Время Грейнджер

      Ощутив чужие пальцы на своей коже, я открыла глаза и попыталась сесть, но мешали чужие, обхватившие меня за талию, руки. Я испуганно оглядываюсь вокруг и пытаюсь сбросить наглые ручонки, которые мешают мне двигаться, но ничего не получается. В голове туман и я ничего не могу понять, сложно думать.       — Эй-эй, — я замираю, когда снова чувствую чужие пальцы на щеке. — Успокойся, — Драко мягко держит меня и как-то уж слишком ласково. — Ты в своей комнате, — тихо добавляет он, пока я резво осматриваюсь вокруг пытаясь сообразить, где я.       Убедившись, что он не лжёт и я правда в своей комнате, я смотрю на Гарри с Рональдом, что мирно спали на креслах, скорее всего притащенных из гостиной. Эти кресла у камина обычно стояли. Гарри посапывал и во сне Живоглотику почёсывал за ушком, пока тот довольно мурча лежал на чужой груди. Если я могу понять, как они оказались в моей спальне, то нахождение Драко, да ещё и в моей кровате вообще немыслимо! Тем не менее, он лежит рядом с Жози со мной на одной кровати.       — Тебе лучше убрать руку, — я смотрю на его вторую руку, на которой мирно спит Жози. — Рональд слишком ревнивый, — Драко усмехается как-то уж слишком по доброму, что выглядит так странно. Я умерла, да?       — Я пытался, но она не двигается, — Драко обратно ложится на подушки и глазами мне тоже приказывает лечь. — Привет, — шепчет он, будто боится атмосферу вокруг нарушить.       — Привет, — так же отвечаю я, а он ухмыляется.       — Как себя чувствуешь? Болит что-нибудь? —Заботливо интересуется он и от его взгляда умереть хочется, потому не так он смотрит! Не так, как обычно, с лёгкой надменностью и вечной усмешкой, а как-то интересующе разглядывает. Он молчит о многом, но взглядом слой за слоем поднимает и глазами в душу проникает. Драко интересно, важно, а мне жутко не по себе, но над его вопросом всё равно думаю, потому что вынуждает. Он от меня ответа ждёт.       — Рука немного ноет, — я щупаю поврежденное запястье. — И голова немного гудит, думать немного трудно, — а ещё кажется я умерла, но я чувствую его тепло. Точнее чувствовала, пока он ко мне прикасался. —А так вроде ничего страшного. Как долго я здесь?       — Ты ничего не помнишь? — Аккуратно спрашивает он, всё также не аккуратно взглядом впиваясь.       — Немного, — я умирала в агонии, это я хорошо помню. — Но я не хочу об этом говорить, — я вообще ни о чём не хочу думать. Времени не так много, чтобы тратить его на разговоры о том, а помню ли я, как страдала, или помню, как меня ударили кирпичом. Я хочу говорить о важном, пока время мне позволяет. — Совсем не хочу, — добавляю я в конце.       — Ладно, — Драко не скоро отвечает, скорее всего думал о чём-то своём, потому что взгляд слегка затуманился. Какие же у него глаза красивые. — Что-то не так?       — Почему ты здесь? — Мне бы комплимент ему отвешать пока могу, но что-то как-то не по себе такое говорить на смертном одре, тем более Драко тогда быстро поймёт что здесь что-то не так. — Я не против, — говорю я, когда он удивлённо брови вскидывает, мол, ты там кукухой не поехала? Но я поехала. — Просто любопытно и всё.       — Я пришёл вечером, Гарри с рыжим дрыхли в кресле, — мы глянули на парней, те впрочем так и спали. — Жозефина лежала с тобой и она попросила остаться с ней, — лжёт ведь. Я не понимаю, как я это вижу, просто знаю, что лжёт. Неужели я так хорошо стала его чувствовать и легко понимать без слов?       — Мог просто сказать, что волновался, — когда он начнёт говорить то, что думает? Наверное никогда.       — Я волновался, — внезапно признаётся он. — Довольна? — уточняет Малфой довольствуясь теперь уже моим удивлением.       — Немного, — сердце ёкает, когда я в глаза ему смотрю. Там столько эмоций, столько чувств, но он ничего не покажет и ничего не скажет. Вообще поражаюсь, что я заметила этот калейдоскоп в его, казалось бы холодных глазах. — Поможешь мне встать? Я не хочу больше лежать.       — Уверенна, что сможешь?       — Смогу-не смогу, я не хочу здесь быть. Ты или поможешь мне, или я сама, — стены давят и я безумно хочу выйти из спальни. — Я бы вообще предпочла сбежать куда-нибудь.       — Так давай сбежим, — внезапно предлагает он аккуратно поднимаясь с кровати, чтобы не разбудить Жози, которая перевернулась на бок и с головой накрылась одеялом, что-то тихо бурча себе под нос. — Тише, — шёпотом просит Малфой обходя кровать.       Я медленно сажусь и спустив ноги на пол, хватаюсь за протянутые руки Драко. Он помогает мне встать и крепко держит, пока я обуваю мягкие тапочки. Хочу отпустить его, но он лихо мою руку за спину свою убирает и за плечи меня приобнимает. Меня жаром его сильно обдаёт, да так, что я дрожать начинаю и неловко до ужаса. Я не понимаю, почему так явно на всё реагирую. Чувствую себя оголённым нервом.       — Ты дрожишь, — говорит он остановившись у дверей.       — Немного замёрзла, — и я не понимала этого, пока не оказалась рядом с ним. Может быть потому что мало времени и я хочу больше впитать?       Мы вышли из моей комнаты и спустились в гостиную. Драко помог мне сесть на диван, а потом отошёл к столу, чтобы налить воды. Я не говорила, что хочу пить, но он настойчиво предлагал воды.       — У тебя была температура ночью, мама всегда давала мне на утро стакан воды. — Объяснил Драко, когда я послушно взяла стакан воды. — Давай сбежим, — снова предлагает он, садясь напротив.       — С ума сошёл? — что за безумные идеи с утра пораньше? Я просто вслух сказала, но не предлагала, это слишком безумно.       — Ты обещала мне показать магловский Лондон.       — И как ты себе это представляешь?       — Легко, — он улыбается и ко мне ближе двигается. — В Выручай комнате есть открытый камин.       — Твоё рвение сбежать, да ещё и со мной, как-то связано с тем, что произошло? — Я могла и не спрашивать, потому что ответ был очевиден и я не хочу думать об этом именно сейчас, потому что совсем не время. Как мне надоело думать о времени. — Бред спросила, ничего не отвечай. Хорошо, давай сделаем это, — возможно это моё последнее Рождество и последний шанс показать Лондон Малфою таким, каким всегда любила его я. Перед свои уходом я хочу у всех оставить приятные воспоминания. — Когда? Сегодня ночью или завтра?       — Сегодня, завтра бал вообще-то, — он откидывается на спинку дивана. — И если нас вдруг схватят мракоборцы, то… Впрочем не думай об этом, я что-нибудь придумаю, — пока он не напомнил я и забыла о том, кто я. — Ты сегодня на уроки не идёшь?       — Наверно нет, — мне надо в штаб. — А вот и первый проснувшийся, — я не удивилась, когда скоро в гостиную вышел Гарри. — Доброе утро, — Гарри замер у дивана и грозно посмотрел на Драко. Я не поняла, что это было. Малфой чуть склонив голову подмигнул Гарри и тот недовольно качнув головой сел на кресло.       — Как себя чувствуешь? — спросил Гарри взяв меня за руку.       — Ничего не болит. Совсем, — это было подозрительно потому что из-за очищающего зелья на мне долго ничего не держится. Ни заклинания, ни зелья. Почему я ничего не чувствую? — Я…       Дверь в гостиную резко раскрывается и на пороге показывается директор, она покрасневшими глазами на меня испуганно смотрит. Я замечаю, как сильно трясутся её руки и как нервно она стоит. Женщину сильно потряхивает. Что-то произошло.       — Мисс Грейнджер, — её голос дрожит. Ох, не к добру это. — Пройдёмте за мной, — директор оглянулась за спину и сильнее руки сцепила, а я подумала о том, что когда меня так вызывали, то отстранили от должности.       — Хорошо, — я недоуменно глянула на Гарри, который так же заметил неладное, но ничего не сказал. — Я сейчас переоденусь и выйду.       Встав с дивана, я прошла мимо Драко, который не сводил с директора напряжённого взгляда и зашла в свою комнату. Рон всё так же спал в кресле, а Жози сидела на краю кровати прикрыв глаза. Наверное не выспалась, ей бы часик ещё полежать, но кажется она услышала, как уходил Гарри и проснулась, когда меня не оказалось рядом.       — Директор пришла за мной, — тихо сказала я ей, чтобы не разбудить Рона. — Она встревожена, даже напугана — достав из шкафа пару синих брюк и свитер цвета индиго зашла в ванную, чтобы переодеться, а Жози пошла следом.       — Тебе отдыхать надо, — сонно бормочет она. — Ты наверное заметила, что ничего не болит?       — Ещё как, — ответила я, стягивая пижаму. — Это ты постаралась? — Она мычит в ответ за дверью. — Спасибо.       — Я…Гермиона, прости нас. Если бы заметили раньше, что тебя не было, то…       — Жозефина прекрати немедленно, — вот поэтому я хотела сбежать. — В том, что произошло нет вашей вины. И я вообще не хочу об этом говорить. Я начинаю злиться, — а мне нельзя злиться. — Я о многом прошу, но мы можем сделать вид, что ничего не произошло? Мне правда надо, чтобы было так.       — Гермиона, как ты это себе представляешь?       — Легко, — я натянула свитер и вышла к ней. — Мы просто не будем говорить об этом, потому что есть вещи поважнее…       — Важнее, чем твоя жизнь?       — Важнее, чем моя смерть, — она вздрагивает. — Попробуй объяснить это Гарри и Рональду, пока меня не будет, — я не забываю про свою палочку. Жози молча на тумбочку указала и обиженно вышла из комнаты.       Я убрала палочку в рукав свитера и вышла следом за ней. Директор всё также стояла у дверей, но её уже не так трясло. Жози села на диван рядом с Драко и упрямо отвернулась. Ничего им не сказав, я вышла из гостиной вслед за директором, которая молча побежала вперёд, наверное забыла, что я ослабла. Да, боли нет, но и сил бежать тоже нет.       — Профессор, что случилось? — спросила я, когда мы поднялись на этаж со спальнями преподавателей и пошли в сторону комнаты Дарена Лоджа. — Профессор?       — Дарен не пришёл на утреннее занятие, и на завтраке его не было, — нервно начала она, снова пальцы сжимая. — Я пришла к нему, чтобы узнать, почему он пропустил уроки, но… — Мы останавливаемся у дверей и она нерешительно хватается за ручку. — Посмотрите сами, — директор дверь открывает и я тут же морщусь. Пахнет цитрусами. Мы зашли в комнату, и когда профессор закрыла за нами дверь, я испуганно вздрогнула.       Директор рукой указала на кровать за ширмой и когда мы прошли, я впала в ступор.       — Почему вы позвали меня? — спросила вытаскивая палочку.       — С Вашим капитаном, Вы свяжетесь быстрее, чем я, — хрипло отвечает она.       — Я осмотрюсь здесь, а Вам стоит вернуться в кабинет и дождаться мракоборцев, — я открываю окна, чтобы запах немного выветрился. — И этот этаж необходимо полностью перекрыть, — ученики не должны здесь показаться. — Кто-нибудь ещё знает?       — Нет, я подумала, что медсестру звать бесполезно, — она болезненно морщится, когда на тело смотрит.        — Он уже давно мёртв, — говорю я, открываю шкаф и достаю свежую простынь, чтобы прикрыть тело, после того, как я немного здесь осмотрюсь.       Профессор вышла и закрыв за собой дверь, ушла.       Оглянувшись, я подошла к телу и чуть нагнувшись принюхалась. От него не так сильно пахло цитрусами, но всё выглядит так, как будто он обкололся. Вокруг валяются шприцы с остатками жидкости, на полу пустые пробирки, всё говорит о том, что это передоз, но так ли это?       Натянув на пальцы рукава свитера, я аккуратно взяла в руки чужое предплечье и немного повернула на свет. Шприцов валяется три, а следов от уколов пять. Я пригнулась и снова нюхнула, не знаю должен ли ощущаться запах, но его нет. Рядом с телом ничего нет. И вообще выглядит так, будто он бежал и с последних сил завалился на кровать. Тело лежит будто в статике.       Отойдя от кровати я снова оглянулась думая откуда тот мог идти, и взгляд зацепился за стол. Я подошла ближе и увидела газету, которую недавно Пэнси держала в руках.       Точнее, это было тот выпуск с фото секретаря Министра.       Кажется нам придётся познакомиться с ним поближе.