Cherry

— Что случилось с Чимином? — обеспокоенный голос Юнги раздается в трубке.

— Он в больнице, ты… — Хосок резко обрывает свою фразу. — Тэхен ты все вещи собрал? Молодец… Юнги-а, я позже напишу тебе и все расскажу, хорошо?

— Ладно.

Тем же вечером Юнги получает то сообщение от Хо с известием о беременности Пака. «…думаю, что все придется отложить и ждать пока Чимини не восстановиться» — Мин тяжело вздыхает и откладывает телефон в сторону. В голове крутятся мысли о беременности омеги и его состоянии. Все ли будет хорошо? Почему он доводит себя до такого состояния? Почему Тэхен за ним не проследил? Он же в медицинском учится в конце концов. Руки Юнги сами тянутся к пачке сигарет, хоть он и слышал трехчасовую лекцию о вреде никотина от старшего Кима, все же отказаться от этой нехорошей привычки не мог. Первая затяжка и думать становится легче. Иногда Мина посещает мысли, что он слабохарактерный, тряпка и за него все решает Хоуп, несмотря на его природу. Рядом с омегой Юну не хочется строить из себя пафосного парня и скрывать себя под оболочкой пофигиста, ему хочется просто всегда быть под опекой, как маленькому ребенку. Чтобы мама защитила его, согрела и заботилась. Может Хосок и является мамой для Юнги, ведь альфа считал себя недолюбленным. Его мать умерла, когда ему было 11, а Юнджи 6. Их отец не смог смириться с кончиной жены и вскоре спился. Опеку над детьми взял младший брат матери и растил Мина до совершеннолетия, а после предоставил их судьбе. Они жили вместе, но редко пересекались. Пока они жили вместе, они не влезали в его жизнь, а он в их. Так и не докурив сигарету, которую вырвала Юнджи с криками: «На площадке хотя бы курил! Теперь вся комната пропахнет табаком!», Шуга собрался на последнюю пару, хотя он собирался прогулять весь день. Но делать сейчас все равно нечего, так что, почему бы и нет?

Два месяца спустя.

— О, ты уже здесь? — послышалось за спиной. Мин, увлеченный рассматриваньем крышки стола, за которым сидел, резко повернулся в сторону звука. — Давно ждешь? — Нет, только пришел. — отрезал Юнги, выпрямляясь и скрещивая руки на груди. — Думаю, перед тем как начать мы должны выговориться. — Тогда, я начну…

***

— Прекрати. Прекрати, врать себе! — омега пытался показать безразличье, но получалось не так уж и хорошо. — Ты ведь прекрасно знаешь, что я уже давно простил, тогда зачем делаешь это снова и снова?! Не будь эгоистом, Юнги. Хорошо, причиняй боль себе, причиняй мне, но подумай о Хосоке! Ты не думаешь, что ему тоже больно? Разве ему приятно, что его любовь никак не может отпустить прошлое? Хён, Хосок не железный, пойми. Альфа смог лишь согласиться и промолчать. Парень лениво откинулся на спинку стула, а из кармана куртки вытащил пачку сигарет, поймав на себе осуждающий взгляд Пака. — Чимин, ответь мне на один вопрос, — Мин сделал затяжку, а затем выпустил дым, продолжив. — Ты чувствовал ко мне раньше нечто большее, чем дружба? — Никогда. — Пак встал со стула, и сразу же разворачиваясь на 180 градусов, скрывая свои эмоции, ведь он не хотел лгать. Парень медленно шёл в сторону дома, потупив взгляд на асфальт с шуршащими листочками. Но его движение остановили показавшиеся знакомыми островатые ботинки. Омега поднял глаза и увидел перед собой Тэхёна. У него было не самое радостное выражение лица при встрече с Паком. Он уже хотел сказать, что-то своей омеге, но тот сделал шаг на встречу и повис на шее Тэ. Альфу немного обескуражили действия Чимина, но он всё же сцепил свои руки на талии Мина. — Ты в порядке? — спросил Ким, не меняя положения, только уткнувшись носом в мягкие волосы. — Можно я отвечу честно? — вопросом на вопрос ответил Мини, прекрасно понимая, что ответит альфа. — Я не в порядке. Пак отлип от Тэтэ, зная, что тот сейчас очень обеспокоен, не стал томить, и сказал, что хочет посетить одно место. Тэхён послушно повел омегу к машине и скоро уже ехал по указанному адресу. Это оказалась средняя школа Муджин. Школа куда ходили Юнги и Чимин. Место полное воспоминаний для их обоих, хотя по большой части омеги. Машина остановилась. Из салона вышел Чимин, затем Тэхён. Пак заметив, что альфа последовал за ним, развернулся к нему. — Тэ, я хочу побыть один. — парень хочет, чтобы это звучало нормальным тоном, но получилось не очень. Он не стал дожидаться, пока Ким что-то ответить и направился на территорию школы. Не услышав шаги за спиной, Чимин облегченно вздохнул. Солнце близилось к горизонту, значит, скоро прозвенит звонок, и маленькие школьники выбегут из ворот здания. Но Паку всё равно, он хочет посетить старые места и подростки не помешают ему. Пак направился на задний двор школы, где по правой стороне от здания был небольшой холмик, на котором располагался большой дуб.

Пять лет назад.

Большая перемена. Май. Двадцатое число совсем скоро выпуск из средней школы. Стояла теплая погода и многие ученики во время большой перемены вышли на улицу. Кто обедал, кто мило болтал в тени, кто пытался под шумок сбежать, кто просто отдыхал, как Юнги. Мальчик сидел, а точнее дремал под молодым дубом. Когда его покой не нарушил подмостившийся под бок пухленький омега. — Чего тебе? — не разлепляя глаз, спросил Мин. — Да, так просто хочу с тобой посидеть, — в таком же тоне ответил Чимин, листая манхву и ища страницу, на которой он в прошлый раз остановился. Альфа недовольно цокает, но не отодвигается, что заставляет Пака широко улыбнуться. Юнги скрестил руки на груди и прикрыл глаза, чуть хмурясь. Омега пользуется моментом и вытаскивает из кармана школьных штанов записку, засовывая между страниц манхвы. Комикс около Мина, а сам Чимин потихоньку сидит и наслаждается моментом. Когда до звонка остается две минуты, парнишка аккуратно встал, подбежав к однокласснице, и поросил её разбудить Юнги, убегая в класс от лишних вопросов.

***

После скучной церемонии и получения грамот, Чимин сказал папе и другим родственникам, чтобы они шли праздновать пока без него. А он сам направился на задний двор. Уже начинало смеркаться, поэтому у школьного склада загорелся одинокий фонарь, где омега стал ждать Юнги. Но прошло пять минут, пятнадцать, тридцать, час, два, однако одиночество Пака не нарушили, лишь звонки беспокоящегося папы. «Юнги-хён так и не пришел… Он забыл? Его сразу же забрали родственники? Или он хотел показать этим, что я для него пустой звук?» — крупные капли слёз хаотичными дорожками стекали по белой коже лица омеги. Это был последний день, когда Юнги и Чимин могли увидеться, перед долгими каникулами. Последний, когда Пак мог бы признаться в своих чувствах. Сразу же по возвращению омеги домой, он и его семья стали собирать вещи, чтобы поехать на все каникулы к дедушкам в Пусан. И Чимин надеялся, что они встретятся в первом классе старшей школы, хотя была вероятность, что они поступят в разные школы.

***

Пробыв в месте воспоминаний около полутра часа, Пак все же решил возвращаться домой. Идя той же дорогой назад, он заметил машину своего альфы. «Он все время был тут?» Приблизившись к автомобилю, парень уже собирался открыть дверь и сесть в салон, но дверца был заблокирована, а самого владельце не было на месте. Озадаченный Чимин принялся глядеть по сторонам, не сразу сообразив, что он может спокойно позвонить. — Алло, Тэхён-а, ты где? … Хорошо … Парень побрел в сторону ближайшего магазинчика, ведь Ким сказал, что зашел в магазин. Может он и попросил Пака ждать его у машины, Чимину не сиделось, а в данном случае не стоялось на месте. Почти у самой лестницы продуктового магазина его чуть не сбивают с ног, еще бы чуть-чуть и омегу впечатал в асфальт споткнувшийся Тэхён, но тот вовремя уклонился в сторону. — Чимин, я же попросил меня ждать… — с неким раздражением сказал альфа. — Я тебя чуть не сбил, торопясь. — Мне было скучно дожидаться тебя, а что ты купил? — Немного фруктов и минералку, — парень тяжело вздохнул. — Ладно пошли домой. Поддакнув Киму, омега направился за ним. Некоторое время они шли молча, Чимин был всё ещё погружен в свои мысли, а Тэхён не говорил из-за молчания Пака. Он бы и дальше молчал, пока не услышал тихие всхлипы Чимина. Тот остановился как вкопанный с опушенной головой, а на асфальт капали соленые капельки. Альфа сразу же подскочил к парню, спрашивая о причине его слез, правда, он думал, что это из-за беременности и из-за того, что он поругал Чимина. Однако. — Тэхён, я должен рассказать тебе. Рассказать тебе о Юнги. — дрожащим голос произнес Пак, мгновенно почувствовав, что его альфа напрягся. Тэхён попросил рассказать его об этом в машине, но омега лишь покачал головой. — Хорошо, давай здесь — согласился Ким. — Помнишь, когда-то, еще в старшой школе, ты спросил, есть ли у меня чувства к Юнги? Тогда я ответил, что нет, хотя на самом деле сомневался в этом… — его взгляд, выражение лица, сама аура помрачнела, также как и у Тэхёна. — В общем, когда мы учились в средней школе, я испытывал чувства к нему и хотел признаться в этом. Была назначена встреча, но он не пришел. Я ждал. Долго ждал. А потом проклинал все, на чем свет держится. Я чувствовал себя очень паршиво. Думал, что дело во внешности, ведь тогда я считал себя жирным, хотя сейчас смотря на старые фото, могу сказать, что слово полный тут будет более уместно, и носил уродливые очки. Я решил, заняться собой: стал надевать контактные линзы, занимался физическими нагрузками, чтобы сбросить вес, а когда хотел большого результата днями голодал. Я изменился из-за него и выходки в старших классах, и тысячу понтов, и даже штабели парней — всё это было из-за него. Во мне говорила обида и месть. Я хотел, чтобы он понял, что потерял. Я видел, как он смотрел на меня. Замечал все его намеки, но игнорировал. Со временем чувства стали погасать, но не исчезли полностью. После в моей жизни появился ты и стал очень популярен среди омег. Я думал, что ты сразу обратишь на меня внимание. Однако, мне пришлось постараться для этого. Каждый раз, когда я был в твоей компании, то всегда чувствовал взгляд Юнги. Но в какой-то момент- — Чимин, что ты хочешь мне этим сказать? — оборвал Тэхён. — Что всё это твоё притворство? Что давно забытые чувства вновь возродились? Что- — Тэхён! Боже, какой же ты невыносимый! Дослушай хотя бы! — повысил тон Пак. — Хватит. Тэхён прекрати ревновать меня к нему, уже не маленькие дети. Да, как тут в чём-либо сомневаться, когда я ношу, черт возьми, твоего ребенка под сердцем! Просто объясни, почему любой альфа рядом со мной является для тебя соперником? Ты душевную травму в детстве получил или что? Ким молча взял омегу за руку и пошел по направлению к машине, сухо ответив: «Всё закрыли тему. Идем домой», но Чимин упорно вырвал руку. — Нет, — сказал он твердо, но потом смягчил тон. — Я хочу узнать почему. — Станет легче, если я скажу, что это чертовы принципы, которые появились с детства из-за родителей, — Тэхён хотел закончить это, развернуться, закинув на плечо Пака, и вернуться домой. Но он прекрасно видел в глазах парня вопрос или больше просьбу о продолжении истории. — Ёнджэ не является нам с Хосоком папой. Когда мне было девять, мать бросила нас, вернее отец поймал её на измене. Я помню, как они сильно ругались, как она говорила, что давно потеряла к нему чувства, да и сама замечала к себе равнодушие. Говорила, что ее удерживают только истинность и дети. Отец заявил, что она может прямо тут же собирать вещи и уходить. И мама ушла. Но через три года появился Ёнджэ. И тогда я искренне не понимал, что если отец правда любил нашу маму, тогда почему так быстро нашел другого омегу? Но потом я стал немного понимать его. Как бы ты не любил кого-то, если человек изменил или больше не испытывал тех трепетных чувств, как раньше, то лучшим выходом будет отпустить его, ведь невыносимо чувствовать эту напряженно стену постоянно. Однако, с тобой я понял, что это не так. Я всегда боялся, поэтому и ревновал. Я никогда бы не смог заглушить это удушающие чувство боли. Я- Альфа не успел договорить, потому что тело Чимина врезалось в него, лицо зарылось в области груди, а его руки обхватили за талию. Послышались всхлипы. В тот момент Пака охватило несколько очень разных и противоречивых чувств. Внутри скопилась горечь от обиды, сочувствие, жалость, некая ярость, но всё это перечеркивала, хоть в небольшой дозе теплота. Любовь. — Прости, меня. — говорит бархатным голосом Тэ куда-то в макушку омеги. — Ты тоже, прости…

***

Девушка направилась к спящему однокласснику. Присев, чтобы разбудить, омега замечает, что манхва, которую она видела у Чимина, лежит около Мина. Она берет в её руки, быстро пролистав, замечает, что середины выпал клочок бумаги, где что-то написано аккуратным подчерком. В её глазах поблескиваю злые огоньки, омега поглядывает на Юнги, потом вновь возвращается к записке. Ехидно улыбнувшись, она кладет записку поверх манхвы. — Эй, Мин Юнги, вставай, — тыча ему в бок, говорит девушка, — звонок уже был. — А? Звонок? — бурчит альфа, но после, вспоминая, что сейчас должен быть урок истории подскакивает, как ужаленный — Это старый пень вновь меня накажет за опоздание! Блять… И парня как ветром сдуло. Омега усмехнулась и тоже направилась в класс, собираясь отдать вещь своему хозяину на перемене. Нудный урок закончился, и девушка подошла к Чимину, вручив манхву. Пак непонимающе посмотрел на омегу. — Юнги попросил передать, — заметив растерянность в глазах парня, ответила она и удалилась. По дороге в столовую девушка вытащила из карманов несколько бумаг разного размера и выкинула в корзину для мусора. «Для Мин Юнги»