История юного ниндзя

Светловолосый мальчик бежал по крышам домов, стараясь поспевать за своим более быстрым сенсеем. Мысли уносили его прочь от реальности, заставляя вспоминать теплую улыбку отца и вновь чувствовать себя нужным, любимым. Блондин изредка оглядывался по сторонам, и каждый раз его взору представали беззаботно играющие дети. Они не знали боли утраты и не чувствовали себя лишними в этом мире. Их улыбки сияли искренностью и детской наивностью, что вызывало грусть на лице юного генина. Временами он хотел быть таким же: лишенным жестокости этого мира, его вечной борьбы и злобы. Тягостные мысли стали покидать светловолосую голову только тогда, когда учитель и ученик достигли цели. Мальчику это место было знакомо - именно оно стало его пристанищем и местом понимания со стороны окружающих - главный особняк клана Нара. - Шикаку-сан, нам нужно поговорить! – голос Генмы довольно редко был настолько серьезен. Стучать в дверь даже не понадобилось. Через секунду после прозвучавших слов выглянула взволнованная Ешино. - Генма-сан? Наруто-кун? Что-то случилось? – в голосе женщины мелькали обеспокоенные нотки. - Да. Ешино-сама, нам нужно поговорить с вашим мужем, - на лице брюнета не отображались никакие эмоции. - Шикаку? Проходите, он на заднем дворе, - женщина поспешно скрылась в доме, не желая вникать во все подробности происходящего. В тени могучего дерева расположился темноволосый человек с несколькими шрамами на загорелом лице. Приятная прохлада скрывала его от палящего солнца, даруя несколько минут спокойствия и беззаботности. Небесное светило будто невзначай открыло вид на прекрасные, белоснежные облака. Мужчина, словно в забвении, наблюдал за этим явлением природы. Для него это было нечто особенное, необъяснимое, настоящее олицетворение счастья, спокойствия, беззаботности и свободы, к которым стремится каждый человек. Нередко шатен представлял себя на их месте, в надежде получить желаемое чувство завершенности. Его покой прервали невесть откуда появившиеся люди. Они не выражали доброжелательности, а лишь с серьезностью взирали на отца семейства. Самый младший из всех собравшихся - невысокий голубоглазый блондин - был крайне напряжен, а взгляд выдавал море вопросов, хранившихся в глубине сознания. - Генма-сан, не тяните резину, - недосказанность, витавшая в воздухе, порядком выводила мужчину из себя. – О чем вы хотите поговорить? - О том, что вы умолчали изначально, несмотря на приказ Хокаге, - холод в голосе Генмы настораживал Шикаку и заставлял чувствовать себя ребенком, которого отчитывают за то, что он разбил мамину вазу. - Что за приказ?! – и все же брюнет позабыл об одном светловолосом факторе, который уловил в разговоре нечто занятное. - После того нападения, произошедшего два года назад, приближенным к Минато-сама людям был выдан приказ о том, чтобы они рассказали всю известную им информацию о нем, - сенсей не пытался ничего скрыть, ведь знал, что его неугомонный ученик не отступит, пока не добьется своего. - Но причем здесь отец? - до блондина никак не мог дойти логический смысл сказанного. - Как думаешь, многих заинтересовало появление Четвертого на этом свете? – с усмешкой произнес брюнет. Мальчик в ответ лишь промолчал, погрузившись в свои мысли и совсем забыв о реальности. - Я так понимаю, вы о кулоне? – скорее для галочки уточнил глава клана Нара. - Именно. Как раз об этой немаловажной детали вы умолчали! – вся сила и озлобленность, сквозившая в голосе мужчины, не находила отражения на его лице, вводя собеседника в легкое замешательство. - Генма-сан, не слишком ли много вы на себя берете?! – Шикаку не нравилась сложившаяся ситуация, и он поспешил исправить её в свою пользу. Брюнет устало и немного нервно выдохнул, а маска на лице дала трещину. - Простите, просто… - брюнет перевел взгляд на растерявшегося блондина, а Шикаку на этот жест лишь понимающе кивнул. - Что же, в таком случае я должен вам все рассказать, - однако голову шатена терзал один вопрос. – Но я хотел бы узнать, откуда вы знаете, что я к этому причастен? Но, вопреки всем ожиданиям, на вопрос ответил пришедший в себя блондин. - Сегодня во время тренировки снова появился отец, а на мой вопрос о его появлении ответил, что я должен обратиться к вам, - как ни в чем не бывало сказал сын Йондайме. Мужчина неопределенно хмыкнул и продолжил свой допрос. - При каких обстоятельствах сработал кулон? - Наруто задумался на мгновение, но через секунду уже смог ответить. - Генма-сенсей рассказывал мне о родителях, о маме, - на губах мальчика появилась грустная улыбка, но он, не прерываясь, продолжал говорить. – Тогда я был зол на себя, ведь это моя вина, что они погибли, - после этих слов оба мужчины застыли в легком шоке, но перебивать блондина не стали. - Я очень захотел увидеть маму, папу. Все было как в тумане, слишком непонятные чувства, слишком сильные эмоции, - Шикаку, преодолев шок, удовлетворенно кивнул. - Все ясно. Так, значит, он резонирует с чакрой Кьюби. – Нара наконец собрал всю картину воедино. - Что, простите? – сказанные слова остались непонятными для учителя и ученика. Шатен, пропустив вопрос мимо ушей, сложил несколько печатей, и через секунду в его руке появилась небольшая папка, выкрашенная в темно-зеленый цвет. - Здесь все сведения по нашим исследованиям, которые мы проводили в связи с предчувствием Минато. - С этого момента поподробнее, - коротко бросил Генма. - Не знаю, возможно, это было не предчувствие, а перестраховка, но за несколько месяцев до родов Кушины он пришел ко мне. Тогда Минато был сам не свой, будто душой находился в другом месте, а тело все ещё держало его здесь. Он быстро успокоился и сказал, что должен сделать тебе подарок, – мужчина посмотрел на блондина и невесело усмехнулся. – Тогда я не понял его рвения, мне даже показалось, что он не в своем уме, но помочь почему-то согласился. Он знал, что у Узумаки в детстве бывают проблемы с контролем чакры из-за её огромного количества, поэтому захотел создать нечто вроде поддержки, которая помогла бы тебе ею управлять. Мы долго изучали различные печати и пытались найти какие-нибудь похожие техники. Больше всего нас привлекло ожерелье Шодай Хокаге. Именно его мы брали за основу, когда создавали твой кулон. Вся суть заключается в том, что Минато запечатал в медальоне свою чакру. Я понятия не имею, что он делал с печатью, но эксперимент удался. Однако мы не учли тот факт, что пользователем может быть джинчурики и, по всей видимости, кулон резонирует с чакрой Кьюби, – мужчина прервался, увидев вопрос в голубых глазах. - Из-за чего это происходит? – выпалил мальчик, поняв, для чего была сделана пауза. - Из-за твоих чувств. Это та слабость, которой пользуется биджу, - так же быстро ответил Шикаку. У блондина в один миг что-то перевернулось. Словно кто-то включил давно пылившийся рубильник. Он, наконец, понял, что значит фраза «Эмоции – враги шиноби», и насколько от неё зависят жизни дорогих тебе людей. Узумаки резко отвернулся от собеседников и последовал в сторону выхода. - Наруто, ты куда? – в голосе учителя читалось неприкрытое волнение. - На полигон, я уже получил всю интересную мне информацию, - сухо бросил блондин и через секунду скрылся в кронах деревьев. Поведение ученика заставило Генму задуматься. В последнее время Наруто сам не свой, а ко всему прочему ещё и недавнее появление Йондайме потревожило старые раны. Слишком много новостей для восьмилетнего ребенка. - Генма!!! – сквозь пелену мыслей брюнет расслышал свое имя. Похоже, он сильно задумался. - Да, Шикаку-сан, - слегка отчужденно отозвался Ширануи. - Все, завязывай с этой официальщиной, - устало вздохнул Нара. - Прости, по привычке получилось, - более живым голосом отозвался Генма. – Ты тоже сейчас думаешь о нем? – ответом послужил лишь короткий кивок. – Тебе нужно было умолчать о последнем пункте. - Я уже понял это. Что поделать, я мастер стратегии, а не психологии, – мужчина устало прикрыл глаза. – Ты ведь уже думал об этом? - Ты ведь не о Наруто? – для достоверности спросил брюнет. - Нет, - все так же, не открывая глаз, ответил Шикаку. - Да, я уже принял решение по этому поводу, – Генма усмехнулся. – Осталось только предупредить Сарутоби. - Надеюсь, ты знаешь, что делаешь… *** Время близилось к вечеру, но солнце не желало уступать своего места на голубом небосводе, притягивая к себе всех живых существ и одаряя землю мягким, согревающим теплом. На просторном полигоне, скрытом среди лесной чащи, то и дело мелькали размытые тени, создавая неприятное ощущение слежки. Но кто бы мог подумать, что это вовсе не вражеское нападение или разведка, а всего лишь клоны мальчика, некогда имевшего звание «Самый неугомонный ребенок деревни». Однако нынешний вид паренька никоим образом не подтверждает этого звания. Растрепавшиеся светлые волосы, спадающие на лицо, и изрядно помятая одежда придавали его виду небрежности, а остальные компоненты картины и вовсе несли в себе холодный ужас. Окруженный со всех сторон блондин прижимался к стволу многовекового дерева. В зубах он зажимал три сенбона, а руки заполняли дымовые шашки. На оранжевом комбинезоне виднелись следы порезов, а кое-где и кровавые подтеки. Лицо скрывало любые эмоции, нацепив маску полнейшего хладнокровия, а в голове крутились тысячи мыслей. Резкий выброс руками, и полигон устилает темная пелена. - Фуутон: Великий порыв! – в следующие мгновение по месту битвы прошелся поток несдерживаемого вихря. Все клоны, окружающие блондина, в одну секунду оказались исколоты длинными иглами, а спустя мгновение исчезли с тихим хлопком. - Вот черт! – от такого напряжения светловолосый устало свалился на землю. – Так бы и лежал всю жизнь, - от количества потраченной энергии парнишку клонило в сон, но стоило ему прикрыть глаза, как на ветку соседнего дерева приземлился гордый ястреб, о чем и оповестил громогласным криком. Наруто встал со своего нагретого места и поднял выброшенный птицей свиток. Вскрыв незамысловатую печать, блондин наспех прочел несколько строк, и голубые глаза распахнулись в немом шоке. - Что за?!…