Черная полоса или все же белая?

      Родной город приветствовал Кира вечерней прохладой и ярко горящими фонарями, освещающими улицы. Никаких тебе пробок, никакого солнцепека и никаких раздражителей в лице Марка. Красота да и только!       Без проблем добравшись до дома, брюнет вышел из такси и направился к своему подъезду. Быстро взбежав по ступеням, он открыл дверь и завалился в просторный коридор, в котором и столкнулся с сестрой. — О, ты уже вернулся? Как тебе книга, понравилась? — Безумно! — Это хорошо, в моей комнате на второй полке есть подобная литература, можешь взять! — Лиз, может хватит? И куда ты собралась на ночь глядя? — Может и хватит. А куда собралась, тебя не касается! Пропусти! — девчонка попыталась оттолкнуть брата с пути, чтобы выйти. Но, увы, силенок ей явно не доставало. — Пока ты живешь у меня в квартире, правила диктую я! Так что повернулась и пошла в свою комнату! Я не собираюсь за тебя опять штрафы платить, — Кир буквально за минуту вышел из себя и, скинув сумку на пол, ухватил сестру за плечи, разворачивая и толкая вглубь квартиры. — Отвали от меня, мудак! Я отцу позвоню! — От которого ко мне сбежала? Давай, вперед, не зли меня! — А то что? Отправишь в могилу второго члена своей семьи? — девушка вывернулась из рук Кира и, резко развернувшись, вперила в него злобный взгляд. — Знаешь что, собирай свои шмотки и вали куда хочешь, — устало произнес парень, голос которого снизился на несколько октав. После чего он обошел замершую сестру и направился в свою комнату, которая располагалась дальше по коридору. — Планшет только верни.       Захлопнув за собой дверь, Кирилл тут же стянул футболку, отправляя ее куда-то в угол комнаты и завалился на заправленный диван. Странно, когда он уезжал, оставил все разбросанным, ибо опаздывал, а сейчас в комнате чистота и порядок. Малая постаралась, что ли? Удивительно.       Заложив руки за голову, брюнет несколько минут разглядывал потолок, а после прикрыл глаза, стараясь успокоиться. Слова Лизы резанули посильнее ножа. Вскрывая швы и вновь открывая старые раны. Кир не обижался на мелкую, он знал, что она как раз таки не винила его в смерти матери. Но все же иногда, когда начинала слишком сильно злиться, нарочно била в его самое больное место.       Минута, две, три, в дверь тихо поскреблись и, не дожидаясь ответа, проскользнули в комнату. — Кирочкааа…- протягивает девушка тонким голосом, сжимая в руках планшет брата и виновато опуская глаза. — Я это… К Ленке собиралась, у нее родоки уехали, можно я пойду? Ну, пожалуйста. — А сразу так сказать нельзя? Обязательно доводить до крайности? — брюнет, не поднимаясь и даже не смотря в сторону сестры, протягивает руку за планшетом, который заботливо вкладывают ему в ладонь. — Можно, наверное… — Значит в следующий раз так и делай. Я прекрасно понимаю, что ты считаешь себя взрослой и отчитываться перед кем-либо не считаешь нужным. Но пойми, что сейчас за твою жопу отвечаю я, так что не доставляй мне, пожалуйста, проблем, окей? — Окей, а что с настроением? Плохо отдохнул? — Все нормально, иди давай, пока я не передумал! — Хм, ладно. Там в холодильнике котлеты с пюре, покушай, я завтра к вечеру вернусь. — Хорошо, напиши смс как до Ленки доберешься.       Девушка на это лишь кивнула и выскользнула из комнаты, прикрыв за собой дверь.       Таким образом они и жили, постоянно цапаясь, как кошка с собакой, а после мирясь, при том никогда не прося прощения. Эти условности были не для них. Зачем пустые слова, если и так все ясно? Кто виноват, тот и приходит первым. Скрывая заботу и любовь под тонной пофигизма, они все равно знают, что ближе людей у них нет и не будет.       Через несколько минут хлопнула входная дверь, и квартира погрузились в тишину. А Кир, положив планшет рядом с собой, снова закрыл глаза. Пожалуй, нужно немного поспать, ибо в автобусе парень так и не смог сомкнуть веки.       Тик-так, тик-так, тик-так. В ночной темноте настенные часы было не видно, зато вот слышно отчетливо. Раздражают. Как же сильно раздражают! Перевернувшись на живот, Кир сильнее зажмурился, силясь заснуть, но все в пустую. Мыслей нет, в голове вакуум, но что-то все же тревожит. Поерзав еще немного, брюнет встает ногами на диван и, подняв руки, снимает со стены часы и, преодолевая желание швырнуть их на пол, просто достает батарейки, после чего вешает часы на место. Да, так определенно лучше.       Растянувшись во весь рост, парень вновь блаженно закрывает глаза и улыбается. Как же хорошо! Тихо, спокойно, никто не мешает, благодать. 4:02 показывают цифры на экране телефона. Брюнет на грани срыва. Он не понимает в чем проблема. Ведь кран на кухне закрутил сильнее, чтобы не капал, шторы задернул, чтобы уличный фонарь не светил в глаза и даже кошку из подъезда выгнал, дабы перестала орать, как будто ее режут. Но все без толку. 5:30. Кир пьет на кухне горячий чай с ромашкой. Она же успокаивает, правда? 6:40. Потягивая уже третью кружку, брюнет смотрит утренние новости, даже не понимая, о чём говорят ведущие. 7:24. Одевшись, Кир выходит из дома и направляется в круглосуточную аптеку. 8:00. Парень наконец засыпает, выпив пару таблеток снотворного и положив на себя свернутое в рулон покрывало. Жалкая имитация тяжести чужих конечностей, но вкупе с лекарством это срабатывает.       Несколько дней оставшегося отпуска Кир проводит за компьютером. Смотрит фильмы, читает, слушает музыку и проверяет почту. Кроме спама там ничего нет, но это и не важно. Кирилл просто убивает время.       Первая рабочая неделя пролетает быстро. Брюнет выдыхает с облегчением. Кажется, отпустило! Возвращаясь в пятницу с работы, он ощущает легкость в теле и умиротворение. Дома Кир убирает полупустую пачку снотворного в аптечку и скидывает покрывало на пол. Весь вечер и выходные он проводит с сестрой. Лизе даже удается вытянуть брата в аквапарк.       Дальше будни сменяются один другим. Кир вновь плывет по течению, не чувствуя подводных камней. Все легко и просто. Все однообразно.       Неделя, две, три. Лиза все чаще проводит время с друзьями, не появляясь дома. Кира это сначала устраивает, он любит одиночество.       Любил одиночество. Сейчас его это угнетает. Не хватает красок, не хватает веселья, не хватает Марка. Правда в последнем Кир не признается.       Лето подходит к концу, ночи постепенно становятся длиннее, и это устраивает парня. С каждым днем он ложится спать все раньше, чтобы находиться в небытие подольше.       Первое сентября радует хорошей погодой. Светит солнышко, и птички поют. Школьники и студенты этому, правда, не рады, они мечтают вернуться обратно в лето. Кир тоже мечтает.       Периодически он поднимается на чердак воспоминаний и снимает плотную ткань с картины, чтобы окунуться в яркость красок. Он помнит все до мельчайших подробностей и, воскрешая их в памяти, раз за разом просматривает фильм со своим участием.       Сентябрь проходит намного медленнее. Погода портится, все чаще идут дожди, и значительно холодает. Кир начинает понимать всех своих пассией. Влюбиться за несколько дней возможно. Но при воспоминании о девушках Кирилл все равно не чувствует к ним жалости, он жалеет только себя.       Время близится к зиме, и брюнет помимо теплых вещей, достает снотворное из аптечки.       Почему-то оно больше не помогает. Парень подумывает о более сильных лекарствах, но потом отказывается от этой затеи. Голова пока работает, значит жизнь продолжается.       Тридцать первое декабря, новый год. Лиза остается дома с братом и накрывает на стол. В углу кухни стоит небольшая ёлка со сверкающей гирляндой. Девушка чувствует состояние брата и боится оставлять его одного.       Она не знает в чем причина, потому что не имеет привычки лезть людям в душу. В этом они с Киром похожи. Но если все будет продолжаться в том же духе, ей придется вытрясти из парня все, что он скрывает.       Сидя за столом, они сверлят друг друга взглядами. Лиза пытается заглянуть куда-то вглубь Кира и найти ответы на вопросы. Кир же просто не понимает, почему сестра осталась дома. Причем уже в который раз.       До полуночи остается пять минут. По телевизору показывают выступление президента, но Кир не смотрит на экран. Его взгляд направлен в тарелку с так и не тронутой едой. Аппетита нет, как и сна. У Кирилла вообще больше ничего нет. Он пребывает в апатии. Ему ничего не хочется, ничего не нужно, он ничего не чувствует. Живет лишь на автомате, главное, чтобы программа не дала сбой.       Под бой курантов брюнет крутит телефон в руках. Он вспоминает последний день, когда видел Марка.       «Позвонишь? Возможно…»       Вопрос, ответ, вопрос, ответ, под удары часов. Всего двенадцать. Слишком много. Слишком много для Кира, потому что воспоминания пробуждают эмоции, а эмоции разрывают на части эту бетонную стену безразличия.       Кир бы позвонил. Обязательно позвонил. Вот прям сейчас бы набрал нужные цифры и нажал на вызов. Но, увы, телефон Марка он не знал. Не додумался попросить? Нет, просто не посчитал нужным. Недальновидный идиот! Неужели было сложно? Нет, не сложно, просто не нужно. Да пошло оно все!!!       Телефон врезается в стену и разлетается на мелкие составляющие. Лиза вздрагивает и прижимает ладонь к губам. Она испугана. Она знает, что за этим может последовать. — Кир… Кирилл! — девушка хватает брата за руку и крепко сжимает его запястье. Главное, удержать сейчас, потом будет легче. — Расскажи, — просит она, так и не отпуская чужую руку.       И Кир рассказывает. Он не смотрит на сестру, его взгляд устремлен в окно. Где-то вдалеке сверкают вспышки салютов, озаряя небо светом. А еще идет снег. Падает крупными белыми хлопьями. Волшебно. — Кир, ты… Как… Я…Просто жесть! — девушка явно не может подобрать слов. Отпустив руку брата, она прижимает ладони к лицу, прикрывая на время глаза и переваривая полученную информацию.       Черт возьми, как это возможно? Ее брат. Кир. Кирилл! С кучей расфуфыренных баб. Любитель рока и мотоциклов, гей?! Серьезно?! Да не может быть такого.       Помотав головой, девушка вновь открывает глаза, натыкаясь на взгляд брюнета. — Что? — Жду реакции. Не зря же рассказывал. — Реакции… Кир, я не знаю как реагировать. Честно. Я, конечно, догадывалась, что произошло что-то серьезное, но блин… Я больше склонялась к проблемам на работе, или что тебе опять отец позвонил. На крайняк, что умер твой воображаемый друг! — Лиза нервно хихикнула и вновь качнула головой. — Так, ладно! Шутки в сторону. Братик влюбился, братику нужна помощь в амурных делах. Надо найти твоего этого…как его там? К тому же, после твоих рассказов я просто обязана с ним познакомиться! Так даже я над тобой не издевалась, он поистине гений! — Где-то подобное я уже слышал. Но вопрос в другом, как ты его искать собираешься? — Кир, если ты отсталое чмо, которое не сидит в соц.сетях, то это не значит, что все такие! — Вообще-то мне хреново, ты должна меня утешать, а не наоборот! — А я по-другому утешать не умею. К тому же, вместо слов, больше дела, пойдем! — девушка вскакивает со стула и несется в свою комнату.       Через некоторое время, Лиза, стоя за спиной брата, смотрит в экран ноутбука, кусая собственные губы. — А, может, это его сестра… — произносит она, переминаясь с ноги на ногу. — Нет, Лиза, это не его сестра, — как-то обреченно отвечает Кир, уже по десятому кругу просматривая последние фотографии Марка во Вконтакте.       «Да, Мира, ты все же отхватила себе этого ангелочка», думает парень, вспоминая слова девушки, и печально усмехается.       На всех последних фотографиях эти двое были вместе, не разрывая тактильного контакта. Где-то они стояли в обнимку, где-то держались за руки, на других Мира восседала на коленях Марка, и везде, абсолютно на всех этих запечатленных моментах жизни, они широко и счастливо улыбались.       «Да уж, Кирилл, про*бал ты свое счастье!» — проскальзывает в голове очередная невеселая мысль, после которой парень закрывает крышку ноутбука и, поднявшись со стула, спешит выйти из комнаты сестры.       Перед глазами все еще мелькают кадры счастливой со парочкой, и как бы Киру не было плохо, он не может не признать, как гармонично смотрятся эти двое. Внешне полные противоположности, но так подходящие друг другу. Черное и белое, Инь и Янь. Но при том оба такие яркие, живые и эксцентричные! Они горят вместе, не затмевая друг друга.       Кир же другой, Кир разучился гореть. Он как свеча с незажженным фитилем. Кусок воска, безжизненного и холодного. И лишь с Марком что-то менялось. Лишь Марк мог поджечь его, оберегая слабое пламя от ветра.       Оказавшись в своей комнате, брюнет тут же ложится на диван, поворачивается на бок и притягивает колени к животу. Так теплее и так чувствуешь себя защищенным.       Нужно просто поспать. Утром будет легче. Утром всегда легче. Только вот спать парень не может. Он просто лежит в темноте, не закрывая глаз, и прислушивается к шуму за пределами квартиры.       Люди празднуют, веселятся, и это хорошо. Кирилл не хотел сейчас оставаться в тишине. Пусть вокруг будет шумно, пусть будет громко, пусть отвлекает, ибо если он останется один на один со своими мыслями, то не выдержит.       Сильные люди всегда ломаются. Они не могут прогнуться, просто не умеют. Они могут выдержать то, что уничтожит других, сотрёт в порошок и развеет по ветру, но все же и у них есть слабое место. Под тяжестью проблем оно становится незащищенным, и если ударить в это место, все рухнет. Внутри что-то переломится — одна маленькая деталька, с виду такая незначительная, но без которой весь механизм рассыпается. И потом его уже не соберёшь. Никогда.       Дверь в комнату тихо отворилась, а после сразу же закрылась. Через несколько секунд диван прогнулся под тяжестью чужого тела. — Лиз, ты чего? — У меня под кроватью кто-то есть, — тихо произносит девушка, укладываясь рядом с братом и приобнимая его за талию. — Ты уже большая девочка, не должна бояться бабаек. — А я решила детство вспомнить, тебе жалко, что ли? — Да нет, — парень перевернулся на спину, чувствуя, как Лиза тут же укладывает голову ему на грудь. — Вот и не возмущайся! — буркнула она, находя в темноте руку брата и сжимая его пальцы. И так будет всегда, вместо тысячи пустых слов и лживой поддержки, за которой люди скрывают свое бездушие, девушка просто будет рядом, прекрасно зная, когда это действительно нужно.       Проснулся Кир ближе к обеду, чувствуя себя превосходно. Правда только физически.       Он был абсолютно прав, сравнивая сон Марка и Лизы. Эти двое априори не могли спать на своей стороне постели, предпочитая закидывать свои конечности на рядом лежащего. Это все, конечно, было неумышленно, но это и не важно. Главное, что его сестра на эту ночь стала прекрасным Марко-заменителем. Так что спал Кир как младенец, не смотря на то, что снилось ему что-то тревожное.       Последующие дни, то есть ночи, проходили в таком же режиме. Об этом Кир сам попросил Лизу, а ей в общем-то не сложно. Так теплее и можно даже окно приоткрыть, чтобы не было душно.       Днем, правда, девушка все же уходила, решив, что зимние каникулы она не хочет провести взаперти. Но несмотря на это, дома она появлялась не позже одиннадцати, с каждым днем замечая, что круги вокруг глаз брата постепенно сходят, да и внешний вид его больше не напоминает зомби, с впалыми щеками и костями, обтянутыми кожей. Правда, над последним ей пришлось поработать. Заставляя Кира есть строго три раза в день и никак не меньше.       К концу зимы брюнет выглядел полностью здоровым и пришедшим в себя. Правда только внешне, а вот в противовес этому стал еще более замкнутым и молчаливым.       Никакой агрессии, никаких психов, один сплошной похуизм. Было такое ощущение, что Кир просто разучился чувствовать. И даже нападки сестры и ее попытки хоть как-то вывести парня из себя терпели полный крах.       К весне Лиза сдалась и махнула на это рукой. Пройдет время, и все будет в норме. Время же лечит, правильно? А если не время, то обязательно найдется тот, кто вылечит.       Так считали все, кто хоть как-то общался с брюнетом. Они, конечно, не знали сути проблемы, но думали все равно одинаково. Все они. Все, кроме самого Кирилла.       На протяжении всего этого времени брюнет лишь на людях выглядел как кусок льда. Он просто не хотел показывать свою слабость. А вот когда оставался один, то непременно брал в руки планшет, заходил Вконтакт, в котором зарегистрировался еще первого января, и открывал уже знакомый профиль.       Каждую фотографию парень просмотрел не меньше сотни раз. Каждый трек прослушал и выучил, и даже стена, забитая всевозможными постами, не была обделена вниманием. И именно в те моменты, когда он смотрел на взирающего на него с экрана блондина, в зеленых глазах проскальзывала вся гамма эмоций, которую Кир скрывал на людях.       Когда на улице начало теплеть, и снег растаял, Кирилл стал выходить на улицу. Нет, не как обычно по дороге на работу и потом домой, а именно гулять. Всегда один и всегда в разных частях города.       Он посещал кинотеатры, всевозможные выставки, кафе и парки. Он обошёл все центральные улицы и набережную. И все это лишь с одним утверждением — земля круглая. Да, он надеялся где-нибудь наткнуться на Марка. На какое-то время это даже стало для него идеей фикс. Но все же, в какой-то момент, он наконец остановился.       Просто посмотрел на себя со стороны и ужаснулся. В свои годы слечь в психушку было бы слишком, а потому пришлось забросить все это сумасшествие и жить дальше. Правда не так как последние годы. Пришло время выбираться из этого подвала, в который не проникает солнце. Хватит. Надоело.       В середине мая Кир звонит отцу и едет домой. Туда, где прожил большую часть своей жизни. Туда, где не появлялся со дня смерти матери.       На пороге его встречает женщина. Елена, если Кир правильно помнит. На ее безымянном пальце он замечает обручальное кольцо и удивленно поднимает брови. — Вы поженились? — спрашивает он, замирая на месте и не переступая порог. — Кирилл, только давай без ругани, — за спиной женщины проявляется отец и обнимает супругу за плечи, внимательно смотря на сына. — Да я в общем-то и не собирался… — отвечает парень, наконец отрывая взгляд от кольца и протискиваясь в дверь. — А когда успели, почему я не знал? — спрашивает он, снимая обувь и направляется в сторону кухни. — Два месяца назад. Я хотел позвонить, но Лиза отговорила. — Правильно сделала, тогда я был не готов к этой новости, — спокойно произносит парень, понимая, как все вокруг изменилось.       Ремонт этому дому пошёл на пользу, так же, как и появление новой хозяйки. Обернувшись на отца, брюнет внимательно смотрит ему в глаза, а после точно так же вглядывается в мачеху.       Только сейчас он понимает, что все кроме него живут дальше. Просто перевернули страницу и начали новую главу. Где все хорошо, где все счастливы, где жизнь продолжается. — Ну что ж, поздравляю! — после недолгого молчания произносит Кир, искренне улыбаясь, чем вызывает вздох облегчения у отца и Елены. — Кирюш, ты кушать хочешь? Или чаю? Я тут как раз печенье сделала. Твой отец их просто обожает! — женщина вмиг начинает суетиться, примеряя образ радушной хозяйки. Хотя, возможно, она таковой и является, ибо фальши брюнет не чувствует. — Нет, спасибо, я не на долго, — Кир достаточно вежливо отказывается от сего предложения, так как все равно чувствует себя здесь лишним. — Пап, где ключи от гаража?       Через пол часа Кирилл петлял по улочкам частного сектора, верхом на байке. Ветер бил в лицо, и из-за этого слезились глаза, но парень не обращал на это никакого внимания. Он чувствовал себя свободным и, наконец, живым. Хватит страданий, хватит душевных метаний, пора, как и все, жить дальше.

***

      Начало лета радует теплом и светом. Кир стоит около подъезда, запрокинув голову назад, подставляя лицо солнечным лучам.       Сегодня то самое число… Правда на этот раз у Кирилла не отпуск. Уже как два дня прошло с того момента, как он отработал свой последний день в душном офисе. И с каким же наслаждением он вспоминает, как собирал вещи и покидал ненавистное здание. Теперь его ждет новая жизнь. Ну почти… Сначала Кир хочет еще кое-что сделать…       В салоне автобуса прохладно. Кондиционеры работают на полную мощность и можно расслабиться. Сегодня, Кир, как и в прошлом году, зайдя в автобус, проходит к задним сидениям и устраивается у окна.       Когда автобус трогается, Кирилл двигает занавеску, чтобы не слепило солнце, и откидывается на спинку. Он не знает зачем решил повторить эту поездку. Почему выбрал то же число и тот же рейс. Хотя, возможно, он просто решил провести отдых на море так, как должен был провести его в прошлом году. Один, без всяких блондинов, в спокойствии и умиротворении.       Хотя нет, это вранье, самое настоящее. Ибо когда автобус тормозит за городом, брюнет тут же открывает глаза и всматривается в людей, что заходят в автобус. Но все они ему незнакомы. Никого, хотя бы отдаленно напоминающего Марка. Но это и понятно. Блондину тут нечего делать. Скорее всего он уже и забыл свой недельный отдых, в попытке сбежать от навязанного родителями университета.       Да, так и есть. Просто нужно смириться. И Кирилл смиряется, как только дверь в салон закрывается, и водитель нажимает на газ. Последняя капля надежды испаряется, и Кир достает из кармана телефон, дабы написать Лизке, что все в порядке и он уже в пути.       Резкое торможение и телефон вылетает из рук. Брюнет матерится про себя и лезет под сидение, пытаясь дотянуться до телефона, а когда черный прямоугольник наконец оказывается у него в руках, и парень выпрямляется, то замечает в проходе движение.       Автобус вновь трогается, но Кир уже не обращает на это внимание, он смотрит на парня в черных классических штанах, белой рубашке с галстуком и расстегнутом пиджаке. Блондинистые волосы собраны в низкий хвост, который немного растрепался, и пара прядей выбились из общей массы, теперь обрамляя лицо.       Марк делает еще несколько шагов и молча скидывает сумку Кира с кресла, на которое садится сам. После, так же молча, парень забирает телефон из рук брюнета и, клацнув пару раз на экран, прижимает трубку к уху. — Все, я на месте, — произносит он в микрофон и улыбается. — Нет блин! Я свистнул у него телефон, а его выкинул из автобуса! Здесь конечно! Делает вид, что он манекен, — с усмешкой вещает Марк, косясь на рядом сидящего, а после лезет в карман брюк за собственным телефоном. — Ладно, Лиз, давай, потом отзвонюсь, мне тут сейчас с матерью предстоит серьезный разговор! — только скинув один вызов, Марк тут же принимает другой и прижимает свой телефон ко второму уху. — Да. Сдал, все, как обычно, без изменений, твой сын молодец и все в таком же духе, — быстро произносит Марк, опережая мать. — М, нет… Домой я сегодня не приду. Когда ждать? — Марк на секунду поджимает губы, понимая, что последует за его ответом, а после все же произносит: — Через неделю. Нет, я не шучу, нет не обнаглел! Мам, все нормально. Я еду на море, и тут прерывается связь, потом наберу. Люблю, целую, пока! — сбросив звонок, блондин тут же отключает телефон и наконец поворачивается к брюнету. — Ну что ты на меня смотришь как на призрака? — Что ты здесь делаешь? — отвечает Кир вопросом на вопрос, не сводя глаз с Марка. — Если вкратце…то твоя сестра решила сделать очередную пакость, только в этот раз, вместо книги, подкинула меня. Умная девочка и заботливая! Переживает, чтобы тебе скучно не стало!       Кир на это сначала качает головой, а после вдруг расплывается в широкой улыбке, которая совсем скоро сменяется смехом. — Она и правда оооочень заботливая! — выдавливает он и тыкает пальцем на верхние полки для багажа.       Марк непонимающе поднимается и заглядывает в то место, куда указывает Кирилл. — Твою мать… — шепчет блондин, разглядывая розовый рюкзак с кучей значков, а после переводит злобный и одновременно вопросительный взгляд обратно на Кира. — Лиза сказала, что ее подруга отдыхает там, куда еду я, и ей нужно передать какие-то вещи. Я так понимаю, подруга это ты? — Я убью ее… Это мои вещи! Которые были в моем рюкзаке! — орет блондин, не обращая внимание на оборачивающихся в его сторону пассажиров.       Вот же мелкая зараза. Марк ведь все просчитал, вплоть до минуты. Потому сегодня сдавал экзамен самым первым, чтобы после успеть на автобус. Единственное, что не складывалось, это его вещи. Парень не хотел тащить их в университет, потому Лиза и предложила отдать их Киру под каким-нибудь предлогом. И ведь Марк повелся! Черт! — Я точно ее убью! — повторяет блондин, уже представляя, как это будет делать. — О нет… Этого, пожалуй, я тебе сделать не позволю, — тихо произносит Кир и дергает Марка за запястье, чтобы он вернулся на место. — Потому что, что-то мне подсказывает, что теперь я обязан ей всем и даже больше, — тихо добавляет он, переплетая свои пальцы с пальцами парня, а после, не удержавшись, тянется к его губам и целует.       Теперь Кир знает наверняка, что Марка он не отпустит. Он начнет новую главу с ним вместе. Потому что блондин был прав. Именно с ним у Кира наступила белая полоса.