be my safety +1

Смешанная направленность — несколько равнозначных романтических линий (гет, слэш, фемслэш)
Стыд

Основные персонажи:
Вильям Магнуссон, Ингрид Тайс Гаупсет, Исак Вальтерсен, Кристофер Шистад (Крис), Нура Амалие Сатре, Эва Квиг Мун, Эвен Бэк Найшейм, Юнас Ноа Васкес
Пэйринг:
эвис, эвак, нурхельм/evis, evak, noorhelm
Рейтинг:
R
Жанры:
Романтика, Ангст, Драма, Психология, POV, Hurt/comfort, AU, Songfic, Учебные заведения, Дружба, Пропущенная сцена, Любовь/Ненависть
Предупреждения:
OOC, Нецензурная лексика, UST
Размер:
планируется Макси, написано 2 страницы, 1 часть
Статус:
в процессе

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
I feel chemicals burn in my bloodstream.

Посвящение:
Д. У нас не лучшие времена, но мы справимся. Я люблю тебя.
Эду Ширану и его восхитительному альбому.
Норвегии, за этот шедевр.

Публикация на других ресурсах:
не думаю, что кому нибудь взбредет в голову его публиковать где нибудь еще, но если вдруг - мне ссылку)

Примечания автора:
надоели однотипные фф, где Эва страдает от мудацкого поведения Криса, всегда его прощает и влюбляется после первого поцелуя/первой бутылки вина/
в моей амбициозной головушке, я могу лучше.
посмотрим....

я загадал, что если следующей заиграет take me to church, я тебя поцелую.

Oh, I'm a mess right now, inside out
Searching for a sweet surrender
But this is not the end
I can't work it out, how?
Going through the motions, going through us


Забавно, какими ужасными кажутся проблемы, когда тебе 16. Трудности в школе кажутся трагедией вселенского масштаба, а расставание с парнем кажется концом света. Это кажется, пожалуй, самым важным в жизни. Внутри зияющая черная дыра тоски, грусти, одиночества и боли, вперемешку с дешевым вином. И кажется, что этот пиздец – навсегда.
Ты хоть кричи, хоть упейся до смерти, танцуй, пытайся забыться – это не срабатывает. Ничего не помогает.
В итоге остаешься лишь ты и жалость, мерзкая, тягучая, сковывающая внутренности жалость.

Дни и ночи напролет думать о том, как модно было поступить – о, да, давай еще.
Сутками пялиться в одну точку – да, детка, да, ты же знаешь, что я люблю.
Проклинать себя за свою слабость – о, боже, господи, да.
Вспоминать каждое слово, каждый взгляд – что может быть лучше.
Прокручивать в голове снова и снова, сотни тысяч раз – сродни оргазму.

Она помнила, когда увидела его впервые.
Он вошел в комнату, полную народу и подошел к их компании. Музыка была такой громкой, что она не услышала, как его зовут. Эва и не обратила внимания, пока не проследила взглядом за Ингрид, которая продефилировала к нему с кухни, неся в руках две банки пива. Она обняла его за плечи, и оглядела толпу.
- Все, это Юнас, Юнас, это все.
Ингрид расслабленно улыбалась, глядя на Васкеса и поглаживая его кудряшки.
Густые, темные брови – были первым, что бросилось в глаза. Он так смотрел… как будто видел изнутри, всю подноготную, ее мысли и желания. Он словно знал, что понравился Эве.
Было непривычно смотреть ему в глаза поначалу. Неловко. Она отводила взгляд каждый раз, когда их взоры сталкивались. Смущалась смотреть на него, и отводила взгляд, краснея.
Она помнила, как нервничала в его присутствии, как громко смеялась, и усиленно заставляла себя не смотреть на него. Нельзя было показать, что он ей интересен. Но он был таким манящим и так улыбался. Дух захватывало.

Эва Квиг Мун сама не заметила, как влюбилась.


А улыбался он, потому что было так мило наблюдать, как она заливается этим очаровательным румянцем, пряча ямочки ладонями. Наклоняет голову и очаровательная картинка меркнет, потому что ее длинные, русые волосы закрывают лицо.
Она такая красивая… Когда она заливается звонким смехом, а солнце прячется в ее волосах, отблескивая золотом, она прекрасна. Она идеальна, даже когда постоянно поправляет прядку волос, заправляя ее за ухо. Она безупречна, когда неловко кусает губу, стараясь не смотреть в его сторону.

Юнас Ноа Васкес сам не заметил, как влюбился.



Было сложно скрывать это, им обоим. Особенно, когда оба понимали, что «отношения» Васкеса практически обречены. И все, что их держит – это страх быть отвергнутыми.
Пока однажды, Эва не решила, что ее совсем не волнует то, что о ней скажут другие, а Ингрид… Она поймет, должна понять.
Потому что это уже невозможно сдержать. И плевать, если он не чувствует того же.

Юнасу было наплевать, что своим поступком он разобьет сердце Ингрид. Все, о чем он мог думать - это Эва и то, как она улыбается. То, как сильно он жаждет ее поцеловать.

«Если заиграет Take me to church, я ее поцелую».

«Если включат Kygo, значит, это послание свыше – пора действовать».

***
Это было восхитительно: обнимать его, чувствовать его запах, тепло его тела и вкус его губ. Его заботу и то чувство защищенности, что он ей дарил. Плевать на Ингрид, плевать на все. Только Юнас и Эва.
Ей было все равно, что она потеряла друзей, потому что вот он – ее настоящий друг. Он всегда рядом, смотрит с ней Netflix и готовит блины. Они практически не ссорятся и разве это не идеально?
То есть, кому бы не хотелось таких отношений? Стабильности, уверенности?

Хотя иногда, одна назойливая мысль, маленьким червячком поселившаяся у нее в голове, не давала ей покоя.
Что, если она недостаточно хороша? Что если когда-нибудь с ней он поступит так же, как когда то с Ингрид? Что если ему надоест проводить скучные вечера в компании заурядной Эвы и он найдет кого то лучше?
Красивее, умнее, веселее и увереннее.
Нет, не может быть, ведь это Юнас. Милый, родной Юнас. Юнас, любящий своих друзей и кататься на скейте. Юнас, который любит ее.
Он не станет обманывать.

Практически каждый человек на земле боится быть отвергнутым.
Чаще всего, то, чего боится человек это то, что его ожидает.
Так было и с Эвой.
Обман Юнаса привел к тому, что от обиды, Ева поцеловала Криса и прослыла легкодоступной девушкой, рушащей отношения. Разрушившей собственные.

Это было то, что нужно было сделать. Это было то, что нужно было закончить, не начиная.
Это было тем, о чем она жалела.
Она жалела о том, что в тот злополучный день заиграл Kygo.