still lonely. +80

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
PRODUCE 101, Wanna One (кроссовер)

Основные персонажи:
Кан Донхо (Бэкхо), Ли Дэхви
Пэйринг:
донхо/дэхви; фоном джихун/джинен;
Рейтинг:
PG-13
Жанры:
Романтика, Повседневность, Hurt/comfort, AU
Предупреждения:
UST
Размер:
Мини, 17 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
лето размывается вечным дождем и мыслями о любви;

Публикация на других ресурсах:
Разрешено копирование текста с указанием автора/переводчика и ссылки на исходную публикацию

Примечания автора:
кофешоп!ау, докатилась.

апд: разочарована и убита.
11 июня 2017, 12:04
дэхви опускает взгляд на свои исцарапанные котом руки, когда донхо случайно мажет взглядом по крайним столикам у окна, - кота домой он притащил еще лет пять назад, потому что уджину родители никак не разрешали приютить блохастое животное с помойки (мы купим тебе породистую, малыш), а кот ведь страдал (уджин так сказал, когда давил в себе слезы). дэхви животных не очень любит, но, в общем и целом, - относится нейтрально, ну есть и есть, главное, чтобы не лезли. и все было бы отлично, если бы коты умели самостоятельно принимать пенную ванну, а так - исцарапанные руки, бесчисленное количество потраченных нервов и мокрый пол - дэхви два раза упал, больно стукнувшись коленкой о стиральную машинку.

руки дэхви похожи на руки человека, который без всякого оружия пошел в бой против фредди крюгера и получил по самое не хочу. джихун даже сделал вид, что ему не все равно, и купил в ближайшей аптеке пластыри (есть подозрение, что он не захотел тратить деньги и просто стащил из рюкзака джинена упаковку, но все же), дэхви их забросил в дальний ящик рабочего стола и благополучно забыл. джихун сказал, что больше дэхви от него ничего не дождется с таким отношением.

донхо мажет взглядом - и возвращается к работе.

дэхви отсчитывает пять секунд (пять секунд - это оптимально; пять секунд - это почти нормально) и исподлобья режет его спину несколькими неуверенными движениями - пока что страшно смотреть, рассматривать внаглую. пока что дэхви может только по миллиметру изучать чужую широкую спину и прятать глаза, когда донхо разворачивается.

кофе в идеально белой чашке остывает, дэхви отпивает немного и смотрит на грязные разводы внутри, пока джинен отсылает ему в катоке несколько: "эй, ты где?" и "если ты дома и не открываешь при этом дверь, то это плохо, мы с джихуном тебя не учили вести себя как идиот".

шутка такая несмешная, начало которой положил тот же уджин (у которого нет кота, но есть все те же обещания на завтрак, обед и ужин, хотя давно пора бы уже сделать что-то), сказав джихуну с джиненом: иногда вы ведете себя так, будто дэхви ваш нелюбимый ребенок.

(джихун, который всегда "какого черта, дэхви" и "не делай того, что меня разочарует" только пожал плечами: наверное, так и есть; он не знает как там у нелюбимых детей в жизни, но может все правда очень похоже.

джинен заспорил: дэхви сам себе выбрал такую роль, так что)

(с чего вдруг, хотелось засмеяться, мне роли выбирать, когда я ни на что большее, чем фон не гожусь)

роль нелюбимого ребенка, кстати, выходит весьма сносно, но ничто не сравнится с игрой джихуна и джинена - дурацкие родители.

джинен пишет: "иди и открой нам дверь, почему ты вообще не дома с утра".

дэхви думает, все ли друзья дружат вот так вот странно или только ему повезло, но все же встает с места, мнет в руках джинсовку, когда медленно лавирует между столиками и людьми, пытаясь в последний раз ухватиться за донхо взглядом (нужно же как-то прожить этот день).

"приходите еще" ему не адресовывают.

вряд ли вообще замечают.



/



джихун сидит на полу и перелистывает каналы в режиме нон-стоп уже по сотому разу, но ничего интересного не находит (попыток он не собирается оставлять); джинен все же занимается руками дэхви против воли самого дэхви - это напоминает борьбу без правил, но джинен своего добивается и лепит глупые, идиотские пластыри с мишками на ладони и запястья, а потом лепит, куда придется, - на волосы, на ноги, на нос.

смеется.

джихун поглядывает на них в перерывах между чтением телепрограммы на фоксе: сериалы, сериалы, сериалы - непонятно откуда начинаются и где заканчиваются. дэхви смотрит телевизор только по четвергам пятой недели февраля - все важное он все равно узнает из интернета, и ему хватает читать плохие новости и смотреть картинки, в движении он вряд ли выдержит такое.

лето холодное: серые тучи, быстрые ветра прямиком из марта и мелкий дождь; джихун и джинен приходят к дэхви, потому что сам дэхви все равно не придет, найдет тысячу причин, чтобы остаться дома в одиночестве, поэтому.

джихун говорит, что это глупости какие-то - быть интровертом и все такое.

указывает на джинена и говорит, что они как-то проходили онлайн-тест, который нацепил на него статус замкнутого в себе человека, но:

- он такой же придурок, как я, - пожимает плечами джихун.

дэхви сцепляет руки на груди (если много шевелить руками, то пластыри сами отлепятся, и он ни в чем не будет виноват) и думает, что джинен правда замкнутый и все такое, просто с джихуном он в своей тарелке. с джихуном он может часами смеяться над всякой ерундой и делать всякую ерунду, которую нормальные люди не делают, потому что джинену хорошо вот так с ним. джинен с дэхви - совсем другой джинен, спокойный и молчаливый, иногда строгий, хмурый.

дэхви просто не его человек, в отличие от джихуна.

(возможно, дэхви тоже хочется найти себе человека, с которым ему будет комфортно, с которым можно быть таким, какой ты есть на самом деле без всех этих замков и закрытых намертво дверей)

джихун и джинен пытаются (пытаются?) стать теми, с кем дэхви будет хорошо, но.

возможно, что-то идет не так или их методы не слишком хороши.

(когда все методы заключаются в попытке переделать тебя и убедить в том, что быть вот таким - плохо, то это правда не так хорошо, как можно подумать)

(как вообще можно подумать, что это хорошо)

намерения благие, конечно, только дорога одна - в ад, и это не дэхви придумал.

это факт общеизвестный.

но на него любят закрывать глаза.



/



дэхви хочется, чтобы донхо задержался возле его столика подольше: было бы неплохо завести непринужденный разговор, осмелиться сказать что-то вроде "давно здесь работаешь? нравится?".

дэхви, конечно, и без этого знает, что донхо работает здесь всего несколько месяцев: кофейня эта находится очень близко к дому дэхви, поэтому он здесь самый постоянный клиент на протяжении уже восемнадцати лет. знает также, что донхо нравится: у него улыбка на лице искренняя, когда он желает всем и каждому доброго утра, протягивая кофе и свежие булочки в бумажном пакете. дэхви каждый раз плохо от этой улыбки (в груди что-то надрывается).

дэхви согласен с мыслью, что это какой-то нездоровый интерес, но все нормально, пока это никак не сказывается на нем или на донхо; дэхви все равно ничего не делает и делать не собирается, просто смотрит (и умирает - иногда). донхо проработает здесь год, может меньше, может больше, но навсегда не останется - навсегда вообще никто не остается, дэхви знает и это тоже.

лучший-худший год (плюс или минус) в жизни дэхви.

кофе снова остывает - почти что нетронутый. дэхви методично отрывает пластыри и комкает их пальцами, когда смотреть уже невмоготу.

донхо проходит мимо несколько раз (хочется думать, что специально, очень хочется), дэхви старается дышать медленнее и глубже, чтобы прочувствовать. это сумасшествие какое-то, но ничего поделать дэхви не может.

просыпаться рано утром и приходить почти что первым в кофейню (самым первым каждый день быть не хочется, потому что это уже будет настоящей катастрофой) - традиция; дэхви, наверное, не двигается часа два-три, склонившись над одной несчастной чашкой кофе, только глаза бегают.

обычная белая хлопковая рубашка, закатанные рукава, дежурное и негромкое "приходите еще", резкий парфюм, пальцы горячее, чем можно представить. (дэхви коснулся их лишь однажды, когда взял с собой несколько пирожных по просьбе джихуна)

дэхви, наверное, странный со стороны.

не со стороны, кстати, тоже.

холодный кофе неприятно горчит на языке - дэхви тошнит уже от него (сердце неистово бьется, бьется, бьется).

(побочные эффекты)



(донхо говорит: "приходите еще")



/



джихун нажимает большим пальцем на подбородок и засовывает в открытый рот дэхви столовую ложку с тортом (почти что половина от куска), джинен кремом измазывает его щеку и нос.

иногда им приспичивает поесть сладости и они устраивают какой-то свой праздник по придуманному поводу: джихун опустошает кондитерские города, джинен скупает все сорта чаев, а дэхви просто мирится с тем, что все праздники происходят у него в квартире. джихун говорит, что он должен радоваться бесплатной еде и таким крутым друзьям.

дэхви почти радуется.

(потому что торт шоколадный)

- у тебя все хорошо? - как бы просто так спрашивает джинен, но джихун заметно напрягается (выпрямляет спину и медленнее пережевывает). - или что-то случилось?

дэхви думает, что "хорошо" довольно растяжимое понятие.

джихун вздыхает:

- ты можешь рассказать. может, мы не лучшие советники, но молчать и слушать умеем, иногда держать все в себе - плохо. когда-то же надо и нам быть серьезными? почему бы и не сейчас?

дэхви чешет коленку до крови - комариный укус на всю ногу.

никакой и не праздник вовсе, а попытка подсластить тяжелый разговор: дэхви тоже думает, что держать все в себе - плохо, но не уверен, что.

что.

что они поймут?

джихун не дурак, джинен - тоже. просто у них на все свое мнение (одно на двоих), которое они любят навязывать. навязывать так, что ты будешь думать, что это изначально было твоей мыслью.

хитро, конечно.



/



- если он не такой красивый, как я представил, то мы тебя свяжем и никогда сюда не пустим больше, - говорит джихун, усаживаясь по одну сторону с дэхви и закрывая весь обзор на кофейню (на донхо).

дэхви предвидел что-то такое, и сейчас он правда чувствует себя ребенком, родители которого собираются обсуждать понравившуюся ему девочку и делать вывод, годится ли она ему в жены. только дэхви уже не ребенок (не такой ребенок), придурки - не его настоящие родители, и самое важное состоит в том, что донхо не девчонка и в жены никак не годится.

никак.

- это странно, - выдыхает дэхви, сильно сцепляя пальцы замок, костяшки белеют. - мы странные.

- мы всегда странные, - пожимает плечами джинен и оборачивается, когда:

- доброе утро, что будете заказывать?

обычная улыбка, белая рубашка с закатанными рукавами и маленький блокнот с ручкой в руках. джихун задирает голову и смотрит таким взглядом, что дэхви хочется его пнуть в сторону выезда из страны, потому что на донхо так смотреть не надо - ну просто не надо.

джинен заказывает столько всего, будто они собираются умереть под грузом набранных калорий, а джихун кивает донхо в след и поворачивается к дэхви со словами:

- крутой.

(еще хочет что-то сказать, но дэхви закрывает его рот руками и господи, просто не надо, не надо, не надо, и без того все ужасно плохо)

возможно, не стоило уточнять, кто, где и как ему понравился.

(боже, понравился - слово слишком


слишком)


дэхви в горло ничего не лезет (ему до сих пор тошно от вчерашнего торта, который пришлось доедать ему одному, потому что джихун и джинен подумали, что он сильно расстроен, а сладкое, вроде как, поднимает настроение). кофе сейчас очень кстати.

дэхви себя чувствует идиотом.

(что тоже недалеко от правды)


джихун улыбается донхо в ответ, когда он приносит их заказ, дэхви усиленно делает вид, что его здесь нет, а еще он надеется, что у его друзей (которые придурки еще те) хватит ума не учудить что-то вроде: "на тебя тут наш друг запал" или "не хочешь потусить с нами тремя? мы крутые ребята, даром, что малолетки по сравнению с тобой".

- он выглядит на двадцать два, - говорит джинен, - или двадцать три.

(что то, что другое - много, дэхви восемнадцать едва исполнилось)

- ты бы запал на меня, если бы мне было двадцать три? - спросил джихун, несильно пиная джинена под столом.

дэхви закатывает глаза, потому что сто раз уже просто не делать и не говорить ничего такого в его присутствии.

- я бы запал на тебя, даже если бы тебе было двести двадцать три.

это кошмарно, думает дэхви, тут пять лет разницы - уже много, а двести пять - того хуже.



/



дэхви пытается как-то сломать систему: засыпает почти в четыре утра, чтобы проснуться днем или даже вечером - хочет таким образом ограничить свое помешательство на донхо. организм сопротивляется, словно если дэхви нарушит традицию, то умрет.

(возможно, так и есть)

дэхви не может себе представить жизнь без утренних посиделок в кофейне, где он пародирует каменное изваяние.

донхо красивый такой, что смотреть на него долго чревато последствиями - дэхви еще больше начинает сомневаться в самом себе. он и так из них троих с джихуном и джиненом - тот самый друг, на фоне которого два других выглядят еще лучше. за джихуном в школе бегала добрая половина девчонок, другая половина писала любовные записочки джинену. дэхви приходилось быть их почтальоном.

дэхви нравился как друг - он мог помочь чем-то, прикрыть, подменить. джинен как-то сказал, что у него субтитрами по лбу: используйте меня. дэхви никогда никому не нравился, как.

(как человек? как парень?)

у донхо есть миленькая напарница: темноволосая, миниатюрная, славная очень, видно по ней, что вся из чудес слеплена. смотрит она на донхо точно так же, как смотрит на него дэхви - с каким-то непонятным восхищением и симпатией. донхо ей, в отличие от дэхви, улыбается, заправляет выбившиеся волосы за ухо, смеется над ее шутками. вместе они смотрятся мило и гармонично, прекрасная пара.

(дэхви кажется, что это фильм, где у донхо и этой девушки - главные роли, а дэхви просто второстепенный персонаж, находящийся в тени всех остальных. он появляется в кадре на минуту, таких обычно не замечают, но кто-то, кто умеет видеть сквозь строки, посочувствует ему)

если бы дэхви был девушкой, то он бы попытался побороться за свое счастье (звучит противно и неловко).

дэхви просыпается днем с головной болью и ненавистью ко всему миру: сухие глаза не хотят разлепляться, а в окна монотонно бьется дождь - набатом по нервам. ему совершенно не хочется никуда идти, хочется остаться в постели еще на несколько дней, но.

он думает о донхо.

(он думает о донхо 24/7, но сегодня в его мыслях настоящий переполох, а сердце вот-вот остановится)

дэхви быстро умывается, натягивает на себя безразмерную толстовку с капюшоном, чтобы прикрыть взъерошенные волосы, и шумно спускается по лестнице, не дожидаясь лифта. каждый шаг эхом отдается по подъезду.

днем в кофейне больше людей: много парочек и пожилых, но местечко дэхви свободно.

донхо сегодня не светится, как обычно: напряженная спина, хмурые складки на лбу, слова идут через силу. дэхви передается его настроение - он нервно заламывает пальцы и кусает щеки изнутри, считая проезжающие мимо красные машины.

(странно видеть вечно доброго донхо таким - даже немного страшно, дэхви очень хочется уйти и вернуться тогда, когда все придет в норму, но)

донхо подходит к его столику с подносом: большая кружка какао и шоколадный маффин. дэхви поднимает на него взгляд, чтобы сказать, что он ничего не заказывал.

- а я тебя с утра ждал, - говорит донхо, - как обычно.

он пододвигает кружку ближе к дэхви и ставит рядом тарелку с кексом.

- уж подумал, что ты решил не ходить сюда, - улыбается, - это за счет заведения. думаю, тебе больше подходит пить какао.

дэхви сглатывает.

(почти даже не моргает, хотя в уголках глаз щиплет)

донхо опускает теплую руку ему на макушку (дэхви ненавидит себя за то, что не расчесался) и треплет - как щенка.

(вроде бы светится теперь так же, как обычно, но дэхви убеждает себя в том, что это иллюзия: дэхви видит то, что хочет видеть)

(но донхо правда начинает улыбаться и больше не хмурится)



/



дэхви теперь знает, что донхо его знает.

и это действует разрушающе.

(что донхо думает о нем? как относится? нравится ли ему дэхви?)

или это всего лишь вежливость - знать всех своих постоянных клиентов в лицо, ждать в определенный час и все такое. но вряд ли угощать за счет заведения - это вежливость.

дэхви не понимает, как ему себя вести, поэтому поступает как обычно - просто плывет по течению, ничего не предпринимая. приходит в кофейню с утра (потому что донхо его ждет), берет себе какао и часто получает бесплатное лакомство: кекс, кусочек пирога, пирожное.

предположительно, у дэхви будет кариес от всего этого.

донхо никак больше на него не реагирует: да, улыбается, да, делает что-то приятное, но это все. не пытается завязывать разговор или обменяться номерами телефонов, хотя дэхви очень хочется узнать донхо за пределами его работы - какой он? что любит? быть может, у них есть много общего: любовь к киновселенной марвел, научной фантастике и зиме. может, они оба любят сидеть под пледом весь день, слушая одну и ту же песню на повторе, пока не станет плохо.

(может, донхо так же сильно любит прикосновения, как и дэхви)

неопределенность сводит с ума.

донхо говорит: "приходи завтра" и "не забудь взять зонт, пусть ты и живешь рядом, но все равно промокнешь". дэхви старается справиться со своей гипервентиляцией легких, но не получается.

(у него никогда не получится надышаться донхо)

(быть может, донхо любит, когда его крепко обнимают и утыкаются носом в шею, едва касаясь кожи губами; дэхви хочется так сделать)

лето размывается вечным дождем и мыслями о любви - дэхви видит в этом какую-то особую романтическую атмосферу. становится теплее, когда думаешь о донхо, словно он - сам как любимый клетчатый плед, мягкий и согревающий до самой глубины души. дэхви греет руки горячим шепотом - его имя на выдохе постоянно.


под вечер льет как из ведра - бесконечный столб воды, словно кто-то наверху включил до упора кран с холодной водой и забыл. дэхви вытягивает руку из окна и кофта тут же становится насквозь мокрой - можно выжимать.

дэхви переодевается - снова натягивает ту самую толстовку; так же шумно спускается по лестнице, стараясь не замечать курящих подростков между пролетами.

в каждой руке по зонту.

в кроссовках невыносимо хлюпает, когда он добегает до кофейни, пальцы на ногах совсем ледяные - нужно будет залезть сразу под горячий душ по возвращению. дэхви ежится от продувающего насквозь ветра, но не заходит. кофейню все равно закрывают через пять минут, и он не хочет навести там беспорядок - с него течет несмотря на зонт.

(дэхви прирастает к месту, раздумывая, правильно ли поступает; и может стоит уйти и не показывать себя еще большим идиотом)

сбоку раздается:

- ты чего здесь?

дэхви крупно дрожит и оборачивается, широко раскрывая глаза (это плохая привычка, надо отучиться); донхо оглядывает масштаб трагедии (затопленный дождем сеул) и не пытается выйти из-под небольшого козырька прямо под ледяные капли.

дэхви протягивает ему второй зонт - он больше и удобнее, чем тот, который взял себе дэхви.

(дэхви слышал, как донхо жаловался своей напарнице о забытом зонте, а ведь сегодня синоптики обещали чуть ли не библейский всемирный потоп)

секунды тянутся бесконечностью, на миг даже дождь замирает, но потом снова бьется об асфальт уже с удвоенной силой. донхо приподнимает брови и рефлекторно протягивает руку к зонту - дэхви облизывает посиневшие от холода губы и хрипло говорит:

- будь осторожнее по дороге домой.

на пятках разворачивается и шлепает прямо по лужам - лишь бы быстрее уйти от этой неловкости. донхо что-то говорит ему в спину, но у дэхви в ушах стоит гул собственного сердцебиения.

когда приходит домой, то пишет в чат: "я такой безнадежный дурак".

джинен звонит ему уже через десять секунд.



/



дэхви не выходит из дома полторы недели, находясь под строгим контролем джихуна, - тот упирает руки в бока и хмурится каждый раз, когда дэхви пытается встать с постели. джинен из дома приносит двести одеял и обкладывает дэхви со всех сторон, пытаясь подавить его озноб. температура спадывает до тридцати семи только через два мучительных дня - дэхви правда думал, что не переживет.

джихун с ложки поит сиропом и ворчит о своем: зачем да почему, вот дома не сиделось.

(дэхви старается не напоминать джихуну о случае годичной давности, когда тот сломал руку и ребро при падении с велосипеда - весь удар об асфальт принял на себя вместо джинена; наверное, они точно родственники)

дэхви со своей нестихающей простудой не перестают волноваться о донхо.

(джихун со зла говорит, что этот донхо, наверное, даже и не вспоминает о нем, на что дэхви отвечает:

- нет.

нет.

донхо думает о нем - дэхви это знает)

сопли и кашель не проходят до конца, но дэхви чувствует себя намного лучше, чем в первые дни, поэтому самостоятельно снимает запрет на выход из дома, просто поставив джихуна перед фактом.

(ему безумно хочется увидеть донхо - это одна из главных причин, почему ему надо выйти)

- они уже закрыты, - хмурится джинен, поглядывая на наручные часы, - сходишь завтра.

кофейня закрывается в восемь, но донхо уходит оттуда в полдевятого - остается прибраться. дэхви успеет его увидеть.

(только что говорить?)

привет, верни мне мой зонт? кстати, как дошел до дома?

привет, давай встречаться? я так тебя люблю.

дэхви скрипит зубами.

июнь наконец-то вспоминает, что он летний месяц, - прогретый за день воздух ласково ерошит волосы, заходящее солнце все еще теплое. дэхви, обернутый в две кофты, чувствует себя как в парилке.

он останавливается там же, где отдал донхо зонт, перекатывается с пятки на носок и рассматривает облака, пока ждет. сердце колотится, отсчитывая каждую секунду жгучего ожидания.

дэхви трудно дышать.

и он снова широко раскрывает глаза и перестает моргать, когда донхо окликает его (не по имени, конечно, они ведь все еще не знакомы); дэхви пытается разжать челюсти, но из груди рвется только кашель - легкие горят.

на донхо легкая футболка и рваные на коленках джинсы, он крутит на пальце связку ключей, прежде чем засунуть в задний карман.

- а я думал, ты больше не придешь, - улыбается донхо.

(господи, почему он постоянно так улыбается?)

(и боже, он говорит, что думал о нем, и это так приятно - не описать словами)

дэхви покусывает щеки изнутри и пожимает плечами, пытаясь выдавить из себя хоть что-то членораздельное и адекватное, но получается только набор звуков.

дэхви шмыгает носом - донхо перестает улыбаться и тянет руку к его лбу.

- болел? - тревожным голосом.

дэхви кивает. температура его тела скачет - донхо обжигает, и это действует убийственно.

- тебе нужно было отправить ко мне одного из своих друзей, я бы купил лекарства, ведь ты из-за меня слег.

дэхви ужасается, думая о том, что донхо остался бы один на один с джихуном или джиненом, или того хуже - с ними двумя. они бы точно ляпнули лишнего, и тогда бы дэхви пришлось переехать в другой город или страну, чтобы избавиться от позора.

- все нормально, - тихо говорит он, встречаясь взглядом с донхо. - всего лишь простуда.

донхо качает головой и подходит на шаг ближе, говорит: "ты совсем плохо выглядишь, не надо было выходить".

дэхви, в общем-то, всегда плохо выглядит: ленится расчесываться, не использует всякие кремы для кожи, носит странную и мешковатую одежду.

- ты за зонтом? он у меня дома лежит, могу занести тебе завтра.

дэхви непонимающе тянет:

- занести?

донхо кивает.

улыбается (убивает).

- тебе правда лучше еще полечиться, посидеть дома. я занесу, только адрес скажи.



/



дэхви приходится прибраться в доме: убрать все странные плакаты десятилетней давности и переставить фигурки аниме-персонажей в незаметное место, словно донхо решит пройтись дальше его коридора. но даже мысль о том, что он сможет краем глаза увидеть это безобразие пугает. давно пора было избавиться от всего этого, только повода серьезного не было.

теперь есть - понравиться донхо.

(а может, он ему уже нравится, но это что-то из разряда фантастики, правда)

дэхви под вечер изводится полностью - его сильно трясет, а еще он, кажется, прокусывает себе язык так сильно, что не может говорить.

джинен пишет ему успокоиться, разводит в их общем чате сеанс психологии, но это все скатывается в обычное: "вот когда джихун делает вот это, то я...". у дэхви нет желания узнавать подробности их личной жизни, поэтому он пытается следовать простым советам гугла.

дышать.

ни о чем не думать.

представить себя в лесу или на берегу моря.

дэхви едва не теряет сознание, когда в дверь тихо стучат, - спотыкается о собственные ноги, собирает все углы на своем пути. останавливается перед дверью и старается хоть как-то спасти свое положение: проводит рукой по волосам, набирает в легкие побольше воздуха.

донхо осторожно заходит, шурша пакетами, словно сейчас из гостиной выскочит какой-то монстр и съест его. дэхви нервно улыбается.

- ты один живешь? - удивляется донхо.

дэхви качает головой. не хочется объяснять, что мама больше предпочитает проводить лето наедине с отчимом где-то на жарких островах; дэхви привык к самостоятельной жизни, тем более с ним чуть ли не постоянно джихун и джинен - просто так валяются у него целыми днями.

- ты же вроде только зонт обещал принести, - дэхви оглядывает пакеты, сомневаясь, что это все ему. может донхо просто заскочил в магазин по дороге к нему, чтобы сэкономить время.

донхо забавно морщит нос (дэхви сохранит в своем сердце этот момент навсегда):

- ну не могу же я оставить тебя без лекарств и сладкого. даже какао купил, умеешь делать? ну, хотя там есть инструкция.

донхо неловко усмехается.

дэхви не успевает подумать, прежде чем сказать:

- хочешь сделать его для меня?

донхо молча стягивает с себя кроссовки и взглядом спрашивает разрешения пройти на кухню, подхватывая пакеты. дэхви идет за ним следом, словно хвост, и помогает разгрузить все. (у него снова поднимается температура от всей этих треволнений, поэтому он запивает сразу две таблетки водой)

донхо начинает рассказывать про какао: про какао-бобы, южную америку, молоко и пряности, которые делают результат еще вкуснее. дэхви слушает его так, будто донхо открывает ему смысл жизни, - дэхви вообще, кажется, все равно, о чем они будут говорить, лишь бы только слушать голос донхо, смотреть, как двигаются его губы. у него так мило глаза превращаются в щелочки, когда он улыбается, - улыбается по-особенному, по-домашнему как-то. от этого становится тепло на сердце.

- так как тебя зовут? - спохватывается донхо. - так странно спрашивать об этом, находясь у тебя дома. и сколько тебе? тебе и твоим друзьям больше шестнадцати не дашь.

дэхви даже немного разочаровывается - донхо считает его ребенком, наверное, о котором надо заботиться. хочется соврать, что ему двадцать, но правда все равно когда-нибудь вылезет наружу и будет очень неловко, поэтому он отвечает:

- дэхви. мне восемнадцать.

вроде уже и не школьник, вроде уже состоявшаяся личность, но все равно со временем приходит осознание, что, в общем и целом, ничего не меняется - дэхви остается таким же дэхви, только с чуть большим жизненным опытом, чем несколько лет назад.

донхо секундно оглядывается на него - со смешинками в глазах.

- еще столько трудностей впереди, а ты от пяти минут под дождем болеешь чуть ли не половину месяца.

именно поэтому дэхви не хочет быть один - ему необходим рядом кто-то, кто будет помогать, обнимать, подбадривать. конечно, у него есть джихун и джинен, которые еще и по лбу дадут до кучи, чтобы не страдал по пустякам, но это не то.

не то.

дэхви подпирает рукой подбородок и едва заметно улыбается: дома давно не было так уютно и хорошо. донхо словно волшебный - распространяет свою теплую энергию, исцеляет.

- где тут у тебя чашки?

- в верхнем шкафчике.

- можно я присвою себе эту милую пузатую кружку, похожую на божью коровку?



/



дэхви остается помочь донхо прибраться в кофейне: смахивает мокрой тряпкой крошки со столов на пол, а донхо подметает, что-то напевая себе под нос. дэхви удивляется тому, какой у него чистый голос, а еще понимает, что готов бесконечное множество часов слушать его.

когда-то давно джихун пытался создать свой бэнд: что-то вроде золотого трио, только гарри, рон и гермиона спасали мир магов, а они бы втроем просто перепевали популярные айдольские песни. свой канал на ютубе, тысячи подписчиков, возможно, с ними бы подписала контракт какая-нибудь компания.

все провалилось, не начавшись: джинен оказался совсем не музыкальным, а джихун не умел играть ни на одном инструменте, куда там до собственной аранжировки. дэхви честно пытался - первые пять минут. потом они пошли смотреть классный мюзикл по диснею. даже привлечение уджина (экстренный вариант) не помогло.

- дэхви?

дэхви вздрагивает (непривычно слышать свое имя из его уст) и оборачивается:

- что?

донхо улыбается с прищуром (это слишком мило).

- ничего, мне просто нравится твое имя.

дэхви старается, правда старается не улыбаться во весь рот, но это выше его сил, поэтому он отворачивается, с двойным усердием оттирая пятно со столика. ему хочется думать, что донхо нравится не только его имя, но и он сам - весь, целиком и полностью.

джихун строчит в чат яростные сообщения: если дэхви не перестанет игнорировать его звонки, то в кино они сегодня совершенно точно не пойдут. джинен отсылает глупые стикеры и пишет что-то вроде: "не бесись". дэхви почти на сто процентов уверен, что они сидят бок о бок.

- твои друзья забавные, - замечает донхо.

- мои друзья, скорее, идиоты.

- они хотя бы у тебя есть, - хмыкает.

дэхви замирает.

- а у тебя нет?

- знаешь, с возрастом так получается, что на дружбу не хватает времени, а потом она и вовсе обесценивается. в какой-то момент ты просто находишь себя безумно одиноким с этим списком контактов в телефоне, где сотни номеров, а позвонить некому.

- ты можешь позвонить мне.

- ты даже на звонки джихуна не отвечаешь.

- на твои - обязательно буду.



/



дождь снова льет бесконечным потоком - дэхви пугается каждый раз, когда тучи бьются друг о друга с оглушающим треском, будто небо раскалывается на кусочки. еще днем светило солнце - невыносимая удушающая жара - затишье перед бурей.

у дэхви ни зонта, ни куртки с собой - смотрит сквозь панорамное окно на спешащих домой людей, размышляя, заболеет ли он на этот раз. донхо, орудуя тряпкой, ворчит, мол, говорил же тебе не ждать и идти домой, вот теперь промокнешь весь. дэхви отмахивается.

донхо накидывает на него свою олимпийку - натягивает капюшон на голову, застегивает до упора. дэхви тонет в ней: олимпийка висит, болтаясь где-то у середины бедра, и безумно пахнет донхо - дэхви чувствует себя рафинированным сахаром, брошенным в обжигающий кофе.

дэхви тянет руку к его теплой, чуть шершавой ладони, крепко сцепляя пальцы в замочек, окончательно становясь похожим на ребенка, которому нужна защита.

- экстремальный летний вид спорта, - смеется донхо, открывая дверь; почти сразу же дует ветер (по ощущениям - тысяча метров в секунду).

- забег под ливнем, - подхватывает дэхви.

ключ несколько раз поворачивается в замочной скважине - как сигнал: на старт, внимание.

марш - донхо тянет его вперед, крепче сжимая руку. дэхви отчего-то начинается смеяться - вода так и норовит забиться в нос и глаза, а ноги путаются друг в друге.

ничего не видно.

да и неважно это, когда донхо ведет его за собой - дэхви ему доверяет, дэхви готов на край света двинуться вот так - под дождем, главное чтобы донхо был рядом и держал за руку.

останавливаются только у двери в квартиру дэхви - донхо трясет головой, оттряхиваясь от капель, и фырчит - ну прямо как большой щенок.

- не одолжишь зонт еще разок? - улыбается он.

дэхви оглядывает масштаб трагедии (пять минут - а они уже насквозь) и качает головой:

- оставайся. тебе уже никакой зонт не поможет.

- вряд ли у тебя найдется сменная одежда моего размера.

дэхви морщится, затягивая донхо в квартиру. у дэхви девяносто процентов гардероба - безразмерные вещи, которые сидят на нем мешком, но для донхо, наверное, будет в самый раз.

горячий душ, теплое какао, клетчатый плед - дэхви находит в интернете третьего железного человека, устраивая ноутбук на своих коленках. донхо рукой прижимает его к своей груди и дышит в макушку методично, размеренно, хотя дэхви чувствует кожей, как сильно стучит его сердце.


(или это сердце дэхви?)


дэхви изворачивается, придерживая руками ноутбук, и касается губами бледной кожи на шее, как всегда мечтал сделать.

донхо ловит его губы своими через несколько секунд.


Отношение автора к критике:
Не приветствую критику, не стоит писать о недостатках моей работы.