать его, хотел довести до крайней точки и заставить скулить, принудить его попросить то, чего он хотел, чтобы грязные слова вылетали из этого невинного рта. Это было похоже на то, что Дэхё занимался сексом так, что Крис чувствовал что-то знакомое, давно опробованное, и, даже не пытаясь, он делал это по-новому и возбуждающе.       Раздавшийся звук захлопывания книг и галдёж студентов, вскочивших из-за парт, вытянули Криса из его крайне неадекватных размышлений (он мысленно сделал пометку не копаться в своих сексуальных желаниях на парах, особенно на психологии). Голос профессора прозвучал из передней части класса, и парень встал, чтобы собрать свои вещи.       — Не забудьте обменяться контактами с вашими партнёрами! — сказал он, перебивая гул вокруг. — Этот проект вам на неделю, так что нужно будет усердно заниматься!       Крис вздохнул и перекинул рюкзак через плечо, направляясь к выходу из класса. Он вытащил телефон из кармана, подойдя к столу, где стоял его партнёр, сгорбившись и засунув вещи в рюкзак. Дерьмо, как там профессор говорил его имя? Тао?       Крис встал рядом с партой.       — Привет, Тао? — Тао посмотрел вверх и широко распахнул глаза, увидев парня. Крис успокаивающе улыбнулся ему. Он начинал подозревать, что неуклюжее поведение Тао объяснялось скорее ужасной застенчивостью, чем какими-то негативными чувствами к самому Крису. — Я думаю, надо обменяться номерами телефонов, чтобы потом найти время для работы над этим проектом.       Тао кивнул и, не сказав ни слова, повернулся к столу, оторвал угол у тетрадного листа и накарябал на нём номер.       — Вот, — сказал парень, протягивая Крису клочок бумаги, его голос был гораздо глубже, чем тот ожидал услышать.       — Оу, хорошо, — произнёс Крис, схватив бумажку, быстро протянутую ему. Он начал рыться в своей сумке в поисках ручки. — Я только запишу тебе свой и…       Крис нашёл ручку на дне своей сумки и торжествующе схватил её, а потом увидел, что стоит в полном одиночестве. Посмотрев в конец класса он понял, что Тао присоединился к группе студентов, медленно выходящей из класса.       Крис вздохнул. Шикарненько. Этот групповой проект будет намного сложнее, если человек, с которым он должен работать, с трудом может находиться в непосредственной близости от него более десяти секунд. Крис развернул бумажку, которую Тао дал ему, прочитал номер и вытащил свой телефон, чтобы добавить его в контакты, прежде почувствовав резкий приступ тошноты. Парень посмотрел на бумажку в руке, набирая знакомый номер. И он должен быть знаком ему. Этот номер он хотел увидеть каждую смену в «Sex by the Numbers».       Крис быстро вышел из класса психологии, выглянув в коридор как раз вовремя, чтобы увидеть, как Тао повернул за угол. Недолго думая, он облокотился спиной о стену позади него, парень всё ещё сжимал в руке бумажку с номером Дэхё, Тао. В голове образовалась чёрная дыра.       Не может быть. Не может, блять, быть.