Ожившие сказки. Лес, оживающий в сезон дождей

Где-то в лесу ​К этому моменту Пашка не спал уже два дня. Он боялся заснуть, боялся прикрыть глаза даже на секунду, ведь он точно знал: стоит только поддаться слабости, и усталость возьмёт над ним верх. Пашка боялся спать и как мог пытался поддерживать в себе бодрость духа. Он перечислял все знакомые ему созвездия то в алфавитном порядке, то по дате их открытия. Уже несколько раз Пашка повторил таблицу Менделеева, и очень гордился тем, что в своём-то возрасте знал её наизусть, в отличие от того же Олега. И всё же, как бы сильно он не старался отвлечься, в какой-то миг он прикрыл глаза — лишь для того, чтобы моргнуть — и уснул, провалившись в спокойный и приятный мир сновидений. Пашка не знал, сколько прошло времени с тех пор, как он заснул, может несколько минут, а может даже часов, но он проснулся, с трудом разлепив глаза, когда кто-то с силой тряхнул его за плечи и с отчаянием в голосе стал повторять его имя. — Павел! Павел! Перед Пашкиными глазами всё плыло. Он не мог сфокусировать взгляд на лице нависшего над ним человека, но голос… Этот голос звучал так по родному, что в его пробудившемся ото сна сознании не мелькнуло ни капли страха. — Павел! Павел, очнись! Ты меня слышишь? Пальцы Марьяны Суреновны больно впились в детские плечи, отчего бодрость вернулась к Пашке намного быстрее. Пашка морщился от неприятных ощущений, предпринимая слабые попытки вырваться из стальной хватки пожилой женщины. — Б-бабушка? — Я так рада, что с тобой всё в порядке, — произнесла Марьяна Суреновна, крепко обнимая внука. От неожиданности Пашка поперхнулся, забыв, как нужно дышать и, чего уж стесняться, всхлипнул, уткнувшись бабушке в грудь. Обычно Марьяна Суреновна никогда не проявляла своих симпатий к кому бы то ни было так открыто. Особенно к нему. К Пашке. К родному внуку. Различные виды нежностей, будь то объятия или поцелуи на ночь, были категорически запрещены в доме Марьяны Суреновны, ведь она искренне считала, что подобное поведение недостойно воспитанных людей. А родственники по определению и так должны любить друг друга, испытывая все эти чувства, но не демонстрируя их. — Бабушка? — голос Пашки был тихим и хриплым. — Почему ты здесь? Как ты меня нашла? — Никак. Это чудище притащило меня. Пашка перевёл взгляд в сторону двери, где из стороны в сторону метался его похититель. Пугающая своим видом девчонка что-то бурчала себе под нос, топала ногами и, казалось, выдирала волосы на голове. Все внутри Пашки сжалось от ужаса, она пугала его до дрожи в коленях и холода в груди. — Бабушка… Заметив, что на неё смотрят, девчонка взвыла и, рыкнув на своих жертв, покинула своё убежище. Убежищем оказался небольшой обветшалый домишко. Кому он мог принадлежать, если людям в лесу находиться запрещено, — непонятно. Все углы давно обросли паутиной, половицы вот-вот норовили проломиться, а оконные створки скрипели от лёгкого ветерка, проникающего внутрь помещения через разбитые стёкла. — Что это с ней? — удивилась Марьяна Суреновна, не выпуская внука из своих объятий. Чувствуя его рядом с собой, она была уверена в том, что ей будет по силам его защитить. — Это всё из-за дороги, которую хотят провести через лес, — произнёс Пашка, посмотрев на Марьяну Суреновну снизу вверх.— Когда она об этом узнала, то так завопила!.. — Это ты ей рассказал про дорогу? — Нет, — покачав головой, ответил Пашка. Он не знал, откуда эта девчонка прознала про дорогу, если о её строительстве знали лишь несколько человек в деревне. Пашка думал, что она от кого-то из взрослых об этом и услышала, но говорить бабушке о своих догадках он не стал. Вдруг всё было не так? Вместо этого он решил узнать, как Марьяна Суреновна оказалась в лесу. — Как она смогла тебя забрать? Марьяна Суреновна встала со скамьи, оглядывая помещение. Половицы под её ногами заскрипели, и женщине пришлось аккуратнее наступать на доски, сперва проверяя, не сломаются ли они под ней. Помещение было давно заброшенным, как хозяйка она сразу же это поняла. Но внешний вид комнаты занял её мысли ненадолго. Сейчас куда важнее было решить, что им следовало делать дальше. Могли ли они сейчас сбежать отсюда? Или лучше дождаться помощи от остальных? Знать бы им ещё, когда эта помощь подоспеет. Пашка окликнул бабушку, вновь задавая ей свои вопросы. — Как ты здесь оказалась? — Твои друзья искали тебя, — просто ответила Марьяна Суреновна. — Они как-то догадались, что тебя похитили морты. — Ты же не веришь в лесных жителей, — произнёс Пашка, а затем спохватился, так же вскакивая со скамьи. Голова от резкого движения закружилась, но он смог устоять на ногах. — Какие ещё друзья? — Олег с Олесей и Елизавета, — спокойно поведала внуку Марьяна Суреновна, осторожно вглядываясь в пейзаж за окном. «Одни деревья». Высокие, устремляющиеся к небу стволы, с размашистыми ветвями и растущими на них листьями во всевозможных оттенках зелёного. Ни птиц, ни зверей, ни лесных жителей. — Как думаешь, она надолго ушла? — Что? Они искали меня? — не поверил Пашка, пропуская вопрос бабушки мимо ушей. Олег ещё, быть может, и поискал бы, но девчонки? Он с ними не дружил. Олеся была трусливой, это все знали, а Лиза… Лиза хоть и относилась к нему лучше, чем Леся, всё же вряд ли бы она стала искать его. Но Марьяна Суреновна никогда не врала, предпочитая говорить правду и только правду, какой бы обидной она не была. Поэтому поразмыслив, Пашка решил, расспросить обо всём Олега, когда они выберутся из леса. Ведь так хотелось узнать истинную причину их поступка. — Я же говорила, что стоит только постараться, и друзей ты обязательно найдёшь. А ты всё книги да книги, — произнесла Марьяна Суреновна. — А откуда ты узнал, что эта девчонка о строительстве дороги узнала? — Она сама сказала, — подходя к бабушке, прохрипел Пашка. — Только и говорила об этом. — Она разговаривает? — удивилась Марьяна Суреновна, оборачиваясь к внуку. Пашка кивнул. Эта девчонка разговаривала, хоть столь простое действие и давалось ей с большим трудом. — Именно так я и имя её узнал, она всё время его повторяла. «Васса». И про то, что она о дороге разузнала, я понял. Когда прислушался к её постоянному бубнёжу, — сказал Пашка. — Она так кричать начала, что я даже испугался: вдруг от её воплей оглохну? Тебе бы её поведение не понравилось. — Поверь мне, Павел, — выдохнула Марьяна Суреновна, — я видела, на что способна эта особа. Она дёрнула дверь и та, скрипнув, поддалась. В домик ворвался свежий прохладный воздух. — Надеюсь, она не за ребятами погналась. — А где они сейчас? — спросил Пашка. — Пытаются спасти нас, — произнесла Марьяна Суреновна, дёрнув на себя дверь ещё раз. Внезапно перед ней мелькнула белая полупрозрачная тень, и Марьяна Суреновна испуганно отступила назад. Ей вдруг почудилось, что это вернулась их похитительница. Но приглядевшись, она расслабилась, неодобрительно покачав головой. Пашка подошёл к бабушке, сжал пальцами свитер на её спине и осторожно выглянул из-под руки Марьяны Суреновны. — Ну, здравствуй, — не скрывая в своём тоне язвительные нотки, произнесла она. Этой встречи Марьяна Суреновна совсем не желала.