Чёрное Пророчество

Имеющий уши да услышит пророчество О том, чему вскоре случиться надлежит. Время Святой и Нечестивой Троицы Приблизилось. Недолго ждать осталось им

— Мастер... Мастер, с вами всё в порядке? — Янус легко потревожил зельевара за плечо, одновременно убирая остатки кофе волшебной палочкой. Северус Снейп с усилием воли оторвал взгляд от глаз малыша.

Глаза Лили...

— Кто этот мальчик? — Чуть охрипшим, от волнения, голосом спросил Снейп и вновь вернул взгляд к малышу. Того Август поднял на руки и, скорчив рожицу, под смех малыша, скрылся за раскрывшейся перед ним дверью. Снейп перевёл взгляд на название кабинета и почувствовал как кровь отхлынула от лица, устремляясь куда-то вниз.

ОТДЕЛЕНИЕ ЭКР

— Гарольд Фалберт. — Тикки проследил за тем, как стажёр Сепсис вместе с малышом скрываются за дверями отделения. — Год назад он чудом выжил в автокатастрофе. — Автокатастрофа? — Резкий проницательный взгляд. Янус утвердительно кивнул. — Мальчик родился слабым. Синдром сквиба, насколько известно. На этом сюрпризы не закончились. — Что за сюрпризы? — Неожиданные. — Кивнул целитель. — Он и есть тот самый пациент, у которого сам Сметвик, совместно с Сандфордом, будет участвовать в изъятии крестража.

У него Её глаза...

***

      Гарри аккуратно положили на стол, обтянутый светло-зелёной тканью. Такого же цвета широкие атласные ленты осторожно овили руки и ноги мальчика и тут же замерли. — Сканирование на МФ? — Вот результаты. Сандфорд лично этим занялся. — Сепсис передал свиток пергамента с многочисленными магическими формулами и шифровками Моане Грэйс. Та широко улыбнулась, принимая свиток. — ОМП? — Вот показания. — Стажёр взглянул на Моану. — Настаиваю на повторном исследовании. Эти данные разительно отличаются от тех, что выявил я прошлой ночью. — Без согласия Сметвика... Август, сами понимаете. — Внимательно изучая вверенный свиток, Грэйс бросила короткий взгляд в сторону смирно лежавшего мальчика. — Но я попробую его убедить. От мальчика исходит сильная энергетика. Вырастит сильным волшебником. — По бумагам... Он сквиб. — Август бросил короткий взгляд в сторону мальчика. — В чём я сильно сомневаюсь. Он сдерживает магию в себе. — Как такое возможно? — Грэйс тут же отложила свитки в сторону вместе с личной картой маленького пациента. — Сколько ему лет? — Три года. — Его родители маги. Не похоже, чтобы они запрещали единственному сыну сдерживать её. Тут что-то другое. Психологическая травма? — Возможно. — Кивнул Сепсис. — Год назад мальчик пережил автокатастрофу. Среди погибших были и маги. — Тогда это объясняет наличие крестража в теле ребёнка. — Грэйс свела брови. — Очень странно. — Что с ОМП? — Попробую уговорить. Если ты прав, то всему отделению ЭКРу остаётся лишь молить Мерлина о чуде. Гасить стихийный выброс ребёнка всё равно, что остановить стадо взбесившихся гиппогрифов. — О, да-а... Тут ты точно права. — Августа аж передёрнуло от воспоминаний встречи с единственным хоггвартским гиппогрифом.       Сметвик остался непреклонным своему решению. Моана обречённо покачала Сепсису головой. Тот прекрасно всё понял без слов и мысленно приготовился к возможному гашению магии. На все попытки подступиться самому к подобным вопросом он слышал чёткий отказ, мотивируя тем, что подобного быть просто не может. В доказательство, тот ещё использовал карту ребёнка, где чёрным по белому было написано — ВСС. Против фактов не попрёшь. И против того, что мнение стажёров не принимается в счёт тоже, а если и принимается, то во время обхода больных. И то, взрослых.       С одной стороны Сепсис понимал, что Сметвик не может рисковать. Ведь это ребёнок. Но с другой, он никогда ещё так не чувствовал такой уверенности, как сейчас. Он ТОЧНО знал — Гарольд Фалберт — волшебник. Сильный волшебник. И если ВСС и был, то при той автокатастрофе возможно его магический потенциал пробудился. Если это предположение верно (а он точно уверен, что это так и есть), то Гарри спасла стихийная магия. Причём не слабой силы.       Гарри захныкал. Сепсис насторожился. Моана, словно почувствовав настрой коллеги, тут же просканировала мальчика на ауру. — Вы задели его. — Грэйс встретилась взглядом с Сандфордом. — Будь внимательны, сэр. — Непременно. — Тревельян улыбнулся во все тридцать два и коснулся спутанных энергетических нитей кончиком волшебной палочки, постепенно вытягивая вверх. Распутанные энергетические нити тёмного синего оттенка постепенно приобретали серебристый цвет. Стажёры аккуратно счищали с них возможный отпечаток влияния крестража, отчего нити становились ещё светлее и ярче, и тут же аккуратно сматывали лёгкими движениями палочки, возвращая на положенное им место. — Сэр. — Сметвик отвлёкся. — У нас проблема. Блокирующие нити. — Вы уверены, мисс? — Блокирующие энергетические нити имеют черный цвет, сэр. Переливы красного цвета едва заметны. Плетение весьма сложно. И, скорее всего, наложены магом сведущем в этом деле. — Вот это уже интересно. — Гиппократ бросил короткий взгляд на стажёра Сепсиса и тут же задался вопросом, как он обнаружил крестраж не заметив их? — Никогда не видел подобного плетения. — Август, наложив на себя соколиный глаз, присмотрелся к нему повнимательнее. Моана последовала его примеру, пытаясь найти начало и конец плетения. Гиппократ внимательно просканировал блокирующие нити.. С каждым пассом, его лицо становилось мрачнее. — Придётся разрывающее заклинание применять. — Но, сэр! — Мне решать. — Тут же осадил Сепсиса Сметвит. — Будете спорить, буду вынужден отстранить вас.

Фестрец...

Август и не подозревал, что его мысли совпали не только с мыслями Моаны.

***

      Стрелки часов показывали без четверти три. Стажёры периодически сменяли друг друга. Время от времени, двери отделения ЭКР раскрывались и оттуда появлялись целители, вытирая крупные капли пота белоснежными платками. Некоторые не могли даже дойти до софы и тут же прислонялись к стенке, прикрывая глаза. В этом случае стажёры с ресепшена тут же подлетали к ним с пузырьками восстанавливающего зелья и крепким травяным настоем, по слухам, убиравший стресс и накопившую усталость. После того, как старшие и младшие целители опрокидывали тёмную жидкость восстанавливающего во внутрь, стажёры бережно подхватывали тех под руки и отводили к софе, попутно предлагая ещё чашечку чудесного настоя.       Не так просто быть целителем, особенно, когда имеешь дело со спутанной повреждённой энергетикой пациента. И чем младше пациент, тем сложнее. Гиппократ Сметвик уже и не помнил, были ли в истории Св. Мунго пациенты трёх лет от роду с подобной проблемой. И не мог припомнить. Быть может, если был бы жив сам Мунго Бонам, этот вопрос был бы решён быстрее. В противном случае, из вредности, придётся перелопатить весь больничный архив. — Не думаю, сэр. — Август протянул чашку своему наставнику и сел рядом, прислонив голову к стенке. — Вы подумали вслух. — Вот оно что... — Гиппократ чуть улыбнулся, откинув назад слегка седоватые пряди волос. — И всё же. Как вы поняли, что операция займёт больше двух часов? — Интуиция... Видимо, кто-то знал о нём. О крестраже. Блокирующие нити так просто не ставят, сэр. — Ход ваших мыслей довольно интересен. Сказал бы даже, что логичен. Вам бы в отел правопорядка. — Мне следует забыть об этом. — Сепсис улыбнулся. — Сейчас аврорат волнуют только баллы. Чем выше, тем лучше. Но они... ведь ничего не значат. — Что же имеет значение? — Гиппократ даже удивился такому мышлению и слегка присмотрелся к юноше. Тот как-то невесело усмехнулся и поднялся с софы. Некоторое время он смотрел куда-то сквозь пространство. Потом медленно развернулся на полкорпуса и внимательно посмотрел в глаза наставнику. — То, что имеет более важную ценность. Проблема магического мира в том, что по человеку судят по установленным шаблонам. Внешность. Знания, оцененные на бумаге. Статус. Но когда касается непредвиденных обстоятельств, всё это становится пылью в считанные секунды и маг, как и любой другой маггл, словно оголяется. И знаете, что самое страшное? — Что же? — Сметвик с интересом посмотрел на юношу. — Будучи оголённым, всё также представляем собой шаблон, установленный магическим сообществом... Возможно, у магглов точно также.

***

      Гарри стоически переносил нарастающую боль. Наблюдавший за магическим фоном мальчика, который постепенно начинал стремительно окрашиваться в винно-красный, Сепсис этому лишь поражался. Такой выдержкой не каждый ребёнок мог похвастать! — Фон? — Нестабильный. — Моана взглянула на Сметвика. — Сэр, следует остановиться. Отметка превышает норму. Мы сильно рискуем. — Риск? — Гиппократ смерил стажёрку тяжёлым взглядом. — Не знаю, о чём вы говорите. Мальчик сквиб. — А как же нестабильный фон? — Вмешался ещё один стажёр. — Он всего лишь волнуется. — Будничным тоном вторил Гиппократу Тревельян касаясь очередной чёрной энергетической нити. По счёту, это был уже третий клубок блокирующих нитей. Мальчик всхлипнул, пытаясь уйти от очередного контакта волшебной палочки. — Ему же больно! — Сэр! Остановитесь! Вы задели воспоминания! — Мальчик всхлипнул ещё громче, с трудом сдерживая плач. — Тш-ш.. Всё хорошо, Гарри. Всё хорошо... — Тихо прошептал мальчику Август, посылая тому энергию спокойствия. — Подпитка. Срочно! — Несколько стажёров во главе с одним из целителей направили свои палочки в сторону задетой нити воспоминаний, с которой начинала просачиваться серебристая эссенция кровяного оттенка. Мальчик на миг успокоился, но в следующую минуту с его глаз покатились крупные слёзы. Мальчик закусил нижнюю губу и умоляюще посмотрел на Сепсиса. — Сэр. Остановитесь. — Август встревоженно посмотрел на Гиппократа, затем на капли эссенции, возобновившие течение с новой силой. Целители тут же бросились к только что распутанным нитям. Тревельян озадаченно посмотрел на Сметвика, однако не решился на очередной пасс. В это время на блокирующую нить пролилась серебристая жидкость, чем-то напоминающая нить воспоминаний и Фалберт-младший заплакал в голос. В доли секунды образовалось ослепительное сияние. Настолько ослепительное, что все целители вмиг оказались в его радиусе не успев ничего сообразить! Сепсис, с трудом сориентировавшись, тут же ринулся к мальчику, однако в этот момент всё вдруг засверкало разноцветными кругами мягких оттенков, постепенно перерастая в более насыщенные, ядовитые. Весь мир, вся жизнь пронеслась перед глазами молодого стажёра. Винно-красное свечение сотрясло магически настроенное пространство.

Вспышка.

— ТВОЮ ДЕМЕНТР!! СМЕТВИК!!!

Взрыв.

      Табличка над дверями отделения ЭКР загорелась зловещим зелёным светом и сигнальные чары разлетелись по всему этажу.       Всех целителей, как одного снесло от мальчика в противоположные стороны. Гиппократ здорово приложившись головой в стену тут же потерял сознание. Стажёры, всё это время не терявшие бдительности, чудом успев перекрестить гасящей волной стихийный выброс, оказались словно в вакууме. Ноги, казалось, стали ватными. Сепсис совсем не чувствовал своего тела. С трудом сфокусировав взгляд, он неуверенно сделал шаг вперёд и сделал очередной пасс палочкой. Ещё никогда ему не давалось простое заклинание так тяжело! Он чувствовал, как сквозь него проходит магический разряд подобно электрическому току. Как крупная дрожь в теле сменялась мелкой и тут же бросало то в жар, то в холод! Все голоса казались сплошным слитным звуковым пятном.

Взмах.

      Ментальная попытка связаться со стоявшими на ногах.

Пасс.

      Новая волна стихийного выброса накрывает операционную отделения ЭКР и семь стажёров, словно по команде, рассекают пространство золотыми лучами.

Взмах

      Новая волна стихийного выброса разбивает сооружённый будущими энергосейверами* купол вдребезги и тех окатывает горячей волной магии. Сепсис готов поклясться, что он только что почувствовал запах магии! Едва уловимый, чуть терпкий. Запах детства...

Пасс

      И снова семь золотых лучей рассекают пространство. И снова волна разбивает поглощающие щиты. Нескольких очнувшихся целителей вновь разбрасывает в разные стороны. Сепсис пытается сконцентрироваться раз за разом. Кажется, что палочка вот-вот вспыхнет! Он терпит. Палочка начинает искрить и магический ожог пронзает совсем ещё мальчишескую ладонь наискось. Глаза мигом застилают слёзы и тот понимает что ещё магический накат он вряд ли выдержит. Он злится на Гиппократа и понимает, что тот видел в нём лишь тот самый шаблон, о котором он сам говорил около получаса назад. Вложив в следующий пасс всю свою злость и отчаяние, он выпускает последний золотой луч и, в самый последний момент, успевает соединиться с остальными шестью.       Перекрещенные золотые лучи начинают сливаться между собой, образуя слитный золотой энергетический щит. Нахлынувшая с новой силой волна магии соприкоснулась с ним, и в это время новая вспышка озарила реанимационную палату.

В какой-то момент Сепсису безумно захотелось спать...

***

— Август... Август, очнись! — Кто-то похлопал его по щекам. С трудом приоткрыв налившиеся свинцом веки, Сепсис тут же прикрыл их. В голове почему-то пронеслась картинка водопада. Следом послышался какой-то шум и Август почему-то подумал о волнах, разбивающихся о прибрежные валуны и тут же отступающих назад в море. — М-м-м... — Слава Мерлину! Август... Ну же.. Открой глаза. — Моана быстро протёрла лицо молодого стажёра смоченной в воде марлей. — Щит получился намного сильнее обычного. Похоже, он выложился по полной. — Раздался мужской голос. Сепсис пытался вспомнить, где он его слышал. Безуспешно. — Мальчик... — Всё в порядке Август. Марк, помоги мне, пожалуйста. — Август почувствовал, как две пары рук подхватывают его под мышки и осторожно усаживают на софу. — Вот. Съешь. Полегчает. — Что это? — Скосив взгляд на чашку чего-то дымящегося, Сепсис поморщился. Марк Гейб молча присел рядом. — Горячий шоколад. — Моана протянула тому чашку и села напротив. — Как ты себя чувствуешь? — О, отлично. Только сильно шумит... В голове... Что произошло? — ЭКР вовремя подоспел. Мы с трудом удержали энергетический щит. — Что со Сметвиком и остальными? — Сепсис поморщился от прострелившей в голове боли и тут же сделал глоток шоколада. — Они в порядке. Правда, Сандфорду пришлось наложить бинты. Его особенно сильно приложило к стене. Крови-и-и... — А мальчик? Мы же так и не... — Крестраж изъяли около пяти минут назад. Энергосейверы сейчас занимаются его консервацией. Слышал, потом его отправят в министерство на опознание. — Подал голос Гейб, поправляя квадратные очки указательным пальцем. — На нём сильный темномагический фон. На крестраже. — Сейчас мальчику восстанавливают энергетические нити. Во время стихийного выброса произошёл разрыв блокирующих нитей, вплетенных в его собственные. — Мы вовремя успели. Страшно представить, что было бы, если ЭБН дошли до ядра. Там и так паразит поселился. — Кошмар... — Только и произнёс Сепсис и удивлённо осмотрелся по соронам. — Ого... А тут что за погром? — Ты был абсолютно прав, Август. — Моана широко улыбнулась. — Мальчик действительно оказался волшебником. — И, указав ладонью на разгромленный этаж отделения ЭКРа, добавила. — Сильным волшебником.