Практика.

      Концерт подходил к концу. Предстояло ещё спеть заключительную песню, сказать прощальные речи и красиво завершить. Но перед этим нужно было снова сменить костюмы.       Пока на огромном экране крутили ролик с VCR, мемберы забежали за сцену, срывая с себя рубашки. Алекс стояла спиной к стене, закрыв лицо руками, и тихо плакала.       — Алекс? — раздался рядом голос Минсока. — Что с тобой?       Он успел уже надеть чистую рубашку и пиджак с узором и стоял в шаге от неё, растерянно глядя на девушку. Алекс всхлипнула, утирая слёзы.       — Хён, ты её обидел? — спросил подошедший Чонин.       — C ума сошёл? — беззлобно огрызнулся Минсок. Остальные мемберы тоже заметили слёзы хореографа.       — Простите, ребят. Не сдержала эмоций. Это было так восхитительно! Вы молодцы, отлично справились!       — Чего тогда ты ревёшь? — хохотнул Кай, проведя рукой по её волосам.       — Вы просто не представляете, как много это значит. Для них всех — она указала рукой на зал. — Для меня. Для всех, кто не смог прийти сегодня на концерт, но плачет сейчас от счастья перед экранами смартфонов или мониторами ноутбуков. Ведь руэри с 2013 года ждали и надеялись, что вы приедете сюда с концертом. А вы не только приехали, но ещё и спели по-русски. Это…это….       Она снова жалобно всхлипнула и закрыла лицо руками. Сюмин, смущенно улыбаясь, обнял девушку и притянул к себе.       — Я… я же тебе костюм тушью запачкаю, — попыталась высвободиться Алекс.       — Глупышка, — почти мурлыкнул Минсок, крепче прижимая её к себе.       Остальные парни дружелюбно засмеялись, пряча смущенные похвалой улыбки, и заканчивали переодевания. Минсок взял в ладони её лицо, утер большими пальцами слезы и что-то сказал.       Чунмён никогда не думал, что ему вот так до одури захочется вмазать хёну. Да и повода никогда не было. Но если он сейчас ещё раз прикоснётся к ней… Лидер сжал руки в кулаки, борясь с ревностью.       — Хён, пора на сцену! — крикнул за его спиной Сехун, отрицательно качая головой и глядя на Чунмёна осуждающе.       Минсок отпустил Алекс, мило щелкнув её по носу, и побежал за остальными.       — Поговори с ней, — бросил Сехун лидеру и последовал за Минсоком.       Алекс старалась совладать с эмоциями, поэтому не видела реакции Мёна.       Группа ЕХО завершила концерт в Москве, получив от фанатов килотонны любви и обожания, радостных возгласов и счастливых слёз. Лайтстики стали потухать, а тысячи людей разбредались по домам. Парни ушли за сцену, расселись на стульях, отдыхая, обмениваясь впечатлениями, хохоча и поглощая в неимоверных количествах воду из бутылок.       Чунмен отправился на поиски Алекс и нашёл её на ступеньках закулис. Девушка умылась, уже полностью успокоилась, но выглядела сейчас так беззащитно, что первым его порывом было схватить её в объятья и целовать до потери сознания, так что он с трудом сдержался.       — Алекс, надо поговорить.       — Мы уже говорили, Мён. И все решили.       — Решила ты, а мне даже слова не дала вставить. Но я сам виноват, надо было тогда настоять на своем.       Алекс поднялась со ступеней, собираясь уйти, но парень схватил её за запястье и развернул к себе.       — Отпусти! Решение принято, я не вижу в этом всём смысла.       — Почему?       — Потому что всё кончается, и наше время тоже вышло.       — А если я не хочу, чтобы наше время заканчивалось? Мне хорошо с тобой, Алекс.       — Скажи, как удалось замять скандал, когда на меня напали твои фанатки?       — Какое это сейчас имеет значение?       — Ответь, ведь не сложно.       — Я сказал то, что потом появилось в статьях. Ты хореограф, я тебя подвозил, а они все дуры.       — И вот так будет всегда. Нет, я знаю, что официальные отношения вам как бы нельзя, и это норма. Тем более с кем? С никому не известной девчонкой из чужой страны.       — Перестань. Что я должен был сказать по-твоему? Что мы встречаемся, что близки? Ты бы хотела, чтобы тебя и меня вызвали к руководству на беседу и допросили с пристрастием? А потом установили рамки дозволенного и следили бы за каждым нашим шагом? Я уже молчу о фанатках.       — Как вообще можно строить отношения на таких условиях? — шокировано выдохнула Алекс.       — Айдолы знают, на что соглашаются, — с грустной улыбкой ответил Чунмён. — Мы все принимаем правила этой игры. Это трудно, но таков путь. Я не хотел, чтобы ты вот так сразу через это прошла. Но хочу попытаться построить с тобой отношения теперь. Не уезжай, Алекс. Ты нужна мне.       Алекс надеялась прочитать подвох в его глазах, увидеть хотя бы тень ухмылки, убедить себя, что кроме секса его ничего не интересует в ней. Но нет. Нифига. Это не похотливый взгляд. И не презрительный. И он не врёт. Может, она и правда нравится ему. Но Алекс к этому не готова. Она уже все решила, распланировала свою жизнь.       — Мён, я думаю будет лучше остановиться сейчас…       — Не хочу.       — Отпусти меня, — дрожащим голосом прошептала девушка. — Отпусти сейчас! Пока ещё можно … пока я ещё владею собой…       — Кто-нибудь видел Чунмёна? — забеспокоился Сехун.       — Он вроде был где-то здесь… — растерянно огляделся Кёнсу.       — Я его видел минут десять назад. Он вышел, — раздался голос Бэка.       — Нам выезжать скоро, где он пропадает?       — Я поищу, — вызвался Чонин.       Его не было уже пару минут, когда Чанёль психанул и пошёл следом, а за ним зачем-то потянулись Чен с Бэком.       — Куда вы все идёте? Там и одного хватит… — растерялся Лэй.       Но вышел следом и наткнулся на всю честную компанию, подглядывающую из-за угла. Исин выглянул как раз в тот момент, когда Мён резко прижался к губам Алекс. Девушка такого явно не ожидала, вжимаясь в стену, как если бы хотела слиться с ней. Сначала она попыталась оттолкнуть айдола, но он обхватил её одной рукой за талию, другую запустил в волосы на затылке и решительно притянул к себе. Алекс сомкнула губы, не отвечая на поцелуй, но он с требовательного перешёл на просящий ритм и стал аккуратно целовать, едва касаясь языком, поглаживая спину. Черт, как же она любит его! И уже пофиг, на каких условиях.       Алекс застонала от собственных мыслей, ругая своё предательское тело, расслабилась на мгновение, в этот момент Мён прорвался языком сквозь плотно сжатые губы, окончательно лишив её силы воли. Алекс сдалась и обняла его, тесно прижимаясь к нему всем телом.       — Я так и знал, — прошептал Чондэ, с улыбкой глядя на парочку.       — Походу, наш лидер влюбился, — зачем-то сообщил очевидное Чанёль.       — И что, мне теперь тебе платить? — недовольно спросил Бэкхён.       — Дурак ты, Бэк. Какие могут быть деньги, когда тут такой красивый поцелуй, а? — отмахнулся Чондэ.       — А! То есть ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал?! — засмеялся Бэкхен, протягиваю к Чену руки.       — Йя! Йя! Даже думать не смей!       Чондэ выставил вперед руки, защищаясь от объятий Бэка, и вывалился из-за угла, забавно приземлившись на пятую точку. Кай с Чанелем в голос захохотали. Чунмён услышал шум, нехотя оторвался от сладких губ и посмотрел на дурачащихся товарищей. Алекс спрятала пылающее лицо у него на плече.       — Ну и что вы творите? — прикрикнул на них лидер, улыбаясь.       — Почему вы скрывали от нас?       Этот вопрос исходил от Минсока, по выражению лица которого нельзя было понять, что он думает на самом деле.       — А зачем вам было знать? — ответил вопросом на вопрос Чунмён, глядя ему в глаза. Минсок стушевался, широко улыбнувшись. Алекс перестала прятаться на плече Чунмёна, тем более, что его запах сводил её с ума, а память услужливо подгоняла эротичные воспоминания.       — Если он тебя обидит, только скажи! — улыбнулся Кёнсу.       — Да ладно вам. Мы сами разберёмся, — хмыкнул Чунмён, очень собственнически обнимая девушку.       В отель поехали все вместе, пальцы Алекс всю дорогу были переплетены с пальцами Чунмёна. Он снял отдельный номер, пресекая любые возражения с её стороны. Стоило им войти внутрь, как Мён притянул девушку в объятья, целуя неторопливо и глубоко. Все мысли, все вопросы и слова, которые роились в её голове, в одно мгновение испарились. Ну и пусть, ещё одну ночь, ещё один раз…       Мён уложил её на кровать, торопливо стянул с себя футболку, потом приподнял её блузку. Провел ладонью по животу, поцеловал пупок, кожу под грудью, Алекс судорожно вздохнула, выгибаясь ему навстречу. Он расстегнул пуговицу на её джинсах, поцеловал низ живота.       — Мён…. — выдохнула девушка. Он тут же оказался рядом, обжигая горячим дыханием её губы, сжимая в объятьях податливое тело.       — Нет. Если я позволю тебе говорить, ты снова попросишь отпустить. Но кого мы обманываем, Алекс? Ты хочешь меня, а я тебя. И это не просто страсть.       — Я не могу.       — Нет.       Его горячие губы надолго лишили её способности думать. Последней её связной мыслью в тот вечер было «как хорошо, что ночи зимой длинные».