Сломанный

Ухен уже битый час мотался по комнате, наворачивал круги вокруг стола или шарахался из угла в угол. Сколько можно ждать? Когда этот придурок позвонил и попросил срочно приехать, Нам сорвался с места, будучи уверенным, что случилось нечто серьезное. А что он обнаружил, когда вошел сюда? Ни черта подобного. Менсу, которого Ухен про себя именовал тем самым придурком, с завидным упорством пыхтел над какой-то штуковиной с торчащими в разные стороны проводами, периодически попискивая, когда получал небольшие удары током. Нам не чувствовал к нему ни капли жалости - так и ему и надо, паразиту мелкому. Подумать только, из-за этого проклятого ученого-самоучки, возомнившего себя великим физиком, он, Ухен, пропустил уже 2 часа, за которые мог бы вполне прилично заработать! Ну, хотя как вполне прилично? Едой он бы и себя, и Менсу обеспечил на несколько дней, а дальше снова надо пахать и пахать. Молчание постепенно начинало угнетать. Друг так и продолжал возиться со своим очередным изобретением, а Ухену болтаться без дела начало надоедать. Первое время он тактично молчал: знал, что иногда на Менсу накатывало просто убийственное вдохновение, и не дай бог его отвлекать в такие моменты. Менсу и правда мог вычудить нечто гениальное, но если его сбивать с толку, он всегда забывал все свои идеи. Для Ухена "откат вдохновения" друга был опасен тем, что последующие несколько дней Менсу ходил мрачнее тучи, отказывался есть и пить, ни с кем не разговаривал и постоянно наказывал своего юного ученика Киджуна - все это продолжалось до тех пор, пока вдохновение не возвращалось, и Менсу снова, с детским восторгом, вертелся вокруг своей импровизированной лаборатории, устроенной прямо на столе. Лаборатория включала в себя кучу каких-то болтиков, винтиков, проводов, микросхем и пластинок, вперемешку валяющихся по всему столу - благо, тот был достаточно большим, и площадь поверхности позволяла молодому ученому-экспериментатору тихо-мирно проводить свои опыты. Но сейчас все это до жути начало Ухена выбешивать. Он уселся на шаткий стул, нервы начали сдавать. День выдался тяжелым, ему снова пришлось показывать свою "опасную" сторону ради Киджуна... а он так мечтал стать обычным человеком, встретить девушку, завести семью, заработать достаточно денег и купить нормальный дом, чтобы больше не ютиться с Менсу в мрачной и грязной съемной комнате... мечтал, чтобы люди перестали его бояться, в конце-то концов. Но, увы и ах, иногда Ухен попросту не мог контролировать свои вспышки гнева, и в моменты срывов своим поведением попросту отталкивал всех потенциальных друзей и подруг. И получалось так, что за все эти годы, начиная с побега из детдома, у него был всего лишь один настоящий друг - и именно сейчас на этого "мелкого паразита" накатила очередная волна гениальных мыслей. Но только почему-то Ухена этот факт не радовал: ему приходилось усердно работать, чтобы прокормить и себя, и тонсена, предоставляя младшему возможность спокойно заниматься тем, что ему нравится. Хотя бы в благодарность за некогда спасенную жизнь. Нам никогда не признавал этого, но в глубине души был безумно рад тому, что когда-то Менсу его спас. Наконец-то он обрел в жизни человека, ради которого стоило жить, о ком нужно было заботиться. Ким, в свою очередь, тоже никогда не признавал открыто, но с появлением в его жизни Ухена он стал куда счастливее. Они были неразлучны вот уже сколько лет, идеально понимали друг друга и в трудные минуты заставляли один другого забросить мысли о суициде куда подальше и продолжать жить. Единственное, в чем их мнения расходились - это наука. Она была смыслом существования Менсу с одной стороны, но с другой - головной болью Ухена. Старший крепко стиснул ледяными пальцами спинку стула, чуть раскачиваясь вперед назад. Он наивно полагал, что тонсен ничего не замечает, будучи так сильно увлеченным соединением каких-то там проводков, но ошибся. Тишину нарушил мягкий, спокойный голос Менсу: - Прекрати стул ломать. У нас другого нет, ты же знаешь. - Парень даже не повернул головы, когда произнес эти слова. Нам рассерженно парировал: - Тогда чем мне еще заниматься? Ты вызвал меня сюда, прекрасно зная, что я нахожусь в другом конце Сеула! И тем не менее я примчался, как только услышал твой взволнованный голос! Хоть представляешь, как я изнервничался, пока ехал сюда?! Менсу как-то равнодушно пожал плечами, так и не соизволив поднять на старшего взгляд. А Ухен тем временем разошелся не на шутку, продолжая высказывать свое возмущение: - Я думал, случилось что серьезное! А ты позвонил из-за какой-то ерунды! Сколько можно, Менсу-а! Я из кожи вон лезу, чтобы ты мог заниматься своими чертовыми экспериментами! А ты обо мне совершенно не думаешь! - Если у меня все получится, то уже скоро мы станем богатыми, - резонно возражает тонсен, наконец выпрямляясь и встречаясь взглядом с Ухеном. - А сейчас не кричи, пожалуйста, и дай мне нормально закончить. Когда ты рядом со мной, у меня все получается в разы быстрее. Старший вздохнул и обреченно кивнул, перемещаясь со стула на продавленный матрац и упираясь бездумным взглядом в потолок. Это правда, вдохновение почему-то посещало Менсу чаще, когда Ухен находился поблизости. А потому вот уже в который раз младший звонил, испуганным шепотом прося приехать, и Нам немедленно приезжал. Но ждать ему обычно приходилось недолго, тонсен как-то сразу воодушевлялся, завидя Ухена на пороге, и, как правило, завершал работу максимум в 20 минут. Сегодня прошло уже больше часа, а работа так и не закончена. Долго еще ждать? Как оказалось, недолго. Уже через минут десять послышался радостный вопль: - Готово! Старший нехотя поднялся на ноги и прошлепал к столу. Менсу с самым счастливым видом, какой у него когда-либо был, оглядывал собственное творение. Этот парень... так изменился за последние 2 недели. Некогда румяные, а сейчас впалые щеки, чересчур бледная кожа, потрескавшиеся губы и синие круги под глазами от хронического недосыпания и недоедания. По лбу стекают капельки пота, недвусмысленно намекая, сколько же сил Менсу потратил на это изобретение. Сейчас он собой напоминал ходячий труп - настолько жутко выглядел. И только глаза, светящиеся от счастья, с пляшущими внутри задорными огоньками, выдавали в нем живого человека. - Ну и что это? - скептично оглядывая кучку металла с разноцветными проводами, спросил Ухен. - Это, мой друг, величайшее изобретение современности! - с гордым видом ответил тонсен. - Больше на дохлого таракана смахивает. Единственное различие - оно не коричневое и раза в четыре больше. - Сам ты таракан! - возмущенно начал Менсу. - Скоро такими вещами будут пользоваться все! Слава обо мне разлетится по всему миру, и мы станем богаты! Вот, гляди, тут есть маленькая кнопочка, - парень торопливо начал свой инструктаж по эксплуатации "шедевра современной цивилизации", как сам его окрестил, - нажимаешь на нее, и здесь появляется два провода... Потом вот на эту кнопочку, появляются еще два... - Теперь, когда я узрел эти миниатюрные кнопки, твой "шедевр" напоминает мне таракана еще больше, - тихо рассмеялся старший, однако честно попытался понять, о чем ведет речь тонсен. Когда до него дошло, куда надо нажимать, в каком порядке и что из этого всего выйдет, он лишь присвистнул: - А неплохо! В кои-то веки ты действительно сделал нечто полезное. Так и быть, я тебя на сей раз прощу. Менсу фыркнул, пробормотав что-то о том, что это только начало. *** - Сонгю-а, милый, ну, как успехи? - поинтересовалась мать, аккуратно отпивая из миниатюрной фарфоровой чашечки свой любимый каппучино. - Поговорил с отцом? Сын отрицательно мотнул головой, усаживаясь за стол и притягивая к себе поближе такого соблазнительного вкусного лобстера. Он так проголодался, объявив негласный бойкот всему свету... Надо было подкрепиться, а то силы совсем уж покидать начали - дошло до того, что ему было лень перевернуть книжную страницу, а это уже не дело. Услышав тихий вздох матери, Сонгю таки созволил поднять на нее равнодушный взгляд. - Так и не собираешься к нему идти? - Нет. - Но он так ждет... Ты же знаешь, на следущей неделе приезжает важный клиент из Франции. Если повезет, твой отец сможет заключить крупную выгодную сделку. - А мне-то что? - Ты мог хотя бы сделать вид, что интересуешься его работой, - нахмурилась мать, отставив чашечку в сторону и глядя куда-то в сторону. - Не позорь семью. Да и в конце-то концов, рано или поздно ты его сменишь. - Лучше поздно, - фыркнул сын, и, игнорируя недовольные взгляды матери, отхапал себе приличные проценты от лобстера в тарелочку и с чистой совестью направился обратно в свою комнату. Точнее, в одну из своих комнат - конкретно в спальню. А так в его распоряжении было еще трое апартаментов - личный кабинет-библиотека, куда он утаскивал все полюбившиеся книги, персональная ванная и мини-бассейн и игровая, где Сонгю любил собираться с ближайшими друзьями сыграть партеечку в бильярд. Ближайшими "друзьями" он мог назвать всего двух человек - Чан Дону и Ли Ховона. Оба парня тоже были сыновьями сеульских олигархов, правда, по состоянию отец Сонгю обходил их раз в шесть-семь. Но на важных приемах и банкетах дети элиты частенько пересекались друг с другом и прекрасно знали остальных не только по именам и лицам, но и по характерам. Сонгю каким-то чудом умудрился сойтись только с двумя богатенькими сыночками, поскольку у них, в отличие от остальных, совершенно точно в головах присутствовало нечто, именуемое в простом народе мозгом. Другие же "детишки" были лишь бездушными куклами с настолько мелочными проблемами и темами для разговоров, что Сонгю сразу же отсек их за черту потенциальных друзей. Благополучно добравшись до спальни и прикрыв за собой дверь - толку запираться, у дворецкого в распоряжении все равно есть ключи от всех комнат, за исключением отцовского кабинета, так что если Сонгю срочно кому-то понадобится, его найдут где угодно, хоть из-под земли достанут, - парень поставил тарелку с лобстером на широкий подоконник и устало опустился на пол. Желание есть снова пропало из-за слов матери. Сонгю аж расстроился - лобстер выглядел таким соблазнительным в лучах полуденного солнца... Вздохнув, парень пошарил по карманам и выудил мобильный телефон. Набрал номер и печальным голосом попросил: - Можешь приехать? Ага, срочно... Не знаю, что делать, отец опять домогается, а мать на совесть давит. Надоели. Через сколько будешь? Ладно, жду, код от ворот ты знаешь. На том конце звонок сбросили, и Сонгю отбросил телефон куда-то в сторону, грустными глазами гляда на лобстера. Вот ему вроде хочется есть, а в то же время и не хочется. Чертовщина какая-то. Минут через пятнадцать на первом этаже послышались охи, ахи, громогласные приветствия и в итоге - топот на лестнице. Уже через минуту в спальню Сонгю влетел веселый блондин, с пухлыми губами, слегка удивленным выражением лица и задорной улыбкой. - Хен! - радостно воскликнул он, усаживаясь рядом с другом. - Что случилось? - Привет, - равнодушно ответил Сонгю и перевел взгляд в сторону двери - в проеме уже нарисовался второй силуэт. Темноволосый парень в элегантном пиджаке и обтягивающих джинсах небрежно облокотился на дверной косяк, одновременно снимая с глаз солнцезащитные очки. Весь его вид говорил: "Да, я знаю, что я сейчас безумно сексуален, и хватит прожигать меня томными взглядами". Сонгю ухмыльнулся. - Эффектное появление, Хоя. Парень едва заметно пожал плечами. - Ты ожидал чего-то другого? - Нет. Спасибо, что пришли, мне правда нужно сейчас с кем-то пообщаться. Предки не в счет, с ними мрак полнейший, - Сонгю нахмурился и сжал двумя пальцами переносицу. Как же трудно.. - Хен, ты какой-то мрачный, - резюмировал блондин, внимательно разглядывая старшего. Хоя, в народе просто Ли Ховон, фыркнул и изящной походкой прошествовал в середину комнаты, усаживаясь на кровать. - Опять в депрессию впадаешь? - поинтересовался он, глядя на разноцветные стеклянные вставки на потолке. - Девушку тебе надо завести, сразу настроение поднимется. - Надеюсь, ты не предлагаешь мне одну из этих глупых идиоток? - Может, они и глупы, но определенно куколки, - фыркнул Хоя, закрывая глаза и вспоминая, как не далее чем сегодня утром неплохо развлекся в компании одной из таких "идиоток". - Куколки... с куколками можно провести ночь, не более того, - протянул Сонгю, краем глаза замечая, что Дону уже нацелился на его лобстера. - Эй, оставь! Это мой обед! Блондин что-то протестующе замычал, но под ледяным взглядом послушно вернул тарелку в руки старшего. - Тогда найди себе умную, - пожал он плечами. - Или... слушай, может, тебе парни нравятся? Вопрос был задан так внезапно, что Сонгю аж поперхнулся лобстером. - Ты в своем уме?! С чего такие глупые вопросы?! - Не знаю. На тебя не угодишь... Девушки тебе не нравятся, парни тоже. Кто тогда? - Дону поднялся на ноги и направился к кровати. Секундой позже он уже удобно устроился неподалеку от Ховона, раскинув руки в стороны - кровать была такой большой, что на ней спокойно уместились бы человек десять, что уж там говорить про двух. Сонгю задумался. - Человек, у которого был бы мозг - вот тот минимум, что меня бы устроил, - наконец изрек он, отставляя лобстера куда-то в сторону - аппетит все равно пропал окончательно. - Человек? Ты допускаешь, что это мог бы быть парень? О, а ты еще больший извращенец, чем я думал, - рассмеялся Дону. - Да иди ты, - фыркнул старший, в итоге тоже присоединяясь к постельному релаксу, - ради тебя специально перефразирую: девушка, у которой был бы мозг, де-вуш-ка. - Слава богу, а то я уж подумал... - загадочно начал Чан, но снова был вынужден умолкнуть - на сей раз от тычка в бок от Хои. - И кто тут еще извращенец, - спокойно прокомментировал он свои действия, приподнимаясь на локтях и глядя на друзей. - Хен, ты ведь знаешь, что из наших с мозгами ты в принципе не найдешь? - последний вопрос был обращен к Сонгю. Сонгю знал. Под "нашими" подразумевались все детишки богатеньких родителей, с которыми он категорически не желал общаться. Увы и ах, почти все они были озабочены лишь двумя вещами - мода и вечеринки. Ни один не мог поддержать действительно умные беседы, максимум, на что они были способны - обсуждать последние сплетни и перемывать друг другу косточки. Сонгю сильно сомневался, что из них выйдут хорошие преемники их родителей - уж больно тупы они были, но кто знает? Жизнь меняет людей, как парень, к сожалению, убедился на собственном опыте. Пятнадцать лет назад. Сонгю совсем ребенок, кругом творится нечто страшное - он это понимает, но молчит. Потому что боится. Мать вся на нервах, носится туда-сюда по комнате, в которой они остановились, и как безумная твердит: "Он найдет нас, найдет, найдет..." Кто такой этот таинственный "он", ее сын знал. Главный конкурент отца. В кои-то веки он стал представлять из себя реальную угрозу - и не только в финансовом плане для компании отца Сонгю, но и в физическом для всей его семьи. Он угрожал пустить их по миру, если они не сдадутся и не продадут компанию. Сонгю помнит, как тогда к ним неожиданно пришел отец. Дал успокоительное матери, потихоньку примешав снотворное - и она вскоре уснула. Тогда мужчина присел на колени перед маленьким сынишкой и твердым голосом - как казалось тогда Сонгю - сказал то, что ребенок запомнил на всю дальнейшую жизнь: - Сонгю-а, мы сейчас находимся на грани. Но мы не можем сдаваться, ты же знаешь? Мы столько пережили... пройдем и через это. Я обещаю... - Ты больше не придешь? - испуганным голосом спросил ребенок. - Ну что ты... конечно, приду. Нам просто нужно пережить один день. Побудь с мамой, ты пока остаешься единственным мужчиной рядом с ней. Я доверяю ее тебе, - мужчина поцеловал его в лоб и ушел. Они действительно пережили тот злополучный день. Когда на следующее утро отец вернулся к жене и сыну, казалось, что большего счастья для них быть не может... Некогда небольшая компания по производству техники начала расцветать новыми красками, в итоге разрослась до просто немыслимых размеров и стала уже корпорацией KTF (Korea Thinks about Future). Все наладилось. Конкурент исчез без следа, Сонгю слышал, как отец объяснял матери, что он уехал за границу. Все были спокойны... Десять лет назад. Сонгю чисто случайно узнает, каким именно способом отец избавился от конкурента. Заказное убийство. За просто баснословную сумму. Истинная личина главы семейства начала прорываться наружу, из-под маски честного и добропорядочного бизнесмена... Сонгю было 15, но он помнит тот их последний действительно честный разговор до мельчайших подробностей. - Ты заказал киллера! Как ты мог? По твоей вине убили человека! - Успокойся, Сонгю-а. Так было нужно. Это был единственный выход. - Ты убийца! - Нет, Сонгю-а. Я лишь даровал жизнь тебе, твоей матери и всей корпорации. Прекрати кричать и сядь. - А, так ты пытаешься выставить свой поступок благородным?! Убийца! Ты лгал всем нам, когда говорил, что он просто уехал куда-то! Ты грязный, двуличный, лжив... Неожиданно отец дал сыну сильную пощечину. Он впервые поднял на него руку, и потому Сонгю примолк на полуслове, шокированно глядя отцу в глаза. - Прекрати истерику, - стальным голосом, без тени жалости к собственному сыну, начал мужчина. - Рано или поздно ты бы узнал, ты слишком умен для подростка твоего возраста. Но да будет тебе известно, более половины ведущих бизнесменов Кореи так или иначе замешаны в криминале. Частенько - в очень крупных преступлениях. То, что сделал я... это сравнительная мелочь. Однако только рискни кому сказать - и я не посмотрю на то, что ты мой сын, - закончил он уже зловещим шепотом и отвернулся. - Иди в свою комнату. Немедленно. Уже в спальне Сонгю почувствует, что этот разговор кардинально поменял в нем все. По щекам побегут слезы, и он не сможет их остановить. В итоге он решит, что никогда не станет управлять этой корпорацией. Слишком много грязи, крови, жестокости было вокруг нее. Он не хотел быть таким - даже за все деньги мира не хотел. Именно в 15 лет Сонгю открыл для себя прелесть литературы - не той, которую ему регулярно подсовывали родители и няньки, а приключенческой. И с тех пор в нем жила мечта когда-нибудь сбежать из этого дурдома и стать свободным. Где ему никто не будет постоянно напоминать о долге перед семьей, о прекрасных "невестах", с которыми периодически приходилось ходить на свидания вслепую. Он умирал в этой семье богачей - умирал морально, оставляя после себя лишь пустую оболочку. И мечтал хоть раз в жизни почувствовать себя по-настоящему живым - но, увы, для этого просто нужно было родиться в другой семье. Поэтому, все, что ему оставалось - слушать музыку и мечтать. Мечтать о свободной жизни. - Вы можете мне помочь? - неожиданно спросил Сонгю, глядя на друзей, развалившихся на его кровати. - Смотря в чем, - подозрительно на него посматривая, протянул Хоя. - Если девочку на ночь найти - без проблем... - На кой мне твоя девочка, у меня просьба вообще не о том, - поморщился старший, мысленно готовясь озвучить давнюю мысль перед парнями. Но он был прекрасно осведомлен, что весь дом просто утыкан видео-камерами и подслушивающими жучками - отец любил держать все под контролем, в том числе и собственную семью. Для того, чтобы их не услышали, Сонгю пришлось пролезть чуть вперед по кровати, склонившись над друзьями так низко, как только мог. Парни заметно напряглись, но молчали - уже через пару секунд, как Сонгю сдвинулся с места и завис над ними, до них дошло, почему он это сделал. - Я хочу отсюда сбежать, - едва слышно выдохнул старший и умоляющим взглядом посмотрел на тонсенов. Те нахмурились, поняв смысл его просьбы. Сонгю вернулся на свое место, с надеждой глядя на друзей. - Надолго? - тихо спросил Дону, прерывая повисшую паузу. - Навсегда, - мрачно ответил Сонгю, переводя взгляд на окно. - Сил уже просто нет... - Я знаю, как это организовать, - прошептал Хоя, прикрывая губы ладонью - чтобы потом через запись на камере специалисты чтения по губам не могли понять, что он сказал. - Но это довольно рискованно. - Я на все готов, - сделав вид, что зевает, (а на самом деле повторяя махинации Ховона с удалением доказательств) заявил Сонгю. - Время, место, помощь. Три ключевых слова, которыми они пользовались еще с детства - "время, место, помощь". Время - во сколько и когда, место - где, помощь - что сделать, чтоб не засекли. - Сегодня в полночь, беседка, охрана у левого входа, - в тон старшему ответил Хоя и убрал руку ото рта. - Однако ты уверен? Обратного пути нет. - Я уверен вот уже десять лет как, - с горечью произнес Сонгю, откидывая голову назад и глядя на разноцветные вставки на потолке. - Поверь, у меня было достаточно времени подумать. Менее чем через полчаса Дону и Ховон ушли, Сонгю слышал, как они прощаются с его матерью внизу. Парень слегка потряс головой, пытаясь упорядочить мысли. Что взять с собой? Документы, наличные, средства гигиены - основное. Телефон можно отследить, проще купить новый, уже после побега, так что Сонгю сразу же запрятал его глубоко в выдвижной ящик стола. Много брать нельзя - иначе дворецкий наверняка просечет, в чем проблема, завидев молодого господина с огромным рюкзаком за спиной. Небольшая сумка, отдаленно напоминающая чехол для фотоаппарата - всегда можно соврать, что собрался пофотографировать ночное небо. Но остается вопрос с охраной... Можно отправить их патрулировать основной двор, сославшись на то, что, мол, видел там какую-то подозрительную тень. Да, так лучше всего и сделать. А пока нужно поспать, чтобы набраться сил - путешествие наверняка предстоит не из легких... Ким Сонгю воспринимает побег из дома как развлечение. Однако он и понятия не имеет, чем это "развлечение" для него обернется...