Первая практика

      «В какую дыру провалился этот Хосок?» — и даже эта мысль в голове отдавалась гулким эхом, потому что, о боже, Чимину казалось, что не может человеку быть настолько хуево. Других слов омега подобрать был не в силах.       И так около получаса. Тянущая боль внизу живота, быстрые движения руки по ноющему члену, которые уже просто не помогают. И невыносимо липко между ног. Жарко, душно настолько, что невозможно дышать. Легкие плавятся, ребра давят, сжимают, не позволяя сделать безболезненный вдох.       Чимин, наконец, решил, что лучшим решением будет отправиться под холодные струи воды. И да, парня совершенно не волновал тот факт, что на один этаж общежития полагалась только одна ванная.       Скинуть с себя тонкое, но душное одеяло, опустить ноги вниз, из-за чего скорчиться от тянущей боли, поднять все тело и попытаться доковылять до двери. Паку казалось, что он находиться в жерле вулкана, в аду, но никак не в заурядном студенческом общежитии.       «Господи, пусть там никого не будет» — омеге осталось всего ничего до ванной комнаты, и, о боже, он дергает ручку двери и, кажется, он поверил в Бога в этот момент. Благо за окном еще двенадцать дня, а в такое время практически никто не ошивается в студенческом общежитие. Ну, кроме ворчливой комендантши, но ей, вроде как, не в надобности душевые на втором этаже.       Чимин хлопнул дверью, на автомате защелкивая ее на замок. Ему было абсолютно плевать на то, что, скорее всего, душ вскоре может кому-то пригодиться. Ему вообще было сейчас плевать на все.       Омега дошел до ближайшего подобия кабинки, открутил вентиль ледяной воды на полную и плюхнулся на пол. В одежде. Возможно, что в карманах остался телефон или еще какая-то техника, но опять же. Похуй, просто похуй.       Холодная вода неплохо дала по мозгам, да и ниже тоже. Но все же…       Как же Чимину, мать вашу, омеге Пак Чимину хотелось трахаться. Парень в адекватном состоянии ни за что на свете бы не признал в этом озабоченном омеге себя. Никогда. Он прислонился уже мокрой спиной к такому холодному кафелю, запрокинул голову назад и попытался мыслить здраво. Однако очередной позыв боли заставил парня свернуться в три погибели.       Долго парень не продержался, отключившись под холодными струями воды.

***

      Хосок бежал, наверное, со скоростью света, взбираясь по школьной лестнице и пытаясь понять, где мог бы быть Тэхен. Размыслив, что, вероятнее всего, омега ошивается где-то в районе кабинета биологии, он последовал туда.       Бета постучал в дверь и тут же вошел. В кабинете проходил урок, однако вел его другой учитель, а не знакомый бете практикант.       — Извините, — парень опешил. — А где сейчас Ким Тэхен?       Учитель указал на дверь в лаборантскую. Повторив извинение, бета прошел к концу кабинета. Открыв дверь, он принялся шариться глазами по небольшой комнате, не в силах найти упомянутого ранее.       — …Тэхен?       Молчание, а затем еле слышное:       — Хоби, я тут.       Бета прошел вперед, к столу. Рядом с ним, прижав колени к груди, сидел зеленоволосый омега. На щеках виднелись разводы от уже подсыхающих слез. Хосок вздохнул, медленно присаживаясь рядом. Ему не хотелось делать резких движений, чтобы не испугать такого, сейчас казалось, маленького, беззащитного ребенка.       — У тебя… Что-то болит? — бета аккуратно дотронулся до плеча практиканта биологии.       — Нет, — кратко бросил Тэхен, все так же зарываясь носом в коленки.       — А… — Чон совершенно не имел понятия, что ему стоит говорить. От Кима можно было ожидать чего угодно. — Что случилось?       — Хоби-хен, скажи мне… — омега поднял взгляд на бету. Тот сглотнул. — Что ему от меня нужно?       И замолк.       — Ты о чем? О ком?       — О Юнги, — он вновь отвел взгляд. — Я ведь ничего ему не сделал!       — Тэ, — рука Чона коснулась предплечья зеленоволосого. — Пожалуйста, успокойся и расскажи, что случилось.       — Он искал твоего друга, — омега начал. — Чимина, потому что они работают вместе…

flashback

      Омега оказался зажатым альфой в небольшом кабинете. Биолог продолжал недоумевать, что физик забыл в лаборантской химии, но от одного присутствия Юнги ему становилось не по себе.       — Где Пак Чимин? — слишком грубо. Настолько, что Тэхен дернулся.       — Откуда я могу это знать? Мы с ним даже не друзья, — биолог старательно делал вид, что он чем-то занят, перебирая стопки с тетрадями или просто раскладывая канцелярские принадлежности по полочкам. Он не любил этого альфу, он боялся его.       — Ты работаешь с Чоном, — альфа подошел ближе. — Он-то точно знает, где находится этот глупый омега.       Ким слегка повернул голову, а затем от неожиданности пискнул, потому что Мин подошел слишком близко.       — Но, как ты уже понял, Хосока я не нашел, — Юнги положил руку на плечо биолога, сжимая       — Я не знаю, где они, — омега сглотнул, скрывая свое желание тут же затрястись.       Физик выдохнул, отпуская парня. Отошел слегка, продолжая прожигать взглядом силуэт омеги. Только тот этого не видел.       — Если ты думаешь, что ты самый умный, то… — он хмыкнул. — Мне стоит тебя огорчить: ты еще тупее, чем кажешься. Поговорив с этим ебнутым завучем, ты не спасся из ситуации. Наоборот, ты роешь себе яму. Из-за тебя, — альфа слишком резко повернул омегу на себя. — За каждым моим шагом следит администрация этой поганой школы. За любой мой проеб меня выпрут, а ты даже представить не можешь, как мой диплом важен моему папеньке. И если меня отчислят после хуевой практики, то, уверяю тебя, это будет и твой проеб тоже. Тогда-то я тебе и устрою веселую жизнь,детка.       Тэхен не смотрел в глаза альфы, с самого начала взглядом тараня пол. Его затрясло. Юнги ухмыльнулся, отходя к двери, собираясь выйти в коридор.       — Я вот одного понять не могу: ты же шлюха, неужели одноразовый трах для тебя — это огромная трагедия? Зачем было разводить такую драму? — он задумчиво посмотрел куда-то в сторону, а затем окончательно вышел за дверь.       Киму хотелось зарыдать. Его бесило то, что он родился омегой. Он ненавидел блядского альфу, который, кажется, совершенно не понимает, какого приходится Тэхену, да и омегам в общем. Ему было обидно, что его назвали шлюхой, за то, что подобное высказывание в свой адрес он слышит неоднократно. Слезы сами покатились с глаз, а биолог лишь съехал по стенке вниз, прижимая колени к груди.

end of flashback

      — Почему он назвал тебя шл…       — Я не шлюха! — закричал омега, а затем смутился, потому что за тонкой стеной все еще находился целый класс детей. — Я просто… Я танцую в баре, но это не значит, что я трахаюсь со всеми подряд!       Хосок не знал, что говорить. Он и не знал, что делать с Мин Юнги, потому что в какой-то степени сам сторонился от этого альфы. Но страшнее всего ему было за Тэхена — такого маленького, беззащитного омежку, у которого, Чон уверен, есть свои скелеты в шкафу.       Но даже если это так, то Хосок готов смириться с ними. Он готов простить этого парня за все, что бы он не натворил, потому что для Хоби этот омега был чем-то большим, чем коллега или просто друг.