Добро пожаловать в реальность

      Вернувшись в палату Маринетт упала на кровать, уткнувшись лицом в подушку. Ну почему от неё всегда одни неприятности? Сначала родители оказались в долгах и под угрозой продажи семейной пекарни, оплачивая её лечение. Теперь Адриан пострадал, защитив её от рассвирепевшего психа… Зачем он вообще кинулся её спасать? Она ведь сама заразила того парня своими бредовыми идеями про акум и злодеев. Поделом ей от него досталось! А под угрозой оказался Адриан… Почему именно он? За что? Как он вообще оказался в этой проклятой столовой?! Тело сотрясалось от рыданий, а подушка намокла от слёз. Почему достаётся всегда тем, кого она больше всего хотела бы защитить? Нет, она не супергероиня, а ходячая катастрофа! Даже если она в действительности и была когда-то ЛедиБаг, то и тут не справилась, не уберегла Тикки. Маринетт Дюпен-Чен не достойна носить серьги-талисман, если они и вправду являются Камнями Чудес. И она же просто обязана их снять, если никакой волшебной силы в них нет, чтобы прекратить, наконец, мучения важных и дорогих людей! Девушка выпрямилась на постели, решительно потянувшись к серьгам…       Чуть скрипнула открываясь дверь, и рядом послышались тяжёлые шаги доктора Дамокла. Маринетт подскочила, подняв на врача заплаканные глаза.       - Как Адриан? Он в порядке? Скажите, пожалуйста…       Доктор покачал головой, внимательно глядя на пациентку.       - Состояние стабильное, угрозы для жизни нет, - монотонно протянул он. – Сегодня полежит под капельницей, глядишь, завтра будет на ногах…       Дюпен-Чен облегченно выдохнула, чувствуя как по щекам вновь катятся слёзы.       - Это всё – моя вина, - тихо прошептала она.       - Вообще-то, я не должен тебе это говорить, - едва заметно усмехнувшись проронил Дамокл, - но психическое состояние Агреста не может не радовать. Кажется, он совершенно счастлив и горд собой, ничуть не сожалея о потере крови. И суицидальные мысли все сошли на нет, вытесненные радостью от собственного геройства. Так что, всё относительно, мадемуазель… - помолчав, он добавил уже серьёзнее: - Правда, боюсь, месье Агрест-старший его энтузиазма не разделит…       Маринетт зажмурилась, медленно осознавая слова врача. Адриан пострадал физически, но душевное здоровье его явно улучшилось… Девушка покачала головой.       - Всё равно ему не стоило вмешиваться самому… Я даже боюсь представить, что могло бы быть…       - Поверь, ему будет лучше, если при встрече ты восхитишься его геройством, а не отчитаешь за безрассудство… - снова слегка усмехнулся доктор. – А теперь поговорим о тебе, Маринетт. Объясни, что ты делала в столовой в столь ранний час? С какой целью покинула палату?       - Я пошла взять воды… хотела только минуту передохнуть за столиком, но уснула… - тихо отозвалась Дюпен-Чен. – А потом меня разбудил тот парень, который называет себя «Котом Нуаром»...       - И ты совершенно случайно выбрала именно то место, которое не просматривается с камеры? – пристально глядя на девушку спросил врач. – И встречи «напарнику» своему ты тоже не назначала?       - О чём Вы говорите?.. – Маринетт непонимающе уставилась на Дамокла. Тот, внимательно посмотрев ей в глаза, удовлетворенно хмыкнул.       - Похоже, не врёшь, - кивнул он недоумевающей пациентке. – Вчера ночью наш Кот Нуар сбежал из отделения, его искали, но этот прохвост хорошо скрывался. А когда под утро медсестра не обнаружила тебя в палате, все решили, что нам грозит ваша новая миссия по изгнанию бабочек, и стоит быть начеку. Меня вызвали в клинику, ждали, что придётся снова тебя лечить… А в итоге «напарник» твой на тебя же и напал. Как так вышло?       Девушка молчала, осознавая слова врача. Все решили, что она собирается на очередную миссию с этим чокнутым «Котом»?! Неужели ещё несколько дней назад всё выглядело именно так: она, обмотав голову пятнистым шарфом, набрасывалась на невинных людей? Смятение, недоверие, стыд ясно читались на лице Маринетт.       Доктор снова кивнул:       - Что ж, вижу, обострения нет, ты в порядке. Примешь сейчас успокоительное, поспишь… И больше без необходимости палату не покидай.       Молча кивнув Маринетт свернулась на кровати. Ей снова стало страшно – страшно поверить, что она действительно сумасшедшая. Но отрицать очевидное становилось всё сложнее. Этот безумный «Кот» наглядно продемонстрировал все их «геройства»… Не давала покоя только одна маленькая деталь – если у него не тот голос, тогда кого же она слышит во сне? Занятая своими мыслями девушка почти не обратила внимания на подошедшую с очередным уколом медсестру, только почувствовала как вновь проваливается в глубокий и пустой лекарственный сон.

***

      - Маринетт, вставай! – трясла её за плечо Лила Росси. – Ты сеанс психотерапии проспишь, а доктор велел тебе обязательно на нём быть…       Дюпен-Чен нехотя разлепила глаза пытаясь вернуться к реальности. Воспоминания о произошедшем утром в столовой постепенно заполняли пустую после укола голову. Снова нахлынула тревога.       - Адриан? – посмотрела она на склонившуюся над кроватью Росси. – Как он?       Лила покачала головой:       - Всё обошлось… Но месье Агрест будет в ярости…       Маринетт поёжилась. Адриан ведь говорил, что его отношения с отцом, мягко говоря, натянутые. Утренним спектаклем она только добавила любимому проблем. Лучше б этот псих придушил её, всем точно стало б проще… Девушка, застонав, поднялась с постели. Тело слушалось плохо, и идти на психотерапию не хотелось. Совсем. Но её никто не спрашивал. А сама Маринетт ведь твёрдо обещала родителям следовать всем рекомендациям и назначениям, чтобы оказаться дома максимально быстро. Вот и приходилось безропотно следовать за сестрой Росси к кабинету психолога.       Только сделав шаг внутрь Маринетт оказалась в крепких объятиях Альи.       - Подруга, наконец-то! – сходу бодро заявила Сезер. – Ты пропустила завтрак, я волновалась!       - Проспала из-за укола, - сонно потёрла глаза Дюпен-Чен. – Даже не представляю что буду тут сейчас делать…       - Можешь спать, - хмыкнула Алья. – Тут можно всё кроме оскорблений и физического насилия, помнишь?       Маринетт помотала головой:       - Нет уж, на сон у меня и без этого полно времени…       В это время мадам Бюстье возвестила о начале сеанса, напомнив главное правило – «Всё сказанное здесь остаётся здесь, за пределами этой комнаты не обсуждается». Все расселись в круг. Маринетт остро чувствовала как в этом круге не хватает Адриана… И, кажется, не только она.       - А где Адри? – беспокойно озираясь по сторонам спросила Хлоя. – И на завтраке его не было… Габриэль ведь обещал в этот раз не забирать его до окончания лечения…       - Ему сегодня вкатали постельный режим, - отозвался Нино. – Кажется, утром Кот Нуар защищал нас от очередной акумы, а Адриан решил вступиться за злодейку. Героя нашего уложил, но шов на руке разошёлся…       Дюпен-Чен вжала голову в плечи. В пересказе Ляифа случившееся утром выглядело даже забавным. Только вот эпитет «злодейки» в нынешнем восприятии Маринетт подходил ей как нельзя лучше. В глазах вновь заблестели слёзы, а сознание поглотило непреодолимое чувство вины.       - Хей, - неожиданно встряла Алья, по-своему истолковав состояние подруги. – Успокойся, всё хорошо с твоим Агрестом! Ну отработал пару приёмов каратэ на несчастном Котике, подлатал руку, завтра будет с нами, правда Нино?       Ляиф кивнул.       - Почему это вдруг Адри стал «её Агрестом»? – вновь послышался недовольный голос Буржуа. – Мы с ним дружим с детства, обожаем друг друга. И он – мой!       - Нахалка! – Сабрина хлопнула себя по губам ладошкой, страдальчески закатив глаза.       Сезер фыркнула, переводя взгляд на подругу. Дюпен-Чен, казалось, не слышала ничего вокруг, застыв с выражением скорби на лице.       - Хэй, земля вызывает Маринетт! – помахала она рукой перед лицом той. – Ты слышала, всё с Адрианом в порядке!       - Да, Маринетт, - поддержал Нино, - я пробрался к нему утром, таким довольным никогда ещё Агреста не видел. Он заявил, что спас самую прекрасную мадемуазель на свете, и… Ой, ты чего? – обиженно обернулся он к ткнувшей его локтем в бок Алье.       Сезер обняла размазывающую слезы по щекам подругу.       - Да ладно тебе, мы этой лахудре волосы повыдергаем, вмиг от Адриана твоего отвадим!       - Моего! – «поправила» Хлоя.       - Выскочка!.. Да, что ж такое-то? – покраснела Ренкомпри.       - Это я во всём виновата… - почти взвыла Дюпен-Чен, - Из-за меня он пострадал…       Все разом уставились на плачущую девушку.       - Успокойся, Маринетт, - включилась, наконец, в беседу мадам Бюстье. – Объясни что ты имеешь в виду, по порядку.       - Это я – та злодейка, на которую напал утром «Кот»…       - Не «злодейка, на которую напал Кот», а «самая прекрасная мадемуазель на свете», которую спас Адриан, - поправил Ляйф.       - Нет, злодейка! – выкрикнула Буржуа. – Или забыли, что Нуар с Баг только на реальных злодеев нападают!       - Стерва! – покрасневшая Сабрина готова была залезть под свой стул, но на неё, кажется, не обратили внимания.       - Это с Баг, - уверенно отозвалась Алья. – А сам по себе Кот – полный придурок. Он только Леди свою и слушается, без неё вообще неуправляемый!.. Эх, хотела бы я узнать кто она…       Маринетт совсем отключилась от происходящего в комнате, погрузившись в собственные мысли. Даже то, что Адриан назвал её «самой прекрасной мадемуазель на свете», хоть и заставляло замирать от счастья сердце, но тут же перекрывалось ощущением безграничной вины. Он не должен был её защищать! Она получила по заслугам…       После сеанса психотерапии Алью перехватил доктор Дамокл, чтобы обсудить результат утреннего анализа. Маринетт собиралась тихо ускользнуть в свою палату, планируя поддаваясь самобичеванию прогулять и обед, когда к ней подошёл Нино.       - Маринетт, составишь мне компанию за обедом? Без Адриана и мне сегодня немного не по себе…       Девушка кивнула, давая увести себя в сторону столовой.       - Слушай, Нино, а что ты забыл в этом заведении? - пытаясь отвлечься от невесёлых мыслей решилась на вопрос Дюпен-Чен.       Ляиф хмыкнул:       - Ну, за мной постоянно таскается Джаггед Стоун и упрашивает снять клип на его новый хит…       - Серьёзно? – Маринетт непроизвольно оглянулась по сторонам.       - Да как сказать, - отмахнулся парень. – Я знаю, что это совершенно невозможно, поэтому стараюсь не обращать на него внимания…       - А он что? – не удержалась девушка.       - Да ничего, обижается… И грозится Клыка натравить. Но Клык у него – добряк, чуть ли хвостом не виляет… А ты, Маринетт, почему тут?       Дюпен-Чен на секунду задумалась. Она, конечно, часто представляла себе возможность раскрытия перед друзьями… Но никогда не думала, что это произойдёт так. При этом отчаянно хотелось довериться хоть кому-нибудь... Так почему бы не Ляифу? Решившись она наклонилась к Нино и заговорщицки прошептала:       - А я – ЛедиБаг. Только Джаггеду не говори, - подмигнула ему Маринетт.       Нино лишь усмехнулся, показав девушке большой палец.