Слушая своё сердце

Каждый рождается бетой и только после встречи с истинным партнёром, человек становится альфой или омегой. Человек может прожить всю жизнь бетой, не встретившись со своей парой, так и не узнав свою половую принадлежность. Об этом им рассказывали в первом и втором классе средней школы. Мурасакибаре всегда нравилось быть бетой, не страдая гормональными срывами, о которых он читал в интернете. И всё же ему было немножко любопытно. — Почему я должен ждать встречи своего истинного, чтобы узнать свой пол? А вдруг я стану омегой?! — Заткнись, Кисе, — грубо отозвался Аомине. — Тем более, окажешься омегой, и что? — Тебе легко говорить, Аоминеччи, — насупился Рёта. — Ты знаешь, что ты альфа, с семи лет, как только познакомился с Момоччи, а нам теряться в догадках. Это пугает! — Хм, здесь только ты и Мурасакибара, а ещё Акаши никак не пахнут, — хмыкнул тот. — Это значит, что Мидоримаччи знает свою половую принадлежность?! — воскликнул Кисе, прилипая к однокласснику. — И ты нам ничего не рассказал?! И как это было? Давай-давай, рассказывай. — Даже если бы мне хотелось рассказать об этом событии кому-нибудь, этим человеком точно был бы не ты, — поправляя очки, ответил Мидорима. — А-а-а! Как жестоко, Мидоримаччи! Мурасакибара продолжал флегматично есть свои чипсы, практически не прислушиваясь к разговору одноклассников. Если он встретит свою пару, что тогда случится? В интернете все пишут, что альфе обязательно захочется покрыть своего партнёра. Это до ужаса пугало! А если он, несмотря на внешность альфы, станет омегой?! Нет-нет, лучше не думать об этом! — Ну, Мидоримаччи, ты обязан рассказать нам! Мы же одна команда! — Это не повод, чтобы я тебе рассказал что-либо об этом, нанодайо, — фыркнул Шинтаро, нахмурив брови. — А? Кто-то плачет, — вклинился в разговор Мурасакибара, услышав едва слышно хныканье, словно плач котёнка. Он осмотрелся и увидел возле входа супермаркета ребёнка. Ацуши подошёл к заплаканному мальчику. — Ты заблудился? Юноша протянул руку, касаясь светлой макушки и ощущая шелковистость волос. Едва он прикоснулся к ребёнку, как по всему телу прошёл электрический ток. Ацуши широко распахнутыми глазами посмотрел в голубые воды глаз своей пары. В этот самый миг он хотел прижать к себе мальчика, заклеймить собой и не отпускать от себя уже никогда. Мурасакибара опустился на колени, не совсем соображая, что он делает. Он желал прикоснуться к его коже, поцеловать алые губы, оставить метку. — Мурасакибара! — закричал подоспевший вовремя Аомине, чтобы скрутить его и не дать совершиться ошибке. Мидорима тут же поспешил к нему, чтобы помочь удержать одноклассника. — Чёрт! Кисе, уведи ребёнка! Рёта в первые секунды мог только растерянно смотреть на развернувшуюся сцену. Он понимал, что только что произошло, и это его ошеломило на столько, что он не мог пошевелиться. Мурасакибара напоминал голодное животное, дорвавшегося до мяса. И это пугало. — Кисе, не стой на месте! Мы долго не сможем его удерживать. Чёрт, силён, — зашипел Дайки, пытаясь повалить Мурасакибару на асфальт. Тот в ответ зарычал. Рёта словно очнулся и подбежал к ребёнку. — Как тебя зовут? Ты заблудился? — Ку-куроко Тецуя, — глядя на происходящее, ответил мальчик. — Почему они делают ему больно? Я не хочу, чтобы ему делали больно! Их нужно остановить! Кисе едва успел поймать малыша, поспешившего разнимать трёх альф. И что он мог ответить ему? Этот мальчик вообще что-нибудь знает об омегах и альфах? Об истинных парах? Рёта не хотел быть тем, кто расскажет ему об этом. Куроко слишком юн, чтобы реагировать на близость своего партнёра, тогда как Мурасакибара уже достаточно взрослый для этого. И это всё чертовски усложняло дело. — Всё в порядке, — разворачивая к себе Куроко, ответил Кисе. — Давай я отведу тебя домой, ты знаешь свой адрес? Кстати, меня зовут Кисе Рёта, — подмигнул он, стараясь расслабить ребёнка и увести с этой улицы. — Да, — кивнул мальчик. — Приятно познакомиться, Кисе-сан. Юноша посмотрел в чистые голубые глаза Куроко. Чёрт возьми, если это и происходит, когда истинные партнёры встречаются, Кисе согласен прожить всю жизнь бетой.

***

Аомине, приложив всю свою силу, толкнул его в комнату. Они с Мидоримой едва смогли удержать Мурасакибару и увести его домой. Хорошо, что старший брат Ацуши встретился им на полпути и помог им довести его до дома. Это действительно выматывало — борьба с альфой, не уступающего в силе, а может даже превосходящего. К тому же с Дайки всегда был Шинтаро, и даже это не могло остановить Ацуши. — Чёрт, — выдохнул он, доставая полотенце из сумки и вытирая им вспотевший лоб. — Я полностью выдохся. Мидорима согласно кивнул, всё ещё не в состоянии отдышаться. И всё же, смотря на эту ситуацию, ему повезло, что его партнёр одного с ним возраста. Он посмотрел на Аомине, возможно, тот думает о том же. Омега, не достигшая половой зрелости и поэтому неспособная реагировать на близость своего истинного партнёра, и альфа в пубертатном периоде, желающий покрыть свою пару, во что бы то ни стало. Это поистине испытание для Ацуши, всегда получающего то, что он хочет. — Я вам обоим очень благодарен, — отвлёк их голос старшего брата Мурасакибары. — Может, желаете перекусить? — Я так выдохся, что не откажусь, — усмехнулся Аомине. — А Мурасакибара разве не будет?.. — Не стоит беспокоиться, я вколол ему успокоительное, — ответил тот на вопрос Шинтаро. — Он будет спать, как младенец. Мидорима лишь кивнул и прошёл за мужчиной. Мурасакибара рассказывал, что его старший брат главный доктор местной больницы, поэтому ему ни в коем случае не стоит болеть, чтобы не оказаться под опекой старшего брата. В чём была причина этого страха, Мидорима не совсем понимал, но смотря на гиперопеку по отношению к ним, то всё становилось на места. — Это, конечно, хорошо, — с набитым ртом начал Аомине. — Но что Вы будете делать в сложившейся ситуации? Этот мальчишка не старше второго класса. С какой стороны не посмотри, это… Он не мог найти слов, чтобы описать всё то, что он думает об этом. Извращение? Педофилия? Альфа не сможет успокоиться, пока не покроет своего партнёра. Им нельзя больше видеться. В противном случае Мурасакибара совершит ужасный поступок. Аомине понимает, о чём говорит. Это желание сильнее собственной воли, эта связь превосходит всё. Дайки действительно счастливчик, обнаружив свою истинную связь в возрасте семи лет, и он взрослел вместе со своей парой. И сейчас, когда они оба готовы, они лишь укрепили её. Но эта ситуация слишком сложная. Как альфа сможет сдержаться, когда он встретил своего истинного партнёра? — Нам придётся запретить им видеться, — повторяя мысли Дайки, произнёс старший брат Ацуши. — Мы не можем позволить, чтобы Ацуши… — Нет! Все трое развернулись в сторону открывшейся двери, на пороге стоял Мурасакибара. Его всего трясло, и он едва мог стоять на ногах. Но даже сейчас ощущалась сила альфы, идущая от него волнами. Аомине и Мидорима напряглись, готовясь к новой атаке. — Я читал, мой случай не единственный, — невпопад произнёс Ацуши, глядя на брата. — Есть же таблетки и инъекции, позволяющие контролировать гон. Я хочу быть рядом с ним, я в этом нуждаюсь. Прошу, нии-сан, не разлучайте меня с моим омегой. — Глупый младший брат, — отозвался тот, складывая руки на груди. Воздух едва сотрясался от волн. Неужто все в семье Мурасакибары такие сильные альфы? Аомине без повода напрягся, это был чистый инстинкт: два сильных альфы, равные ему по силе. Он готов был к атаке. Оба Мурасакибары прожгли его взглядом, словно предупреждая: «Не лезь, только шкуру обдерёшь!». Дайки встряхнул головой, пытаясь вернуть себе контроль, что было чертовски тяжело, когда рядом находятся раздражители. И как может Мидорима спокойно сидеть и пить чай в такой ситуации?! — Ты же должен понимать, что эти медикаменты имеют побочное действие, — произнёс старший брат. — Тошнота, рвота, перемены настроения — это лишь часть из них. А передозировка грозит… — И что?! Мне на это плевать, он мой! И если надо это стерпеть, чтобы быть рядом, я стерплю. — И не будешь ныть и жаловаться? — Я что, ребёнок?! — крикнул тот, надувшись. Его брат улыбнулся, покачав головой. Конечно, будет. Это же Ацуши, его любимый глупый брат.