Сексуальные интеллектуалы

Перед Рождеством у некоторых факультетов Нью-Йоркского института были тим билдинговые походы в лес. Палатки, костры и москиты никого не радовали, но поездка была обязательной, именно поэтому славилась, как самое главное алкогольное приключение каждого студента. Чтобы пережить весь этот природный бред, ребята скидывались на алкоголь и почти все выходные были под шафе. - Фи, я понимаю, что опять пропускаю рождественский обед, но ты же знаешь, меня декан за яйца оттаскает, если я пропущу эту говно поездку- попытался оправдаться Йен. Он давно не виделся с родными, но даже это не так уж и ужасно, как есть то, что Фиона накашеварила. Готовит он реально отвратно. - Да я первая это сделаю! Йен ты был дома последний раз четыре месяца назад, не говоря уже о том, что ты уже столько семейных праздников пропустил. Шлюховатые парни и выпивка на день благодарения не твоя семья, чтоб ты знал- пристыдила Йена сестра. - Чеееерт, я думал, что они серьезно устоялись, как члены нашей семьи. Ладно, следующий день благодарения твой, сестренка – попытался пошутить Галлагер. - Блин, реально не смешно. Карлу не часто дают увольнительную. Мог бы и отвертеться от своей ебучей поездки – попробовала уговорить брата Фиона. - Я и так проштрафился в этом месяце. Не могу. Фи, мне надо идти. Позвоню позже. - Йен Клейтон Галла…. – тут Йен повесил трубку. На самом деле рыжик просто не хотел возвращаться в Чикаго. Воспоминания о том, что там было, слишком обременяли его. В Нью-Йорке он тоже любил выпить с друзьями, поразвлечься с малоизвестными парнями для здоровья, но это день и ночь по сравнению с тем,что было в Чикаго. Там остался Йен, который закидывался наркотой при удобном случае, отсасывал старикам за двадцатку, боролся с биполяркой. Там были его ненормальные родители и соседи, каждый второй из которых отсидел за убийство в извращенной форме. Как страшный сон, от которого Йен хотел отделаться. Своих родных он однако очень любил и скучал по ним, звонил им каждую неделю, чтобы ничего не пропустить из их жизни, они просто были ему очень важны. Единственные люди, которым было не пофиг на него. В день выезда в этот адский тур в дверь Йена постучали. - Всем наставникам сказали проверить подопечных. Все ли собрали, везде ли успели. Ебать, почувствуй себя нянькой для лба выше тебя – раздраженно сказал Микки, вошедший в комнату. - Вау, да ты реально не забиваешь на свои обязанности – с удивлением ответил Йен. - Ага бля как же. Наш декан каждого за яйца держит, у меня не было вариантов. Спрей от комаров, палатка, спальный пакет, бухло, сиги, презики. Все есть? - Во- первых, спальный мешок, во-вторых, у тебя есть какие-то планы на мои презики? – с удовольствием наблюдая за тем, как Микки покрывается румянцем, спросил Йен. - Ты охуел? Галлагер не переходи черту. К тому же вдруг кто услышит! – резко ответил Микки все еще смущенный. - Привет! Ты кто? – спросил вошедший в комнату парень. - Бля, ты кто? – только сейчас Милкович заметил вторую кровать в комнате Йена. - Я Сэм Торсон. Сосед Йена. Парень был очень симпатичным. Настолько, что и с закрытыми глазами можно было сказать, что он гей. Блондинистые волосы, высокий, мускулистый ( видимо в лакросс играет), и даже пах он до отвратительного приятно. Микки сразу представил, чем они тут с Галлагером скучными ночами занимаются. Прочь мысли о голом Галлагере! - Поздравляю – ответил Микки с пренебрежением – так, ты говнюк, не опаздывай – обратился он к Йену и вышел. - Это что еще за веяние гопника посреди Парижа? – с улыбкой спросил Сэм. - Это Микки Милкович. Я тебе о нем рассказывал. Это он был в клубе – ответил Йен. - Странный у тебя вкус на парней, если честно. Может он, конечно, человек хороший, но пока видно только его упругую жопку из достоинств. - Поверь, я не ошибся. Он лучше, чем кажется на первый взгляд – покрываясь румянцем, ответил Йен. - Как знаешь. Итак, пошла организация распихивания бухла. У меня в рюкзаке текила и Джек. У тебя? - У меня пиво, косяки и Мистер Текила - ответил Йен и улыбнулся. Милкович и его пьяные выражения… -Отлично. Пошли, через пятнадцать минут автобус отъезжает. Парни уже выходили из комнаты, но тут Сэм спросил: -Палатка у тебя? - Бля, нет. Жди секунду – ответил Йен, глазами ища в комнате желанный пакет с содержимым - взял. - Супер, а то пришлось бы согреваться только спиртным. Погнали. Тащиться за город самое мучительное, потому что предвкушение пиздеца в естественной среде смешивается с отвратным ощущением, что всю попу отсидел, пока три часа мчали на автобусе. - Итак, для кого-то это первая поездка, поэтому сразу говорю, я не буду вызывать вам скорую, если вы тут что-то учудите в пьяном состоянии. Только сами. Институт не несет за вас ответственность, а я уж тем более, вы взрослые люди – наверное, не самая лучшая вступительная речь перед выходными, но куратора это не волновало – здесь мы разбиваем палатки. Отходить от лагеря далеко не советую – сейчас сезон охоты на какого-то там хитровыебанного зверька…. простите. Ну что ж, основное я сказал, так что располагайтесь. Студенты начали нехотя собирать свои палатки, вытаскивать съестные запасы, и ждать пока стемнеет, чтобы закатить хоть какое-то подобие вечеринки, на деле же пьяную оргию, чтобы пережить этот бред. И часов в десять это случилось. Посередине лагеря развели большой костер, громко играла музыка, ребята танцевали, смеялись, пили. Кто-то собрался в компанию, чтобы поиграть в излюбленную игру всех походов – бутылочку. Короче все по плану. - Хей, Микки! Выпил уже? – спросил Тед, недодруг Микки с факультета. - Здоров. Да, все норм. Ненавижу походы вот и приходится бухать, чтобы дожить до конца всего этого дерьмища. - Пошли, сыграем в бутылочку. Там только что две девчонки сосались с языками, а потом одну из них стошнило в рот другой. Это было зрелище! Мерзота. - Я не играю в эту хуйню - коротко ответил Микки. - Да ладно тебе. Погнали, будет весело. С этими словами Морис начал толкать Микки в сторону играющих. Решив, что проще сдаться, чем объяснять миллион раз, почему он не хочет, Милкович пошел. Ребята сидели на разложенном пледе. Все абсолютно с разных факультетов, но видимо они знали друг друга, поэтому им было весело. В конце концов, в этом и есть смысл тим билдинга. - Привет, ребят. Мы присоединимся? – спросил Тед у народа на пледе. - Да, конечно! Падайте! – в один голос радостно закричали они - чем больше, тем веселее. - Надеюсь все знают правила игры? На кого бутылка укажет в первый раз, тот целует человека, на которого она укажет во второй. Второй целует человека, на которого бутылка укажет в третий раз и так далее – сказал, видимо, лидер компании. Было темно, поэтому Микки нихрена не разглядел, кто это был, или Джек дал о себе знать.Да и ему по сути было пофиг. - Итак начнем! – раздался все тот же голос, но уже более знакомый для Милковича. Поскольку брюнет там практически никого не знал, ему было все равно, кто целуется, до того момента, как бутылочка показала на него. - Мииикки – сказал пьяным голосом Тед, слегка повернувшись к парню. - Че надо? - На тебя показала – ответил Тед с трепетом. - Ну и кто херов счастливчик? – ответил Микки безучастно. - Я – тихо сказал Морис и быстро прикоснулся своими губами к губам Милковича, до того как последний понял происходящее. После нескольких секунд поцелуя Морис начал наглеть и попытался задействовать язык в полуоткрытом рту Микки, но брюнет резко отстранился. Ребята вокруг сразу засмеялись, одобряя этот неловкий момент, кроме ведущего. Он смотрел на Микки не моргающим взглядом, пытаясь понять реакцию брюнета. Милкович решил просто проигнорировать это, пригубившись к бутылке Джека. В следующий раз бутылка показала на ведущего, сидящего напротив. Значит Микки и с ним должен целоваться. «Ну эт перебор» подумал брюнет. - Я пасс - сказал он компании. -Да ладно тебе, Мик. Правила есть правила. Милкович знал, что только один человек называет его так. И он уже придвигался к догадливому через центр. Когда брюнет увидел лицо рыжика, после небольших колебаний, он решился и сам поцеловал парня. Не так, как обычно люди целовались в это тупой игре, а яростно, сочно. Их языки сплелись, их губы были задействованы по максимуму в широко открытых ртах. Поцелуй был жадным, как будто последним. В ход пошли руки, гладящие Галлагера по волосам на макушке и по гладковыбритой щеке. Поэтому, когда парни выбрались из своего страстного пузыря и услышали неловкие кряхтения в кружке студентов, они отстранились, все еще смотря друг другу в глаза. Милкович резко встал, и пошел в свою палатку для подзарядки новой бутылкой, подальше от этой вакханалии.