Правильные вещи

Джим Кирк всегда вызывал в Споке странные чувства. Начиная с его взлома Кобаяши Мару, дальнейшим наглым поведением на Энтерпрайз и использованием его эмоциональной скомпрометированности. При последующем плодотворном и даже приятном сотрудничестве. Когда Спок решает остаться служить Звездному флоту под началом Кирка, он немного сконфужен своим желанием его компании. Впоследствии его растерянность этим только растет. При всей своей нелогичности и игнорировании некоторых пунктов устава Джим удивительно целостный человек. Влюбиться в него оказалось настолько просто, что Спок этого даже не понял. Но, когда осознание обрушилось на него... Нийота была более, чем недовольна его решением обособиться от чувств. Но это принесло облегчение. Ну, насколько вулканец может почувствовать облегчение, полностью экранировав собственные эмоции. Но на Нибиру он позволил себе открыть их. Все, что было в нем, изломанное и жалобно стонущее, все его естество. Он так сильно тосковал по дому. Здесь, в жерле готового вот-вот извергнуться вулкана, было жарко, невероятно жарко. Жарче, чем дома, но сам факт этого жара... радовал. Спок понимал, что умрет. Он был готов. Он хотел умереть. И то, что это случится так - правильно. Можно представить, что он на планете с миллионами других вулканцев, и пусть они никогда не принимали его, но он был одним из них. Вся его любовь к Джиму плескалась у него в желудке, огромная вина перед Нийотой - ближе к горлу. Невероятная печаль от смерти мамы, казалось, разлилась по всему телу. Весь он был как одна большая открытая рана, саднящая и кровоточащая. Эмоции грозили убить его быстрее лавы. Когда он оказался в транспортаторной, то молниеносно сориентировался и закрылся вновь. А после осмотра Маккоем - погрузил себя в глубокую медитацию, запечатывая каждую эмоциональную реакцию, каждую непотребную для вулканца мысль. Но все равно почувствовал смутную вину перед Нийотой позже. Смотря на умирающего Джима - Спок умер тоже. Как он поймал Хана помнит размыто. Но желание убить его - кристально. Это самое неестественное для вулканца, что только может быть. Убить живое существо. Это отвратительно, это отвратительно. Спок хотел убить Хана тогда, и хочет до сих пор, спустя полгода. Джим целует его. Джим говорит, что устал от его несчастного вида, говорит, что вот он, тут, живой, смотри на меня, прекрати свои страдания. Спок отвечает на его поцелуй, но не на слова. Джим раздевает его, раздевает себя. Спок хочет одеть его обратно и обнимать. Его член не напряжен, он не хочет секса. Спок чувствует отголосок переживаемого на Нибиру. Джим опускается на колени, Спок поднимает его обратно, усаживает на кровать и говорит, что должен подготовить себя. Джим не возражает, откидывается на локти и говорит, что любит его. Спок чувствует уже не отголосок. Возвращаясь из душа, растянутый и чистый, он целует Джима и становится на колени и локти. Джим оглаживает его полутвердый член и скользит пальцами в анус. Потом то же самое языком. Спок возбужден. Спок не хочет секса. Джим входит в него членом, головка скользит по простате, Спок дрожит и истекает предэякулятом. Джим оглаживает его спину, говорит какой он замечательный и как сильно его любит. Спок чувствует странную боль в правом боку. Джим целует его шею, кусает, шепчет нежные слова, оглаживает руками бедра. Спок отдаленно замечает, что ему тяжело дышать. Боль в сердце усиливается. Спадает. Усиливается. Он пытается дышать, но не может полноценно вдохнуть. Он занимается сексом, быстрое поверхностное дыхание нормально. Он не должен пытаться это контролировать. Он чувствует как расходятся разряды тока от его простаты прямо в член. Он скоро кончит. Аномально быстрое сердцебиение тоже нормально. Спок чувствует, что умирает. Не своей смертью, а джимовой. В инженерном, рядом с варп реактором. Джим умер. Джим трахает его. Джим умер, но он говорит, что любит его. Джим умер. Он мертв мертв мертв мертв мертв мертв мертв. Спок содрогается. Его сердце болит, его член опадает. Он пытается вдохнуть, но захлебывается рыданием. Он воет, он плачет. Падает грудью на кровать. Джим умер, но он стонет позади и толкается в него все быстрее, все беспорядочнее. Спок пытается дышать, но слезы текут, он всхлипывает, дрожит. Он не хочет секса. Джим больше не толкается в него, выходит. Спок подтягивает колени к животу, рыдает и ложится на бок. Но Джим не кончил, он испуганно смотрит на Спока, трогает его плечи и спрашивает что случилось. Но он не кончил. Спок пытается сказать, что Джим может закончить акт пенетрации в его тело, но изо рта вырывается только еще больше рыданий. Джим кричит, он испуган, но он мертв, и Спок тоже, он не может дышать, его сердце болит. Джим кричит. Спок чувствует резкую боль. Сначала он не может понять, где и от чего. Леонард дал ему пощечину. Не один раз. Спок пытается сфокусировать взгляд на нем. Маккой выглядит напуганным, а Спок чувствует себя странно. Он занимался с Джимом сексом, но его нет в комнате. - Ты слышишь меня? - Да. Спок голый, а Леонард в пижаме с пуговицами. Спок оглядывается вокруг в поисках того, чем можно прикрыться. Он смущен. Маккой поднимает с пола простынь и дает ему, смотря в сторону. Он тоже смущен. - Что произошло? - Я не знаю. - Спок охрип. И кожа вокруг глаз иссушена. Стягивается. - Нет, не почему или что это такое. Что, по твоему мнению, произошло? Джим не сказал ничего внятного. - Где он? - В моей каюте. Ну, я сказал ему идти туда. - Мы занимались сексом. - Это я понял. Ты плакал. - Я-я не хотел секса. - Что? Ты... он тебя принудил или что? Он сказал, ты стонал и был возбужден... - Нет. Нет, я... был, да. Я не знаю, что... - Спок замолкает и растерянно смотрит на пуговицы на пижаме доктора. - Хорошо, как ты чувствуешь себя сейчас? - Я хочу к Джиму. - Спок, я не понимаю. - Леонард потер переносицу и встал с кровати, - Ты не хотел секса, а потом словно впал в припадок. - Маккой застыл и повернулся к Споку, -Хм, опиши, что ты еще чувствовал. - Боль в сердце. Затрудненность дыхания. Еще... это, в самом деле, похоже на припадок. Мне казалось, что я в инженерном отсеке. Когда Джим умирал. Он умирал бессчетное количество раз. - Мне кажется, вулканцы не подвержены... - А я, как на половину человек... Они произнесли в один голос: - Это может быть паническая атака. Смотрели друг на друга в удивлении. Леонард улыбнулся. - Ты поразительный вулканец. - Это едва ли можно считать комплиментом в свете последних событий. И я... думаю, состою в отношениях с Джимом, так что простите, Леонард. - Маккой засмеялся, Спок расслабился. - Так, раньше у тебя бывало такое? - Возможно, в детстве. Но было не так сильно. - И что делали ваши целители? Я должен знать, что выписывать тебе. - Я никому не говорил. - Черт, Спок, это еще почему? - Вы должны понимать, почему. Его происхождения более, чем достаточно для холодной презрительности, зачем давать еще больше поводов для угнетения. Леонард понимает. - Ладно, я поговорю с М'Бенгой. И, может, с другим Споком. - Думаю, у меня так же была депрессия. - Была? Сейчас, хочешь сказать, она закончилась? - Я чувствую себя... проснувшимся. От выматывающего сна. Мне кажется, сегодняшнее происшествие послужило неким катализатором. - Для чего? - Для понимания. - Так, это хорошо. Ты перепугал Джима. И меня тоже. Хорошо, что сейчас ты в порядке. Ты же в порядке? - Лучше, чем за предыдущие 1,5 года вместе взятые. Но все еще хочу поговорить с Джимом. - Кстати... рад за вас. Вы долго к этому шли. Эм, все еще не дошли даже. Пойду к себе и отправлю Джима сюда. Завтра зайди на обследование, ладно? - Хорошо. Спасибо. - Леонард улыбнулся ему и ушел. Джим заходит в свою каюту неуверенно. Это неправильно, это его каюта. Спок выпрямляется. На Джиме не его брюки, они длиннее и уже. Споку нравится видеть его в своей одежде. Джим прочищает горло. И не смотрит на голого, закутанного в простыню, Спока. - Так, Боунз сказал, это была паническая атака. И, что ты в депрессии. Из-за моей смерти. - Это так. Джим застыл у двери. Неправильно. - Если ты желаешь, чтобы я ушел... - А ты хочешь остаться? - Очень. Джим расслабляется и подходит к койке. Спок оглядывает пол вокруг в поисках своего белья. Джим снимает рубашку. Брюки. Спок нашел белье. На Джиме. Ему нравится. - Могу я надеть твое..? - Да! Да... конечно. - он подходит к стенному шкафу и достает свежую пару. - А могу я остаться в твоих? - Да. Это эстетически приятно. Джим улыбается. Правильно. Спок надевает чистые синие трусы и Джим ложится рядом. Они молчат и, кажется, даже не дышат. Спок дотрагивается до бока Джима и тот накидывается на него, обнимая. - Я думал, что сделал тебе больно. По-настоящему больно. Порвал или что-то такое. Я так чертовски перепугался. А Боунз не отвечал по коммуникатору. Думал, с ума сойду. С тобой все хорошо теперь? - Да. Извини. - Нет, не извиняйся. Черт... ты ведь не хотел, да? Секса. - Нет. - Джим разочарованно простонал в его плечо. - Почему ты не сказал? Спок... ты думаешь, что это обязательно? Если тебе не нравится секс - это нормально, я никогда не стал бы заставлять тебя. - Мне нравится секс. Я не хотел этого именно сегодня. Я не думал, что хоть сколько-нибудь привлекаю тебя. И не совсем осознавал происходящее. Джим обнял его крепче. Тепло. Он говорил, что любит его. Столько раз... и все без ответа. - Я тоже люблю тебя. - Джим поднял голову и пристально посмотрел на него. И он не был напряжен, но расслабился. Спок приподнялся на встречу и поцеловал его. Правильно.