Признание... 2

Огромный, бескрайний океан. Цвет воды от кристально-голубого постепенно сменялся на темно-синий. Солнце медленно начало спускаться к горизонту, а плывущие по вечернему небу облака закрыли собой солнечный диск, который приобрел оттенок оранжевого цвета. Большая двухэтажная яхта спокойно плыла по синей глади. Ее можно было легко заметить издалека, так как вокруг был только океан, а горевший почти в каждой каюте свет сразу же притягивал к себе любопытных морских обитателей и птиц, которые пролетали мимо. В огромной зале играла музыка, которая сменялась одной мелодией на другую. Отголосками отдавались разговоры, а по полу шуршали платья танцующих дам, и в ответ слышался стук мужских туфель. Высокий брюнет в своем неотъемлемом черном костюме и такого же цвета шляпе выделялся среди всех присутствующих. Отрицать тот факт, что он был красив, мужественен и обладал неким обаянием, было бы весьма глупо, и ко всему прочему, атмосфера тайны, окружавшей его, лишь возбуждала желание милых дам познакомиться с этим мужчиной поближе. Он совсем не обращал внимания на взгляды, медленно пожиравшие его, тихие вздохи разочарования, когда к нему подходила та или иная барышня, задавая один и тот же вопрос: "Можно ли с Вами потанцевать?", на что получала короткое: "Извините, но я уже жду свою даму". Его взгляд почти каждую секунду падал на распахнутые двери, ведущие на палубу, как будто умоляя о том, чтобы вошла та, которую он так сильно ждет, но гости все прибывали, а ее не было. Отказав очередной девушке, мужчина уверенно прошел через весь зал, покидая душное помещение. Выйдя наружу, брюнет наконец-то смог вдохнуть в легкие свежий воздух. Краем взгляда он заметил стоящую в двадцати метрах от него молодую женщину, облаченную в длинное фиолетовое платье, которое идеально подчеркивало каждый сантиметр ее красивого тела. В руке она держала наполовину пустой бокал красного вина. Ее взгляд был устремлен вверх на первые появившийся звезды. Брюнет лишь усмехнулся и подошел ближе. Про себя мужчина отметил, что она выглядит потрясающе, ведь он так редко видел ее в вечернем туалете. Она всегда носила брюки и футболку, в которых, кстати, тоже выглядела весьма привлекательно, но он считал, что нет ничего лучше для любой особы женского пола, чем вечернее платье. - Красиво, не правда ли? - послышался ее голос. - Сегодня будет действительно прекрасная ночь, - она не обратила никакого внимания на мужчину и продолжала смотреть на звезды. - Почему ты здесь? Тебе бы не помешало немного развеяться, - брюнет облокотился о поручни и посмотрел вдаль. - А ты разве не устал от всего этого внимания, шума и развлечений? - она говорила спокойно. - Кто знает... Но от твоего редкого внимания я никогда не устану, - мужчина положил руку на шляпку, придерживая ее. - Тогда, может, уединимся в номере? - ее взгляд наконец-то скользнул в сторону брюнета. - Неужели все еще питаешь надежду на взаимные чувства? - на его лице появилась усмешка. - Нет, но, может, хватит задавать один и тот же вопрос? Я уже устала давать тебе однозначный ответ каждую нашу встречу. - Но мне нравится видеть злость на твоем лице, - мужчина отстранился и повернулся к своей спутнице, - поэтому пока есть время, я хочу побыть с тобой как можно дольше. - А как же красивый вечер, вино, танцы и глупые девицы, считающие, что у них есть хоть мизерный шанс завоевать тебя? Брюнет проводит тыльной стороной ладони по ее лицу, после убрав выпавшую прядь длинных волос назад. - Твоего присутствия мне более чем достаточно... Мужчина протянул свою руку, а она положила в нее ладонь и слегка сжала. Брюнет улыбнулся и повел ее подальше от всего этого шума и веселья. *** Небольшая комната. Лунный свет еле проникал в нее через прозрачную шторку, падая на пол. Отголоски музыки были слегка слышны даже здесь. Веселье будет продолжаться еще несколько часов вот, только двоих это совсем не волновало. Его губы коснулись обнаженной кожи, а пальцы очертили контур тела. Женские пальчики перебирали черные пряди, а грудная клетка вздымалась вверх. - Реборн... - шепчет женский голос, а дыхание обжигает собой шею мужчины. Подушечками пальцев брюнет обводит контур губ Бьянки; та, в свою очередь, приподнимается, оперевшись на правую руку, а левую запускает в густые, черные как смоль волосы. Его губы расплываются в легкой улыбке и, после сократив и так минимальное расстояние между ними, прикасаются к ее губам. Реборн хорошо знал, что только ее губы способны мучить его такими плавными, наполненными настоящей страстью поцелуями. Только эта особа способна свести с ума лучшего в мире киллера. И этим она ему и понравилась. Бьянки после их первой ночи не заявила никаких прав, не сказала, что теперь хочет быть рядом с ним. Она просто промолчала и c еле заметной улыбкой покинула его квартиру. Она всегда была рядом. Надо было только протянуть руку, чтобы взять то, что хочешь, но в то же время, она была слишком неуловимой и недоступной. Бьянки оторвала руку от ткани и обвила ею шею брюнета. И все это время поцелуй прерывался лишь на считанные секунды. Брюнет придерживал ее за талию, чтобы она не упала. Она только ближе прижалась к мужчине, а ногами обхватила его спину и провела ладонью по шее, ключицам, на долю секунды остановившись на груди, а после скользнула ниже по животу. Реборн приподнялся на коленях, все так же крепко держа женское тело. Ее руки уже гуляли по мужской спине, а губы страстно продолжали целовать брюнета. Он опускает ее на чуть помятую простынь. - Бьянки, ты не... - фраза обрывается на половине, так как она прикоснулась к его губам указательным пальцем, заставив замолчать. - Не нужно. Я все прекрасно понимаю, - Бьянки внимательно смотрела на него. На этот ответ мужчина лишь ухмыльнулся, вновь целуя любимую, после перешел к шее и ключицам, опускаясь к груди. Губами коснулся возбужденного соска, слегка прикусив его, а затем отстранился. Брюнет уже еле сдерживался, и учащенное дыхание Бьянки говорило о том, что она тоже не в силах больше ждать. Три месяца назад. В очередной раз они смогли увидеться только три месяца назад на собрании семей. Они виделись только на них, а еще на незначительных вечерах, на которых редко выпадал шанс перекинуться даже парочкой слов, не то чтобы говорить о чем-то большем... И бывали случаи, когда кто-то из них и вовсе не появлялся на вечере, хоть приглашены были оба. Ни он, ни она ничего не обещали и не клялись в чем-либо друг другу. Их отношения были свободными, но этим никто из них не пользовался. Они оставались верны своей, может, немного странной, но все же любви. Эта молодая особа отвергла немалое количество мужчин и долгое время преследовала Реборна, а тот в свою очередь убегал или отмалчивался несколько недель. Как позже выяснилось, он делал это не потому, что ненавидел ее, а совсем наоборот. Мужчина просто боялся, что эти чувства перерастут во что-то большее и станут его главной слабостью, но он не мог долго сопротивляться, отрицать то, что давно стало понятным, не принимать то, что так давно отгонял прочь от себя. Бьянки выгнулась, когда мужчина вошел в нее. Ее руки покоились на его плечах. Движения плавные, приносящие лишь удовольствие и желание не останавливаться ни на мгновение. По комнате расплывались тихие стоны. Поцелуй, как и раньше, не скрывал никаких чувств. Только сейчас, только в эти секунды они были теми, кем являются на самом деле - двумя влюбленными, без остатка отдающими себя во власть любимого человека.