Pink boy

POV Depp Мне место в аду! Ненавижу себя! Почему мне так приятно вспоминать этот момент? Ах, его сладкие губы, тонкие руки… Нет! Я урод! Эти сладостные прикосновения… Зачем, зачем я убежал. Я закричал от горечи в горле, которая называется отвращением к себе. Оттого, что не могу сдержать своего внутреннего монстра. Он не овладеет мной. Нет. Никогда. Нет. Это был единственный раз. Второго я не допущу. Я бежал уже достаточно долго. Я не знал, зачем я бежал. Я не знал, куда я бежал. Я просто бежал. Лес... странно. Никогда его не видел здесь. Хотя я здесь вообще один день прожил, так что... Я добежал, может, до середины леса. Что я тут забыл? Помогите. Я не могу закричать. Что мне делать? Я схожу с ума от грехов своих? Я должен попасть в ад. Покайся во грехи свои. Отдайся Господу, дабы всевышний упёк такого урода как ты в Ад. Я должен умереть прямо сейчас. Я развернулся и побежал обратно. Я не знаю где я. Нужна верёвка и мыло. Или лезвие. Или нож. Я выбежал на дорогу. Нужно бежать прямо. Снова однотипные домики, и дом с деревом по бок. Свет не горит. Окно открыто. Туда могли попасть воры. Может стоит проверить? Что бы он ещё раз к нам пристал? О да, ведь ты этого хочешь, долбаный извращенец. Что ты несёшь? Ноги меня не слушались. Я бежал домой. Я должен был проверить его. Почему я этого не сделал? Я ужасный. Я и подавно должен сдохнуть. Уже начинает темнеть. Холодать. Моя лёгкая кофта этого не выдержит. Нужно домой. Если уж сегодня не куплю верёвку и мыло, то использую лезвие. Я стою около дома, совсем забыв, что моя матушка обещала мне кое-что. Стук в дверь. Ручка дёрнулась. Взгляд разъяренной матери меня встретил с улыбкой. -Иди сюда, подонок, - сказала она и схватила меня за шиворот, как котёнка. Она тащила меня в. Ту самую комнату. Да, в ту самую комнату. -Нет! Мамочка, пожалуйста! Нет! Прошу, мама! - кричал я. -Ты должен покаяться во грехи свои, - сказала она всё таким же стальным голосом, который не знает нежности. Я пытался вырваться из её мертвой хватки. Не получается. Я выпутался из кофты и побежал к двери, но… Не тут то было. Меня схватили за ногу. Так я всё-таки и попал в эту комнату. Я уже бывал там. Много раз. Очень много. Маленькое помещение освещала яркая луна, светящая из окна. Около стены стояли плети и ремни «для воспитания». Посередине комнаты стоял стул. -Снимай рубашку, - сухо сказала она. -Нет, пожалуйста, - протянул я. -Без промедлений, - резко и чётко сказала она. Я послушался. Рубашка лежала на полу, а я лежал животом на стуле. Руки у меня были по ту сторону стула. Я слышал, как мать берёт самый тяжелый ремень. Замах. Удар. Крик. И всё по-новой. Я получил 15 таких ударов, и не в силах больше передвигаться остался лежать на стуле. Если бы здесь была люстра, я бы повесился. Мама давно ушла спать, а я только поднимаюсь по лестнице. Умереть. Вот что у меня в мыслях. Как можно быстрее. Я поднялся на второй этаж. Открыл дверь в свою комнату. Там кто-то стоит. Я включил свет. Никого. У меня галлюцинации? Ах, я до сих пор чувствую, как наше тело горит от его прикосновений, ах. Так сладко, что можно получить диабет. Хватит! Это моё тело! Не твоё! Не наше! Моё! Я пошёл в ванну. Это лучшее место, чтобы умереть. Я нашел ножницы. Посмотрел на свою руку. Не думая развёл острые лопасти. Взялся за одно лезвие. Приставил острый конец к вене. Вдоль или поперёк? Вдоль или поперёк? Вдоль… Поперёк… Какая разница? Не думая я со всей силы провёл по руке. Кожа разрезана. Кровь идёт. Я не осознаю, что я делаю. Я выполнил то, что должен был. Это было так сладко. Он такой сладкий. Соглашусь. Я закрыл дверь и лёг на пол. Он такой прекрасный. -Нгх, - глухо простонал я. Я положил руку на грудь. Веду к животу. Мягко и нежно. -Ах, - протяжно простонал я. Я, возможно, теряю сознание. Крови всё больше. Я весь в крови. -Ммм,- постанывал я. Грязный, грязный Джонни. Пока.