Самое сильное чувство.

Тебя спасли. Спасли еще несколько человек, но я не входил в их число. Помнишь тогда, в пещере, ты говорила, что не оставишь меня одного? Ты обманула меня. Ты оставила меня здесь одного. И они забрали меня. Сначала я защищал тебя. На том шоу Цезаря я выставил тебя влюбленной дурочкой, которая не ведала, что творит, и что тебя заставили стать их Сойкой-Пересмешницей. Что ты выступаешь не по собственной воле. Не думаю, что они поверили. Потом началось. Сначала они просто пытали меня. Хотели узнать то, чего я не знаю. Вскоре они убедились в этом. И вдруг они придумали, как сломать тебя. И меня заодно. Они начали потихоньку уничтожать единственное, что они еще не отняли у меня – любовь и воспоминания о тебе. Они меняли их, а это меняло меня. Я пытался бороться. Я думал, что они не сломают меня. Думал, что я не отдам им ничего. Думал, что Игры не изменят меня. Нет, о последнем я не думал. Я надеялся на это. В тот последний эфир я уже не был тем прежним Питом Мелларком, сыном пекаря и просто добрым парнем. Но все же что-то прежнее еще теплилось во мне. Я успел предупредить тебя. Успел, но поплатился за это тем немногим, что оставалось в моей голове. Теперь я ненавидел тебя. Ненавидел так сильно, что даже моя прежняя любовь к тебе не шла ни в какое сравнение с этим чувством. Любовь – самое сильное чувство? Ха. Как бы не так. Ненависть. Вот что сильнее всего. Всё, чем я живу теперь – жгучее желание убить тебя. Впиться пальцами в твою шею, сдавливая её со всей силой. Наблюдать, как ты мучаешься. Ломать позвонки, с упоением слушая их глухой хруст. Я хочу, чтобы ты испытала всю ту боль, которую испытал я. Все-таки они оказались сильнее. Они добились своей цели. Они окончательно изменили меня.