Война далеко 47

Lundo автор
Реклама:
Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Фантастические твари

Пэйринг и персонажи:
Ньют Скамандер, Тесей Скамандер
Рейтинг:
G
Размер:
Драббл, 2 страницы, 1 часть
Статус:
закончен
Метки: Драма Исторические эпохи Пропущенная сцена Психология

Награды от читателей:
 
Описание:
Война далеко. На Рождество студентам рекомендуется не покидать Хогвартс: в Лондоне пока спокойно, но уже небезопасно. Ньют возвращается домой, и ему кажется, что мама видит не его, а другого сына, которого не может не ждать.

Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде
16 апреля 2017, 01:05
Война далеко. До Хогвартса долетают только номера «Ежедневного пророка» и письма. Писем много, и все они похожи на одно — лаконичное и сухое. Самое важное не содержание, а факт их наличия. На Рождество студентам рекомендуется не покидать Хогвартс. В Лондоне пока спокойно, но уже небезопасно. Все журналисты на разные голоса кричат о том, что магам почти ничего не угрожает — Министерство заботится о каждом. Даже первокурсники понимают — под дирижаблями все равны. Ньют возвращается домой, но в этом нет ничего смелого. Его выгоняют, несмотря на последний курс и заступничество Дамблдора. Пока он не говорит об этом ни маме, ни брату. Ньют возвращается домой — как попадает из одного мир в другой, тихий, замерший, затаившийся. Мама тенью встречает на пороге тёмного дома. В холле витают запахи корицы и оттаявшей хвои, в гостиной призраком мерцает украшенная ель. — С возвращением, мой мальчик. Мама тянет к нему напряжённые руки, и Ньюту кажется, что она видит не его, а другого сына, которого не может не ждать. Тесей не пишет брату. Они никогда не были близки. Разница в десять лет, разница интересов и характеров. В детстве мама говорила, со временем это сглаживается, с возрастом забываются обиды и ссоры, остаются понимание и ощущение близости. Наверное, им обоим в этом только предстоит убедиться, если война окончательно их не разведёт. На фоне брата — мама показывает его письма, пальцы едва заметно дрожат и будто бы гладят резкие очертания букв — Ньют выглядит жалким. Он молчит о своих исследованиях, поощряемых профессором Дамблдором, о книгах, в которых до обидного мало информации о волшебных существах, о своих несерьёзных записках, которых тоже слишком мало, — о мире, который намного лучше и чище привычного. На следующий день Ньют пишет первое письмо брату. Сжигает, пишет новое и снова сжигает. Он смотрит на его колдографию — уставший, азартный, жёсткий, похожий на отца — и ищет слова, способные его убедить. Тесей не отвечает ему, но следующее письмо матери длиннее и немного теплее, с ничего не значащими деталями. Она с гордостью читает его за обедом, голос почти звенит, а на щеках проступает румянец. Наверное, так в это время выглядит счастье. Ньют сидит во главе массивного стола. Очень хочется спрятаться. Хотя бы — за счета и отчёты, которые он разбирает в кабинете. Рождество накрывает внезапно, как шторм. На улице глухо хрустит снег под ногами, небо зимнее, светлое, похожее на вылинявшую пыльную мантию. У мамы почти хорошее настроение. Она выглядит оживлённее обычного — как ребёнок, который действительно верит в визит Санты. У Ньюта болит голова, его мутит, немеют пальцы, тишина давит на уши, и он готов заорать, что-то сломать, разбить, разрушить, только бы оживить этот дом. Готов забросить черновик книги, которую ему никогда не написать, уйти на фронт, лишь бы Тесей вернулся. Он знает, как успокаивать маму, отвечать на все эти письма, следить за расходами и распоряжаться вложениями. Тесея не отпускают домой даже на Рождество — он везде нужен, не только Ньюту, которому страшно взрослеть. Вечером, когда Ньют спускается вниз, уже всё готово. Длинная белая скатерть, серебряные фамильные блюда, тяжёлые подсвечники. В камине горит огонь, над всем безмолвно возвышается ель, украшенная теми же игрушками, что и десять лет назад. У мамы очень прямая спина. Кажется, она мёрзнет в расшитом маггловском платье. В полумраке она выглядит совсем молодой. Ньют склоняется над её рукой. Холодные пальцы пахнут ладаном и леденцами. — Твой брат прислал нам колдографию, — говорит она чуть взволнованно. — Он пишет, его наградили за участие в секретной операции. Мама говорит, говорит, говорит. Говорит, пока они занимают свои места за столом, пока наполняются тарелки, пока в бокалы льётся пунш, пока Ньют рассматривает снимок. Тесей похудел, взгляд всё такой же строгий, но уголки губ непривычно приподняты. — Я не вернусь в Хогвартс, мама, — невпопад сообщает Ньют. — Будем с тобой ждать его вместе. Ты не волнуйся, он обязательно вернётся. И когда дают орден, дают и отпуск. Вот увидишь — будет дома через пару дней. Это самая длинная фраза, произнесённая им дома в этом декабре. Мама улыбается, у неё немного расслабляются плечи, и она поднимает бокал, ни о чём не спрашивая — муж и старший сын приучили к этому: — С Рождеством тебя, милый. Тесей действительно приедет, живой, постаревший, припадая на правую ногу. Он вырвется домой в августе. За пару недель до того, как в небе над Лондоном всплывёт немецкий цеппелин.
Реклама:

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net

Реклама: