Письмо +4

Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Волков Александр «Волшебник Изумрудного города»

Основные персонажи:
Железный Дровосек
Пэйринг:
Желазный Дровосек/ОЖП, Урфин Джюс, Страшила, Элли
Рейтинг:
R
Жанры:
Романтика, Ангст, Флафф, POV, Hurt/comfort, AU
Предупреждения:
Смерть основного персонажа, Мэри Сью (Марти Стью), ОЖП, Гуро
Размер:
Мини, 17 страниц, 6 частей
Статус:
заморожен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Доставить письмо - вот Её главная цель. Доставить Дровосеку письмо. Но получит ли Он эту заветную бумажку?

Посвящение:
Всем, кто это читает.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Обожаю эту сказку. Иииии да, первая попытка.

Глава 5 - Роковая ошибка

26 июля 2017, 02:15
Какой красивый ночной лес. Луна светит, деревья шелестят. Птицы и сверчки тихонько напевают свои песни, пускай и затихают, стоит страннтму силуэту промелькнуть меж деревьев. Некоторые цветы светятся, отблёскивая от Дороги Из Жёлтого Кирпича. Но у Неё не было времени любоваться природой. Ведь те поганые цветы продолжали распускаться, в голове звенело, ноги буквально волочились по земле. Но перспектива приближения к Изумрудному Городу уже радовала. Ещё чуть-чуть, и письмо придёт. Каждый шаг приносил неимоверную боль, из-за которой Она падала. Но вставала, и шла дальше. Вставала, только чтобы пройти двадцать с чем-то шагов, прежде чем вновь упасть. Но вот, повиднелся домик. В нём всё ещё горел свет, не смотря на позднее время. Время... Сколько лет Она пролежала на этих камнях? Сколько времени прошло с момента, как Он ушёл? Сколько ещё ужасных вещей сотворила Гингема? Гадкая старуха. Она просто тварь, недостойная даже погребения. Самое милосердное наказание, которое она заслуживает - мучительная смерть, несколько часов адских страданий под каким-нибудь тяжёлым камнем. Или нет, домом. Ей наверняка понравится быть раздавленной к чертям собачьим, вместе с её проклятыми башмаками. Или чтобы какая-нибудь добрая фея из-за гор её покарала. Этой старухе точно не помешает пара-тройка ножевых ранений в самую печень, и весёлый заплыв на дно морское, откуда она поднимется уже по законам физики, и прыжки с высочайшиз башен. Некоторые можно провести с чудесным галстуком на шее, будет очень весело. Другого она недостойна.

***

В дверь дома маленького Риэля послышался стук. Причём такой, что казалось, будто кто-то пытался сломать эту дверь. Низенький даже по Мигуновым стандартам парнишка с опаской покосился на ручку, отстранился от кухонного стола, и тихо подошёл к двери. Заглянув в глазок, Риэль, пошатнулся, и осел на пол. За дверью стоял какое-то существо. Выглядело оно, как бревно, заколдованное какой-нибудь злой ведьмой, с бурой тушей овцы на голове, чем-то напоминающей волосы. По всему телу существа были цветы, а два красных затухающих огня люто глядели прямо в глазок. Рука этого чудовища размахнулась, и снова начала бить по двери. Риэль не был героем, воошебником, бесстрашным воином, и не мог похвастаться храбростью. Никакого желания открывать у мастера ювелирных дел не было. И винить его в этом нельзя. Он повидал достаточно вещей, и лишиться второго глаза не хотел. Кто знает, что этому монстру от него надо... Но рука будто сама опустилась на ключ в замке, и повернула его. Раз. Два. Три. Если бы Риэль вовремя не отскочил, его бы наверняка раздавило деревянной девушкой, упавшей прямо в дверной проём, задев головой косяк. Домик затрещал, кое-где хрустнули балки, удерживающие крышу. Слыханное ли дело, чтобы какой-то деревянный монстр падал посреди комнаты. Риэль, решив, что пути назад нет, затащил существо на стул, и попытался осмотреть его. Спустя час обследований, ювелир заключил, что это реинкарнация Жевуна, проделана явно искусным столяром, но точно не мастером алхимии и магии, так как такому хрупкому экспонату не годится бродить по лесам, и тому подобному, если только не в разведку. Было так же заметно, что глаза стекляные, вставные, и явно когда-то были украшением, бусами, но вряд ли специально были созданы для кулы. Реинкарнация выглядела антомически правильно, одежда принадлежала Жевунам, следовательно, мастер либо был соотечественником личности, либо он максимально экономил, и нацепил на реинкарнацию ту одежду, что была. Внимание Риэля привлекло письмо, торчащее из кармана куклы. Внезапно, до того, как он успел взять письмо в руки, его сжала цепкая хватка, а два глаза смотрели на него с искренней яростью и ненавистью. Но тут же рука ослабла, и кукла вновь закрыла глаза.
- Намёк понят, - иронично произнёс Риэль, подходя к шкафу, чтобы достать нужный набор инструментов, и привести внешний вид в порядок. Внезапно, Риэль вновь упал на стул, увидев в окне два горящих глаза.
Звон битого стекла. Крик. Рычание голодного медведя. Звук рвущейся плоти. Выстрел. Бегущий в лес зверь. Выстрел. Другой. Третий. Тихое падение огромной туши в траву. Хруст поломанной ноги Риэля.

***
- Ай! Анна, ты чего?
- Напоминаю, НЕ НАДО трогать мои вещи.
- У меня ведь теперь синяк может остаться... Это ведь всего лишь лента.
- Она - единственное, что мне осталось от Мамы... Извини.
- Нет-нет, не расстраивайся. Мне стоило подумать, прежде чем трогать что-то. Да и кьюрка у меня есть с собой. Выживу. Ты только не плачь.
- Не плачу я... Просто злюсь на себя, что больно тебе сделала. Погоди... Сколько времени?
- Уже полпервого...
- Вилина Милосердная! Мне надо собрать хвороста и кувшинок! Тётя точно меня на суп Гингеме пустит!
- Пусть только попробует. Когда я вырасту, я её сам порублю на суп! Буду твоим рыцарем!
- Спасибо... Ты очень хороший... друг.
- Хотел бы я быть для тебя более, чем другом.

Наивные дети. Наивные, заигравшиеся дети. Пора им повзрослеть. Будет очень забавно смотреть на то, как Она рыдает, как Он надрывается, чтобы спасти Её. Если бы они знали, что их ждёт... Может быть, всё было бы не так плохо, если бы они могли предотвратить свои ошибки. Но одну роковую ошибку предотвратить вряд ли получится. Между ними много общего. Они оба
Т а к и е
Н а и в н ы е
И д и о т ы .
= )

***

Глаза буквально выкатывались из орбит, пока разодранная грудная клетка переодически "выплёвывала" новые и новые сгустки крови. Многие рёбра Риэля напоминали поломанные ножи, острые концы некоторых были воткнуты в оставшееся лёгкое, сердце бешено колотилось, надеясь сохранить своего носителя в живых. Тело ювелира дёргалось в предсмертных конвульсиях. На лице застыла мольба о спасении. И спасение пришло. Анна очнулась, и уже пыталась оказать первую помощь. На полках не было никакого быстролечащего зелья, руки дрожали, на полу были десятки разбитых колб, в отчаянии, Анна попыталась быстро перебинтовать буквально зияющую дыру в теле Риэля... Но вот он затих. Обмяк на руках. Дом наполнился воплем, наполненным отчаянием, болью, раскаянием, страданиями, ужасом. У них такие похожие глаза... Синие, как небо. Такие холодные, но ближе к Его двадцатилетию, они потеплели, стали излучать добро, радость, Он стал похож на настоящего рыцаря. А этот бедный юноша... Его глаза уже никогда не станут теплее. Как легко можно всё сломать одним неудачным движением руки.
В дом вошла молодая невеста Риэля, решившая ответить на его предложение руки и сердца согласием. Как же смешно искажаются лица людей, когда им больно. Боль. Боль продолжала нарастать. Распустилось ещё пять цветов. Несчастная невеста погибшего была на вкус просто чудесной. Волчице очень понравилось их мясо. Вряд ли она задумывалась о том, что где-то там по реке плыло деревянное тело куклы, которой эта волчица когда-то что-то сказала про добрую душу. Но что-то ёкнуло в душе Матери двух волчат, когда она увидела тот самый цветок, оставленный в руке Риэля. Ночной пригород Изумрудного Города огласился воем, в котором иногда замечались нотки скорби, сожаления, и мольбы о прощении. Жаль, что Анна всё ещё бессильна, и Её несёт рекой куда-то вдаль. Она не сможет услышать воя, и простить волчицу. Не сможет успокоить её, как когда-то и саму Анну успокаивал Он. Как жаль, что Её путь будет ещё длиннее. Как жаль, что письмо может и не быть доставлено. Жаль, что Железный Дровосек если и получит письмо, то слишком поздно. Да и нужно ли ему это письмо? Зачем оно было написано? Зачем его доставлять кому-то, кого ты не знаешь? Разве когда он его прочитает, он бросится обнимать Анну? Будет ей рад? Вряд ли. Зато он получит письмо. Он всё поймёт. С этими мыслями, Анна окончательно провалилась в что-то, отдалённо напоминающее дрёму. Даже боль утихла... Мысль о Нём грела изнутри. Да. Он поймёт.

***

По реке плыла кукла, с чуть мокрым письмом в руках, с телом, покрытым цветами. Её роковая ошибка будет исправлена. Надо только доставить ему письмо.
Примечания:
Что сказать, Анна... Ты хреново справляешься со спасением жизни.