Робкое касание +52

Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Katekyo Hitman Reborn!

Пэйринг и персонажи:
Бельфегор/Тсуна, Тсунаёши Савада, Бельфегор
Рейтинг:
G
Жанры:
Романтика, AU
Предупреждения:
Смена пола (gender switch)
Размер:
Мини, 3 страницы, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Волосы в ее руках ирреально мягкие, они струятся меж пальцами приятной волной, отливают на солнце расплавленным золотом.

Посвящение:
Соре-семпай, людям, которые в меня верят, и любимым героям)

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
До чего может довести сессия)
25 июня 2017, 22:30
      Тогда и сейчас – она разная.
      Бельфегор наблюдает за ней издалека, вглядывается до боли, подмечая малейшие несоответствия. Она не должна заметить, слишком мала подобная вероятность, но девушка поднимает взгляд точно на него, будто с самого начала зная о его присутствии.
      Изменилась. Смотрит неуловимо насмешливо, держится спокойно и уверенно, и по кромке радужки блуждают янтарные отблески.
      Принц убеждает себя, что ему просто кажется, так падает свет, но он не уверен и, сквозь все сильнее охватывающую растерянность, чувствует, как физически неуютно становится от столь разительной перемены. Она слишком другая и от понимания этого он торопится уйти.

      Солнечному Аркобалено словно недостаточно их унизительного проигрыша, и он стремится втоптать в грязь остатки их гордости. Знакомьтесь с мелюзгой, занимайтесь налаживанием внутрисемейных отношений, раз такие неудачники.
      Жребий тянут все и каждый из них равно недоволен своим выбором, но Принцу становится откровенно паршиво, когда он вытаскивает имя Хранительницы Неба. Неудачник в квадрате кривится он про себя.

      Что все это абсолютно дурная затея, становится понятно практически сразу. Тсуна старается совладать с волнением, страхом, паникой и еще чертовой дюжиной эмоций, но усилия тщетны и ее всю немилосердно трясет.Они идут по малолюдной улице, девушка с болезненной остротой чувствует необходимость что-то сказать, но мысли в голове, как назло, разлетаются, слова теряются, спутываются окончательно, и не находя ни малейшего отклика голос ее затихает.

      Боги, как же это отвратительно! Девчонка дрожит и раздражает этим все сильнее. Бельфегор идет за ней по городу, отстраненно спрашивает себя, когда эта дурочка замолчит, поймет, что все бесполезно и прекратит впустую пытаться, барахтаться, надеяться и сражаться. Ты никто, никакая, лучше бы тебя вообще не было, замолчи же ты наконец. И будто читая его мысли небесная девчонка на самом деле растерянно смолкает, съеживается вся и словно пропадает на его фоне, хотя куда ей такой блеклой уже невзрачнее.

      Заходят в какое-то кафе, заказывают что-то и по-прежнему молчат. Тишина действует на Тсуну угнетающе, кажется реальность рушиться, рассыпается на множество острых лезвий-осколков и словно слышится, как жизнь ее короткая разлетается точь-в-точь также, печально вторя тихому перезвону. Она сидит обреченно, греет руки о чашку с горячим чаем и пытается слушать неясный шепот интуиции на грани сознания. Что-то тревожит, заставляет испуганно колотиться сердце, что-то совсем скоро случится, отпущенное время утекает сквозь пальцы призрачным песком. С этим ничего нельзя поделать, и девушка покорно ждет неотвратимое.
      Бельфегор чувствует, как на смену раздражению, неслышно подкрадываясь, приходит очередной приступ. Его до чертиков забавляет вся эта тошнотворно-абсурдная ситуация: глупая девчонка, испуганно дрожащая напротив, он сам, по чьей-то прихоти сидящий здесь и не способный бороться с собственным безумием, – и принц начинает смеяться, не делая ни попытки к сопротивлению.
      Нужно что-то делать.
      С собой, с ним, с этим страшным смехом и проклятой дрожью во всем теле. Нужно сделать хоть что-нибудь, но, Господи, как же страшно, кто-нибудь отзовитесь, пожалуйста, я вас умоляю помогите мне. Но рядом никого нет, потому Тсунаеши тянется вперед в отчаянной надежде и чуть ли не плачет от внутренней беспомощности.
      Волосы в ее руках ирреально мягкие, они струятся меж пальцами приятной волной, отливают на солнце расплавленным золотом. К ним хочется прикасаться снова и снова, чудится в этом что-то завораживающее, чарующе-важное и нужное, словно самые светлые воспоминания детства. Тсуна наполняется тихой радостью, чувствуя, как постепенно успокаивается под ее прикосновениями Варийский ураган.
      Смех резко обрывается в тот самый миг, когда он ощущает робкое касание чужих рук. Взгляд мимо воли ошарашенный и плевать, что девчонка этого не видит. Но все же для осмысленных действий потрясение слишком велико, принц замирает без малейшего движения прочь. Вонгольская принцесса продолжает невесомо нежно перебирать пряди его волос и это так необъяснимо приятно, что у Бельфегора перехватывает дыхание. Он осторожно притягивает девушку ближе, чуть обнимает ее, ловит маленькую руку, прижимая к себе теснее. Остановись, время! ему хорошо, отчего-то хочется крепче обнять эту солнечно-теплую дурочку, пусть только она не прекращает эту нестерпимую ласку.
      За кругом секундных стрелок Тсунаеши постепенно забывает щекочущий ужас и свою неуверенность. Все вокруг для нее замирает, смазывается в расплывчатое пятно, остается только сидящий впереди человек, который совершенно незаметно превращается в центр Вселенной. Ей не страшно, когда парень вдруг притягивает ее ближе и как-то неуверенно-осторожно обнимает ее. Тсуне светло и радостно, от охватившего душу счастья хочется обнимать весь мир, но девушка лишь солнечно улыбается, кладя голову на плечо принца и продолжая перебирать пшеничные пряди.

      Мир стремительно тускнеет, когда надоедливый мальчишка-ураган что-то возмущенно восклицая уводит прочь Вонгольскую принцессу. Бельфегор ловит ее прощальный взгляд, внутри становится пусто, словно принц в одночасье лишился смысла жизни. Потерянный, оставшийся сидеть в кафе, он досадливо морщится от внезапно нахлынувшего одиночества.
      На следующий день Вария покидает сонный городок. Сидя в самолете, бездумно наблюдая за проплывающими мимо облаками, Бельфегор надеется, что охватившая душу тоска растворится в знойном воздухе яркой Италии.

      Не растворяется.Подступается с каждым днем все ближе, сжимает в своих гибельных объятиях так, что не вырваться, хватает за горло, не давая вдохнуть, топит в мрачном унынии: старайся не старайся– не выплывешь. От этого хочется выть, а он словно голос утратил, и нет спасения, не ищи. Девчонка приходит всякий раз неслышно, без предупреждения, без стука, принц гонит ее всегда, но она не уходит, прорастает внутрь, становится наваждением. Мыслей о ней много, много слишком и совсем чересчур, но как прекратить это все Бельфегор не знает.
      Он задыхается без нее.
      Это совсем не логично, убеждает себя; они виделись всего несколько раз, разговаривали и того меньше. Так почему его так ломает?!.Он молится исступленно, Господи, пусть это будет банальное помешательство. И что с того, что он и так сумасшедший? Пожалуйста, пусть.
      Молитвы тщетны, он неслышен Господу, надежда корчится в агонии, пора бы уже смириться.
      Ему приходится признаться хотя бы самому себе, время отвратный доктор, ни черта не лечит, он болен, он любит. Совершенно неизлечимо.

      Она приезжает в Италию, известие бьет под дых, ни вдохнуть, ни выдохнуть.

      Она-в-памяти и Она-в реальности никак не воссоединятся, Бельфегору кажется, что он рассыпается на осколки, но она смотрит прямо на него и в глазах ее мягко сияет понимание.
      Вся– сводящий с ума диссонанс.
      Слишком другая и все же та. Она просто слишком.
      Бельфегор продолжает задыхаться.

      Он ломается, не выдержав ее отсутствия-присутствия.
      Приходит к ней в кабинет в один из вечеров, не говорит ни слова, просто садится напротив, не сводя с нее больного взгляда. Она этого не видит, но, наверняка, чувствует.
      У Десятой усталый вид, растрепанная под конец дня прическа, слегка виноватая на губах улыбка. Бельфегора это не обманывает. Взгляд у нее пронизывающий и смотрит насквозь. С непривычки это пугает, но столь же безмерно завораживает.

      Тсунаеши устало качает головой, чуть слышно вздыхает, и решительно поднимается из-за стола, не собираясь более медлить. Нужно уже что-то делать, нельзя больше мучиться от неопределенности, от висящей в воздухе недосказанности. Она преисполнена решимости выяснить все причины и следствия, слишком тягостно жить одним воспоминанием, но шаг ее невольно замедляется, когда Тсуна понимает, что ею сейчас любуются. Снова просыпается та неуверенная в себе девочка, но нужно идти вперед, и она идет, пусть и чувствует прежнюю дрожь.
      Она садится рядом и как несколько лет назад, в ту единственно-важную встречу робко касается волос Беля. Принц замирает послушно, лишь улыбка его с каждым мгновением делается все ярче и счастливее. Чувствуя, как от эмоций начинает кружится голова, Бельфегор притягивает уставшую девушку и обнимает ее. Крепко, не вырваться.
      Они сидят без лишних слов долго, Тсуна ласково гладит парня по взъерошенным волосам и чуть улыбается его недогадливости.
      Она целует его первой…
      Принц, в общем-то, и не против.