Разве существует настоящая любовь?

"...Жертвой оказался Немезис Марк..." До неё сразу дошёл смысл этих слов и Арси больше не слышала ничего и никого вокруг. Она смотрела на экран внезапно потухшими глазами и понимала — это конец. Если она сейчас не исчезнет, не умрёт, то могут пострадать другие родные, близкие ей люди: Джак, Смоук, Би, Элита и Оптимус. Медленно, будто оттягивая этот страшный момент, синеволосая подошла к столику, на котором лежало блюдо с фруктами, а рядом блестело острое лезвие кухонного ножа. Она трясущимися руками взяла его и тёплым пальцем прошлась по холодной стали. Кухонный прибор был наточен на совесть, поэтому через пару секунд место пореза покраснело, а по пальцу потекла горячая алая жидкость. Лёгкая режущая боль не отрезвила, а ещё больше затуманила рассудок. Девушке казалось, что так и должно быть, ведь из-за неё погиб отец. Она должна была быть наказана за все свои грехи, а не он! Теперь ей не будет открыта дорога ни в рай, ни в ад. Все пути закрыты. Арси почему-то медлила. В её душе зародилась тусклая надежда, на то, что её остановят, не дадут совершить грех. Но надежда погасла так же внезапно, как и вспыхнула. Шумно выдохнув и глубоко вздохнув, отогнала эти мысли подальше и направила лезвие оружия к правому запястью. Коснувшись того места, под которым пульсировала вена, девушка закрыла глаза и, надавив, резко прошлась вдоль руки до локтя. Сердце на мгновение остановилось, а потом стало биться с удвоенной скоростью. Синеволосая вновь прошлась ножом до запястья, надавливая сильнее и сдерживая крики боли. Теперь она не хотела, чтобы кто-то пришёл, ворвался в комнату до того как с её никчёмной жизнью будет покончено. Не хотела, чтобы кто-то увидел её позор помимо собственного отражения в зеркале, которое делало то же самое с собой. Вот только Арси казалось будто оно смеётся, в то время как по её щекам катятся слёзы сожаления. Грехоупадство - какое громкое слово! В нём так много смысла и одновременно нет ничего. Что есть грехоупадство? Предательство? Ложь? Зависть? Жадность? Да, это они. Но самый страшный грех, что существует в этом мире - убить себя!.. Внезапно окно открылось и в комнату влетел холодный ветер, от которого тело девушки напряглось ещё сильнее. Но от него разум девушки ещё больше потонул в отчаянии, затмевая последние крупицы рассудка. Кажется, этот холодный воздух ещё больше подстегнул синеволосую к дальнейшим действиям. Арси показалось, что этот какой-то "мёртвый" ветер был поцелуем самой смерти и теперь уже нет дороги назад... Рванными движениями руки она разрезала бледную кожу, стараясь не смотреть как кровь и силы — жизнь покидает её с каждой секундой всё быстрее и быстрее. Она дрожала и, тяжело дыша, пытаясь не упасть. Вдруг она посмотрела на своё отражение — жалкая! Её взгляд остановился на животе. Точно, ребёнок!.. Который не в чём не виноват, но должен умереть. Он будет счастлив, но не в этой жизни, где у него такой отец, который не достоин его... Он умрёт вместе с ней. Нож выпал из её бледных окровавленных рук. С глухим стуком рукояти, а затем и звонким звоном лезвия он упал на пол у ног самоубийцы, чуть задев лодыжку. И по ноге, как и по рукам, скатилась одинокая тёплая капля. Девушка упала на колени там, где стояла — между зеркалом и входной дверью. Ослабевшими руками Арси обняла себя, будто обняла ещё неродившееся дитя. Только сейчас она почувствовала его. Почему-то в этот последний момент в ней пробудилось желание стать матерью, оберегать, заботиться, любить... Ребёнок ни в чём не виноват. Виновата лишь его мать, которая не смогла справиться с жизненными трудностями. В коридоре послышались быстрые шаги. Кто-то шёл в сторону комнаты, где догорали чёрные угольки жизни и души молодой девушки. В дверь постучались: — Арси, можно войти? — спросил Прайм. — ... — в ответ долгое молчание. — Ты там?! Я вхожу! Дверь открылась и в комнату вошёл Оптимус. Увидев окровавленное, лежащее на полу тело девушки, он на мгновение перестал дышать. Страх за то, что он не успел ворвался в его разум будто молния и вырвал из окаменелости. Мужчина резко сорвался с места и подбежал к слабому телу. Она ещё не успела впасть в забытье и сейчас смотрела на него, улыбаясь одними глазами. Ей хотелось коснуться его... — Дура! — прошипел синеволосый, поднимая тело на руки и прижимая к своей груди. — Что ты наделала?! Зачем?.. — Что случилось? — в комнату вошла Элита и воскликнула: — О боже! Что с ней? — Она узнала, — Оптимус поднял взгляд на работающий телевизор. — Быстро вызывай скорую! — Я быстро! — девушка побежала к ближайшему телефону. — Оп..тиимус, — глухо прошептала Арси. — А ты не смей умирать! Слышишь?! Не смей!..