Ненормальная

На крыше высокого здания стоит одинокая фигура. Разбушевавшаяся погода совсем не заботит. Он стоит, потягивая крепкие сигареты, и наблюдает за тяжелыми серыми тучами, которые стягивают прозрачное небо. Холодный ветер играется его вьющимися локонами, но ему нет до этого дела. Время остановилось. Все обрело именно такой оттенок, как и эти тучи, которые сотрясают небо пугающими раскатами грома. Тонкая вспышка появляется на небе и моментально исчезает. Он это заметил и улыбнулся своим мыслям, поднося сигарету к сухим, потрескавшимся губам. " Такая погода так не кстати. Кто же будет успокаивать тебя? " Он затянулся и почувствовал, как расслабление разлилось по всем конечностям. Да, именно это облегчает его тоску. Он снова усмехается. - Облегчает? - смеется он. - Нет, скорее, на время затупляет. Он делает еще одну затяжку и бросает сигарету к ногам, потушив ее носком ботинка. - Снова куришь? - доносится сзади. Парень оборачивается и видит своего друга, который медленно приближается к нему и облокачивается руками на железное ограждение. Кай криво улыбается и сильнее закутывается в черную куртку, одетую поверх легкой футболки. - Ты уже давно молчишь. - замечает ДиО глядя в даль. - Да мне нечего сказать. - просто отвечает парень. - Все уже сказано за меня. - Почему ты не отпустишь ее? Она ведь даже говорить не хочет. - На ее месте, я бы тоже с собой не разговаривал. - Кай нахмурился и посмотрел на ДиО, который все еще внимательно глядел в даль. - Почему это? - удивленно спрашивает парень и смотрит на друга большими карими глазами, в которых читается искреннее непонимание. - Это я заварил эту кашу, сам же и не хочу ее расхлебывать. - Тогда поделись. - оба парня засмеялись, и ДиО тут же посерьезнев добавил. - Я видел ее сегодня утром. - Как у нее дела? - тут же поинтересовался Кай. - Просила передать, что у нее все замечательно. - парня такой ответ не очень порадовал и он опустил голову, легонько ею помотав. - Я все равно не сдамся. Ну и пусть я буду виноват! Хорошо ей, видите ли. - проворчал Кай не поднимая головы. - Ненормальная. Я уже сто раз покаялся, неужели ей трудно засунуть свою гордость в одно место и хотя бы раз встретиться? - парень поднял голову и в возмущении уставился на друга. - Я уже сто раз извинился перед Сехуном, Кристал, перед ней самой, мысленно правда, но это детали... - Стоп. Ты извинился перед Кристал? - воскликнул ДиО. - Да, - выдохнул Кай отводя взгляд в сторону, - я по-свински с ней обходился, за что поплатилась Мари... - Т-ты с-сейчас это серьезно? - заикаясь переспросил друг. Для него это было шокирующим известием. ДиО всегда слышал не самые хорошие комментарии Кая в адрес девушки, но подумать не смел, что Кай когда-нибудь попросит за них прощения. - Абсолютно. Я извинился за то, что ее чувства безответны. Хён, я только сейчас понял, что сам виноват во всех бедах! Я откровенно игнорировал и частенько унижал Су Чжон, а после того, как появилась Мари, я несколько раз ее обидел. Вот за это она решила отомстить Мари, думая, что та увела меня у нее. - Кай театрально всплеснул руками. - Бабские заморочки! ДиО усмехнулся умозаключению брюнета и посмотрел на пачку, которую Кай вертел в руке. - И все же, я думаю, сигареты - не лучшее решение проблемы. И то, что ты публично опроверг слухи о расставании тоже ничего не меняет. - парень шумно выдохнул и выдернул из рук друга пачку. Скрутив ее несколько раз, положил в карман куртки и довольно похлопал по нему. - Ну вот, последнее утешение забрал. - недовольно пробурчал Кай бросая косой взгляд на карман друга. - Тебе же лучше, - Дио поднял вверх указательный палец, - спалишься - накажут так, что потом будешь вздрагивать, как невинная дева при одном упоминании слова " сигарета ". - строго запричитал брюнет тыча пальцем в плечо друга. Кай улыбнулся и поднял глаза к небу. - Погода сегодня шалит. Может вернемся в общагу? - предложил он натягивая на голову капюшон и укрываясь от редких, тяжелых капель дождя. ДиО согласно закивал и они двинулись в сторону выхода. В квартире было намного теплее, чем на крыше, где на широкую ногу разгулялись все явления природы, удивительно гармонично сочетаясь в одном тандеме. Стоило двери захлопнутся за ДиО, как небо сразила еще одна вспышка молнии и незамедлительно последующий за ним раскат грома, который немного устрашал. Кай зашел в комнату, стащил с себя ботинки и снял куртку, небрежно кинув ее на кресло. Он разлегся на диване и напряженно распутывал наушники, проклиная про себя все всевышние силы, позволяющие запутываться этим двум коротеньким шнурикам. ДиО разулся и аккуратно сложил свою и Кая обувь в шкаф. Снял куртку и потянулся за курткой друга, чтобы также аккуратно развесить их по вешалкам. Когда он потянулся за другой курткой, то не заметил, как из кармана его одежды, зажатой подмышками, выпал маленький конверт. Парень только-только навел порядок, как его телефон громко запищал, нарушая тишину в квартире. Он устало выдохнул и вытащил телефон из заднего кармана джинс, сразу подставляя к уху, мельком увидев имя звонящего. - Да, Чунмён. - выдохнул он устало потирая шею. Кая звонок не заинтересовал, он по-прежнему сосредоточенно распутывал наушники, сидя на диване и подобрав под себя ноги. Закончив разговор, ДиО бросил что-то типа " сейчас вернусь " и ушел. Кай понятливо угукнул не отрываясь от важного занятия. Куда ушел его друг - это его мало волновало. Ему сейчас чертовски необходимо было чем-то себя занять, иначе он снова сломя голову понесется в соседнюю квартиру и будет рассматривать голые стены в надежде, что так дорогой ему аромат еще не выветрился. Смирившись с тем, что музыку в наушниках ему так и не удастся послушать, парень швырнул их в стену и откинул голову назад, устало прикрыв глаза. Недолго так просидев, он поднялся с места и прошествовал на кухню выпить сока или найти шоколадный батончик в одном из тайников ДиО. Кай сделал пару шагов и почувствовал, как нечаянно пнул что-то и эта вещь отлетела в сторону, ударяясь об плинтус глухим стуком. Он проследил за источником шума и заметил маленький конвертик у противоположной стены. Кай подошел ближе и сел на корточки, с интересом рассматривая конверт. На конверте кривым, слегка размашистым почерком было написано его имя. Ему потребовалось меньше секунды, чтобы понять от кого это письмо. Он неуверенно потянулся и провел пальцами по гладкой белой поверхности конверта. * * * Сехун забежал в лифт следом за девушкой, которая показалась ему подозрительно знакомой. Он попытался разглядеть ее лицо, но она спрятала его за завесой длинных шелковистых волос темно-каштанового оттенка. " Мари? Вряд ли. Кёнсу-хен сказал же, что она уехала пару дней назад. " Парень снова присмотрелся к брюнетке. Без сомнения, он ее знает. Девушка тихо стояла, опустив голову, скрывая лицо, и с повышенным увлечением рассматривала носки своих сапожек. Сехун спросил на какой этаж ей нужно, но она промолчала и просто нажала кнопку, не удосужившись поинтересоваться у парня куда, собственно, ему нужно. По счастливой случайности, Сехуну нужно было на тот же этаж, что и этой невоспитанной незнакомке, поэтому он не стал особо возмущаться по этому поводу, ограничившись недовольным ворчанием. Лифт ехал на предпоследний этаж, что невероятно раздражало и парень, то нетерпеливо отстукивал носком туфель размеренный ритм, то шумно выдыхал, поправляя то и дело вечно спадающий с шеи шарф. Он косо посмотрел на девушку. " Какая странная. У нее даже плечи не дергаются, когда она дышит. Может она зомби? И все же, почему меня не покидает чувство, будто я с ней знаком?" - Лифт так медленно едет...- выдохнул Сехун поглядывая на наручные часы. Он сказал это в надежде на то, что его спутница хоть как-то отреагирует на его присутствие, но она по-прежнему стояла молча уткнувшись взглядом в пол. Еще один обреченный вздох и парень смирился с тем, что эта девушка так и останется для него загадкой. Лифт достиг свой финальной точки назначения. Дверца разъехались и девушка пулей вылетела в безлюдный коридор. На лице парня застыло недоумение. " Она что, подумала, что я захочу изнасиловать ее? Зачем быть такой...впечатлительной..." Сехун почувствовал знакомый вишневый аромат, который мог принадлежать только одной девушке. Слишком малы шансы, чтобы оказаться совпадением. Выскочив следом за ней он, что есть мочи, побежал вдогонку. Долго бежать не пришлось. Уже за следующим поворотом он углядел фигуру незнакомки, которая неспешной походкой направлялась в конец коридора. Сехун догнал ее в два счета и, схватив за руку, развернул к себе. - Мари? - неуверенно спросил он заглядывая девушке в глаза, - разве ты не уехала? - Вы обознались. - хмурясь ответила Мари стараясь спрятать лицо за темно-каштановой завесой. - Ты хочешь сказать, я не узнаю девушку, с которой провстречался полгода? Не так давно мы расстались, между прочим. - парень надменно ухмыльнулся и заправил выбившуюся прядь девушке за ухо. Мари резко от него отвернулась, между бровей, сведенных на переносице, пролегла маленькая складка. Девушка хмурилась. Ей это не нравилось. Ей было неловко. " Да, это определенно не та Мари, которую я знал. Она стала скованнее, что ли...и что-то изменилось в ее лице... Ее лицо...оно такое же, каким я видел ее в первый раз. Такое же грустное и обиженное. За эту неделю я максимально завалил себя работой, чтобы ни о чем не думать. Ничего не вспоминать. Кажется, что с нашей последней встречи прошла целая вечность..." - Может поговорим? - предложил Сехун отпуская руку девушки. Немного поколебавшись она неуверенно кивнула и они зашагали обратно, к лифту. Спустившись на этаж ниже, где располагалось большинство тренировочных залов, Сехун стал искать свободный. - О, тут никого нет, - он пропустил девушку вперед и закрыл за собой дверь, перед этим убедившись, что их никто не видел. Они стояли в центре зала и боялись поднять друг на друга глаза. Мари искала спасения у стен, внимательно изучая каждую полоску радужных обоев и нервно перебирая длинные изящные пальцы рук. Она жутко волновалась. Она написала Сехуну письмо, в котором, как минимум раз сто извинилась, но так и не нашла в себе силы передать ему это письмо. - Как твои дела? - тихим голосом спросил Сехун, боясь поднять взгляд с деревянного паркета, на котором играли блики от массивных ламп, висящих на потолке. В ответ послышалось лишь тихое молчание. - Почему не уехала? - возобновил попытку парень. На этот раз он даже немного посмелел и посмотрел на девушку. Да, он все еще зол. Да, ему все еще больно. Да, он все еще не может забыть. Но он хотел встретиться еще раз. Судьба подарила ему еще одну встречу и теперь он не знал, что делать, что сказать. Он был в легком смятении. И это чувство неловкости не отпускало его с тех пор, как он зашел в зал. Немного неудобно и глупо вот так вот стоять и пытаться заговорить с человеком, с которым еще несколько дней назад ты строил совместные планы на будущее. Сехун смотрел на Мари и не мог точно сказать, что он чувствует. В нем все еще играли обида и предательство, но в то же время ему хотелось узнать как она, где пропадала все это время и нужна ли ей помощь. Гордость. Не каждый может ей поступиться. Вот и Сехун один из тех тщеславных гордецов, для которых уязвленная гордость хуже любой смерти, которым легко понять, но тяжело простить. Из-за своей гордости эти люди теряют все, грозясь остаться одинокими до конца жизни. Сехун давно все понял, но не мог простить. - Я уезжаю сегодня. У меня самолет через два часа. - Ясно. - все, что смог ответить парень. - Как твои дела? - робко поинтересовалась Мари поднимая на парня смущенный взгляд. Она чувствовала себя точно также. Эта неловкость сбивала столку. Хотелось сказать парню все, что она написала в письме, но стоит ли? Будет ли он слушать? - Прекрасно, спасибо. Снова тишина. Снова молчание. Неуверенный топот на месте и растерянные переглядывания. Наконец, Мари сжала волю в кулак и первой заговорила. - Сехун, я... - Что? - тут же оживился парень. Ее "Сехун" прозвучало как спасительное S. O. S. в этом глухом помещении с гадкими обоями на стенах, которые всегда раздражали парня. Мари неуверенно улыбнулась и потянулась к сумочке, доставая аккуратно сложенный пополам листок бумаги. - Я знаю, что ты все еще расстроен и злишься на меня, и, вряд ли, я когда-нибудь заслужу твое прощение, ведь за такое не прощают, но я написала тебе это письмо в надежде, что мне когда-нибудь хватит наглости отправить его тебе. - Сехун опустил взгляд на руки девушки, в которых она бережно, словно это было сокровище, имеющее баснословную ценность, хрупкими смугленькими пальчиками сжимала бумажку, на которой он различил маленькую подпись "Сехун". - Но раз уж мы сегодня встретились и нам обоим очень неловко говорить, я зачитаю это письмо, - она подняла повыше листик, обращая на него внимание парня. - адресованное тебе. Ты не против? Легкий кивок в знак согласия и Мари развернула письмо, тихонько кашлянув, чтобы прочистить горло. Ее пальцы заметно дрожали и голос не совсем ее слушался, но она все равно начала читать. - Дорогой Сехун, привет! Как твои дела? Надеюсь, все хорошо. Меня уже давно нет в Корее, я уезжаю в Японию, отрабатывать последний месяц контракта. Я пишу тебе, в надежде, что ты дочитаешь это письмо до конца, и в следующий раз, когда мы встретимся, во что мне верится с трудом, тебе будет не настолько больно... Прости меня, Сехун. Мне нечем себя оправдать. Всю оставшуюся жизнь я буду помнить о тебе и просить прощения каждый день. Я не знаю, как так получилось. Вернее, знаю. С самого начала мне нравился только ты, мне было тепло и комфортно рядом с тобой. Ты понимал и никогда не осуждал. Я не могла сказать с уверенностью, что это любовь, но могла с уверенностью заявить, что ты - именно тот человек, с которым я бы хотела провести остаток своей жизни. Рядом с тобой было тепло, рядом с тобой было безопасно... В тот самый вечер, после показа, когда мы начали встречаться, у меня впервые появились странные мысли о Джонине. Честно, я не знаю на каком моменте это все усилилось, я стала смотреть на него по-другому, хотя мы продолжали все время ссориться,и я всячески убеждала себя и была уверена, что это пустые мысли. Это бред и вообще я ненавижу его. Я боролась, старалась отдалиться максимально, но все время забывалась... Господи, что я делаю? Я же обещала не оправдываться... Прости, больше не буду. - Мари улыбнулась сквозь слезы, которые так некстати появились на глазах и мешали ей, а подступающий к горлу ком, создавал преграду ее голосу звучать ровно и не так взволнованно. Сехун внимательно слушал. Местами его брови невольно сходились, образовывая тоненькую складочку между ними, но он тут же старался сделать как можно невозмутимее лицо, чтобы скрыть свое смятение и волнение. - ...Я хочу, чтобы ты знал: я никогда не игралась с твоими чувствами. Твои чувства - самое дорогое и светлое, что у меня было, и к чему я так безответственно отнеслась. Прости за боль, прости за обман, прости за предательство, прости за чувства... Я могу еще долго извиняться, но знаю, что тебе наскучит читать мои извинения, и ты возненавидишь слово " прости" также, как и меня. Я не прошу понять, потому что нечего понимать...Я надеюсь, что время заберет твою боль и ты снова обретешь любовь...Мне тебя не хватает и мне искренне жаль, что я лишилась такого друга, как ты. Прощай, Сехун. Надеюсь, ты будешь счастлив...- Мари громко шмыгнула носом и уронила листик, закрывая руками лицо. Сехун наклонился и поднял его, раскрывая и пробегая глазами по косым буковкам, выведенным дрожащей рукой девушки. Он улыбнулся и посмотрел на девушку. Возможно, она рыдала закрыв руками лицо, но Сехун не слышал плача, только изредка Мари шмыгала носом и глубоко вздыхала. Парень приблизился к ней и легонько схватил за запястья, отнимая руки от ее лица. - Мари, - ласково произнес он. - Послушай меня, я должен тебе в чем-то сознаться... - девушка вопросительно на него посмотрела. - Я...поцеловал...девушку - с запинкой выговорил Сехун виновато опуская взгляд. - Я не знаю простишь ты меня или осудишь - дело твое, но я обещаю, что в следующий раз, когда мы встретимся, мы станем лучшими друзьями. - в знак правдивости своих слов, парень сжал левую руку Мари, как бы принимая от нее согласие. Она утвердительно закивала и пожала руку в ответ. " Как я могу тебя осуждать, если совершила преступление хуже поцелуя? Как я могу тебя не простить? " * * * Кай поднял с пола конверт и какое-то время просто на него смотрел. Ему стало страшно. Какая-то частичка его не хотела открывать письмо, ведь там могло быть что-то ужасное, что-то, что окончательно сломает его, что-то, что заставит его сломя голову бежать, искать, звать, просить вернуться... После нескольких минут душевных терзаний, он все же распечатал конверт и достал оттуда сложенный вчетверо альбомный лист. Развернув его, он услышал, как что-то со звоном упало. Он опустил голову и увидел тот самый серебряный ключик, недостающая часть подвески, подаренная одному очень дорогому человеку, имя которой глухо отзывалось в израненном сердце. Кай поднял ключик и повертел его в руках. " Странно. Зачем она вернула его? Господи, я скоро точно свихнусь! " - подумал он. Сжав ключик в кулаке он снова посмотрел на письмо. Единственное, что он мог прочитать - это " Дорогой Джонин ". И все. Дальше читать он почему-то не мог. Буквы, казалось, расплываются перед глазами, складываясь во что-то несвязное, бессмысленное. Он успел в мыслях отпустить шутку насчет того, что ее почерк еще ужасней, чем у него и вообще ей бы не помешал репетитор по корейскому языку. Усмехнувшись про себя он предпринял еще одну попытку сдвинуться с мертвой точки. " Здравствуй, дорогой Джонин. Как ты? Как твои дела? Все хорошо надеюсь? Не болеешь? Я надеюсь, что нет. Ну вот, с формальностями покончено. Я знаю о чем ты сейчас думаешь, что твой хангыль намного лучшего моего. Ладно, ты прав, так уж и быть признаю. Обещаю, что буду совершенствоваться, ведь ты знаешь, что твоя Мари стремится к лучшему, но ей это пока не очень удается. Джонин~а, а если честно, тебе плохо? Мне очень плохо. Не знаю, может это про звучит по-детски, но мне даже заснуть без тебя трудно. Твой нахальный образ не отпускает меня! Мне приходится каждый день повторять какой ты бессовестный гад, раз заставил влюбиться в тебя! Да-да, ты не ослышался, я люблю тебя. Я ужасно по тебе скучаю. Мне не с кем помолчать, некому пожаловаться, некого обвинить! Но я переживу это все. Это все временно. Ты не должен заморачиваться на таких мелочах. Я тебе не подхожу, ты достоин лучшей. Я надеюсь, нет, я верю, что ты забудешь меня. Я верю, что появится та, которая...которая...в общем, я верю, что ты еще найдешь свое счастье. Я сейчас очень далеко. Джонин, пожалуйста, не ищи меня, иначе я не смогу сдержаться. Я сильная, но проходить через этот ад дважды - я просто не выдержу! Я верю, что ты забудешь все, ведь толком ничего и не было...ведь не было же? Прости, мне становится тяжело писать. Мысли запутываться и я начинаю нести какой-то бред. Это моя восьмая попытка написать тебе письмо, и она с треском провалилась, как и предыдущие семь. Наверное, ты так ничего и не понял о моих чувствах. Прости, писатель из меня никудышный. Не знаю, что ты чувствуешь читая это письмо, возможно, даже злишься, но вот я рада. Мне кажется, что разговариваю с тобой и на душе становится теплей. Я вывожу каждую буковку твоего имени и мне уже лучше! Джонин, прошу, отпусти меня. Не ищи, я все равно не вернусь. Мое присутствие все только усугубляет, из-за меня ты многого лишаешься... Твои мечты - рушатся...Просто пообещай. Я люблю тебя, я скучаю по тебе и буду помнить о тебе всегда. Искренне, твоя Мари. " - Джонин, ты случаем не помнишь, где мои диски с...- Дио застыл у порога, заметив в руках друга письмо. Кай сидел к нему спиной и дочитывал последние строчки. Сердце готово было вот-вот рухнуть в пятки. Он только сейчас осознавал, насколько ей сложно. - Где ты это взял? - по голосу ДиО было понятно, что Кай не должен был прочитать это. По крайней мере сейчас. - Оно валялось на полу. - он повернулся к другу и указал на письмо. - Ну и когда ты собирался отдать мне его? Через месяц, два? Или может быть через год? - с иронией спросил он. - Или еще лучше - никогда? - Вечером, когда Мари уже не будет в Корее. - выдохнул брюнет опуская взгляд. - Ты серьезно, Кёнсу? - Кай вскочил на ноги и подошел к парню, бросая на него свирепый взгляд. - Получается, все это время, ты знал где Мари, а мне врал, что и понятия не имеешь, где она? - Что я мог поделать, если она взяла с меня слово? - крикнул в ответ брюнет. - Действительно, что ты мог поделать! - фыркнул Кай театрально всплеснув руками и закатив глаза, - Если ты сейчас же не расскажешь мне все, то лишишься друга. Навсегда. ДиО не знал, что ему делать. Либо он рассказывает все и нарушает обещание, данное подруге, либо он молчит и лишается лучшего друга. Взвешивая в голове все за и против, он устало опускает голову и потирает шею. Это давно вошло у него в привычку. Когда он не знает что делать, что сказать, как поступить или элементарная рутина поглощает его, рука на автомате тянется к шее и медленно ее массирует, силясь ослабить тяжесть этих проблем. Он посмотрел в окно, за которым продолжался все тот же вальс дождя и ветра, и опустил взгляд на наручные часы. " А была не была. Мари неправа. Джонин должен хотя бы попрощаться. Успеет - я все же поверю в судьбу, нет - придется все ему рассказать." - подумал он и легкая усмешка появилась на его пухлых губах. - Если за час успеешь добраться до аэропорта - узнаешь все сам. - ДиO постучал по циферблату дорогих часов и невозмутимо глядел на друга. Кай опешил от такого заявления. " Что? Час? Я смогу ее увидеть? Так какого черта я все еще здесь?" Схватив с тумбочки ключи от машины, наспех переобувшись, он одел первую попавшую куртку и вылетел из квартиры, на всех порах мчась в аэропорт.