Alaska

Сердце Луи колотилось, пальцы сжимали подол куртки, а на самого бедного мальчика, казалось, давили стены. Потрясенному, смущенному и просто испуганному Луи каким-то образом удалось буквально загнать себя в местный полицейский участок Лондона. В то место, где Гарри собирался провести бóльшую часть своей жизни, вдали от Луи и всех остальных людей. Прошел уже месяц и он не был удивлён, что делал это по собственному желанию. Луи хотел увидеть Гарри, даже если он был одет в оранжевый цвет, а его волосы были в полном беспорядке. Быть без Гарри в течение одного или двух месяцев было не тем, чего он хотел. Возможно, он не сможет услышать или коснуться его, как прежде, но это было все же лучше, чем не видеть его вообще. Стены внутри здания были белыми, а пол из какого-то уродливого бежевого картона. Это выглядело абсолютно отвратительно, и Луи ненавидел всё это, чувствуя, как все его тело начало дрожать больше, чем необходимо. Блондинка, что сидела за столом, подвинулась ближе, когда Луи подошел к ней. —Привет, — тихо сказал он, глядя на нее. — Я посетитель Гарри Стайлса. У меня назначена встреча. Женщина сначала смутилась и набрала что-то на своем компьютере, ее зубы медленно и неуверенно скользнули по ее губам и помада слегка смазалась. Даже если Луи и хотел сказать ей об этом, он знал, что его голос будет растрескиваться, как только он скажет хоть что-то. —Вы Луи Томлинсон? — Спросила она. Льюи просто кивнул. — Луи Томлинсон? —Полагаю, что я, — пробормотал он, удержав голос. — Могу я увидеть его? —Вы уверены? –Спросила женщина. — Вы можете отказаться. —Я уверен. Она посмотрела на него и продолжила печатать, подняв свои тонкие брови. Её взгляд вернулся к экрану компьютера только тогда, когда Луи отвернулся от неё, уставившись в пустоту, а его пальцы вернулись к подолу его рубашки. Парень оттянул его, прислушиваясь к ее пальцам, стучащим по кнопкам клавиатуры. Вскоре она протянула ему несколько листов бумаги и сказала: —Вам нужно подписать соглашение на охрану для вас. Это в целях безопасности. У Луи не было выбора, кроме как подписать его, потому что, очевидно, иначе он не смог бы увидеть Гарри. Она поблагодарила Луи, когда он вернул ей подписанные бумаги, и попросила его подождать на одном из диванов, пока она сделает несколько звонков. Луи не счел нужным брать с собой полицейских, так как он на двести пятьдесят два процента знал, что Гарри и пальцем его не тронет, но ему всё равно пришлось сесть и подождать там не менее сорока минут, прежде чем один мужчина и одна женщина в полицейской форме предстали перед ним и сказали ему пройти с ними. — У вас есть тридцать минут, — сказали они. И Луи должен был потратить это время надлежащим образом. Его привели в помещение с большим количеством дверей и минимальным количеством окон. Он предположил, что это тюремные камеры. Луи видел как некоторые заключённые стучали по окнам и колотили по дверям, звук разносился по всему коридору, и Луи даже приблизился к полицейским. Казалось, он ничего не чувствовал. Он чувствовал себя пустым и холодным. Он даже не знал, был ли он счастлив или недоволен. Луи поднял глаза, когда женщина остановилась и начала смотреть на большую связку ключей, а затем отпирать дверь. Он сразу же разогрелся, когда осознал, что Гарри там, но другой мужчина отстранил его, как только он собрался подойти к двери. Он сказал, что они отправятся в отдельную комнату, чтобы они могли свободно разговаривать по телефону; Луи не знал о чём именно они будут говорить. Он никогда раньше не делал ничего подобного. Ему снова стало холодно. — У меня на самом деле есть всего тридцать минут? — тихо спросил он, смотря на более высокого мужчину. Он был тонким, с тёмными волосами и карими глазами. Луи считал его довольно симпатичным. —Ага, — ответил он, Луи смотрел вверх и вниз по его телу в поисках бейджика, имени или чего-то еще, но он ничего не мог найти. — Если бы вы были членом семьи, вы могли бы получить час. Но так как вы в таком опасном отношении с ним, мы не можем предложить вам больше. Луи снова посмотрел на него, едва заметив, что он отвернулся. Полицейский тоже смотрел на него сверху. Луи ненавидел то, что он был выше. Ему нравилось это только в Гарри. —Почему? — Спросил Луи. —Мы не знаем, что он может сделать. —Может быть, он ничего не сделает. —Может быть, так и будет. Луи немного зарычал, но быстро перестал, когда услышал проклятие и звук спотыкающихся ног в коридорах: «Отпусти меня» и «Я могу идти один». Он знал, что это Гарри. Он узнал бы этот голос и это бормотание с расстояние в милю. Гарри. Луи вздохнул, когда человек открыл дверь, и вдруг они оказались в прямоугольной комнате, которая была разделена каким-то стеклом и деревянными скамьями вместе со стульями по обеим сторонам. Там было не так много людей. Они разговаривали друг с другом. Некоторые из них выглядели грустными, светлая женщина с грудным ребенком плакала вместе с мужчиной в оранжевом с другой стороны. Луи мог только предположить, что он мог быть отцом. Он не хотел подслушивать. —Вы можете сесть здесь, — сказал полицейский и вытащил стул для Луи рядом с брюнеткой пятидесяти лет, которая разговаривала с молодой женщиной. Вероятно, её дочерью. Луи сел, глядя на пустое место перед ним. Видимо, Гарри еще не прибыл. —Разговор будет записан. Вы можете говорить свободно, хотя мы будем здесь, — сказал офицер и немного улыбнулся, Луи просто посмотрел на него с пустым выражением. Именно тогда он наконец увидел значок на левом бедре. Кларк Джонсон. —Есть что-то, что я не могу сказать? —Личная информация, — сказал Кларк. Луи просто кивнул. Он ничего не слышал, когда большие двойные двери с другой стороны открылись, и вошел Гарри, с его отрастающими после того, как их состригли, волосами (Луи был счастлив, что мог по крайней мере видеть кудряшки) и с таким же, как и у Луи, пустым выражением лица. Его щеки были розовыми, и он выглядел суровым, глядя на Луи, который смотрел назад. Гарри стоял с женщиной, которая говорила ему, скорее всего, тоже самое, что и Кларк говорил Луи. Он, похоже, не слушал. Луи смотрел как Гарри потянулся за белым телефоном сбоку. Ему потребовалось время, чтобы понять, что он должен был делать то же самое. Он пододвинул стул ближе к деревянному столу и, взяв свой собственный телефон с дрожащей рукой, уставился на Гарри через стекло. Им понадобилось две минуты, чтобы понять, что им разрешили поговорить, Гарри первым нарушил молчание. —Привет, — сказал он. —Привет, — ответил Луи. Они снова замолчали. Он продолжил, — Я написал статью. —Ah, yeah? —Yeah. Гарри прочистил горло. Он выглядел таким больным, что Луи едва мог взглянуть на него. Он стал тоньше и бледнее, его зеленые глаза выглядели мертвыми. Луи начал неловко возиться с рукавом своей куртки, когда Гарри спросил о чём его статья. — О тебе, — ответил Луи. — О нас. Гарри только кивнул, опустившись на сиденье. Луи посмотрел на его, ставшие тонкими, запястья в наручниках и почувствовал ком в горле. Кудрявый мальчик просто сидел там, а Луи отвернулся и впился взглядом в ноги, пытаясь что-то сказать. Ему ещё нужно было задать столько вопросов, но у него было всего несколько минут. —Сколько времени у меня осталось? — пробормотал он Кларку, взглянув на него всего на секунду. Он посмотрел на часы, которые висели на стене. —Двадцать минут, — сказал он. Луи вздохнул и провел рукой по волосам. Это было не так, как он планировал. Все еще с пустым выражением Луи повернулся к Гарри. Он трясся так же, как и Луи. Его рот продолжал открываться и закрываться, как будто он хотел что-то сказать, но каждый раз, когда он пробовал, казалось будто его что-то сдерживает. Он вздохнул и прочистил горло, и Луи взвизгнул в телефон. —Ты такой худой, — прошептал Гарри, когда Луи собирался сказать то же самое. —Ты тоже, — ответил он, немного потянув за рукава. — Вы хотя бы едите? —Не совсем, — признался Гарри, и Луи увидел очень маленькое дергание, которое прошло по всему его телу. — Я больше не могу. —Как давно ты ел в последний раз? — обеспокоено спросил Луи. — Ты должен заботиться о себе, Гарри. —Я не знаю, — Гарри пожал плечами, выпустив нервный смешок. — Может быть, три дня назад. Луи знал, что Гарри сказал правду. Допустим, он ел три дня назад. Может быть, он не ел за четыре дня до этого. Затем за два дня до этого. Луи стало плохо. Он знал, как ужасно он себя чувствовал, так как сам не ел неделю. Он выжил, поедая фрукты, и время от времени пронося тарелку еды в свою комнату. —Почему ты перестал? — спросил Луи. —Потому что я скучаю по тебе, — ответил Гарри. Луи поморщился и отвернулся, закрыв глаза ладонью. Через несколько секунд она стала влажной. —Прекрати, — сказал он в телефон. — Прекрати. Просто остановись. Он поднял глаза, когда услышал от Гарри всхлипывание и рыдания, и он провел рукой по своему рту, наблюдая за ним. Гарри больше не держал телефон возле уха, просто держа его в руке, прижимая обе ладони к глазам. Он трясся, и его кудри делали то же самое, оранжевая ткань его рукавов была усыпана мокрыми пятнами. —Я просто хотел друга или кого-то, — сказал он слабо, но Луи все еще слышал его. — Я не хотел, чтобы так получилось. Луи молчал, глядя на рыдающего Гарри, который наклонился вперед и скрестил руки на столе, упираясь лбом в предплечье. Некоторое время он сидел и просто плакал, и Луи делал то же самое. Ему удалось успокоиться, но он отказался взять носовой платок, который предложил ему Кларк. Полицейский просто пожал плечами, совершенно не затронутый всем этим. Луи не понимал его. —Мы учились в одной школе, — дрожащим голосом сказал Гарри. — Я был младше на два класса. Ты не замечал меня, но я не мог отвести от тебя глаз. Тогда я не мог понять, что именно я чувствую, потому что я никогда не был влюблён прежде. Луи сглотнул, но молчал. Теперь он ответит на все свои вопросы, не так ли? —Ты уехал 14 июня, на следующий день после окончания школы, — продолжал Гарри, взглянув на Луи. — Я остался в Лондоне и через некоторое время был уволен моей матерью, когда она напилась. Она просто вышвырнула меня, и я пошел в дом друга и некоторое время жил там, чтобы составить план. Этим планом была Джемма. Я полетел в штаты и оставался у неё на некоторое время, для того, чтобы понять, что именно мне нужно. Я нашел дом на Аляске и пробыл там четыре года, но мне не хватало чего-то. —Что случилось? — выдохнул Луи, пальцами сжимая телефон. —Я начал чувствовать себя одиноким. Мне нужна была компания, — всхлипнул Гарри, вытирая щеки. — Так что я отправился в Лос-Анджелес. Я нуждался в чём-то. Ком-то. Тогда я увидел тебя. Я сразу же узнал тебя, но, очевидно, что моя влюблённость уже пропала. Луи слегка покраснел, играя с пуховой веревкой на пиджаке. —Итак, — тихо сказал Гарри. — Я взял тебя с собой. Я знал кто ты такой и подумал, что так будет даже безопасней. Все остальное ты знаешь сам. Луи просто моргнул, его руки и телефон упали ему на колени. Он уставился на кудрявого мальчика, который дрожал, хныкал и плакал. Он был счастлив, что больше не слышит его. Через несколько минут он успокоился и тихо постучал пальцем по стеклу между ними. Луи облизнул губы, наблюдая, как Гарри кивнул на свой телефон. Он догадался, что хочет, чтобы он слушал, и он поднял трубку к уху, глубоко вздохнув. Гарри сделал то же самое и отвел взгляд на секунду, Луи хотел протянуть руку и вытереть его щеку. Заключенный молчал несколько минут, прежде чем у него хватило смелости снова заговорить. —Я люблю тебя, — сказал он через миллион лет, когда Луи опустил телефон от неожиданности. — Я так сильно люблю тебя, Луи. Его сердце остановилось, он густо покраснел и на мгновение Луи подумал, что он умрёт. В то время как Гарри, одновременно улыбаясь и плача, руками и ногами бил стекло и деревянный стол, отделявший их. Полицейский, стоявший на стороне Гарри, схватил его и отдернул, и еще два офицера, появившиеся из ниоткуда, тоже удерживали его. Они начали вытаскивать его из кресла, и Луи покачал головой, тоже ударив рукой по стеклу. —У нас есть ещё пять минут! — закричал он в телефон, и они, видимо услышав его, остановились на мгновение и посмотрели друг на друга. Они оба вздохнули и отпустили Гарри, который тотчас снова взял телефон, споткнувшись о стул и упал на колени. Луи приблизился. —Я не знал, что снова влюблюсь в тебя, ладно? — задыхаясь, говорил Гарри. —Мне все равно, — воскликнул Луи, глядя на него. — Ты не можешь просто так говорить это, а потом уходить! Гарри грустно улыбнулся и рассмеялся, пожав плечами. —Прости, — сказал он, прижав кулак к стене. –Мне очень жаль, Луи. Луи сглотнул, вытирая собственные щеки. —Сколько лет ты получил? —Двенадцать, — сказал Гарри. Его нижняя губа дрогнула. — За похищение, злоупотребление и миллиард других вещей, которые я даже не слушал. Луи снова закрыл лицо рукой, кусая нижнюю губу, чтобы он выпустить новые слезы, которые упали на его уже влажные щеки. —Ты не можешь ожидать, что я буду ждать тебя двенадцать лет, — прохныкал он. Гарри издал хриплый смешок. —Попробуй, Луи, — попросил он, шатен взглянул на него, когда услышал небольшой стук на стекле. Он не мог не улыбнуться, когда увидел ладонь Гарри на плоскости. — Пожалуйста? —Ты ведёшь себя так, будто мы в фильме Диснея, — засмеялся он, положив свою руку на стекло, прямо на руку Гарри. Было холодно. Гарри тоже улыбнулся. —Тогда жди меня, как принцесса, — прошептал он. —Ты серьезно думаешь, что я выдержу двенадцать лет без единого поцелуя или чашки твоего ужасного чая? Гарри рассмеялся, выглядя искренне счастливым впервые за много месяцев. —Попробуй, Луи. Прошу, дождись меня. Луи вздохнул, потирая глаза. Ему казалось, что он спит. Он не знал, был ли это счастливый сон или кошмар. Оба, может быть. —Я попробую, — согласился он, глядя на него. Он немного улыбнулся. — Но если я буду двигаться дальше, то я не хочу, чтобы ты попытался вернуть меня, хорошо? Гарри кивнул, улыбаясь. —Хорошо, — сказал он. — По рукам. Луи кивнул и облизнул губы, глядя на свою руку. Он действительно стал худым и бледным. Его мать много раз спрашивала, почему он выглядел так. Но он не мог сказать ей, что потерял аппетит из-за того, что Гарри не был с ним. —Ей, Луи, — сказал Гарри, наклоняя голову. — Ты тоже меня любишь? Луи посмотрел на него, а затем на Кларка. Он выглядел нетерпеливым. Должно быть, они сидят больше положенных тридцати минут. —Да, — кивнул он, прижимая губы к своему предплечью, которое тоже лежал на столе. Он даже не заметил, что он упал на пол. Гарри улыбнулся. Казалось, весь его цвет вернулся. Луи был болен. Он не должен был, но он это сделал. Он любил Гарри, и Гарри любил его. Вот и все. –Я очень сильно хочу поцеловать тебя, Луи, — сказал Гарри, и Луи тихо рассмеялся. —Прости, — просто сказал он. — Может быть, в другой раз. Луи должен был уйти ровно через три минуты. Любой, кто прошел через то же самое, закричал бы и разрыдался, но Луи не сделал этого. Он знал, что Гарри хочет его так же, как Луи хотел его. Он улыбнулся, скрестив руки на груди. Луи пообещал Гарри попробовать, так что это было наименьшее, что он мог сделать. Он обещал ему время от времени посещать, даже если это не будет каждый день. Это тоже было тем, что Луи считал своей ответственностью. —Хорошего дня, мистер Томлинсон, — сказал Кларк, когда они снова вышли в приёмную. Он улыбнулся, слегка наклонив голову. Он чувствовал себя хорошо. Он больше не был пустым. — И вам, Кларк, — ответил он, и мужчина кивнул ему. Солнце светило, когда он снова вышел, слегка спустив куртку на плечи. Было тепло, даже если было немного облачно, Луи глубоко вздохнул. —Простите? Луи моргнул, поворачивая голову, чтобы посмотреть вниз по лестнице. Его глаза упали на очень красивую женщину, в коротком зеленом летнем платье и с серой шляпой на ее голове. Луи сглотнул, сразу увидев сходство между ней и Гарри. Это была сестра Гарри, без сомнения. —Привет, — сказал он, спустившись на три ступеньки, чтобы быть на ее уровне. —Ты — Луи Томлинсон, верно? — спросила она, слегка наклонив голову. Он улыбнулся. — Тот, кого похитил Гарри Стайлс? —Да, — сказал Луи, сдвинув брови — Что-то случилось? —Нет, ничего, — улыбнулась она, скрестив руки на груди. Она была действительно прекрасна, даже если у нее была лысина под этой шляпой. — Я просто не думала, что он действительно это сделает. Луи облизнул губы. —Ты знала об этом? —Не совсем, — она пожала плечами. Джемма положила руку на перила рядом с ними. — Он просто писал мне письма, жалуясь, что он не хочет быть один. Луи наклонил голову. Гарри говорил ему о том же, что он хотел быть один, но не одинок. Из-за этого он сделал плохие вещи. Было ясно, что он написал сестре об этом. Луи был счастлив, что на протяжении все этих лет кто-то поддерживал с ним контакт. —Понимаешь, у него аутофобия, — сказала она, немного качнувшись на пятках. — Не все воспринимают это серьезно, но я считаю, что это настоящая болезнь. Луи кивнул, проводя рукой по волосам. Страх быть одиноким. У Лотти — его сестры — тоже было это. Она всегда ходила с девочкой или мальчиком под рукой, каждый раз утверждая, что влюблена. —Знаешь, ты очень нравишься ему, — улыбаясь, сказала Джемма. — Он не сумасшедший, он просто в отчаянии. —Ты уверенна в этом? — Луи неодобрительно рассмеялся. — Я имею в виду… Он сделал несколько неприятных вещей. —Я уверена, — Джемма кивнула, глядя вниз на свои ноги. — Он все еще подросток. Он все еще учится. —Сколько ему лет? —Девятнадцать, — сказала Джемма, взглянув на него. — Он пережил больше, чем многие, поэтому не думай, что он незрелый или что-то еще. —Я точно не думаю так, — Луи улыбнулся. Джемма тоже засмеялась и кивнула, проходя мимо него. Луи наблюдал за ней, немного улыбнувшись, когда она обернулась. Девушка посмотрела на Луи, затем спустилась по ступеням и обняла его. Она обнимала его примерно двадцать секунд. Луи осторожно обнял ее за талию. —Спасибо, — сказала она. — Без тебя он, вероятно, был бы мертв. —Мертв? — переспросил Луи. Джемма кивнула. —Да, — сказала она. — Я полагаю, ты нашел ящик? Луи нахмурил брови. —Что было в нём? —Героин, — сказала она, грустно улыбаясь. — Если бы он оставался один ещё месяц или два, его, вероятно, больше не было бы здесь. Луи сглотнул и посмотрел вниз, его взгляд спустился по ступеням и прямо на улицу, его глаза цеплялись то за такси, проезжающее мимо них, то за женщину, которая гладила пуделя. Джемма снова обняла его, попрощавшись, прежде чем поспешить на станцию. Она, вероятно, тоже навещала Гарри. Луи вздохнул, но решил не думать об этом. Гарри было лучше. Вот что было важно. Дело в том, что следующие двенадцать лет были техническими и Луи не стал ждать Гарри. Ему потребовалось два года, чтобы найти новую женщину, Элизу, которая была учителем. Она была любящей и заботливой и даже забавной, но все же, даже если она и нравилась Луи, он был недоволен. Они были вместе около трех лет, прежде чем ее хватило и она просто ушла. Луи не проронил и одной слезы. После был Ричард. Он был веб-дизайнером и у него был шрам на плече от детской травмы. Луи даже удивлялся что Ричард нравился ему, но это сразу прошло, когда тот спросил его « хочет ли Луи повеселиться с двумя другими его друзьями?» Это продолжалось всего три месяца, и Луи подумал, что на самом деле он был просто геем для Гарри. Гарри был особенным. Он заботился о нём, как никто другой, даже если у них двоих были неприятные моменты. Луи знал, что это всего лишь часть отношений — и что Гарри был очень сложным. Но он знал причину, и для него это не имело значения, даже если бы люди сказали, что он «опасен». Это случилось четырнадцатого августа, когда Луи наконец понял, что он не хочет никого, кроме Гарри. Он продолжал встречаться с Джеммой, которая, по-видимому, разговаривала с Гарри по телефону двадцатого числа каждого месяца. Иногда Джемма даже приглашала Луи, чтобы он тоже мог поговорить с ним, но это случилось всего два раза, прежде чем полицейские узнали. Но Луи хотел больше поговорить с ним. Вот почему он ждал еще четыре года, проводя время со своими друзьями, дожидаясь того дня, когда Гарри придет к его двери и просто проведёт с ним всю оставшуюся жизнь. Это случилось девятнадцатого сентября, когда Луи сидел в своей квартире, которую он купил всего год или два назад, лаская собаку, которая была у него уже около четырёх лет. В дверь позвонили и Луи, с очками на носу, оторвал свой взгляд от книги. Он бросил очки, встал с дивана и сказал своей собаке, которую звали Эллен, не рычать на дверь. Он провёл рукой по волосам, дотягиваясь до ручки, и одновременно пытаясь отодвинуть собаку ногой от двери. — Успокойся, — пробормотал он, но собака не слушала, прыгая на ноги человеку, стоявшему с другой стороны. Луи тоже посмотрел на него и не смог сказать ни слова. Он просто стоял там молча в попытках осознать кто этот человек с шоколадными кудрями и зелёными глазами. —Привет, — сказал мужчина, и Луи впервые был счастлив в течение долгого времени, даже если он и начал плакать.