Strictly Business

      Маринетт ярко улыбнулась, входя в комнату, ее каблуки уверенно стучали по полу. Взгляд скользнул по людям, проводившим собеседование: Габриэль Агрест, основатель модного дома, Натали, его секретарь, и... Адриан?       Их глаза встретились, и Маринетт почувствовала, как соскальзывает ее профессиональная маска.       Прошло десять лет с тех пор, как она последний раз видела его во плоти. Десять лет с их случайной связи. Внезапно эти унизительные воспоминания проплыли перед ее глазами. Судя по тому, что лицо Адриана приобрело пепельный оттенок, он тоже переживает схожие воспоминания.       Маринетт добралась до своего места и провела твердой рукой по волосам, удостоверившись, что ее деловой пучок был на месте. Она мягко положила сумочку на пол и пригладила ладонями свою юбку-карандаш в черный горошек.       — Мадемуазель Дюпэн-Чэн, — Габриэль пролистывал ее резюме. — Должен сказать, впечатляет. Лучший студент группы в Профсоюзной палате. Стажировка в Chanel, с блестящей рекомендацией... вы не ходили в школу с моим сыном?       Маринетт сглотнула и кивнула. — Да, месье. Мы были вместе в Дюпон.       — Ах, верно, — Габриэль холодно улыбнулся. — Я никогда не забуду это имя.       Прежде чем устремить свой взор на бумаги, Адриан уставился на своего отца. Кажется, их отношения не улучшились, несмотря на обучение молодого человека в Милане. Маринетт не знала, что он вернулся в Париж.       — Ну что ж, скажите мне, — ровно произнес Габриэль (Маринетт сжала руки, пытаясь придумать что-нибудь кроме Да, это была я, я лишила вашего сына девственности!) — Почему вы хотите работать здесь?       Маринетт блеснула зубами в ухмылке, как если бы ее поймали с поличным. Она очень надеялась, что на зубах не осталось красной помады.       — Что ж, месье, я всегда была огромным фанатом ваших дизайнов. Настал этап в моей карьере, когда я ищу новые задачи, и я также считаю, что у меня есть способности и видение для создания линии женской одежды для вашего лейбла.       — Ваша нынешняя роль? — подтолкнула Натали.       — Помощник главного дизайнера, — произнесла она. — В этой роли я была в течение трех лет, и также сильно, как я люблю этот лейбл, я хотела бы перейти в дом побольше, где мое творчество сможет процветать.       Теперь Адриан смотрел на нее с небольшой улыбкой на лице. Но она не смела даже взглянуть на него, потому что в этом случае могла снова вернуться к заикающемуся подростку, как десять лет назад.

***

      — Подожди, Маринетт! — Адриан последовал за ней. Она остановилась, заправляя выбившуюся прядь волос за ухо, прежде чем повернуться к нему лицом.       — Я так рад тебя видеть! — искренне сказал он и остановился на лестнице выше ее.       — Я тоже! — щеки Маринетт болели от улыбки. — Я не знала, что ты вернулся в Париж.       — Приземлился только на прошлой неделе, — Адриан улыбнулся. — Я еще даже не видел Нино. Как он?       — Отлично! — Маринетт была в восторге. — Он и Аля заняты подготовкой к свадьбе.       — Верно, — произнес Адриан с далеким взглядом на лице. — Ну, я просто хотел пожелать тебе удачи на работе. Позволь мне пригласить тебя на ужин, если ты получишь ее.       — Спасибо, Адриан, — Маринетт оставалась спокойной и, махнув ему, спустилась по лестнице.       Ни в коем случае она не должна получить эту работу.

***

      — Ты ни в коем случае не должен брать ее на работу, отец, — сказал Адриан, его лицо покраснело.       — Почему нет? — спросил Габриэль, глядя поверх очков. — Она более чем компетентна.       — Потому что... — Адриан пытался придумать причину, которая не была бы она была моей первой, и я кончил через две секунды, и я не хочу вспоминать об этом каждый день.       — Ее резюме неправда? — спросил отец.       — Нет! — произнес Адриан слишком оборонительно. Габриэль ухмыльнулся. Адриан сник.

***

      Маринетт перечитывала предложение снова и снова. Она не могла поверить ни в это, ни в сумму денег, перечисленных в качестве заработной платы. Она сможет, наконец, выехать из своей каморки и перестать жить на чемоданах! У нее будет специальная студия. Она сможет просматривать разделы супермаркета, которые были без скидок.       Она сможет... видеть Адриана Агреста каждый день.       Маринетт простонала. Нет, она была выше этого. Прошло уже десять лет! Теперь она девушка со сформировавшимся жизненным опытом. Больше нет маленькой застенчивой девочки.       Ну, она надеется.

***

      Ее первый день прошел как в тумане. Маринетт увидела свою личную собственную студию: свою первую. Она была огромной и просторной; большое количество света лилось через охватывающие стены окна. У нее был свой коллектив. Собственный секретарь и водитель. Маринетт широко улыбалась, изо всех сил стараясь запомнить имена, даты и образцы ткани, в то время как внутри сходила с ума.       У Адриана хватило такта подождать до конца дня, прежде чем потревожить ее. Маринетт копалась в архивах, пытаясь найти из старого каталога ткань, про которую она вспомнила сейчас и которая идеально бы смотрелась на представленном платье.       — Ага! — победно произнесла она, схватив каталог и отряхнув его от пыли. Он был десятилетней давности, Маринетт пролистывала его, вспоминая, как они с Алей пускали слюни на дизайны, которые не могли купить за свои мизерные карманные деньги. Она залилась горячим румянцем, когда осознала, что сейчас она одна из тех, кто создает эти дизайны. Казалось подходящим включить немного прошлого в свою коллекцию.       — Маринетт? — его голос вывел её из ступора, и она вздрогнула, когда Адриан Агрест предстал перед ней во всем своем великолепии. Она мысленно поаплодировала Габриэлю, разглядывая его бутылочно-зеленый жилет и соответствующие брюки. Рубашка цвета слоновой кости с длинными закатанными рукавами, вкупе с галстуком цвета шампанского и коричневыми ботинками завершали образ.       — Мне сказали, что ты тут, — Адриан улыбнулся. — Я должен тебе ужин, помнишь?

***

      Маринетт обрадовалась, что в этот раз была разодета. Следуя за Адрианом в роскошный ресторан, она ощущала, как все взгляды останавливались на модели перед ней, прежде чем они с любопытством переходили на неё саму. Она была одета в сиреневое платье, украшенное изящным принтом сакуры, вместе с белым поясом-бантом и ниткой жемчуга. Ее волосы снова были собраны в пучок, но только потому, что они отросли и раздражали при работе.       Адриан отодвинул для нее стул, и она скромно села. Она никогда раньше не была в таких изысканных ресторанах: дело даже не в стиле, просто в целом ощущение от места было грандиозным.       Подошел официант и перечислил целый список специальных предложений: Маринетт никогда не слышала половины этих блюд. Она решила скопировать выбор Адриана, поскольку знала, что у него хороший вкус.       — Шампанского? — спросил Адриан.       — Хм... — Маринетт не была фанатом шампанского. — Мне нравится розовое?       Она смотрела, как изгибаются губы модели. — Бутылку Moët Rosé, пожалуйста.       — Итак, — Маринетт раскладывала салфетку на коленях, чтобы занять руки. — Как тебе Милан?       — Горячо, — Адриан наморщил нос.       — Ты учился? — спросила она.       — Да, бизнес и финансы, — сказал он, перекатывая оливку между пальцами. — Отец хочет, чтобы я взял на себя управление компанией, так как я бросил дизайн. Я предпочитаю это работе моделью.       — Ты больше не будешь работать моделью? — спросила Маринетт. Она заметила, что в течение последних нескольких лет он не появлялся на страницах журналов и билбордах, и это было долгожданным облегчением.       — Ммм, — ответил он. — Посмотрим.       Понимая, что это была щекотливая тема, Маринетт, направив их разговор обратно в безопасное русло, рассказала, с кем она познакомилась в модной индустрии.       Прибыла еда, и она была замечательной. Суп больше напоминал грибную пену, и, хотя его было не так много, он все равно был восхитителен. Рядом стоял прекрасный легкий лососевый пирог с самым замечательным салатом, который Маринетт когда-либо пробовала.       Адриан все подливал ей в бокал, и она чувствовала себя все более и более расслабленной. Они шутили о своих школьных днях, и, что неизбежно, также о последнем разе, когда они видели друг друга. Тогда тоже был вовлечен алкоголь.       — О той ночи... — блондин первым завел разговор. — Я действительно хочу извиниться, Маринетт. Я был молод и понятия не имел, что делаю. Мне было слишком стыдно смотреть тебе в глаза после этого... и мне жаль, что мы потеряли связь.       — Все в порядке, Адриан, — тепло произнесла Маринетт, касаясь его руки. — Мы были подростками! Не беспокойся.       — Спасибо, — он дружественно улыбнулся. — Я очень рад, что мы можем так спокойно говорить об этом. Я много думал о той ночи, и я действительно волновался, что это могло... ну знаешь, повлиять на тебя. Поскольку это был твой первый раз и все такое... я и в самом деле хотел сделать это для тебя.       Маринетт сглотнула, не совсем уверенная, покраснела она из-за вина или из-за его слов.       — Не в этом смысле! — Адриан задохнулся, судорожно махая рукой. — Боже мой, это действительно не то, что я имел в виду.       Он в ужасе закрыл руками лицо, и Маринетт не смогла сдержать игривого смеха, который сорвался с губ.       — Адриан, все хорошо! — она хихикнула, дернув его за запястье. — У меня были предложения и похуже...       Вино развязало ей язык, и ей и вправду не следовало этого говорить.       — Я имею в виду...! — она отступила, осознавая ошеломленное выражение лица Адриана. — О, Боже, прости, пожалуйста, забудь об этом!       К счастью, модель просто рассмеялся и долил ей вина. — Приятно видеть, что сейчас, будучи взрослыми, мы гораздо более обходительные, Маринетт...       Она склонила голову и улыбнулась, когда почувствовала, как тепло их связи тренькает внутри.

***

      Прошло три недели, прежде чем она снова увидела его. Она была по локоть в образцах. Маринетт отослала сотрудников по домам, в то время как сама работала всю ночь. Срок сдачи каталога был близок, и она не могла работать в своей каморке так, как она могла бы работать здесь. Она переедет, как только получит первую зарплату, ибо в ее квартире был полнейший беспорядок.       — Добрый вечер, — золотые волосы Адриана показались в дверном проеме. — Знаешь, ты последний человек в этом здании.       — Привет, — промычала Маринетт сквозь полный рот булавок.       Адриан закатал рукав и взглянул на часы. — Уже одиннадцать. Ты вообще планируешь сегодня возвращаться домой или..?       — Я почти закончила,— пробормотала она.       — Понимаешь ли, как босс, я люблю трудолюбивых сотрудников и никогда не жалуюсь на рабочую этику, но я только что проверил твой табель учета рабочего времени. Ты едва ли была дома на этой неделе, Маринетт. Это может отразиться на твоем здоровье.       Она пристально посмотрела на него, постукивая карандашом по мольберту. — Ты закончил? Потому что я хочу завершить это—       Низкий гул разнесся по студии, и Адриан в свою очередь уставился на нее. — Когда ты ела в последний раз?       Она моргнула и посмотрела на часы. — Эм, во время обеденного перерыва?       — Когда это было-то? — многозначительно спросил он, его каблуки стучали по деревянному полу.       Маринетт прищурила глаза. — Мистер Модель Агрест действительно собирается поучать меня насчет еды?       Адриан наклонился и осторожно вытащил булавки из ее рта, разместив их на столе. — Еще бы. Пойдем.

***

      Было слишком поздно для изысканной кухни, так что Адриан припарковался возле своего любимого японского ресторана и натянул кепку.       — Серьезно? — спросила Маринетт с переднего сиденья. — Думаешь, так люди тебя не узнают?       — Ты удивишься, узнав, что упускают люди, — он ухмыльнулся и выскочил, заперев за собой автомобиль. Маринетт снова утонула в кремовых кожаных сиденьях, вдыхая изысканный аромат. Она нечасто каталась на машинах — она везде ходила пешком или ездила на метро — но заметила, как привлекательна эта. Черные тонированные стекла были также красивым дополнением. Она закрыла глаза, намереваясь отдохнуть пару минут...

***

      Адриана не удивило, что она крепко спала, когда он вернулся. Модель улыбнулся, осторожно закрыв дверь машины. Он положил сумку на заднее сиденье и приступил к зажиганию, радуясь, что из двигателя вырвался лишь тихий шепот. Адриан понял, что должен был спросить у девушки, где она живет, потому что он не имел ни малейшего понятия. Не в пекарне, это уж точно, да и он не хотел будить ее родителей в это время — они все же были ранними пташками.       Единственный вариант - отвезти ее обратно в отель. С тех пор, как он вернулся, он не нашел новую квартиру и быстро отказался от предложения остаться в своей старой спальне дома. Адриан не мог жить с отцом, неважно, насколько коротким было его пребывание. Его свобода была частью их сделки.       Адриан вышел из машины, подцепив рукой пакет с едой. Он открыл дверь со стороны продолжавшей спать Маринетт. Он отстегнул ремень безопасности и взял её на руки.       Когда же он держал ее в последний раз? Тогда он был в обличье Кота Нуара, прежде чем уехал в Милан. Она была еще девочкой, но потом ее тело изменилось, как и его. Он старался не думать об этом слишком много, пока он нес ее в гостиницу, радуясь тому, что в приемной в это время было тихо. Он вошел в лифт, выбрав локтем мансардный этаж.       Адриан опустил ее на кровать и подтянул простыни к подбородку. Еда все еще была теплой, а он был голоден, поэтому он хлебал лапшу, наблюдая за ее спящим лицом. Она всегда была красива, но сейчас она была прекрасна: утонченная. Вздохнув, Адриан закончил трапезу и ушёл в гостиную, забрав с собой на диван запасную подушку.

***

      Когда Маринетт открыла глаза, она сразу заподозрила неладное. Освещение выключено, и ей гораздо комфортнее, чем обычно. Это не ее тонкие и изношенные матрасы. Она вскочила, бросив взгляд на незнакомую комнату, сердце бешено колотилось. Как я сюда попала?       Послышался мягкий стук в дверь, и она вскочила на ноги, обрадовавшись, что ее одежда была на месте. Маринетт открыла дверь, и мужчина в галстуке-бабочке протянул ей дизайнерскую сумку для покупок. — Для вас, мадемуазель.       Она приняла сумку, кивнув. Итак, она в отеле? И, несомненно, в шикарном. Она закрыла дверь и прочистила горло, но вокруг никого не было.       Маринетт вспомнила события прошедшей ночи. Она задремала в машине Адриана, но это не объясняет, почему она в отеле. Сев, она открыла сумку, и светло-желтый шифон рассыпался по ее коленям. Маринетт подняла его: это было восхитительное чайное платье, точно в ее стиле. Она просмотрела этикетку, но не нашла лейбла. Бирки были срезаны, и она порылась в тонкой оберточной бумаге, чтобы найти... соответствующее желтое нижнее белье?       — О Боже... — держа в руках кружевной бюстгальтер и трусики, Маринетт почувствовала, как вспыхнуло ее лицо. От записки у нее задрожали колени. Маринетт, Ты спала так крепко, что я не хотел тебя будить. Я подумал, что ты, вероятно, не захочешь идти на работу в той же одежде, так что я подобрал кое-что для тебя. Адриан (твой босс) P. S. Не волнуйся, я спал на диване.       Она пискнула, прижав руки к пылающим щекам. — О Боже...

***

      Адриан изо всех сил старался сосредоточиться на заседании совета. Накануне ночью он почти не спал, зная, что Маринетт была в соседней комнате, лежа на кровати, на которой раньше спал он. Что если он принял неверное решение? Должен ли был он просто разбудить ее в машине? Тогда они могли бы, по крайней мере, поесть вместе, прежде чем Адриан подбросил бы ее домой. Ситуация была такой неловкой, а теперь он купил ей кружевное нижнее белье, которое она будет носить на работу.       Он осознал, что все в комнате смотрят на него. Его отец поднял бровь.       — Извините, не могли бы вы повторить вопрос? — спросил Адриан, сглотнув.

***

      У Маринетт не было времени обдумать все это: она запрыгнула в душ, радуясь, что в отелях имеются шампунь и гель для душа, и, будучи заведением столь высокого класса, здесь все было только лучшее из лучших. Маринетт быстро высушила волосы, схомячила остатки пищи, сидя за столом со вчерашней едой на вынос, и переоделась в свою новую одежду.       Нижнее белье прекрасно село, и она вздрогнула, когда посмотрела на себя в зеркало. Он модель, напомнила она себе. Он работает в индустрии моды уже более десяти лет.       Платье было замечательным, отлично прилегало к её коже и идеально дополняло фигуру. За неимением спрея, чтобы собрать волосы в прическу, Маринетт оставила их распущенными, и бесконечно обрадовалась, что всегда носит пудру и помаду в сумочке. Скользнув в черные лодочки, она была рада, что подумала наперед и позвонила своему шоферу.

***

      Габриэль вызвал ее в свой кабинет, и Маринетт всю дорогу до него быстро набирала в легкие воздух. Что ж, я работаю почти месяц, но теперь меня уволят, потому что я была с его сыном в гостиничном номере. О, и я ношу купленное им нижнее белье.       Она постучала в дверь и вошла после крика “Войдите!”.       Маринетт была рада видеть, что он один. Она стояла перед ним, держа черновые эскизы для женского каталога осень/зима. Он протянул руку, и она подала ему журнал. Габриэль указал на кресло, и она села в него.       Они сидели в тишине в течение десяти минут, пока он пролистывал страницы. Маринетт покусывала губы. Было мучительно видеть, что на его лице не отражаются эмоции. Адриан, казалось, был больше похож на свою мать, хотя она никогда не встречала ее, а видела только на фотографиях.       — Хорошо, — Габриэль кивнул, и она выдохнула. — Выньте четвертую страницу и переосмыслите платье на последней странице. Но все остальное в порядке.       — Спасибо, — Маринетт встала и взяла журнал.       — Вам подходит желтый, — сказал Габриэль, небольшая улыбка растянулась по его щекам, прежде чем пропасть в мгновение ока. Она пропищала слова благодарности и с бешено стучащим сердцем сбежала в коридор. Возможно, отец и сын были похожи больше, чем она думала.

***

      Адриан поймал ее, когда она покидала здание — вовремя, для разнообразия. Так как работа была выполнена в установленные сроки, не было необходимости в сумасшедшей работе, и она чувствовала себя немного измученной после встречи с Габриэлем.       — Маринетт! — он был в нескольких шагах позади нее, и она остановилась, ожидая его у входной двери.       — Адриан, — она старалась не краснеть. — Насчет прошлой ночи...       — Прости, я не мог подвезти тебя на работу, у меня была фотосессия в шесть утра, — он поморщился. — Было странно проснуться вот так вот, да?       — Нет... все в порядке! — успокоила его Маринетт. — И спасибо за платье. Это было очень заботливо с твоей стороны.       — Оно действительно подходит тебе, — Адриан улыбнулся. — Как я и думал.       Она моргнула. — Спасибо. Эм, так ты просто вычтешь это из моей зарплаты или что?       Он засмеялся, и наклонился ближе к ней. — Считай это подарком. Я не уверен, что мы захотим объяснить отделу по зарплате нашу маленькую сделку.       — Верно! — Маринетт покраснела.       Адриан пропустил пальцы через кончики ее волос. — Теперь они длинные, — заметил он, прежде чем, будто обжегшись, отдернуть руку. — Извини! Это было неуместно.       Она хихикнула. — Более неуместно, чем покупать мне нижнее белье?       — Ах, — Адриан поморщился. — Девушка в магазине предложила его. Из-за легкого материала и цвета... конечно, если бы на тебе было телесное нижнее белье, то это было бы нормально, но если бы оно было черным или того цвета, который было бы видно... — он умолк, увидев лицо Маринетт.       — Прости, я сейчас просто болтал о нижнем белье, да? — спросил он, прикрыв глаза.       — Это было очень продуманно, — она усмехнулась, наклоняясь вперед, чтобы поцеловать его в щеку. — Спасибо.       Они стояли в тишине несколько минут; Адриан изо всех сил старался не представлять Маринетт в упомянутых кружевных бюстгальтере и трусиках.       — Я слышал, мой отец был действительно впечатлен проектом каталога, — ему, наконец, удалось заговорить. — Хорошая работа.       — Спасибо, — Маринетт улыбнулась. — Не могу дождаться того момента, когда воплощу его в жизнь.