Черная полоса или все же белая?

      Утро добрым не бывает! Только если это утро не настало после полудня. Хотя и при таком раскладе это утро будет добрым не для всех. И вот под последнюю категорию как раз и попал Марк.       Кое-как разлепив веки, блондин уже в следующий миг почувствовал, что каждый удар пульса отдается звоном колокола в голове. А вкупе с этим чувствуется, как бунтует желудок, передумавший переваривать все то, что в него вчера влили.       Зажмурив обратно глаза, парень стал делать глубокие вдохи и выдохи, в надежде, что все пройдет, но увы, похмелье просто так еще никого не оставляло.       Еще бы вспомнить почему так хреново! Он же коктейли пил, слабенькие! Что за хрень-то? А может, просто непереносимость алкоголя? Бывает же такое! Да? Точно! Отныне только вода и сок! А если уж совсем припрет чего покрепче принять, то можно кефирчика или кваса выпить! С такими мыслями голубоглазый, не открывая глаз, начал сползать с постели. При этом не поднимаясь, а так, гусеничкой. — Марк, что ты делаешь? — послышалось откуда-то сбоку, на что блондин лишь зашипел. — Убавь громкость, голова болит, жуть! — Ага, сейчас не только голова заболит.       На это Марк ничего не ответил, пропуская информацию мимо ушей и наконец скатываясь на пол. — Какого?! — в нежную кожу ягодиц тут же впился не слишком мягкий ворс ковролина, а после попытки понять почему так вышло и где трусы, в голову тут же стали врываться воспоминания. Сначала обрывочные и короткие, ничем не связанные, но постепенно складывающиеся в общую, неутешительную, картину. — Кир, а… — Нет, не сон. — А…? — Нет, ты еще жив, и это не ад. — А… — Уроки экстрасенса окончены, договаривай. — Воздержусь, пожалуй, — парень, покраснев до корней волос, посмотрел по сторонам, ища чем бы прикрыться, но помимо подушки в зоне досягаемости ничего не было. Ладно, фиг с ним.       Оперевшись локтями о край кровати, парень попытался подняться на ноги, но от сего действа к горлу подкатила новая волна тошноты, а в глазах потемнело.       Плюхнувшись обратно на пол, Марк откинул голову назад, укладывая ее на матрас, и вновь начал размеренно дышать, пытаясь хоть немного прийти в себя. И еще надеясь хоть не на долго получить амнезию. Ибо физические страдания без моральных пережить еще можно, а вот их тандем уже проблематично! — И сколько ты там валяться будешь? — поинтересовался Кир, все это время сидящий на своей кровати, среди вещей Марка, которые почему-то так и не выкинул. — Пока не завоняюсь. — От тебя и так перегаром прет на всю комнату. — Я тебя ненавижу! — Вау! После совместно проведенной ночи мне обычно говорят обратное! — Кир толком не понимал, почему сейчас всячески пытается зацепить парня, ведь сам недавно пребывал в таком же состоянии. Правда вот в отличие от Марка, стоило только брюнету открыть глаза, как память, не заставляя себя долго ждать, тут же подкинула эпизоды проведенной ночи, вынуждая его, преодолев себя, все же пойти в душ. Точнее, даже побежать, насколько, конечно, это было возможно с дикими болями в голове и темными пятнами перед глазами.       Такой забег ничем хорошим не закончился, потому, не вписавшись в дверной проем, парень отбил себе правую сторону тела, включая даже многострадальный мизинец. А следом, захлопнув за собой дверь, тут же склонился над унитазом, в обнимку с которым и провел следующие пол часа.       Хотели курортный роман? Получите-распишитесь! И вбейте себе в голову наконец, что желания свои надо продумывать до мелочей.       Первые несколько минут нахождения в душе брюнет занимался самобичеванием. По кругу проигрывая все произошедшее и пытаясь придумать другие сценарии. А что, если бы Марк не позвал его в клуб? Если бы не подливал водки? Если бы после не прицепился к той девке, и она не сбежала так не вовремя? Если бы оттолкнул Кира сразу? И после не провоцировал его в номере?       Такие вопросы сыпались один за одним, заставляя парня злиться с каждым мгновением все сильнее и вновь желать смерти одной человеческой особи. Но это только по началу. Пока желание спихнуть всю вину на другого преобладало. После же эти вопросы стали видоизменяться, и теперь парень уже спрашивал сам себя. Зачем согласился? Ведь никто не заставлял! Зачем пил? Даже если это и был легкий напиток? Почему не обратил внимание на свое состояние, из-за чего умудрился спутать парня с девушкой, и, что самое главное, почему поддался на провокацию? Причина только в алкоголе или…? Нет! Все, хватит! Ни к чему такие мысли. Просто карма — баба жесткая, чпокает так, что потом не только сидеть — жить проблематично! Так что надо успокоиться, смириться и возвращаться в комнату.       Так Кирилл и поступил, уже буквально через минут 10 наблюдая, как блондинистое чучело пытается скатиться с кровати. — Не хотят расстраивать просто, — буркнул в ответ Марк, пытаясь собраться с силами и все-таки добраться до ванной. Или до туалета. Парень пока еще не мог определиться, что сейчас первостепенно. — Вот смотрю я на тебя, и вроде ударить хочется, но как-то жалко. — Лежачих не бьют! — Так ты сидишь! — Я бы лег, но потом точно не встану, — голубоглазый слабо улыбнулся и подтянул к себе колени, все же решаясь на еще одну попытку. Заранее догадываясь, что она будет провальной, и расстояние до уборной придется преодолевать ползком. Но в кои-то веке догадки оказались не верны, ибо Кир, уставший наблюдать за этими страданиями, поднялся со своего места и, сделав несколько шагов, оказался возле чужой кровати. — Давай помогу, горе луковое, — беззлобно произнес, наклоняясь к блондину и подхватывая того под мышки. После же аккуратно и достаточно медленно поднял того с пола, ставя на ноги, и, удостоверившись, что парень более менее твердо держится на своих двоих, отступил в сторону и, придерживая за плечо, подтолкнул к заветной двери. — Спасибо… — Не за что. Дальше сам, думаю, справишься, — заведя Марка в ванну, Кир развернулся и направился к выходу. Сначала из ванны, а после и из номера.       Ему сейчас нужно было остаться одному и немного подумать. Хотя может и не одному, но, самое главное, подальше от Марка. Потому что в компании блондина Кир плохо соображал, и все мысли вкупе с эмоциями становились уж больно противоречивыми.       С одной стороны, он продолжал винить себя в прошедшей ночи, от воспоминаний о которой становилось дурно. С другой стороны, при взгляде на Марка и прикосновение к нему внутри появлялся странный трепет. И вот как это все привести к общему знаменателю, брюнет не знал. Уж больно сложная задачка. Разнящаяся со всеми, что были раньше. Так что придется потратить на ее решение чуть больше времени и терпения.