Ожившие сказки. Лес, оживающий в сезон дождей

В квадратную прихожую, соединявшую кухню, гостиную-столовую и кладовку Олег, Олеся и Лиза пробрались практически никем не замеченные. Их побег и возвращение обратно заметил лишь Пашка (ребята знали, что мальчик их никому не выдаст), да садовые гномы, но они тоже были теми ещё молчунами. — И стоило оно того? — спросил Пашка, ни к кому конкретно не обращаясь и поправляя съехавшие на кончик маленького носа очки. Олег прошмыгнул мимо него на кухню, не имея никакого желания рассказывать о том, что произошло снаружи. Он по-хозяйски — а хозяевами дома были родители Лизы — снял с плиты пузатый чайник, набрал в него воды из фильтра и после того как зажёг газовую конфорку, вернул чайник на место, взглядом приказывая ему засвистеть как можно быстрее. Против воли Олег поднял взгляд к окну, у которого стояла плита, и передёрнул плечами от вида тёмного леса, до которого от Лизиного дома, стоявшего на отшибе, было рукой подать. — У тебя руки трясутся, — сказала вошедшая на кухню Олеся. Она заняла место за столом, стянув при этом из вазы овсяное печенье, приготовленное для гостей мамой Лизы — тётей Леной. Олег взглянул на свои руки, его пальцы била мелкая дрожь, не прошедшая даже после того, как Олег сжал руки в кулаки. Он чертыхнулся, подмечая про себя, что это стало его дурной привычкой. Олег прислушался к тихим голосам, доносившимся из прихожей. Лиза наверняка хвасталась перед Пашкой своей храбростью. И глупостью. — Там правда был морт? — тихо спросила Олеся, откусывая печенье. Она смотрела на брата внимательным, выжидающим взглядом. — Нет, не было, — ответил ей Олег. — Но Лиза говорит, что был… Была. Олег глубоко вздохнул, стараясь унять разраставшееся в груди раздражение. — Лиза много чего говорит, — произнёс он, отворачиваясь от сестры к плите. Из носика чайника начала вырываться тоненькая струйка пара. В этот момент на кухню зашли Лиза и Пашка. Лиза села рядом с Олесей и что-то прошептала подруге на ухо. Пашка подошёл к Олегу и рассказал ему о том, что происходило в доме во время его с девчонками отсутствия. — Кажется, сквозь лес хотят построить дорогу, — сказал Пашка. — Но многим это не нравится. Олег негромко хмыкнул. Конечно же, многим эта затея пришлась не по душе. Кто же из старожилов позволит прокладывать дорогу в лесу, где обитают морты — местные фольклорные существа? — И я не могу понять, — продолжал Пашка, — почему? Чайник громко засвистел. — Из-за мортов, конечно же! — удивлённо воскликнула Олеся. — Как этого можно не понять? Пашка наградил девочку многозначительным взглядом, будто говоря ей: «Ты веришь в эти детские сказки?». Лиза встала со стула и, достав из шкафа четыре чашки, поставила их на стол. Олег разлил по ним кипяток и поставил чайник обратно на плиту. — Как можно верить в подобное? — со всей серьёзностью спросил Пашка, но из-за детского, высокого голоса придать сарказма своему вопросу ему не удалось. — В каких-то там лесных монстров. — Взрослые боятся не самих мортов, — сказала Лиза, покачав головой. — Они боятся того, что морты могут. — И что же они могут?.. — Они… — Ничего, — перебил Лизу Олег, сев рядом с Пашкой, напротив девчонок. — Мортов не существует. Вопрос закрыт. — Олег, ты сам видел, — начала Лиза, но Олег смирил её грозным взглядом. Так он смотрел на неё и Олесю только в тех случаях, когда ему было не до шуток и глупых препираний. Этот взгляд означал, что Олег был серьёзен как никогда, и что он не позволит Лизе говорить того, что могло навредить кому-то, кто сидел с ними сейчас за столом. Особенно чересчур впечатлительной и трусливой Олесе, боявшейся собственной тени. — И всё же, — пробормотал Пашка, смотря то на Олега, то на Лизу, — морты — существа из местных сказок и легенд. — Да, — кивнула Лиза, но больше ничего добавлять не стала. — Бабушка говорит, что они могут утащить в лес любого, кто осмелится подойти к нему на достаточно близкое расстояние. — Марьяна Суреновна говорит так, потому что ты маленький. Всем детям говорят о мортах, — произнёс Олег. — Но в лес запрещено входить не из-за них, а из-за болот, которых там полным-полно. Если не знать, куда идти, то легко заблудиться и утонуть. — Враньё, — тихо буркнула Лиза, подперев рукой щёку. — И ты это знаешь. Олег только собирался напомнить Лизе о том, что иногда ей стоило держать свой язык за зубами, как на кухню вошли его мама и тётя Лена. Женщины оглядели детей, посмотрели на стол и на чашки, до краёв наполненные прозрачным кипятком. — Так…как вы тут? — спросила у Олега его мама. Катерина была женщиной худощавой и высокой, чуть болезненной на вид и вечно суетящейся по пустякам. Но при этом она умудрялась держать всю семью в ежовых рукавицах и никому не позволяла перечить себе. У неё были длинные, оттенка тёмного шоколада волосы, доставшиеся Олегу и Олесе по наследству, и синие глаза, цвет которых не достался ни её сыну, ни дочери. Для сегодняшнего званого обеда она предпочла вытащить из своего гардероба зеленый брючный костюм, в котором ходила на работу перед важными мероприятиями. — Да вот, чай собирались пить, — бодро ответил Олег, но сердце в его груди быстро забилось от страха. — Чего же тогда на столе ни чая, ни сахара? — спросила Елена, укоризненно посмотрев на Лизу. — Когда же ты научишься ухаживать за гостями? Светловолосая, чуть полноватая и вечно в приподнятом настроении, Елена была полной противоположностью своей школьной подруге Катерине. Так как званый обед проходил в её доме, то одежду она предпочла удобную и практичную: летний сарафан до колен из какого-то жёсткого материала цвета спелой малины и с глубоким запахом на груди. — Да я просто не успела поставить, — с обидой в голосе оправдывалась Лиза. — Сейчас всё будет. Она собиралась сползти со стула, но Елена жестом остановила её и потянулась к верхним шкафчикам встроенного кухонного гарнитура. — Олег!.. — вдруг воскликнула Катерина, в два широких шага преодолев расстояние между собой и сыном. — Почему у тебя мокрые волосы? Ты что, на улицу выходил?! Женщина сжала лицо Олега в своих холодных ладонях и заглянула в его карие глаза, ожидая ответа. Отнекиваться Олег смысла не видел, поэтому решил импровизировать. — Олесе показалось, что на улице мяукал котёнок, — сказал он, скосив взгляд на сестру. — Да, мама, — быстро протараторила девочка, — так всё и было. — Как это «так»? — нахмурившись, спросила Катерина, но руки от лица Олега всё же убрала. — Мне тоже показалось, что на улице кто-то мяукал, — пришёл на помощь Пашка. — Олег пошёл во двор посмотреть, но никого не нашёл. — Олег, какие котята? — возмутилась Катерина. Видимо словам Пашки она верила больше, чем словам Олега и Олеси. — Ты же простудишься, если будешь ходить под таким ливнем! А если потом какие-нибудь осложнения начнутся? Ты об этом подумал? Котята… Да пусть себе мяукают эти котята!.. Тебе мало было того, что произошло с Лизой? Опять хочешь взять эту гадость в руки? Лиза нервно затеребила кончики своих коротких волос, а Олег виновато отвёл от матери взгляд. — Катя, ну чего ты нападаешь на ребёнка? — произнесла Елена, приобняв подругу за плечи, и поставила на стол коробку с чайными пакетиками и вазочку с рафинированным сахаром. — Подумаешь, котята. — Что значит «подумаешь»? — вздохнула Катерина, широко распахнув глаза. — Вспомни только, как Лизе было тяжело!.. А какие были последствия? — Да практически никаких, — улыбнулась Елена. — Только волосы пришлось обстричь. И то, для надёжности, да?.. Лиза плотно сомкнула губы, но кивнула. — Так, мы пришли за чайником и не собираемся мешать вам своим присутствием. В чайнике много воды осталось? — Больше половины, — ответил Олег. — Но на всех, кто там сидит, не хватит. Из коридора доносились приглушённые, но отчётливо слышимые споры о том, так ли сильно нужна была этой деревне — целый июнь изолированной от города из-за дождей и наводнений — дорога в безопасном и сухом месте. — А там на всех и не надо. Марьяна Суреновна захотела пить, — произнесла Елена, рукой потрогав «животик» чайника. — Думаю, Паша, такая температура воды твою бабушку устроит. Пашка пожал плечами. Его бабушка была очень привередливой особой. — Чтобы никто из вас на улицу и не думал выходить, — напоследок пригрозила Катерина, уделив особое внимание своим детям. — Поняли? — Да-а… — Ага. Когда женщины ушли, Лиза схватила Олесю за руку и потянула ничего не понимающую подругу за собой, вытаскивая её из-за стола. — Эй, а как же чай? — попыталась возмутиться Леся, но Лиза просто тянула её за собой, выходя вместе с ней из кухни. Пашка несколько раз моргнул и посмотрел на Олега. Тот, закатив глаза, недовольно покачал головой, но ничего не сказал. Когда в Лизину голову приходила какая-то идея, сопротивляться этой девчонке было бесполезно. Она никого не видела, не слышала и не слушала. — Так это правда или нет? — спросил Пашка, не поднимая на Олега взгляд. — Лиза сказала, что вы видели в лесу морта. Олег молча бросил в свою и Пашкину чашки по три кубика сахара и опустил в кипяток пакетики с чёрным чаем. — Мы ничего не видели, — ответил он, наблюдая за тем, как прозрачная вода становилась цвета карамели. — Ничего. Вот только пронзительный крик девчонки, в которую он бросил камнем, до сих пор отчётливо слышался в его ушах, заставляя то и дело передёргивать плечами.