С днем рождения, Рин-нян! +11

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Ориджиналы

Рейтинг:
R
Жанры:
Романтика, Повседневность
Размер:
Миди, 36 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
День рождения Ринохары - Юмико - был днем разочарования его матери, поэтому ни в детстве, ни после он не отмечал его. Только последние три года Ринохара начал осознавать, что вокруг него есть множество людей, которые хотят отпраздновать вместе с ним.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Небольшой сиквел к "Я готов есть твой мисо до конца жизни" (http://ficbook.net/readfic/3273071)
1 июля 2017, 11:45
Ринохара закончил убирать листья с дорожки и довольно оглядел чистенький и причесанный садик. Теперь сюда можно было вынести столик и стулья, устроить чаепитие и любование луной. Ринохара поднял глаза к ярко-голубому небу, на котором висел тоненький серпик луны.
- Рин-нян! - крикнул с террасы Кэнси и, стоило Ринохаре повернуться, щелкнул затвором. - Поймал!
- Что ты делаешь? - слегка возмутился Ринохара, пытаясь пригладить растрепавшуюся под косыночкой челку.
- Я нашел камеру! - радостно поделился Кэнси. - Не волнуйся, тут еще пленки нет. Или есть, но старая, я не думаю, что выйдут фотографии. Я в магазин!
- Чумовой, - тихо пробормотал Ринохара, убрав метлу.
Он вернулся на кухню, где была оставлена Кацуми следить за побулькивающим рагу. У Ринохары все внутри сжималось от радости, что девочки так хорошо росли. Казалось, все их злосчастия, наконец, позади. Кацуо уже стало гораздо легче ходить, даже по лестницам.
- Умница, - Ринохара поправил узел на фартучке Кацуми, которая стояла на небольшой табуреточке, чтобы видеть кастрюлю.
- Я еще салат порезала, - с тихой гордостью сказала девочка и показала несколько мисочек, полных тонко настроганной капусты, моркови и кукурузы. - Вот.
- Спасибо, - искренне прошептал Ринохара и поцеловал дочку в макушку. - Теперь можешь пойти поиграть до обеда.
- Можно, я еще помогу? Что-нибудь?
- Ох, ну конечно! - Ринохара достал с полки свой любимый чайник и коробку с чаем. - Мы сегодня приготовим таяки, хочешь? Папа купил прекрасную форму.
- Да! Нас в школе научили делать крем, - глаза девочки загорелись.
- Хорошо, - легко рассмеялся Ринохара.
Тем временем у Кацуко закончилась тренировка, и она влетела на кухню бешеным разгоряченным ураганом и принялась глотать воду из кувшина на столе.
- Кацуко! Я же просил, бери стакан!..
- Ага! - отозвалась девочка, продолжив пить и проливать на себя воду.
- Кацуо!..
- Что? - Кацуо прислонился плечом к двери и взглянул на Ринохару.
- Ну… скажи ей…
- Да ладно тебе. Будет у нее такая большая кружка.
- Я победила Ханатаро! - Кацуко поставила кувшин на стол и подпрыгнула к Ринохаре. - Он еще такой: «Ха, девчонки ничего не могут!», - а я ему «Кийя!» Он заплакал, как сопля!
- Ох, - отозвался Ринохара, пригладив челку на горячей голове Кацуко. - Беги в душ… Но остынь сначала немного.
- Ну ты слышишь, паппи?! Я вздрючила пацана! До слез!
- Кацуко!..
- Ну… победи-ила!
- Молодец, - Ринохара улыбнулся, заварив чай.
Девочка с радостными криками унеслась делиться своей победой с Ханако. Ринохара чуть покачал головой: Кацуко с каждым днем становилась все пацанистее. Как девочки получились настолько разными?..
- И ведь никто не скажет, будто я ее выделяю, потому что она моя дочь. Она серьезно может каждого из них вздрючить.
- Кацуо! - строго отозвался Ринохара.
- Победи-ить.
Ринохара тихо фыркнул, обняв мужа за шею и легонько поцеловав в губы.
Когда Ринохара и Кацуми уже совсем закончили с приготовлением обеда и даже испекли много таяки, на кухню ворвался радостный Кэнси.
- Я нашел магазин, где продается пленка! И много всего купил! И еще отдал в проявку старую пленку, вдруг на ней что интересное!
- Что это было? - задумчиво спросил Кацуо, когда Кэнси убежал к себе.
- Кэнси нашел старый фотоаппарат, - Ринохара поставил тарелочки с салатом на стол.
- Кошмар, теперь покоя будет еще меньше.
Ринохара улыбнулся, набросив на плечи хаори. Он гордился своим домом. Их домом. Ханако занималась магазином, ее нежный и любящий Рёта занимался малышом, даже Кэнси принимал участие в воспитании юного поколения.
- Я подумал, может быть, нам устроить что-то на твой день рождения? - Кацуо повертел палочки в пальцах, глядя на Ринохару.
- Что? Ох, не надо.
- Круглая дата.
- Тем более не надо, - проворчал Ринохара, сев и налив Кацуо мисо.
- Но я позволю же на свой юбилей тоже устроить что-то, - хмыкнул Кацуо.
- Это нечестно, это будет только через год, а мне будет…
- Не парься о возрасте.
- Я не парюсь, - с достоинством ответил Ринохара. - Я просто не хочу думать о цифрах.
- Значит, решено, мы устроим тебе большой праздник. Позовем всех Такэд, Асами с его недоразумением, француза с женой… Кто там еще у нас?
- Мы можем устроить праздник большой тебе, а на мой день рождения обойтись скучным чаепитием с тортиком?
- Не-а. На мой день рождения мы поедем в Токио, на презентацию моей книги.
- Ох, ну ладно, - пробормотал было Ринохара и встрепенулся. - Постой, что?.. На презентацию?.. Ох… Кацуо!..
Кацуо тихо хмыкнул, обняв повисшего на его шее супруга.
- Я так рад! Почему ты молчал? Когда ты узнал?!
- Ну, мы с Фудзитой давно обсуждали это. Не хотел раньше времени начинать праздновать. Но теперь все точно, мне пришлют скоро авторские экземпляры.
- Поверить не могу, что ты мне не сказал!
- Зато сколько радости у тебя сейчас.
- Опять устраиваете свои обнимашки на кухне, запирались бы что ли, - Ханако прошла на кухню, стряхивая нитки со своего объемного бюста.
- Почему ты опять ходишь по дому в одном нижнем белье? - проворчал Кацуо.
- А кого мне стесняться? Вас, голубков? Рёта и так в курсе, что у меня где. Девчонкам полезно видеть перспективы роста. И мелкий тоже слабо заинтересован.
- Вывернулась.
- Короче. Я собираюсь часть крыла на первом этаже превратить в галерею. Застеклить ее и разбить сад снаружи. Чтобы дети играли, - Ханако села за стол. - Кстати, я беременна.
- Опять? Ты издеваешься? Мы от прошлого раза еще не отошли.
- Ничего не знаю, все вопросы к Рёте.
- Серьезно?
- Хорошая идея, Ханако-сан, - задумчиво произнес Ринохара, налив чай. - Большая светлая комната… Но ее надо будет утеплить, чтобы дети не простужались.
- Сколько детей еще ты планируешь? Нам стоит начать строить третий этаж?
- Не жадничай, в доме еще полно места. Я не знаю, приведет ли кого мелкий и будет ли он размножаться, но нам точно хватит на пару поколений. И, подумай, однажды твои девчонки приведут своих мужиков сюда, - фыркнула Ханако.
- Что? Нет, они не… - на лице Кацуо возникло какое-то странное выражение.
- Принцесса точно, а вот пиратка не знаю.
- До этого еще долго. Не меньше десяти лет.
- Время бежит быстрее, чем ты думаешь. Не успеешь оглянуться, как будешь сидеть на свадьбе одной из них.
- Но пока… - Ринохара положил руку поверх руки Кацуо, успокаивая. - Пока не будем об этом думать. Девочки еще совсем маленькие, никаких мальчиков они пока не приведут.
- Одни хорошие новости сегодня, не правда ли? - хмыкнула Ханако.
Ринохара немного отрешенно кивнул. Подумать только, девочки уже пошли в третий класс, уже скоро они его закончат. А там средняя школа. Старшая школа, Университет. Ох, боже. Время летит так незаметно!..
***
Аккуратно сложив хаори, Ринохара положил его в чемодан и огляделся. Все было готово к поездке, и до сих пор не верилось, что они едут. И не верилось, что Кацуо согласился показаться на публике, он все еще немного стеснялся.
- Это выпендрежно, да? - Кацуо поднял голову от своей глазной повязки, которую вертел в руках. - Явиться в кимоно при полном параде.
- Почему? Ты всегда так ходишь.
- Да, - со скрипом ответил Кацуо.
- Ты бы чувствовал себя неловко в костюме, - Ринохара закрыл чемодан и помог Кацуо надеть повязку. - Ты не привык их носить. А к кимоно ты привык. К тому же, мы оба будем в кимоно.
- Семейка выпендрежников, - буркнул Кацуо.
- Нет, - Ринохара мягко хлопнул мужа по затылку. - И прекрати так нас называть.
Кэнси стукнул пару раз в дверь и заглянул, потрясая фотоаппаратом.
- Хэй, можно я вас сфотографирую? Можно?
- Ты нас затерроризировал со своим новым хобби уже, мелкий.
- Вам жалко? - фыркнул Кэнси, присев. - Так, Рин-нян, встань сзади и положи руку ему на плечо. Вы будете прямо парочка.
- «Парочка»? Мы что, притворяемся?
- Ты понял, о чем я, - фыркнул юноша и защелкал затвором.
Ринохара чуть улыбнулся, приподняв уголки губ. Хотя бы Кэнси действительно увлекся, а у них теперь будут фотографии. Скорее всего множество смазанных и непонятных фото, потому что Кэнси все время куда-то несся и спешил.
- Спасибо! Продолжайте, что вы там делали, - заявил Кэнси и убежал. Судя по возгласам, он начал приставать к Ханако.
- Итак… м-м… На чем мы остановились? - задумчиво сказал Кацуо.
- Ты не хочешь послать пару копий своим друзьям? - Ринохара сел рядом с картонной коробкой, в которой были уложены стопками новые книжки. Прикосновение к ним все еще вызывало восторг в нем. Восторг и гордость.
- Каким друзьям?
- Асами, например? Он наверняка будет рад почитать.
- Нет, - смутившись, Кацуо отвернулся и начал возиться со шнурком от пояса.
- Он все равно прочтет, - мягко напомнил Ринохара. - А книга с автографом это хороший подарок.
- Вот это точно выпендреж.
- Что ты вдруг так стал беспокоиться о выпендривании? Ты, кто ходит в кимоно и хакама, завязывает волосы в высокий хвост и носит глазную повязку с вышивкой.
- Эй.
- Что? - невинно отозвался Ринохара.
- Не знаю, просто это… Это другое дело, знаешь. Как будто я претендую быть писателем.
- Ты и есть. У тебя есть поклонники, они пишут тебе. Тебя уже публиковали в нескольких журналах, а часть глав перевели на английский и поместили в дайджест для иностранцев.
- Это меня смущает сильнее всего.
- Не волнуйся о том, что тебя не видят писателем, - Ринохара обнял мужа со спины и прижался щекой к его плечу. - Тебе не надо больше притворяться никем, будь самим собой.
- Хм.
- Уж поверь, я знаю, о чем говорю.
- Хм. Да. А еще мы поедем в первом классе в синкансэне. Фудзита вчера прислал билеты. Он тоже прошлый век, знаешь. Любит присылать машины, билеты. Телеграммы.
- Ох. Но мы едем только вдвоем сейчас?
- Еще Итиро едет. Пока все. А, ну и Фудзита.
- О, я думаю, Такэда-сама тоже будет рад получить твою книгу!
- Что? Старик? Ну… Нет, не надо ему посылать.
- Ты никому не собираешься их дарить?
- Как ты догадался?
- Кацуо!..
- Что? Серьезно, я не хочу… Я не хочу навязываться. Пусть сами попросят.
- Ах, вот о чем тебе мечтается.
- Ты прекрасно понимаешь, о чем я.
Ринохара кивнул, прикрыв глаза. Как же изменилась их жизнь. Оглядываясь назад, он поверить не мог, что всего несколько лет назад он жил в полном одиночестве в своей маленькой квартире. И все, о чем он мечтал, так и оставалось мечтами.
А теперь… Подумать только, у него большая шумная семья, друзья этой семьи. И вся эта компания соберется на его тридцатый день рождения в полном составе.
- Я думаю, нам пора на станцию.
- Конечно. Такси.
- Такси?
- Я трачу гонорар, как пожелаю, детка.
- Мы могли бы, просто могли, купить машину. У нас точно есть место, где парковаться.
- Ты водить умеешь?
- Нет, но я могу научиться, - Ринохара застегнул молнию на чемодане и набросил на плечи теплое хаори. - Возить девочек. Тебя. Ханако…
- Я бы не хотел, чтобы мой прелестный супруг превращался в шофера.
- Твой прелестный супруг хочет сэкономить нам много поездок на такси.
- Ну, ты не можешь прямо сейчас научиться водить, так что нам все равно сейчас придется ехать. И не беспокойся, это тоже от Фудзиты. Он очень щедрый малый.
- Щедрый, да, - Ринохара поднялся. - Он очень много делает для тебя, очень.
- Ты что, ревнуешь?
- Нет, - ревниво отозвался Ринохара.
- Почему? - простодушно спросил Кацуо.
- М? Я не ревную. Не «почему».
- Тогда ладно. В любом случае, первый класс, такси там тоже, отель, банкет. Короче, шик.
Ринохара чуть покусал губу, косясь на Кацуо. Вот же дурак он… Если не сказано вслух, то ничего вроде как и нет?
Он совсем немного ревновал, это было несерьезно. Просто он хотел бы быть тем, кто подарит мечту Кацуо, а не какие-то другие люди. Сначала Асами со своей идеей, чтобы Кацуо закончил-таки школу и получил сертификат, но он подарил Ринохаре право подать ее. Великодушно.
Теперь этот Фудзита. Разве он не делает слишком много для начинающего писателя? Да, он надеется на популярность, но все же. Он…
Он ухаживает.
С размахом.
Ринохара поправил ворот кимоно Кацуо и повел мужа к ожидающему их такси. Или он себя накручивает? Он прекрасно умел это делать, и сейчас у них, наконец, период покоя. Но нет, ему нужно было начать ревновать к издателю.
***
Но номер и правда оказался шикарным. Ринохара почувствовал себя не в своей тарелке, переступив порог. На него сразу глянуло множество его отражений из застекленных шкафов и дверей.
- Ох… боже.
- Выпендреж, - Кацуо тихо вздохнул и зашторил окна, устало моргая.
- И правда щедрый, - Ринохара оставил чемодан и прошел по комнате. Гостиничный номер с двумя комнатами, большой ванной и целой гардеробной.
- Какого хрена тут столько кресел и диванов? Тут что, табор должен собраться?
- Прошу тебя, Кацуо, - Ринохара прошел в спальню, открыв двойную дверь. - Не будь дикарем.
Они все живут на одном этаже, конечно. И скорее Фудзита подтянул их на свой уровень и уровень Итиро, но все же… Ах, проклятье.
- Как насчет того, чтобы переодеться и пойти пожрать, м?
- Я думаю, Итиро и Фудзита-сан будут ждать нас внизу. Там ресторан.
- Нет, - Кацуо стянул с себя кимоно, вздохнув. - Просто пойдем в лавку, съедим удона.
- Я согласен, - со вздохом ответил Ринохара. - Да, я упаковал джинсы и рубашки.
- Ты молодец. Давай, пройдемся по Токио. Прошвырнемся по Синдзюку.
- Я не особенно в настроении швыряться, Кацуо. И тебе стоит отдохнуть перед завтрашним днем.
- Ладно, мы прошвырнемся по Синдзюку до лавки, которая нам понравится. Две порции удона с говядиной, и ты перестанешь быть таким ворчуном. Ладно?
- Я ворчун?
- Немного, - фыркнул Кацуо, сменив повязку на медицинскую.
- Честно говоря, давно не был тут… - Ринохара тоже начал переодеваться. - В последний раз…
- Покупал какие-нибудь чулочки в свадебном салоне?
- Хм. Возможно. В последний раз мы приезжали сюда с Кёко, - Ринохара поправил волосы и взял щетку. - Хотели пройтись по всем районам, попробовать разной еды. Она нашла путеводитель, что-то вроде гастрономических прогулок.
- Она считала тебя практически своим парнем. Девушкой. Парнем?
- Парнем, - тихо усмехнулся Ринохара. - Она шутливо звала меня так иногда.
- Не так уж и шутливо, - Кацуо сел в кресло, чуть поморщившись. - И что же, вы нагулялись?
- Конечно. Пробовали разное. Еще она затащила меня в этот ужасный клуб, - Ринохара поморщился. - Потом в три утра мы пошли на станцию и ждали два часа первый поезд. Я чувствовал себя какой-то шалавой, которая возвращается с работы.
- Какие слова, Ринохара.
- Увы, - Ринохара чуть улыбнулся, глядя на мужа. - Такая правда. Кёко почти подцепила мужика, но он увлекся мной, и мы ушли. Она обижалась.
- Занимательный рассказ, - усмехнулся Кацуо.
- А ты провел каникулы с Асами в Токио. Не правда ли?
- О, не начинай.
- Я и не начинаю, - Ринохара сел рядом с Кацуо и обнял его за руку. - У вас тоже были веселые похождения?
- Он нашел меня рядом с помойкой. С трещиной в ключице и без гроша в кармане. Привел домой, обогрел, отмыл, откормил. Я из дома его выходил практически, - усмехнулся Кацуо. - Как птица с перебитым крылом. Наступила весна, я выздоровел и упорхнул.
- Как поэтично.
- О да. Находишь?
- Прямо как в одном из рассказов.
- М… кх.
- Частично биография, частично выдумка, м? Как «Исповедь маски»?
- Если только в этом сходство, - пробурчал Кацуо.
- Ты поэтому стесняешься, что Асами прочитает?
- Он в курсе. Может, читал даже. Но… знаешь… Да. Это старый рассказ.
Ринохара прикрыл глаза, прижимаясь к Кацуо. Тихо и спокойно. Но очень хочется поскорее завершить дела здесь и вернуться домой, где все родное и знакомое. И быть подальше от Фудзиты.
Через полчаса они все-таки отправились на поиски лавки с удоном. Улицы Синдзюку были многолюдны и шумны, Ринохара почувствовал вдруг, насколько же мал и спокоен их город. Их район.
Кацуо повел Ринохару мимо станции под железнодорожный мост, где спали бомжи в своих обустроенных гнездах, и вывел на еще более шумную улицу. Здесь было светло как днем от неоновых огней, а крики зазывал из каждого магазина и ресторана сливались в единую симфонию.
- Я видел несколько прекрасных ресторанчиков по пути, - заметил Ринохара, когда они застряли в узком месте в толпе. - Мы могли бы пообедать там.
- Конечно, - рассеянно отозвался Кацуо и потянул Ринохару за руку. - Но зачем нам какие-то незнакомые места.
- То есть, есть какое-то определенное место, куда ты хочешь меня привести?
- Как ты догадался? - хмыкнул Кацуо и свернул в менее людный переулок, где светились вывески массажных салонов.
Пара неприятных, на взгляд Ринохары, типов смерила их взглядом и вернулась к своей болтовне, не вручив листовки.
- Кацуо, если честно… Я же говорил, я не люблю такие места. Которые похожи на… квартал.
- Это не квартал, тут все нормально, - Кацуо вывел Ринохару снова на улицу. Здесь дорога раздваивалась. Асфальтовая вела прямо мимо неоновых вывесок магазинов, салонов и ресторанов, а деревянная уходила слегка вбок. Здесь виднелись красные столбики храмовых ворот. И совсем рядом прижимались боками друг к другу старые низкие постройки.
Кацуо провел Ринохару к одной из таких построек, на прикрытых сёдзи которой висела табличка «Открыто».
- Добро пожаловать! - отозвался единственный человек за стойкой, когда они зашли в маленькую лавку человек на восемь всего. - Ох. Кого я вижу!
- Куронэко, - чуть кивнул Кацуо.
- Прелесть, - хмыкнул хозяин лавки и указал на места за стойкой. - Садитесь.
- Ринохара, это Нэко, мой токийский приятель. Нэко, это Ринохара.
- Здорово, - хмыкнул Нэко и поставил две глубокие миски с черным котом на боку.
Ринохара растерянно огляделся, усевшись. «Куронэко»? «Черный кот»? На стенах лапшичной висели старые, выцветшие от времени рекламы пива, а так же листовки с пунктами меню.
- Я всегда, когда бываю в Токио, прихожу сюда, - Кацуо задумчиво открыл коробку с бамбуковыми палочками.
- В последний раз это было несколько лет назад. Ага.
- Я не говорю, что бываю тут часто.
- Тут очень мило, - вставил Ринохара, поерзав.
Нэко улыбнулся и поставил перед Ринохарой миску с удоном, в которую щедро добавил говядины и зеленого лука. В миске Кацуо кроме удона были только мясо и яйцо.
- Приятного.
- Спасибо.
Ринохара осторожно попробовал лапшу. Самодельный удон, немного пряная говядина, наваристый и в меру соленый бульон. Ох.
- Очень вкусно, - прошептал Ринохара, тая. Вот что нужно включать в гастрономические путеводители, а не кафе с излишне сладкими пирожными в виде медвежат!
- Ага, - хмыкнул Нэко. - Стараемся. Что, как дела вообще? Я вижу, ты хоть раз не один пришел?
- Да. Мы тут по делам на неделю. На этот раз я способен заплатить за еду, - хмыкнул Кацуо.
- Потрясно, - фыркнул Нэко. - Все мои дела сейчас пойдут в гору. Как насчет того, чтобы заплатить за еду, которую ты ел в долг?
- Какой ты мелочный.
- Что поделать. У меня теперь семья, она тоже кушать хочет. Да, кстати. Помнишь, Рэй?
- Ага. Семья теперь?
- Семья, - с гордостью заявил Нэко. - Говорит только, что фамилию мою не возьмет, потому что она дурацкая.
- Она дурацкая.
- Она прикольная! Редкая! Относительно. Я видел кучу кафе с таким названием. И службу доставки.
- Вот именно, - фыркнул Кацуо.
- Оно не теми иероглифами записывается, - вкрадчиво сообщил Нэко, наклонившись ближе к Ринохаре. - Там «побережье» и «озеро». Каждый раз объяснять приходится. Но уж как прицепилось, так прицепилось.
- Я сам себе имя выбрал, - почему-то сказал Ринохара. - Когда захотел.
- Хорошая идея… Хотя мне нравится. Мне на каждый праздник дарят черных кошек. Или просто кошек. Я люблю кошек. И Рэй тоже любит, конечно. Просто кошки наш дом захватили.
- Мы в школе познакомились. Было забавно каждый день, - добавил Кацуо, сложив палочки. - Спасибо за угощение.
- Да. Обожаю вспоминать школу, - иронично отозвался Нэко. - Приходилось каждый день в драку лезть, а я не очень хорош в драках. Но у меня было секретное оружие. Сэмпай.
- О, - коротко сказал Ринохара, посмотрев на Кацуо. - А ты говорил, что у тебя в школе друзей не было.
- Я такого не говорил. Я говорил, что не было много друзей. Это было, кстати, в средней школе.
- Да. Я после нее решил, что хочу быть как батя. Готовить лапшу и угощать всех. «Куронэко удон».
Нэко тихо фыркнул, добродушно улыбаясь. Ринохара не удержался от улыбки, глядя на этого мужчину. Он был немного похож на плюшевого медведя, весь круглый и мягкий, с улыбающимися добрейшими глазами. Наверное, только такой хороший человек мог бы приготовить такую искренне вкусную лапшу.
- Было очень вкусно. Спасибо за угощение.
- Спасибо, что зашли. Я был бы рад, если бы вы навестили еще разок. И не разок. С семьей познакомлю, город покажу, - рассмеялся Нэко. - Вообще, приезжай почаще, Кацу-сэмпай?
- Ринохаре не очень нравится Токио.
- Мне нравится пара мест здесь, - улыбнулся Ринохара. - С удовольствием придем еще. И вы приезжайте в гости?
- О-о… В замок?
- Да.
- Мечта моего детства, - фыркнул Нэко. - Замок Фукуд. Побывать там. Хотя бы глазком взглянуть. Чего только не болтали.
- Весело вам было, да? - хмыкнул Кацуо.
- Конечно! Завидовали страшно просто. Мечи, история, дедушка. О, дедушка… Мой был другом Фудуды-сама. Приятелем. Они вместе в маджонг играли и в го.
Кацуо чуть усмехнулся, налив себе воды. Ринохара выдохнул, постепенно расслабляясь. Как хорошо, у них есть такой знакомый в Токио и повод навещать его.
***
Ринохара сделал себе расслабляющую ванну, но она никак не помогала расслабиться. Вместо этого он сидел в пузырьках, мок и нервно листал журнал. Кацуо был на встрече с Фудзитой и еще какими-то людьми из издательства.
Может, он себя накрутил, но он не мог выбросить из головы все эти мысли. А Фудзита не был так уж привлекателен. И он был ниже ростом, чем Кацуо. Но во всем его облике сквозили власть и уверенность в себе.
Тихо вздохнув, Ринохара сполз в воду ниже. Зачем он только мучает сам себя и злится, почему эти все глупости вообще лезут к нему в голову?
Вернувшись в спальню после ванны, Ринохара завернулся в пушистый отельный халат и сел на кровать. Целый день он был предоставлен сам себе, но понятия не имел, что же делать. Дома бы он занялся уборкой или готовкой, но здесь все делали за него.
Ринохара неохотно поднялся и начал одеваться. Он мог бы просто погулять и заглянуть в пару магазинов. Свою тягу покупать красивые дизайнерские вещи Ринохара перенаправил на Кэнси, поэтому тому иногда доставались великолепные рубашки. Для себя Ринохара купить что-либо боялся. Да и куда бы он мог надеть ту кремовую блузочку? Он уже давно перестал носить женскую одежду, и весь его гардероб состоял из нескольких юкат.
Посмотрев на себя в зеркало, Ринохара недовольно поправил воротничок белой рубашки. Несколько юкат и пара джинс со строгими рубашками - это все.
Синдзюку был шумен и полон людей, несмотря на то, что это был разгар рабочего дня. Ринохара старался не вливаться в толпу и вообще избегать самых широких улиц. Зайдя в один из многоэтажных магазинов, он остановился, изучая схему. Пять этажей женской одежды, и все эти манящие имена брендов… Может быть, он просто поднимется и глянет одним глазком.
- Рин-тян! О боже, какие люди!
Ринохара вздрогнул и повернулся на голос. Перед ним стояла нагруженная пакетами Кёко, которую было практически не узнать. Или он отвык от нее за столько времени, но разве она носила такую яркую помаду и накладные ресницы?
- О, Кёко… И правда… Не ожидал увидеть тебя здесь.
- О боже, как же ты ужасно выглядишь!
- Спасибо, - кисло отозвался Ринохара. Что его понесло по магазинам, лучше бы он остался в номере и посмотрел какую-нибудь передачу по телевизору.
- Милый, - Кёко положила ладони ему на плечи, и ее пакеты больно ударили Ринохару со всех сторон. - Что с тобой случилось, пока мы не виделись?! Ты совсем перестал краситься?! У тебя сразу такое простое лицо! И ты так и не отрастил волосы снова?
- Я немного занят и уже собирался уходить.
- О, ну что ты! В честь нашей встречи мы обязательно должны сходить пообедать! О, - Кёко нажала кнопку вызова лифта. - Боже-боже, сколько времени прошло! Невероятно! Что ты тут делаешь?
- Мы приехали… по… по делам.
- Что, не отрываешься от своего Фукуды ни на минутку? Ну да, ну да, его одного не отпустить, мигом уведут.
Ринохара чуть нахмурился, раздражаясь. Он страшно отвык от Кёко, ее шума и энергии. Как он с ней дружил столько лет?
- А как дела у меня? А у меня все очень хорошо, - Кёко затащила Ринхару в лифт и гордо продемонстрировала кольцо на безымянном пальце. - Представляешь! Он бизнесмен, часто в разъездах, но и я тут не скучаю. Я обставляю нашу новую квартиру. О, ты бы видел!
- Очень рад за тебя, - прошелестел Ринохара. - Ты прелестно выглядишь, это Шанель?
- Конечно! Я же не могу выглядеть как чучело для мужа, а то что о нем будут думать люди.
Ринохара с разочарованием взглянул на себя в зеркальной двери лифта. Не надо было убирать волосы в хвостик, его это страшно простит.
- О, моя прелесть, что ты такой грустный? У меня идея, давай заглянем в спа?
- Вечно ты со своим спа, Кёко…
- Тебе понравится! Брось, - Кёко уверенно потащила слабо сопротивляющегося Ринохару за собой, стоило дверям лифта открыться. - Ты будешь прелестно выглядеть для своего мужика!
- О, я не… - начал было Ринохара, но сдался. В конце концов, ему и правда не мешало бы освежиться перед завтрашней презентацией. Супруг автора не должен выглядеть как чучело, что о нем будут думать люди. Об авторе.
Так Ринохара оказался в кресле салона, где над ним нависла улыбчивая девушка с яркими румянами на щеках. Она щебетала и звонко смеялась, а ее руки творили чудеса, массируя голову Ринохары, нанося кремы на его лицо, укладывая его волосы. Во времена, когда Ринохара еще был одинок и Кёко удавалось-таки затащить его в салон, он всегда оставался доволен результатом.
- Какой вы предпочтете макияж?
- Как можно естественнее, - тихо вздохнул Ринохара.
- «Естественнее»? Рин-тян, брось! Дай себе волю разок! И попробуй эти золотые тени, тебе так пойдет!
- Да, это правда, - подтвердила девушка-визажист. - Это подчеркнет сияние глаз.
- Хорошо, - тихо вздохнул Ринохара.
Когда он вернется в номер, он все равно все это сотрет. Можно и немного развлечься и почувствовать себя снова красивым.
За все то время, пока Кацуо был в больнице, Ринохара настолько махнул на себя рукой, что уже не мог и вспомнить, как было раньше. Конечно, на фоне пышущего молодостью и красотой онна-гата Ринохара мог выглядеть совсем плохо…
Когда лицо Ринохары наполнилось сиянием золотых блесток, а челочка была аккуратно вплетена в косичку, Кёко заявила, что теперь они пойдут искать Ринохаре одежду, от которой не хочется рыдать.
- Это отличные джинсы! И рубашка!
- Ох, брось, милый мой. Где твои ножки?
- Я не хочу показывать ножки, - тихо вздохнул Ринохара, перебирая одежду на вешалках. - Мне бы хотелось что-то более… Более… Вот! Смотри, какая очаровательная пышная юбка. И чудесный рисунок!
- Хм-м… Бохо-шик? - Кёко отобрала у Ринохары юбку и приложила к его поясу. - Да, может сработать на тебе теперь.
- Не делай вид, как будто мой вкус хуже чем у тебя, - с достоинством сказал Ринохара.
- О, ну наконец-то. А то все такая мямля был, как будто тебя снова твоя мамашка затерроризировала.
- Не говори так!
Кёко сняла с вешалки легкую блузу с длинными шнурками и внимательно уставилась на Ринохару.
- Рин-тян, я тебя тысячу лет знаю, и ты ни черта не изменился с тех пор, как мы впервые познакомились.
- Я изменился, - Ринохара продолжил набирать одежду, перебрасывая ее через локоть. - Я через многое прошел, и мы оба изменились с Кацуо.
- Не могу ничего за него говорить, я его не знаю и вообще почти забыла. А тебя я знаю как облупленного. И ты опять как в школе, весь какой-то пресный.
- Я не пресный! - чуть повысив голос, ответил Ринохара. Но внутри у него все вдруг сжалось от боли.
А если он и правда… Почему он до сих пор никак не может действительно найти свое место? Или ему только кажется? Дом, семья, супруг - разве не об этом он мечтал? Почему он никак…
Ринохара опустился на пуфик рядом с примерочной кабинкой, отложив одежду. Он ведь не просто приложение к Кацуо?..
- О, милый, что с тобой? - Кёко присела перед ним, отставив свои пакеты. - Что ты все грустнее и грустнее становишься? Этот горилла обижает тебя, да? Заставляет носить всю эту скуку и закалывать волосы дешевыми невидимками?
- Нет, - едва слышно прошептал Ринохара, дрогнув. - Просто… Просто я… Я не знаю. Я думал, будто я знаю, кто я теперь, а я снова не знаю… Кёко!
- Ох, боже, - Кёко протянула Ринохаре сложенный платочек. - Не плачь. Прости, вечно я тебе что-нибудь ляпну, а ты потом рыдаешь.
- Нет, ты права, - невнятно ответил Ринохара, прижав платочек к глазам. - Я просто пресный и неинтересный. И моего мужа может увести даже какой-то масляный колобок на ножках! Прыщавый!
- Неожиданный поворот, но ладно.
- Я не знаю, почему так, - обессиленно сказал Ринохара. - У меня ведь все есть. Все, о чем я мог и даже не мог мечтать. И я все делаю для них, я помогаю и люблю, но…
- Но ты совсем не изменился, - Кёко села рядом, взяв Ринохару за руку.
- Мне лучше вернуться в гостиницу… У меня совершенно нет никакого желания ходить по магазинам. А завтра у Кацуо презентация, я должен быть… хотя бы немного похож на человека.
- Примерь хотя бы то, что выбрал? М? А то я чувствую, будто зря потратила время.
- Ладно…
Ринохара поднялся, слабо улыбнувшись. Все же на его лице было золотое сияние, и он не чувствовал себя таким хорошеньким уже давно.
***
Ринохара поставил пакеты на диван, чувствуя легкие угрызения совести из-за того, что так разошелся. После того, как он примерил все, Кёко потащила его еще в один магазин, и там было так тепло и ослепительно… Вот куда ему теперь это все девать? Ждать, пока девочки вырастут, чтобы подарить?
- Я вернулся!
- Я в ванной.
- Как прошла встреча? - Ринохара заглянул в ванную, где Кацуо с задумчивым видом чистил щеточкой лезвие бритвы.
- М. Задолбался. Как у тебя?
- Случайно столкнулся с Кёко, мы прошлись по магазинам и зашли в кафе, - Ринохара присел на край ванны, глядя в зеркало на отражение супруга.
- Ага. Здорово тебе. Гуляешь с подружками, - усмехнулся Кацуо.
- Скажи… Как ты думаешь, я изменился? - тихо спросил Ринохара.
Кацуо поднял голову и задумчиво взглянул на отражение Ринохары.
- Это вопрос с подвохом?
- Что? Нет.
- М-м… новая прическа?
- Да, но я не об этом спрашивал.
- О боже, Ринохара, у меня всего один глаз.
- Я имел в виду, с тех пор, как мы встретились?
- М-м. Да, когда мы встретились, ты был стервозной лучницей и твой лук чуть не выбил мне глаз, - пробурчал Кацуо, убрав бритву.
- Я был стервозным? - Ринохара чуть приподнял брови.
- Ага. Смотрел на меня, как на мусор.
- Кацуо…
- Все люди меняются за столько лет, ты тоже изменился, конечно же. Что за вопросы?
- Кёко замужем, - отвлеченно сказал Ринохара, открыв кран и начав набирать воду в ванну.
- М-м, и ты расстроен, потому что тебя не пригласили на свадьбу, потому что ты так любишь свадьбы? - медленно спросил Кацуо.
- Нет, конечно. Просто многое поменялось. Она теперь тут, в Токио. А я там, все еще…
- «Там» ты живешь в замке.
- Да. Но я совсем не об этом.
Кацуо набросил на плечи полотенце, вопросительно глядя на Ринохару.
- Я не знаю, прости. Я ужасно устал от Кёко и от покупок.
- Много чего купил?
- Да, немного разошелся. Может быть, девочкам понравится. И Акико, если Кэнси еще встречается с ней.
- А что, для себя ты ничего не покупаешь?
- Кружевные блузочки и пышные юбки? - с бледной улыбкой отозвался Ринохара, вытаскивая шпильки из волос.
- Знаешь, в магазинах есть отделы мужской одежды.
- О, и откуда ты это знаешь, ты не ходишь ни в чем, кроме кимоно.
- Я читал, - с достоинством ответил Кацуо.
- В любом случае… - помолчав, продолжил Ринохара. - Не думаю, что ты был бы в восторге, начни я снова носить женскую одежду. Я ведь не могу, например, завтра взять и нарядиться.
- Да, ведь повода совершенно нет, - с усмешкой ответил Кацуо.
- Я перестал быть похож на девушку. Я буду похож на накрашенного мужчину в юбке. И сейчас, - Ринохара посмотрел в зеркало, коснувшись золотого века. - Это смешно.
- Надевай, что хочешь, - Кацуо пожал плечами и повесил полотенце обратно на крючок. - Будь очарователен и шикарен, а я рядом постою.
Ринохара слабо улыбнулся, взяв с полки средство для умывания. Неужели действительно прошло то время, когда Кацуо бесился из-за его, Ринохары, неопределенности? Честно говоря, очень редко, но ему все еще снились кошмары о том, как Кацуо его избил. Он не рассказывал, зная, что это Кацуо расстроит. Но просыпаться после таких снов было отвратительно и страшно: казалось, что он откроет глаза и окажется в своей старой квартире. Одинокий. Брошенный. Никому не нужный.
Как будто есть ворота, на которых написано «Счастье», и он стоит перед этими воротами, чувствуя сладкий волнующий его запах, но не заходит. Его ничто не держит, его там все ждут, но он стоит на пороге и не решается шагнуть вперед, как последний болван.
- Может быть, я действительно наряжусь. Мне дали много пробников в салоне, я уверен, что смогу что-то соорудить на себе.
- Прелестно. А потом мы пойдем есть удон к Нэко.
- Непременно, - Ринохара чуть наклонил голову, глядя на медленно поднимающуюся в ванне воду.
Через полчаса Ринохара вышел из ванной в халате и присел на кровать. Кацуо листал записи в тусклом свете прикроватной лампы.
- Волнуешься? - Ринохара чуть подкрутил выключатель, сделав свет ярче.
- Ну, я не против, чтобы это все скорее кончилось, - Кацуо отложил папку и потянул Ринохару за руку к себе. - И ты не будешь таким кислым.
- Я совсем не кислый, - тихонько фыркнул Ринохара и устроился в объятиях супруга. - Просто здесь мне совершенно нечем заняться. И я волнуюсь, что Кэнси разнесет дом, пока нас нет.
- Да он большой мальчик. А ты бы отдохнул уже от всех этих домашних дел.
- Я не устаю, - Ринохара прикрыл глаза.
Если он не будет заниматься домом, то будет ли он вообще нужен? Иногда Ринохару накрывало тяжелой тоской, как и в прошлом. Каждый в доме занимался своим делом, каждый был занят тем, что любил, а сам Ринохара только и делал, что мыл кухню и драил полы, шил кимоно и помогал девочкам. Но в глубине души он знал, что это не то, чем он хочет заниматься. Неужели он настолько пустой и скучный человек?
- Мы и правда можем нанять горничную и кухарку. И няню, если Ханако продолжит такими же темпами размножаться.
- А тебя все тянет нанять слуг, да?
- У тебя будет больше времени сидеть в саду и любоваться цветами, - хмыкнул Кацуо. - И устраивать чаепития и играть на кото.
- Да, конечно, - Ринохара тихо вздохнул, положил ладонь на грудь Кацуо. - Быть обычной скучной женой успешного человека.
- В далекой эпохе.
- Мы все еще живем одной ногой в далекой эпохе.
- Ну, из тебя Ямато-надэсико так просто не вытряхнешь, как бы ты не пытался.
- Ты так считаешь? - Ринохара выпрямился, сев.
- Разве нет? - Кацуо чуть приподнял брови. - Тебя всю жизнь так воспитывали.
- Я не хочу быть снова хорошей девочкой, знаешь ли. Она ужасно жила, ей ни в чем не везло.
- А кем ты хочешь быть? - Кацуо коснулся пальцами подбородка Ринохары.
- Если бы я знал. Мне казалось, что похороны Юмико дали бы мне свободу, но на самом деле они просто вырвали из меня огромный кусок. И я не знаю, чем можно заполнить эту пустоту, - тихо ответил Ринохара.
- Ты несчастлив? - помолчав, спросил Кацуо.
- Я счастлив.
- С пустотой внутри?
- Я просто не хочу быть пустым. Я смотрю на других: у них есть что-то собственное, что делает их самими собой. Характер? У меня совершенно нет характера?
- Характер у тебя точно есть.
- И какой же?
- Что?
- Ты писатель, если бы ты писал меня, то какой бы у меня был характер? Это был бы интересный персонаж?
- Я чувствую, что я на минном поле сейчас, - тихо запротестовал Кацуо.
- Ну?
- Ты сложный.
- Не выкручивайся, - Ринохара чуть прищурился.
- Ладно. Ты мне всегда нравился без своей маски «хорошей девочки». Например, когда я наблюдал за твоими занятиями по стрельбе. Ты был один, ты игнорировал меня, поэтому ты не считал нужным играть хоть что-нибудь. Красивый, уверенный в своей победе, сам как натянутая тетива. Это было прекрасное зрелище, ради которого можно было вставать в четыре утра и переться в школу.
- Почему… Почему ты мне никогда этого не говорил?
- Я думал, ты знаешь. Ради чего иначе я бы перся?
Ринохара наклонил голову, глядя на Кацуо. Стрельба… Это было так давно, невероятно давно, в прошлой жизни. Он приходил каждый день рано утром, переодевался в форму и выходил на стрельбище. Это и правда были чудесные времена, ему нравилось это ощущение: он сам выбрал стрельбу и был успешен в ней.
- Это было до того, как мы начали общаться даже.
- Да, а потом ты бросил стрелять.
- Тебе же не нравилось это…
- Что?
- Разве нет? Тебе не нравилось, что я стреляю, «бабская стрельба». Бабские шмотки. Бабское поведение.
- То есть, я виноват в том, что ты бросил? - хмыкнул Кацуо. - Нашел, кого слушать, вечно полупьяного идиота.
- Я точно завтра надену платье, - Ринохара лег, слегка взбив подушку.
- И будешь самым красивым там.
- Не подлизывайся, - тихо рассмеялся Ринохара, потянув Кацуо на себя и обняв его за шею.
***
Когда-то давно, казалось, что в далекой прошлой жизни, Ринохара приобрел небольшое зеркало с хорошими лампами в ванную комнату. Ему нравилось утром вставать перед зеркалом, включать свет и краситься. Запах косметики уносил его в мечты.
Ринохара вскрыл один из пробников и осторожно понюхал. Пахло точь-в-точь как в прошлом. Только он не стоял перед маленьким зеркалом в тесной ванной, а сидел в шикарной спальне перед трельяжем. И готовился не к скромному буднему дню преподавательницы каллиграфии, а к большой презентации.
Как странно. Ринохара вытащил из упаковки новую кисточку для теней и поднял голову, глядя в зеркало. Он может накраситься довольно естественно, чтобы не привлекать внимания, но и чтобы не позорить Кацуо своим видом.
Через пару часов Ринохара убрал из волос заколки и поправил аккуратно завитые локоны, которые придавали его образу небольшую игривость, но не слишком. Все-таки он замужняя дама.
Собравшись, Ринохара вышел из номера и сразу столкнулся с Итиро.
- О, а я как раз за тобой, - хмыкнул Итиро и окинул Ринохару таким знакомым и давно забытым взглядом. Ринохара вдруг почувствовал внутри тепло: ему нравилось нравиться, пусть даже он не собирался флиртовать.
- А я как раз готов, - Ринохара вежливо улыбнулся и повесил сумочку на плечо.
- Шикарно выглядишь.
- Спасибо.
Ринохара и Итиро замолчали. Так же молча они спустились на лифте на второй этаж, где и проводилась презентация. Ринохара с гордостью взглянул на распечатанную на плакате обложку книги.
Хаяси Кацуо.
Ринохара все еще не мог привыкнуть, что для своего псевдонима Кацуо взял его бывшую фамилию. Она была такой простой и распространенной, но для них двоих такой обмен значил весьма много.
Ринохара после свадьбы сменил фамилию официально. Конечно, их брак не был официален, их свадьба у Такэд была частью представления, а кольца в конце концов они купили во время одной из поездок в Киото в небольшой лавочке. Все было неофициальным, но значило много для обоих.
- Не упивайся шампанским, - бросил на прощание Итиро и растворился в толпе, оставив Ринохару одного возле столика, на котором была сооружена пирамида из бокалов.
Взяв один, Ринохара огляделся. Где же Кацуо, он же виновник торжества… Еще до того, как Ринохара начал собираться, Кацуо утащил с собой Фудзита на какую-то официальную часть.
Вот же…
Чтобы не начать снова злиться, Ринохара решил пройтись по залу и выпить немного. Вокруг были с иголочки одетые люди: мужчины в костюмах, дамы в шикарных платьях. Некоторые были одеты в кимоно, а Кацуо так волновало, что он будет один такой.
По правде, Ринохара немного выделялся на фоне вечерних платьев своим нарядом, но впервые за долгое время он чувствовал себя просто отлично. И шампанское помогало ему в этом.
Странно, что он вообще приехал. Вроде как он не очень нужен тут, не правда ли? А дома некому следить за порядком.
Ринохара остановился, найдя, наконец, Кацуо. Тот стоял в окружении почти одинаковых лысеющих мужчин, выделяясь на их фоне, как кипарис среди кустарников. Какой же он все-таки красивый с этой своей смуглой кожей, вечной ухмылочкой и озорными искорками в глазах. Ринохара чуть нахмурился: а что это у него за озорные искорки в глазах, когда он смотрит не на Ринохару? Вот… вот же… гад.
Поставив пустой бокал на поднос мимо проходящего официанта, Ринохара чуть поправил волосы. Он же не забыл, что он тут со своей законной женой, искорками он тут…
Толпа лысеющих мужиков во главе с Фудзитой рассмеялась над чем-то, и Фудзита с улыбкой поправил ворот кимоно Кацуо, не забыв скользнуть ладонью по груди. Ну все.
Ринохара решительно подошел к Кацуо, мягко улыбнувшись.
- О, Ринохара, - Кацуо чуть повернулся к супругу.
- Прекрасная презентация, Фудзита-сан, - ласково произнес Ринохара, обняв Кацуо за руку и прижавшись к нему.
- Для хорошего автора ничего не жалко, - ответил издатель. Его высокий голос с различимым осакским говором всегда ужасно раздражал Ринохару. Так же, как и его улыбка.
- Как чудесно вы относитесь к своим подопечным, - продолжил Ринохара вежливо, теснее обвиваясь вокруг Кацуо.
- Далеко не ко всем, - шутливо вставил один из серых костюмов рядом.
Вся толпа снова начала смеяться, как будто шутка была действительно хороша. Ринохара слегка прищурился, впившись в руку Кацуо ногтями.
- М-м, Ринохара… - пробормотал Кацуо немного болезненно.
- Мы как раз собирались выпить за успех, - Фудзита поднял свой бокал, и все повторили за ним.
- За успех!
Ринохара чуть наклонил голову, ревниво глядя на Фудзиту. Может, он и некрасивый, но он явно уверен в себе. И откуда только эта уверенность берется? Она почему-то делает его привлекательным.
- Прошу нас простить, - Кацуо приобнял Ринохару за талию и чуть поклонился.
Уйдя подальше от толпы, Кацуо прижал Ринохару к стене.
- Какого черта с тобой творится?!
- Никакого! - хрипловато ответил Ринохара и дернул Кацуо в какую-то подсобку, скрытую за шторкой.
Кацуо недовольно потер плечо, ударившись о стену, и посмотрел на Ринохару с мрачным укором. Но внутри у Ринохары шампанское и ревность уже создали кипящее зелье, поэтому остановиться он не мог.
- Ты позволяешь каким-то придуркам себя лапать?!
- Чего?
- Ты знаешь «чего»! - Ринохара дернул Кацуо на себя за ворот кимоно и впился поцелуем в губы, едва не кусая.
- Что ты делаешь? - пробормотал Кацуо, едва оторвавшись от поцелуя.
- Я хочу сделать тебя своим, слышишь? Только своим, - хрипло зашептал Ринохара, дернув хакама Кацуо за завязки.
- М-м, это… ты что-то очень уж… Эй.
- Сам развернешься или мне тебя развернуть?
- Ого, - Кацуо чуть наклонил голову. - Ты серьезно? Вот прямо сейчас ты серьезно?
- Ну? - Ринохара облизнул губы, чувствуя внутри пламя. О, как он хотел поставить Кацуо на колени, услышать его стоны… Да…
- Мы о таком не договаривались…
- Я сказал, что хочу сделать тебя своим. Ты хотел, чтобы я был мужиком, ну?!
- Ты… ты в юбке.
- Это не делает меня менее мужественным, - ухмыльнулся Ринохара, подняв юбку. - Хн, испугался?
- Это не… я не… Ринохара, - Кацуо коротко облизнул пересохшие губы. - Какого хера?
- Потому что я этого хочу. Здесь и сейчас. Не тяни время, разворачивайся и прогнись, покажи мне свою симпатичную задницу!
- Я протестую, - отозвался Кацуо, стягивая с плеч кимоно. - У тебя с собой даже смазки нет.
- Мы что-нибудь придумаем, - мурлыкнул Ринохара удовлетворенно.
***
Ринохара перевернулся на бок, стараясь найти прохладную сторону подушки горящей щекой. Голова словно разваливалась на куски, и было страшно даже открыть глаза.
Вместо подушки в щеку уперлось что-то жесткое, и Ринохара заставил себя приоткрыть глаз. В мутном тусклом оранжевом свете он увидел спящего Кацуо рядом с собой и убрал жесткий пояс кимоно из-под головы. Ох, где они?..
Медленно сев, Ринохара осторожно огляделся. Они были в подсобке, и через занавешенное оранжевой тканью окошко высоко под потолком пробивался свет. Кажется, вечеринка уже давно кончилась…
- Ох… Кацуо? Кацуо, просыпайся, - шепнул Ринохара, стараясь не слишком вертеть головой. Сколько же он выпил?..
- М-м, - хрипло отозвался Кацуо, закинув руку за голову. Все его лицо было перепачкано помадой Ринохары, как будто тот пытался его съесть. И… это что, засосы? Ох, боже…
- Думаю, нам надо вернуться в свой номер, милый, - Ринохара обернулся, сняв со штабеля стульев свои трусики. В целом он был совсем одет, это Кацуо лежал на ворохе одежды.
- Думаешь? - тихо хмыкнул Кацуо, приоткрыв глаз.
- Да, милый, это неприлично… Ох, мы ушли с твоей презентации…
- Пф, «неприлично»… Я думаю, Итиро все разрулил.
- Итиро?..
- Да, он заглянул. На огонек. Пока мы тут кувыркались, - Кацуо медленно выдохнул. - Неизгладимое впечатление.
- Ох… ох, боже… Кацуо!
- Я от тебя такого не ожидал, знаешь ли. Это ты из-за ревности так завелся? Или ты притворялся девочкой тихоней, ждал, пока я расслаблюсь?
- Что?..
- О, не говори еще, что ты даже не помнишь! - Кацуо сел, морщась. - А, черт… Блять.
- Что? - Ринохара слабо улыбнулся. - Что ты… о чем ты?..
- Так. Ты не помнишь? Ты… ты, блин!..
- Что? Извини, у меня так болит голова и… И в целом все, вроде, хорошо? Только засосов многовато.
- Да, многовато. Ты искусал меня всего, куда только смог дотянуться. И отшлепал. И вообще с цепи сорвался.
- Отш… Ох, Кацуо… Прости?
Кацуо тихо заворчал, кое-как завязав кимоно и с видимым трудом поднявшись. Ринохара расстроенно покусал губу, встав следом.
- Мне немного дурно…
- Я давно не видел тебя настолько пьяным.
Ринохара только неловко хмыкнул.
Они вдвоем осторожно выскользнули из подсобки в полутемный зал, где не осталось ни следа от торжества. Это что же, они пропустили даже уборку? Добравшись до своего номера, оба просто рухнули в кровать. Ринохаре хватило только сил, чтобы налить себе воды и запить таблетку.
- Мы проспимся и вернемся к этому, - пообещал Кацуо.
- Хорошо, - тихо отозвался Ринохара, устроившись под боком у супруга.
Сон все не шел, хотя таблетка помогла и немного прояснила разум. Ринохара вспомнил залитый светом зал, чувство ярости и жгучей ревности… Душную тесноту подсобки, пламя внутри, жаркие хриплые стоны Кацуо, чьи волосы он властно намотал на кулак…
Ох, боже, что он натворил?..
- К-Кацуо, ты спишь? - едва слышно шепнул Ринохара, а внутри все сжалось от страха.
- Угу, - немного невнятно отозвался мужчина.
- Я, кажется… Я вспомнил…
- Здорово, - Кацуо тихо вздохнул, не открывая глаз.
- Прости… Тебе больно?.. Я сделал тебе больно?..
- Мы преодолели это после первого раза.
- Первого..? Сколько мы раз?..
- М-м… Три или четыре. Потом ты вырубился, - Кацуо тихо усмехнулся. - Кто бы мог подумать, что в тебе дремлет…
- Боже, это ужасно, я так ужасно поступил с тобой…
- Хм, - Кацуо сгреб Ринохару в охапку и прижал к себе. - Теперь будешь переживать и есть себя за это? За нашу страстную ночь? Это что, месть за наш страстный раз в кладовке?
- Я… не думал об этом, - едва слышно усмехнулся Ринохара, приникнув к Кацуо как можно теснее. - И я не думал, что способен быть, ну, сверху?
- Тебе очень даже понравилось, судя по всему. Но если мы будем повторять, я бы предпочел тебя трезвого.
- Я н-не думаю, что способен такое повторить на трезвую голову, - пробормотал Ринохара.
- Это мы еще посмотрим. А сейчас спи, еще такая рань… Потом поможешь принять душ.
Ринохара прикрыл глаза, чуть успокоившись. Как будто спокойствие Кацуо передалось ему, не дав расстроиться слишком сильно. Но все же то, что произошло… Что нашло на него? Неужели все из-за ревности?
Разбудил Ринохару поставленный еще со вчерашнего дня будильник. Похмелье отозвалось все еще немного гудящей головой и страшной жаждой. Стараясь не разбудить не потревоженного трелью Кацуо, Ринохара шатаясь ушел в ванную, где в зеркале перед ним предстал всклокоченный ужас с размазанной по всему лицу косметикой. Красота неземная… Наскоро умывшись и переодевшись в халат, Ринохара вернулся за Кацуо. Бедный-бедный его искусанный и затраханный муж…
Особенно яркий засос наливался прямо на ключице у Кацуо, Ринохара присел рядом на кровати и осторожно коснулся его кончиком пальца.
Его охватило совсем новое чувство, которого он пока не мог понять. Это была не гордость и не радость, а какая-то неясная смесь. Когда он смотрел на спящего Кацуо, несущего на себе следы их ночной страсти, то он хотел снова… Снова повторить? На этот раз запомнить каждый стон, каждое движение. Ощутить под собой дрожь горячего тела, охваченного невероятным желанием, отдающегося ему.
Ох…
Ринохара поцеловал спящего Кацуо в губы, с трудом справившись с собой. Что же это такое…
***
Пора было паковать чемоданы. После презентации им уже нечего было делать в городе. Итиро был занят своими делами, Фудзита тоже отстал от Кацуо. У них был последний вечер вдвоем, а утром их ждал поезд и возвращение домой.
Ринохара сел на кровать, подобрав ноги и растерянно глядя на разложенную по всем поверхностям одежду. Он же приехал с красивым кимоно, джинсами и парой рубашек, как все обернулось этой горой?..
Кацуо вернулся из ванной, все еще немного прихрамывая, что приводило Ринохару в расстройство.
- Нам понадобится еще один чемодан, не правда ли? - хмыкнул Кацуо, закинув полотенце на плечи.
- Нет-нет, я смогу все упаковать. Кацуо? Как ты?
- М? Нормально. Не концентрируйся на этом.
- Я не… Я не могу просто так, - пробормотал Ринохара, обняв колени. - Мне стыдно, что я был в таком состоянии и сделал такое.
- Я в каком только состоянии с тобой это не делал.
- М-м, - Ринохара тихо вздохнул, глядя, как Кацуо переодевается. - Для меня это необычно. Это мой, ну, это… Это был мой первый раз. Такой. В смысле… Ты понимаешь?
- Ты впервые был сверху?
- Да, - смутился Ринохара. - Меня воспитывали хорошей девочкой, хорошие девочки не трахают своих мужей в подсобках.
- Многого ты не знаешь о хороших девочках, - усмехнулся Кацуо и сел рядом с Ринохарой.
- Я просто никогда не думал, что ты и я… Что ты позволишь мне. Быть.
- Это оставило неизгладимое впечатление, честно, - хмыкнул Кацуо, откинувшись назад на локти. - Ты еще и таким тоном приказывал, редко услышишь. Только когда ты злишься. Такой низкий и хрипловатый, сразу выдает в тебе мужика, несмотря на всю эту краску и платья.
- Тебе понравилось?
- Ну, я все еще тут, хм?
- Ты тут, потому что тебе некуда деваться, - тихо фыркнул Ринохара. - Твоя жена тебя поставила на четвереньки.
- После того, что между нами было, какая ты к черту жена? Признайся, ты все-таки мужик и тебе это нравится.
- Тогда ты признаешься, что тебе понравилась эта ночь?
- Ты так говоришь, как будто я глубоко отрицаю.
- Я думал, это заденет твое мужское достоинство, - помолчав, сказал Ринохара. - В смысле, это все-таки… не то, к чему ты привык.
- М-м… Скажем, ты своим достоинством задел кое-что другое, так что я не вижу никаких проблем с этим, - ухмыльнулся Кацуо.
- Дурак, - Ринохара кинул в супруга маленькую декоративную подушечку.
Кацуо поймал подушечку, рассмеявшись.
- Твой дурак. Навсегда.
- Зна-ачит, ты позволишь мне еще раз сделать это с тобой? - шутливо фыркнул Ринохара, навалившись сверху на Кацуо.
- Зна-ачит, ты хочешь еще раз это повторить?
- Я хочу помнить это. Хочу видеть твое лицо, знать, как ты реагируешь. Не хочу, чтобы все осталось смутным воспоминанием в похмельном бреду.
Кацуо положил ладонь на затылок Ринохары, чуть притянув к себе.
- Надо же, какой из тебя симпатичный парень вышел.
- Что это еще значит, - тихо проворчал Ринохара, наклонившись ниже.
- Ничего не значит, - фыркнул Кацуо. - Тебе лишь бы обидеться.
Ринохара обнял Кацуо за шею, устроившись поудобнее. Теперь, когда вся эта презентация осталась позади, его совершенно отпустили и ревность к Фудзите, и чувство собственной пустоты.
- Я думаю, я займусь стрельбой снова. Я уже говорил?
- Говорил?
- Значит, говорю. И только посмей сказать, что это «бабское».
- Вот как ты заговорил, ага. Теперь я не могу ничего говорить, потому что ты меня трахнул?
- Да, - ухмыльнулся Ринохара. - Видишь, сколько зайцев мы убили одним махом. Ох, если бы не надо было собираться, я бы прямо сейчас тебя…
- Какой ты жутко ответственный, честное слово, - закатил глаза Кацуо.
- Но нам надо собираться, - немного вредно произнес Ринохара и поцеловал мужа в нос. - Нам надо уложить содержимое трех чемоданов в один.
- Ага… Постой, «нам»?
- Да, а что? Твой зад слишком болит для работы?
- Эй-эй, не перегибай.
- Я тебе завтрак готовил сразу после утреннего секса, - фыркнул Ринохара. - И ванны набирал.
- Ну так ты весь уже… после ночного секса готовый. Не сравнивай!
- Ну-ну, - Ринохара неохотно поднялся и начал собирать одежду с кровати.
- Ты собираешься все это носить? - Кацуо перекатился на бок и подобрал полупрозрачную кофточку. - Или все отдашь?
- Все изменилось за последние сутки, - Ринохара аккуратно сложил юбки. - Сейчас я себя чувствую совсем иначе. Как-то… более полно.
- Правда? То есть одна ночь все изменила?
- Так часто бывает, разве нет? Я чувствую себя прекрасно, словно ничего и не было. Словно я родился заново.
- Интересный эффект от секса со мной, - хмыкнул Кацуо, поднявшись.
- Я сделал тебя своим окончательно.
- Да, не один раз.
- Это мне и помогло, - Ринохара улыбнулся. - Я не могу объяснить, но разве мы не стали еще ближе?
- Стали, - отозвался Кацуо. - Ты теперь не жмешься, потому что должен быть женой, не правда ли?
- Да, - подумав, ответил Ринохара.
- Отлично, - удовлетворенно сказал Кацуо. - Знал бы, что так будет, давно бы под тебя лег.
- Как неромантично.
- Ну да, а то было ужасно романтично в подсобке среди стульев.
- Так же, как в кладовке среди зонтов, - весело фыркнул Ринохара.
Упаковав треть вещей, Ринохара осознал, что даже его невероятного таланта не хватит, чтобы утрамбовать все. Ох, что же на него нашло, зачем он столько накупил?..
- Нам понадобится еще чемодан, - расстроенно пробормотал Ринохара.
- Если не два, - лениво фыркнул Кацуо, который так и валялся на кровати, наблюдая за мучениями Ринохары. - Знаешь, я на подработки приезжал с одним мешком, мне всегда хватало.
- Конечно, - тихо заворчал Ринохара, пытаясь вместить еще немного в чемодан. - Что тебе вообще с собой было брать или увозить.
- Ну, после зимовки с сэмпаем мне пришлось увезти немного одежды, которую он купил.
- Какой щедрый сэмпай, - вздохнул Ринохара и сел на чемодан. - Хм, Кацуо?
- Да?
- А почему сэмпай покупал тебе одежду?
- Он терпеть не может лохмотья? - хмыкнул Кацуо, перевернувшись на спину.
Ринохара чуть наклонил голову, задумавшись. Как же все гладко…
- Ты очень спокоен после того, как мы занимались сексом и ты был снизу.
- Я удовлетворен.
- И не в первый раз, не правда ли?
- Хм?
- Это не твой первый раз под мужчиной? - Ринохара поднял голову, убрав от глаз немного влажную челочку.
- Что ты опять начинаешь? - немного нахмурился Кацуо.
- Ну, кто я, чтобы судить. Просто ответь. Ты был с Асами?
- Блин.
- Значит, да? - Ринохара встал и начал аккуратно складывать кофточки. - Вот и хорошо, а то бы устроил еще истерику, что я тебя лишил самого дорогого.
- Что-то ты очень спокоен.
- Я же не баба, - тихо фыркнул Ринохара.
- Вы посмотрите на него!
Ринохара улыбнулся, сложив часть одежды в фирменные пакеты, и сел рядом с Кацуо.
- Значит, вот оно какое, твое токийское приключение, на самом деле?
- Мы, типа, помогли друг другу, - Кацуо убрал руку за голову, глядя на Ринохару. - Если бы он там мимо не проходил, я бы сдох, наверное.
- Хорошо, что все так удачно обернулось в итоге. Иногда достаточно успеть вовремя.
- Да, - помолчав, ответил Кацуо. - Значит, не будешь ревновать?
- К Асами?
- Ты мне устроил вчера из-за издателя, а тут покруче будет.
- Хм… Нет, Асами тебя у меня не уведет. Да и у него есть его ненаглядная рыжая булочка, он больше ни на кого и не посмотрит.
- Удивительное терпение, кстати, с этой булочкой. Покруче, чем у Итиро.
- Ну и правильно, - тихонько фыркнул Ринохара, улегшись сверху на Кацуо. - Мужчину надо испытать. Испытать его терпение и волю.
- Зачем это?
- Чтобы убедиться, что он достоин.
- Пф, - Кацуо закатил глаза.
- И не возьмет тебя вдруг в кладовке, - не удержался Ринохара.
- Ты мне всю жизнь будешь это припоминать? Ты сам-то теперь не лучше, даже до номера не дотерпел.
- Это была ревность, страсть и пламя. К тому же, мы женаты, я могу делать это с тобой, где угодно и когда угодно.
- У меня тогда тоже была страсть и пламя. И ты выглядел очаровательным после плача, - Кацуо слегка потрепал Ринохару по щеке, ухмыльнувшись.
- Я… почти не помню, как вообще это случилось. Помню, что было хорошо… и стыдно. И что ты удивительно успокаивающий, хотя я тебя тогда боялся…
- А мы здорово изменились с тех пор, м.
- И это очень хорошо, - Ринохара улыбнулся, прижавшись лбом ко лбу Кацуо.
Отчего-то все его существо было наполнено спокойствием, хотя всего пару дней назад он плакал перед Кёко из-за своей пресности. Как странно изменила его всего одна пьяная ночь…
***
Выйдя из такси, Ринохара встал перед воротами дома, любуясь. Поднятые флаги, чистая и ухоженная дорожка, сверкающие витрины магазина Ханако… Он столько труда вложил сюда, так сладко было возвращаться.
Стоило Ринохаре ступить на порог, его тут же ослепила вспышка.
- С возвращением!
- Ох, милый, ты все еще играешь с фотоаппаратом?
- Пока тебя не было, я уже столько всего наснимал! И проявил! - Кэнси радостно рассмеялся и ослепил еще и вошедшего Кацуо.
- Здорово, хочешь меня вообще без глаз оставить? - с прохладцей отозвался Кацуо.
- Не будь злюкой!
Девочки с шумом и радостными криками протопали по коридору и бросились к своим папе и паппи.
- Мы так скучали! - завопила Кацуко, повиснув на Ринохаре.
- И мы скучали, - Ринохара улыбнулся, потрепав девочку по волосам и глядя, как Кацуо пытается поймать обычно спокойную Кацуми.
- Вас так долго не было! Целую вечность!
- Всего три дня, - Кацуо тихо хмыкнул, присев и дав дочери обнять себя за шею.
- Целых три! А тетя Хана много ругалась! И еще приходили братик Ити и дядя Ая! - затараторила Кацуко. - И мы пили чай на большой веранде, а потом приехали еще дедушка и братики с сестричками! А братик Рёта танцевал, очень-очень красиво!
- Что за фигню вы тут без меня устроили?
- Сестрица устроила чайный дом рядом со своим магазином, Такэды приезжали посмотреть, - ответил Кэнси, широко улыбнувшись. - Было шумно и весело, мы заодно отметили и твой день рождения.
- Как здорово, спасибо. Весьма польщен, - хмыкнул Кацуо.
- А еще вчера приходил высокий-высокий дедушка! - оживленно продолжила Кацуко, которая не любила долго молчать. - Он к тете Хане пошел, а она его прогнала!
- Высокий дедушка?..
- О-очень высокий! Он даже ударился головой о потолок и сказал очень плохое слово! То, которое папа тоже любит!
- Так, - строго отозвался Ринохара.
- Кэнси?
- О? Я не знаю, я фотографии проявлял, - Кэнси наклонил голову. - Спроси у сестрицы?..
- А то б я не догадался, - буркнул Кацуо, поднявшись.
Ринохара взглянул на немного помрачневшего Кацуо, замерев внутри. Еще тогда, в больнице, он столкнулся с одним из Сагано - высоченным мрачным Сагано Мицухидэ. Неужели это он приходил?.. Зачем? Что им еще надо от их семьи, неужели мало горестей уже доставили?
- Я пойду поговорю с этим беременным трактором…
- Я поставлю чайник, - тихо вздохнул Ринохара и повел девочек на кухню, где на столе были разбросаны бумага и карандаши.
Повязав фартучек, Ринохара немного удивился, насколько изменилось его отношение к этому. Он так хотел, казалось, вернуться на свою родную кухню…
- А вы привезли подарочки? - Кацуко уселась за стол и взялась за карандаши.
- Да, конечно, милые мои, - улыбнулся Ринохара.
Нет, он все еще хотел быть на своей кухне. И привести ее в порядок, какой кошмар в раковине, кто не помыл за собой чашку?..
Когда чай был уже готов, и в духовке разогревались булочки, Кацуо вернулся на кухню.
- Ты поговорил с Ханако-сан?
- Хм, да, - Кацуо сел, вздохнув. - Реально Сагано приходил. Сказал, что еще вернется.
- М-м… - Ринохара обнял супруга со спины. - Что ему могло понадобиться…
- Что бы там ни было, вряд ли это хорошие новости. Нет, я слышал, конечно, что он серьезно избавился от всех тех… От напавших на меня козлов.
- Мы справимся со всем, - тихо произнес Ринохара.
- Да, - неохотно отозвался Кацуо. - Как они меня задолбали.
Ринохара погладил Кацуо по волосам и пошел доставать булочки из духовки. Внутри него всегда жил страх, что подобное повторится. Он был слишком счастлив - и получил.
- Я пойду разбирать чемоданы… - Ринохара улыбнулся, сняв фартук. - С такой любовью упакованные.
- М-м… Это может и подождать, - Кацуо притянул Ринохару к себе за талию и усадил на колени. - Вечно ты торопишься окунуться в дела.
- Если не я, то кто?
- Дом в твое отсутствие выстоял. Выдержал даже нашествие Такэд. Думаю, и чемоданы еще пару часов постоят не разобранными.
Ринохара покачал головой, обняв ладонями лицо супруга. Нет, у них все-все будет хорошо. Обязательно.
***
Ринохара вынес рисующей на террасе Ханако чай и кусочек пирога. Ханако чуть повернулась к Ринохаре, словно изучая.
- Эй, ты снова начал краситься?
- Я?.. Ох, немного, - Ринохара улыбнулся, смутившись.
- А что, Эй-тян теперь снова не против?
- Нет, думаю, нет. Мы немного поговорили, пока были в Токио.
- Ну и правильно, - Ханако убрала карандаш за ухо и закрыла большой альбом с эскизами. - Не позволяй мужику собой командовать, пф. Мой первый муж был тем еще придурком. Что я вообще за него замуж вышла.
- У нас был немного сложный период.
Ханако похлопала ладонью рядом с собой, приглашая сесть, и Ринохара осторожно сел на подушечку, подобрав ноги.
- Это странно, как много времени прошло с тех пор, как в этом доме было спокойно и тихо. И уютно.
- Мы все старались вернуть это ощущение, - улыбнулся Ринохара. - Когда я впервые пришел в этот дом, я был в ужасе… Мне сразу захотелось убраться.
- Я помню, я приезжала. Ничего не работало, и мой брат выглядел как заросший бомж. Мне кажется, в какой-то момент тут реально проживали бомжи вместе с ним. Не удивлюсь.
- Я не очень хочу об этом думать, - пробормотал Ринохара, поежившись.
- Это все потому, что дому нужна женская рука, - хмыкнула Ханако. - Без бабы мужик ничего толком не может.
- Я, вообще-то…
- Да, но ты понимаешь, о чем я. Ты ближе к женщинам, чем к мужчинам.
- Ох, ну… Да, я думаю… Хотя ваш супруг тоже.
- Рёта? Да он вообще куколка.
- Да, - тихо вздохнул Ринохара.
- О, не ревнуй, милашка. Ты тоже куколка.
- А я и не… - Ринохара неловко рассмеялся, взяв чашку.
Он уже давно не куколка. Даже начав снова краситься и одеваться по своему вкусу, он все равно будет гораздо старше Рёты. Это не изменить, время жестоко.
Их беседу и чаепитие прервал появившийся в главных воротах Сагано. Ринохара мгновенно его узнал, и тошнота подкатила к горлу. С ним был и его молодой ассистент, оба были одеты в костюмы с иголочки.
- Ох, опять? - Ханако лениво поднялась. - Деловой человек, а позвонить не может.
- В лицо сложнее отказать, - хмыкнул Сагано, убрав руки в карманы брюк и чуть прищурившись. - Мелкий уже вернулся? Надоело бегать за ним, словно влюбленная школьница.
- Я не думаю, что Кацуо будет рад вас видеть, - Ринохара поднялся, поджав губы. - Но я могу передать, что вы заходили.
- О, куколка, и ты здесь? Что ты там мяучишь?
- Вам не рады!
- Я знаю, - хмыкнул Сагано. - На свете мало мест, где мне рады, я привык. Передай мелкому, что у меня к нему серьезный деловой разговор. Если он, конечно, зассыт со мной разговаривать, то что я могу поделать…
- Как хорошо, что я в этом могу не участвовать, - сообщила Ханако и удалилась в свою мастерскую, прихватив пирог.
Чуть помедлив, Ринохара неохотно проводил незваного гостя в кабинет и сообщил Кацуо о визите.
- Все-таки заявился, хн, - Кацуо закрыл книгу и поднялся. - Блин.
- Я буду с тобой…
- О, не волнуйся так.
- Кацуо, - Ринохара обнял супруга за руку. - Я просто буду с тобой, чтобы ты не вышел из себя.
- О, да. Защити старика от меня, - невесело усмехнулся Кацуо, направившись в кабинет.
Сагано сидел перед столом, задумчиво разглядывая книжные полки, а его ассистент стоял у двери по струнке. Какая дисциплина.
- О, мелкий.
- Сагано.
- Да уж мог бы и дядей звать. Жалко что ли?
- У меня не так много времени, - Кацуо сел за стол, поведя плечами. - Что тебе надо?
- К делу так к делу. Сам знаешь, после драки с тобой, я идиотов своих наказал, - Сагано вытащил из нагрудного кармана портсигар и закурил. - Я уж позаботился, чтобы они мне больше таких хлопот не доставляли. Старуха их совсем распустила.
- Пришел доложиться? - хмыкнул Кацуо.
Ринохара присел на край низкого диванчика, внимательно наблюдая за Сагано. Конечно, вряд ли тот что-то выкинет, но недоверие к нему достигало пика.
- Типа того. Излагаю нынешнее состояние дел. От клана, если так можно сказать, остались ошметки. Все жены и дочери, кто как смог, дристанули по разным городам. Дом сейчас стоит пустой и никому не нужный. Я собираюсь снести его нахер или продать. Сингэн как всегда вылез с предложением сделать музей, но ему лишь бы музеи делать.
- Ага.
- Проблема в том, что остались три мелких, которых приткнуть некуда. Торовская девка, ее мать давно в больнице лежит, никому не нужная. И два мелких совсем - девчонка тринадцати лет и пацан семилетний - от Гэндзи остались. Эти - круглые сироты, мать их пять лет назад в аварию попала. Гэндзи ее и угрохал, пьянь подзаборная.
- И что ты хочешь от меня? - немного сухо отозвался Кацуо.
- Чтоб ты их взял себе, Фукуда.
Ринохара почувствовал, как сердце внутри подпрыгнуло. Как он может так говорить, словно речь идет о каких-то бездомных щенках?
- Ага, - Кацуо чуть прищурился. - Разбежался и прыгнул.
- Слушай, старшая через пару лет совершеннолетней станет, получит свой кусок наследства и свалит замуж или хоть куда. И помощница из нее нормальная будет. Мелкие же… Куда их? Да и было бы здорово избавить их от этого сагановского клейма. Нормальные они дети, им бы было куда податься. Неужто ты не хочешь усыновить пацана и сделать своим наследником?
- У меня есть свои дети. И тут еще Ханако вечно беременная. Куда мне еще ваши, придумал тоже.
- Ну и куда их? - невесело усмехнулся Сагано. - Я уже не в том возрасте, чтобы детей воспитывать. Да и мне хочется, наконец, для себя пожить. Избавиться от этой херни, которую все зовут поместьем.
- И ты решил их на меня спихнуть?
- Я предлагаю тебе, твое дело согласиться или отказаться. Обсуди это со своим этим, - Сагано чуть махнул в сторону возмутившегося Ринохары.
- Не дави на жалость, старик.
- Твой дед, знаешь, тоже не был в восторге от идеи взять Кёсукэ к себе. Потом передумал.
- И пожалел наверняка, потому что отец был тем еще ублюдком, - Кацуо чуть прищурился.
- Смерть жены здорово его изменила, - Сагано медленно вздохнул, заметно помрачнев. - Мне даже жаль, что ты запомнил Кёсукэ таким. Он всегда был отличным парнем, даже не сказать, что Сагано. Много всякой херни творилось, пока ты рос, многое поменялось со смертью Мурасаки.
- Многие это говорят. Но никто не жил с ним под одной крышей и не видел всего этого.
- Что поделать. Даже самый сильный может ломаться. Может, сильный даже скорее сломается. Не держи зла на батю, его уже слишком давно нет, чтобы ты продолжал дуться. И подумай о тех детях, что сейчас живут с тем же опустошением внутри. Все трое - отличные ребята, просто дай им шанс вырасти и повзрослеть под крышей нормального дома, а не бедлама. Ты не обязан давать ответ сразу, - Сагано выложил на стол перед Кацуо свою визитку. - Позвони, как надумаешь что. Только не затягивай. У меня еще дел куча, которые надо разгрести.
Кацуо взял визитку, вздохнув. Ринохара чувствовал, что внутри у Кацуо наверняка кипит смесь обиды и злости, но и растерянности. Да и сам он был растерян: как можно просто так прийти и просить взять к себе детей? Конечно, для Кацуо они родственники, а дом достаточно большой… Но все же.
- Да, еще. Я хочу, чтобы ты заехал в поместье, глянул на него, - добавил Сагано.
- Это еще зачем?
- Затем, что ты хренов наследник, забери вещи отца.
- Пф. Можешь их сжечь вместе с домом.
- О, не неси чушь. Будь взрослым мужиком. Все, бывай, - Сагано поднялся и мгновенно ударился головой о потолок. - Блядь, ненавижу ваши низкие домишки.
- М-м… сам виноват, что так вырос.
- Ага, конечно. Вот ты только чуть не дотянул, зараза мелкая.
Сагано ушел, оставив после себя тяжелый запах крепких сигарет. Ринохара подсел к Кацуо, который так и сидел с визиткой в руках.
- Здорово. И что нам делать?
- Это очень серьезное решение… - Ринохара осторожно погладил супруга по плечу.
- То есть, ты серьезно предлагаешь подумать над тем, чтобы взять к себе Сагано?
- Они же не виноваты, что родились в этой семье, - тихо отозвался Ринохара. - И… Ая, например, совсем не похож на члена этой семьи.
- Мать одной из девок лежит в психушке, - заметил Кацуо.
- Сказать честно, моей матушке тоже там было место. Но разве это делает меня плохим?
- Нет, но…
- Кацуо… У этих детей есть шанс пожить в хорошей семье, где все любят друг друга и не матерятся.
- Не то, чтобы не матерятся…
- Ты бросил пить и курить, материться ты тоже бросишь, - твердо сказал Ринохара.
- Значит, ты «за»?
- Мы, конечно, съездим и посмотрим…
- Вот меньше всего я хочу в эту дыру ехать. Я там давно не был и очень рад.
- Может, стоит взглянуть на это место теперь, когда ты взрослый и сильный? Возможно, тебе станет легче?
- Мне не так уж и тяжело.
- И все же.
- Ладно-ладно. Не знаю, о каких только вещах говорит Сагано, у отца ни черта не было.
Ринохара обнял Кацуо покрепче, пообещав себе, что непременно успокоит и защитит своего мужа. Никакое прошлое больше не вмешается в их настоящее.
***
Они приехали к поместью Сагано рано утром, в воздухе еще висел туман. От расположенной неподалеку реки несло немного затхлой водой, и все вокруг казалось неприятным и диким. Сам дом оказался весьма огромным, хоть и не дотягивающим до размеров поместья Фукуд. Потемневшее от времени дерево главных ворот хранило на себе остатки резьбы.
- Ох, - Ринохара закутался в шаль и шагнул следом за Кацуо в ворота.
Деревья и кусты в саду были мертвы и тянули свои голые ветви в безмолвной мольбе. Даже каменные светильники казались какими-то мрачными. Ринохара никак не мог отделаться от неприятного ощущения, что на лицо ему прилипла паутина.
- Тут стало еще херовее. Даже у меня так не было, - бросил Кацуо и поднялся на террасу прямо в обуви.
Ринохара в смятении огляделся и тоже не решился снять обувь.
- Добро пожаловать, - одна из дверей открылась, и на террасу вышел ассистент Сагано. - Я, личный помощник Сагано Мицухидэ-сама Окитакэ Эри, провожу вас, Фукуда-сама.
- А сам старик не собирался в доме поторчать? Глава все-таки.
- У Мицухидэ-сама сегодня свои планы, - тонко улыбнулся Окитакэ и чуть поклонился. - Прошу, следуйте за мной.
- Отделаемся от этого поскорее.
Ринохара пошел следом за Окитакэ и Кацуо, невольно оглядываясь. В отличие от дома Фукуд, здесь стены не были украшены росписями или резьбой. Даже в комнатах, которые они проходили, все было предельно простым: дерево и штукатурка, потемневшие от времени, порванная бумага сёдзи, невнятные темные ширмы. От этого дома так и веяло тоской.
Пройдя по длинному коридору, Кацуо остановился возле распахнутых сёдзи, которые вели в что-то, что раньше было додзё.
- И как тут пол до сих пор не провалился…
- Как тут… темновато, - Ринохара выглянул из-за плеча Кацуо.
Здесь тоже были лишь грязные стены и грязные татами, на которых выделялись неприятного вида пятна.
- Видишь это? Это кровь.
- К-кровь?..
- Да. Они тут дрались до крови. Кое-где тут и моя кровь тоже, - Кацуо указал на низкие скамейки в дальнем углу. - Вон там отец сидел и надирался с дядьками, пока братья меня гоняли и пытались забить.
- Это ужасно, - Ринохара едва справился с голосом, вцепившись в руку Кацуо.
- Хм, оно всегда казалось мне гораздо больше, - бесстрастно отозвался Кацуо.
- Додзё уже давно перестало использоваться по назначению, - вежливо сказал Окитакэ, словно был экскурсоводом. - Вся часть этого дома была долгое время закрыта с тех пор, как отец Фукуды-сама скончался, а Мицухидэ-сама переехал.
- Они все равно ездили на сборы как мечники, - заметил Кацуо и отправился дальше.
- Здесь так… неуютно, - пробормотал Ринохара.
- Отец Мицухидэ-сама еще до женитьбы распорядился перекрасить стены и сменить потолок, - снова отозвался Окитакэ и показал на одну из комнат. - Тут когда-то, если судить по старым фотографиям, была целая стена росписей. Однако отец Мицухидэ-сама предпочитал более аскетичный стиль.
- Я старика не помню, но говорили, что у него давно шарики за ролики заехали, - буркнул Кацуо.
- Возможно, - вежливо ответил Окитакэ. - Он участвовал в боях и был, вероятно, контужен.
- Здорово, да? - усмехнулся Кацуо, обращаясь к Ринохаре.
- Меня немного пугает этот дом, - тихо сказал Ринохара, прижимаясь к Кацуо сильнее.
- Вот мы и пришли, - Окитакэ открыл сёдзи. - Это бывшая комната отца Фукуда-сама. Прошу.
Окитакэ зажег лампу, осветив не слишком большую комнату, в которой вещи были свалены в кучу, словно их бездумно побросали сюда, чтобы запереть. Ринохара и Кацуо прошли внутрь, пробираясь между ящиков и просто валяющихся повсюду книг.
- Я вас оставлю, - Окитакэ поклонился и бесшумно исчез, оставив их наедине с полумраком и бардаком.
- И что, интересно, я должен с этим барахлом делать? - Кацуо присел возле стопки книг. - Хн, манга.
- Я думаю, мы можем найти что-то важное? Разве тебе не хотелось бы сохранить на память об отце что-то?
- Я и так его помню лучше, чем хотелось бы.
Ринохара чуть покачал головой и открыл один из ящиков. Здесь была сложена старая школьная форма, точно такая же, что была у самого Кацуо, но с другим значком школы. Под формой лежали несколько сложенных спортивных футболок с коряво подписанным ярлычком «Сагано Кёсукэ 2-А».
- Похоже, это вещи твоего отца, когда он еще учился…
- Хм. Ну а зачем ему было бы тащить с собой в новый дом это все после свадьбы? Удивительно, что барахло не выкинули, - Кацуо тоже открыл один из ящиков и вытащил стопку альбомов. - И кому оно нужно.
- Мы посмотрим, что тут есть, нам совсем не обязательно перевозить все домой, - Ринохара постарался как можно тише чихнуть, открыв следующий ящик. Здесь в основном лежали тетради и придавленные фигурки оригами.
Ринохара вытащил немного деформированного журавля из бумаги.
- Надо же, это фотографии времен школы, - Кацуо подкрутил лампу, сделав свет ярче.
Ринохара сел рядом и положил ладонь на плечо Кацуо, взглянув в альбом. Он уже видел и фотографии молодой четы Фукуд и фотографии Такэд, но еще не видел их всех вместе.
- «Поездка в Симидзу», - прочитал Ринохара убористый почерк и наклонился ниже.
Перед воротами гостиницы стояли шесть человек. Позади всех стоял самый высокий - Мицухидэ, - которого Ринохара не мог раньше представить молодым. Видно было, что он еще тогда выглядел жестким и невероятно суровым. Справа стояли широко улыбающийся Такэда и выглядящий смущенным и мрачным отец Кацуо. Прям в центре стояла невероятно красиво одетая и причесанная Мурасаки, которая улыбалась в камеру и совершенно неосознанно, видно, повернувшаяся немного к своему будущему возлюбленному. Рядом с ней стояла такая же жизнерадостная Касуми-сан, какой Ринохара ее и видел. Она совершенно не изменилась, разве что сменила прическу с задорных хвостиков на более взрослый пучок. Совсем сбоку стоял невысокий юноша в испещренной цветами юкате.
- А кто это?
- Это брат старика Такэды, - Кацуо перелистнул страницу альбома. - Я его почти не видел, он вечно в делах… Но ты флиртовал с его сыном тогда, на свадьбе.
- Флиртовал?.. Не помню ничего подобного.
Они продолжили рассматривать фотографии. Казалось, эта шестерка была совершенно неразлучна, они ходили вместе и на фестивали, и просто фотографировались в школе в своей клубной комнате.
На каждой фотографии непременно была Мурасаки, что, видимо, и было причиной, по которой этот альбом вообще существовал. Некоторые фотографии не были вклеены и норовили скользнуть на пол. Ринохара поднял одну из таких упавших фотографий. На ней Мурасаки стояла одна и держала большую сахарную вату, широко улыбаясь.
- Твои родители были такими милыми…
- Видимо, - хмыкнул Кацуо, разглядывая очередное групповое фото на какой-то лодке. Здесь вся группа, осознанно или нет, уже разбилась по парочкам. Мурасаки и Кёсукэ стояли с одного края, будущая чета Такэд посередине, и с другого края неприкаянные Мицухидэ и брат Такэды.
- «Последний вояж», - Ринохара вздохнул. - Ох, видно, это перед выпуском?..
- Хм. Дядька уже выпустился, судя по дате, да и отец с Такэдой. Выпуск матери и Касуми-сан, видимо, - Кацуо хмыкнул, пролистав пустые страницы. - Типа конец эпохи.
- Они выглядят такими молодыми, дружными и счастливыми…
- Это мы оставим себе. Как-то хреново выбрасывать фотографии, тем более, что фотографий матери не так много.
- Конечно, - Ринохара немного улыбнулся, вернувшись к своим ящикам. - Это как раз то, о чем я и говорил. Важные вещи.
- Мне странно думать о том, что когда-то они были молоды, учились в школе, ходили в какой-то клуб. И мама выглядит совсем другой, не такой, как я ее помню. Она была такой тихой… Может, от болезни.
- Возможно, - Ринохара вытащил из-под груды каких-то тряпок целую стопку писем, перевязанную веревкой. - О, Кацуо…
- Что?
- Кажется, я нашел переписку твоих отца и матери, - Ринохара осторожно вытащил один из конвертов и заглянул в него. - Да. Тут открытки и записки…
- Отец был сентиментален, но недостаточно, чтобы притащить это все в другой дом, - мрачновато хмыкнул Кацуо.
- «Милый мой Кёсу, я не могу дождаться летних каникул, когда снова могу с тобой увидеться, - прочитал Ринохара. - Этот год, наш выпускной, тянется так бесконечно, что мне невыносимо все это терпеть. Я все еще стараюсь убедить папу, что ты хороший, и у меня непременно это получится, ты не переживай. Я уже знаю, что делать. А летом я тоже придумала, что мы будем делать. Мы поедем на летнюю дачу Такэд, Сингэн уже позвал нас. Уж там-то мы сможем сколько угодно ходить, взявшись за руки!
Скучаю, твоя Мурасаки.»
- Хм, - только сказал Кацуо.
- Это так… мило, - Ринохара улыбнулся, убрав письмо в конверт. - Чистая, юношеская любовь.
- Да.
- Ты расстроен?
- Это все как будто с другими людьми, - Кацуо обвел рукой ящики. - Как будто чужие мне. Я не помню их такими совершенно.
- О, да, я понимаю, - Ринохара отложил письма. - Я нашел дневник матушки, когда разбирал ее вещи. Она для меня была совсем другой, а в дневнике она не скрывалась… Я чувствовал, что совершенно не знал ее раньше.
- Родители, - тихо усмехнулся Кацуо. - Думаешь, будто знаешь их всю жизнь…
Ринохара начал складывать в отдельную стопку вещи, которые ему казались стоящими того, чтобы забрать: фотографии, письма, маленькие значки. Он не знал отца Кацуо, но тот ему начал казаться очень похожим на самого Кацуо. Замкнутый и тихий, он много времени проводил в своей комнате. Мастерил фигурки из оригами, читал, ждал писем от своей возлюбленной.
- В дневнике своей матушки я нашел письмо от отца, - немного отрешенно произнес Ринохара, отставив перебранный ящик. - Незадолго до всего того кошмара, что случился в университете, он написал ей и попросил встретиться со мной. Сказал, что жалеет, что бросил нас, и хочет постараться начать сначала. Матушка никогда не передавала мне, что отец пытался связаться.
- А ты бы хотел его видеть? Он оставил тебя с ней, чтобы она тебя совсем поломала, - Кацуо высыпал на пол коробку с игрушечными солдатиками.
- В то время, когда я нашел дневник, я уже был Ринохарой. Я уже прошел через все, что случилось, - Ринохара тихо вздохнул. - У меня была мысль найти его, мне хотелось стать частью семьи. Но… вряд ли он был бы рад. У него своя, новая семья. Нормальная. Возможно, у него есть нормальные дети.
- Если он не рад такому сыну, то он просто идиот.
- Конечно, - усмехнулся Ринохара. - В любом случае, у меня теперь своя семья, еще лучше и больше, чем я мог бы мечтать.
- Да. Особенно, если мы возьмем мелких Сагано.
- «Если»? Я думал, мы все решили.
- Знаешь, это не кота подкармливать.
- Конечно. Но это будет правильно. Эти дети не должны страдать из-за того, что их родители не самые лучшие люди.
- Дело не в том, что я хочу, чтобы они страдали… Просто мы не дом сиротки. Ханако своими отпрысками скоро займет целый этаж, мы просто перестанем влезать.
- Ты все время разглагольствовал, как в период расцвета дом был полон народу. Неужели от трех человек дом лопнет по швам?
- Тебе лишь бы побольше людей. Особенно, детей.
- Да, - Ринохара весело фыркнул.
Через пару часов они закончили. Хотя вещей, казалось, было много, в основном это оказались одежда и томики манги. Ринохара собрал все отложенное в отдельную коробку и вышел из комнаты.
- Мицухидэ-сама прибыл, - Окитакэ встретил Кацуо и Ринохару в коридоре и чуть поклонился. - Прошу следовать за мной.
- О, здорово, - Кацуо закатил глаза. - Он включил нас в свои планы?
Вместе они поднялись на второй этаж, где было так же мрачно и сыро, как и на первом. Ринохара прислушался к скрипу половиц, немного зловещему. Все в этом доме казалось ему зловещим. «Если бы Кацуо жил в подобном доме, вряд ли бы я так увлекся», - подумал Ринохара мимоходом.
Окитакэ проводил их в кабинет, где расположился Сагано и трое ребят. Ринохара преисполнился жалости, глядя на их одинаково бледные личики.
- А, здрасте, - Сагано закурил, довольно жмурясь. - Вижу, вы уже перерыли вещи Кёсукэ.
- Да, - немного сухо отозвался Кацуо.
- Давайте я вас представлю. Эрика, старшая. Мио, средняя. Сота, младший.
Дети по очереди привстали и поклонились, глядя темными глазами на Кацуо и Ринохару. Эрика была уже совсем взрослой, как Сагано и говорил. Ее темная форма с ярко-синим галстуком напомнила Ринохаре о его собственной школе. Мио тоже была одета в школьную форму, аккуратно отглаженную, но кажущуюся слишком большой для девочки. Ринохара сам того не замечая сразу решил, что они подгонят форму по росту.
Младший мальчик сидел, обняв большую плюшевую собачку. Его челка стояла почти вертикально вверх, словно он долго висел вниз головой.
- Это Фукуда Кацуо, - Сагано сделал жест в сторону племянника. - Для Эрики кузен, для Мио и Соты, хм, двоюродный дядя?
- Не особо имеет значение, - отозвался Кацуо.
- Я как раз беседовал с детьми о том, какие у них перспективы, - хмыкнул Сагано. Ринохара вдруг понял, что голос того звучит гораздо мягче, когда речь идет о детях и когда он обращается к ним.
- Неужто?
- Мы будем вам очень благодарны, если вы примете нас, - сказала Эрика очень тихим и детским голосом. - Мы, конечно, будем делать все, чтобы оказаться для вас полезными.
Ринохара едва сдержал горестный вздох. Бедные дети. Хотя очевидно, что Сагано притащил их, чтобы Кацуо было сложнее отказать, если он собирался отказать.
- И когда они будут готовы переехать? - спросил Кацуо, вызвав на лицах детей радостные улыбки.
- Да хоть сейчас. Они и так полгода по разным домам шатаются, пора бы им уже осесть, - хмыкнул Сагано одобрительно. - Я дам вам машину.
- Было бы неплохо.
Ринохара улыбнулся, едва веря, что это происходит. Они действительно принимают в свою семью новых людей. Ох, их семья еще догонит и перегонит Такэд…
***
Вся семья была в сборе, чтобы встретить новых детей. Ханако и Кэнси были в курсе, конечно, ведь было бы странно просто так привести целый выводок, не спросив их. Кэнси был в восторге, Ханако только что-то хмыкнула, но в целом оба явно были согласны.
- Вот, знакомьтесь, Эрика, Мио, Сота, - Ринохара улыбнулся, представив детей. - Дети, это Ханако-сан, Кэнси, Рёта, Кацуко, Кацуми и малыш Ёрио.
- Приятно познакомиться, - хором отозвались Сагано.
- Добро пожаловать, - хмыкнула Ханако. - Не стесняйтесь.
- Как мы говорили, мы теперь будем жить одной большой семьей… - Ринохара осторожно пригладил все еще торчащую вверх челку Соты. - Я покажу вам ваши комнаты и помогу распаковать вещи.
Кацуко очень внимательно посмотрела на Соту и повернулась к Кацуо, уперев руки в бока.
- Я ведь смогу его вздрючить тоже?
- Только если он решит заниматься кэндо, - отозвался Кацуо. - Будьте доброжелательны, обезьянки.
Ринохара проводил детей на второй этаж, где им были отведены три комнаты. Сейчас он начал немного волноваться, что девочки воспримут новеньких как соперников.
- Спасибо большое, - Эрика поставила свою сумку на пол и поклонилась. - Вы очень добры, что позволили нам остаться. Я, в свою очередь, постараюсь не быть большой обузой. Дядя сказал, что я могу выбрать любой вуз, какой пожелаю и какой мне будет по силам, он все обеспечит. Я думаю, я уеду уже этой весной.
- Не чувствуй себя обязанной уехать, - мягко заметил Ринохара.
- Я об этом с начала старшей школы мечтаю, - робко улыбнулась Эрика.
Ринохара кивнул, отправившись к остальным. Мио уже начала раскладывать свои книжки и тетради на столе, а ее форма уже висела на дверце шкафа.
- Я вижу, ты уже начала обустраиваться?
- Да. Ой. Я…
- Нет-нет, не торопись. Как закончишь, спускайся вниз к чаю.
- Спасибо, Ринохара-сама.
- Не за что, - смутился Ринохара и поспешил заглянуть к Соте.
Мальчик сидел в углу, крепко обнимая свою плюшевую собачку. Видно, с ним будет сложнее всего…
- Милый, если ты не устал, спускайся к чаю. Ты любишь сладенькое? - Ринохара присел чуть поодаль, стараясь не напугать мальчика.
- Люблю, - немного невнятно ответил Сота и поднял бледное личико.
- Вот и хорошо, у нас всегда есть сладкое, - Ринохара мягко улыбнулся. Ох, им нужен мягкий и добрый Наруко, чтобы за всеми уследить.
- Мы правда тут будем жить? Всегда? - немного гнусаво пробубнил Сота, глядя на Ринохару.
- Конечно, милый. Теперь это ваш дом, я надеюсь, вы скоро к нему привыкнете.
- А я больше не буду Сагано?
- Н-наверное?..
- Дядя сказал, я не буду больше Сагано.
Ринохара расстроенно заморгал. Кажется, им всем внушили, что Сагано плохие люди… И им самим, и людям вокруг.
- Все будет хорошо, милый, не волнуйся.
Мальчик медленно кивнул, не отрывая глаз от Ринохары.
- Идем пить чай? - Ринохара улыбнулся, протянув Соте руку, которую тот принял очень неуверенно.
Внизу уже собрались все, и Ринохара почувствовал себя невероятно счастливым, глядя на столь большую компанию. Некоторая неловкость за столом рассыпалась, стоило Кэнси вытащить камеру и показывать Эрике и Мио, как фотографировать. Сота был усажен рядом с вежливой и тихой Кацуми, которая сразу же принялась его опекать и подкладывать сладости на тарелку.
Ринохара сел рядом с Кацуо, который с задумчивым видом грыз сладкую соломку и разглядывал чайник.
- Дядя? - немного неуверенно обратился Сота к Кацуо, когда Кацуми принялась наливать ему третью чашку.
- Да? - словно проснувшись, встрепенулся Кацуо.
- Вы занимаетесь кэндо, да?
- Да, у папы целая школа! - Кацуко даже привстала.
- А что, ты тоже хочешь? - Кацуо сел поудобнее, взяв чашку.
- Нет, - Сота крепче обнял свою собачку. - Я только смотреть люблю.
- Прямо как я, - обрадованно встрял Кэнси.
- Смотри, сколько хочешь, - хмыкнул Кацуо.
- Ага, будешь смотреть, как я всех побеждаю! - снова влезла Кацуко.
Сота кивнул с очень серьезным видом. Для ребенка его лет у Соты был очень уж взрослый взгляд. И Ринохара все не мог понять, стесняется ли тот, боится или просто привык всегда быть в обнимку со своей игрушкой.
***
День рождения Ринохары - Юмико - был днем разочарования его матери, поэтому ни в детстве, ни после он не отмечал его. Только последние три года Ринохара начал осознавать, что вокруг него есть множество людей, которые хотят отпраздновать вместе с ним.
В день тридцатого дня рождения Ринохару разбудили две радостные обезьянки, которые прибежали поздравлять паппи раньше всех.
- С днем рождения! - объявила Кацуко, усевшись верхом на Ринохаре и развернув большой плакат, все еще пахнущий красками.
- С днем рождения! - ее сестра удобно устроилась между Ринохарой и Кацуо, явно пнув того пяточкой.
- Ох, блин, с ума сошли, - отозвался из-под одеяла Кацуо.
- Мои милые, - сонно улыбнулся Ринохара, сев.
- Мы приготовили завтрак! - объявила Кацуко. - Тебе!
- Как хорошо, сейчас я встану…
- Пять утра, - немного невнятно произнес Кацуо. - Что вас подняло в такую рань…
- Мы завтрак готовили! Папа! Паппи! Скорее! Ну!
- Хорошо, милые, мы сейчас спустимся, - Ринохара потянулся, улыбаясь.
Девочки с топотом убежали вниз, разбудив, скорее всего, весь дом. Какой будет шумный, суетный день…
- И это только начало. Еще Такэды придут, - Кацуо сел, почесывая плечо.
- И не только они.
- Они просто заметнее всех.
Ринохара улыбнулся, расплетая косичку. Если бы он знал, насколько круто его жизнь изменится к тридцати…
Кацуо сгреб Ринохару в охапку и прижал к себе, уткнувшись носом в волосы.
- Надеюсь, у нас будет время на твой подарок.
- Кацу, милый, ты можешь подарить мне свой подарок ночью, когда все уйдут. И мы запрем двери, чтобы девочки больше не прибегали и не старались поиграть в лошадку на тебе.
- Ты своим смехом совершенно не помог тогда, - хмыкнул Кацуо.
- Ты блестяще справился с ролью, - тихо хихикнул Ринохара.
- Но я не об этом, ты мне нужен будешь днем.
- Хорошо, - Ринохара завел руку назад и погладил Кацуо по щеке. - Мне все еще не верится, что мне…
- Совсем взрослый стал, - Кацуо поцеловал ладонь Ринохары и помог подняться. - Идем есть праздничный завтрак?
- Непременно. В своих праздничных юкатах.
- Главное дух праздника, - кивнул Кацуо.
Спустившись на кухню, Ринохара с легким ужасом взглянул на грязную плиту и несколько перепачканных мисок в мойке. Ему ничего не оставалось, как напомнить себе, что девочки старались.
- Ура, паппи! - Кацуко и Кацуми радостно потянули Ринохару за стол и усадили перед подносом.
Ринохара улыбнулся, глядя на украшенный сердечками из кетчупа омлетик, миску риса, который был посыпан смесью водорослей и кеты. Девочки даже пожарили рыбку и фигурно вырезали овощи, отчего Ринохара преисполнился такой гордостью, что забыл о кавардаке.
- Ах, мои чудесные! - Ринохара прижал обеих девочек к себе, расцеловав в щеки. - Какая красота! Молодцы мои!
- Я готовила рис! - сообщила Кацуко, обнимая Ринохару. - А Цуми готовила рыбу! И омлет! А, еще я чай заварила!
- Это самый вкусный завтрак на свете, - улыбнулся Ринохара.
- А что, на отца вы не приготовили ничего? - Кацуо сел за стол, фыркнув.
- Есть еще рис и чай!
- Здорово, - Кацуо потрепал Кацуми по волосам. - Как вы уже выросли, обезьянки, уже хозяйничаете сами на кухне.
Ринохара с улыбкой все съел. Рыбу немного пересушили, а чай горчил, но все равно он ужасно гордился своими девочками.
День выдался очень приятный и теплый. Ринохара сел на террасе с чаем, любуясь осенней листвой и кутаясь в свою любимую шаль. Вечером ожидались гости, а пока он был предоставлен сам себе.
- А, вот ты где, - Кацуо наклонился к Ринохаре, положив руку ему на макушку. - Я как раз тебя искал.
- Что-то случилось? - удивленно отозвался Ринохара.
- Нет, я просто хочу с тобой прогуляться кое-куда.
- Хорошо, я переоденусь…
- Да это необязательно, - Кацуо выпрямился, кивнув. - Тут недалеко.
Ринохара и Кацуо вышли через заднюю калитку на улицу. Как Такэда и обещал, он взялся за торговую улицу и близлежащие лавочки. Ринохаре все еще не верилось, что раньше улица грустно смотрела на нечастых прохожих железными проржавевшими ставнями. Теперь здесь открылись магазины в традиционном стиле, и туристов можно было увидеть все чаще.
Взяв супруга под руку, Кацуо направился по торговой улице в сторону реки, и Ринохара начал гадать, что же он такое задумал.
- Куда мы идем? - спросил Ринохара, когда они миновали длинный мост. Тот самый мост, с которого они бросили коробку с длинными волосами. И тот самый, с которого Ринохара сам бросился… Он неуютно поежился, почувствовав озноб.
- Я хочу подарить тебе нечто особенное. В общем-то, мне ничего в голову не приходило, поэтому заранее я не купил. А потом я решил, что правильнее дать тебе самому выбрать.
- Хм, я почти уверен, что это здравая мысль, - пробормотал Ринохара.
Они остановились перед магазином, в витрине которого были выставлены разнообразные японские луки. Ринохара растерянно взглянул на Кацуо, все еще не понимая, что творится.
- Мы пришли, - сообщил Кацуо и открыл дверь, пропуская Ринохару внутрь.
- Ты серьезно?..
- Я думаю, никто кроме тебя идеальный лук выбрать не сможет, не правда ли?
- Добро пожаловать, - отозвался из глубин магазина сидящий с газетой старик.
Ринохара почему-то оробел, встав возле выставленных вдоль стены луков и не решаясь шагнуть дальше.
- Ты сказал, что хочешь снова заняться стрельбой? Я думаю, на заднем дворе вполне найдется место для стрельбища, - Кацуо убрал руки в рукава, оглядываясь.
- Ты… - Ринохара неуверенно улыбнулся. - Ты позволишь мне нарушить святость дома мечников своей бабской стрельбой?
- Долго ты еще мне это припоминать будешь? - фыркнул Кацуо.
- Да, - улыбнулся Ринохара, взяв один из луков в руки. Это знакомое тепло дерева, эта приятная тяжесть.
Как приятно снова ощутить это все. Ринохара вспомнил, как вставал рано и отправлялся в школу на стрельбище, как было сладко натягивать тетиву, попадать в цель. Этот звук…
- Ты перестал стрелять почти сразу после того, как мы познакомились, - заметил Кацуо. - Когда стал приходить убираться.
- Я… наверное, хотел вернуться к более женственному поведению, - Ринохара вздохнул, взяв другой лук, более тяжелый. - Хозяйничать. Да и мне не хотелось раздражать тебя лишний раз стрельбой.
- Что ты из меня монстра какого-то делаешь-то.
- Согласись, раньше ты ужасно себя вел? - слабо улыбнулся Ринохара.
- Ты злопамятный, жуть, - проворчал Кацуо. - Ну что, найдешь здесь лук по вкусу?
- Думаю, да… Ох, это навевает воспоминания. Так приятно.
- Да, и форму тебе Ханако подарит, - заметил Кацуо.
- Это невероятно приятный подарок, - Ринохара положил ладонь на грудь Кацуо, подняв голову.
- Все ради тебя, - Кацуо чуть улыбнулся, положив руку поверх ладони Ринохары.
Деликатное покашливание старика из-под газеты вернуло обоих к реальности. Ринохара чуть смутился и отнес выбранный лук к стойке, где старик уже дожидался с улыбкой.
Это поистине будет совершенно непохожий на прежние дни рождения праздник. Огромная семья, гости и любимый человек, который, наконец-то, принял его таким.
***
Праздник удался на славу. По недавно образовавшейся традиции в саду был установлен гриль, на котором жарили рыбу и мясо, а все гости вольготно расселись вдоль террасы. Дети - и Такэды, и Фукуды, и Сагано - довольно неплохо ладили друг с другом и принялись играть вокруг прудика.
Ринохара взял свою тарелку с рыбкой, с удовольствием перебирая мякоть палочками. На сад уже опустились сумерки, и фонари стали зажигаться один за другим.
- Значит, у вас нежданное прибавление в семье, м? - Такэда широко улыбнулся, глядя на играющих детей. Эрика, как взрослая, присоединилась к школьной болтовне более старших девочек Такэд.
- Да, Мицухидэ-сан неожиданно… предложил.
- Да-а… Похоже на старину Мицу, - по-доброму усмехнулся Такэда. - Он всегда старался разруливать все по-своему. Неплохой парень.
- Я очень рад, что Кацуо согласился, - Ринохара поднял голову, улыбнувшись.
- Догоните нас и перегоните, - рассмеялся Такэда, похлопав Ринохару по колену.
- Мы постараемся, - рассмеялся в ответ Ринохара.
Когда Такэду за собой унес ураган Кэнси, который решил устроить фотосессию возле беседки, к Ринохаре подсел Наруко.
- С днем рождения, Ринохара-сан, - рыжий протянул Ринохаре небольшую коробку, полную печенья в виде фигурок животных.
- О, спасибо, милый. Я так люблю твои сладости.
- Поэтому я их и приготовил вам, - улыбнулся Наруко и подобрал ноги. - У вас стало так красиво…
- Весной мы запустим карпов в прудик, - Ринохара отставил тарелку и чуть повернулся к Наруко. - Приходите полюбоваться сакурой и карпами.
- Я-то приду, - немного грустно отозвался рыжий. - А Асами-сэнсэй… не знаю.
- Что-то случилось?
- О? Нет, - Наруко снова улыбнулся. - Просто сэнсэй очень занят.
Ринохара тихо вздохнул, чуть наклонив голову. Все-таки все это ожидание вряд ли хорошо отражается на отношениях. Асами - взрослый, здоровый мужчина со своими потребностями. Впрочем… это их дело.
Но рыжик все равно выглядел довольно расстроенным. Ринохара не удержался и погладил его по веснушчатой щечке.
- Все хорошо, милый?
- М-м… - Наруко подсел еще ближе, обняв колени. - Я не знаю.
- У вас все так романтично, - Ринохара улыбнулся. - Все впервые…
- Д-да…
- Первый поцелуй? - тихо и мягко спросил Ринохара.
- О, к-конечно, - рыжик немного покраснел, что Ринохара нашел очаровательным. Ох, как Асами держится? - Мы целуемся, по-взрослому. И… и все.
- Хм… три года, да?.. Большой срок.
- Я не знаю, - Наруко чуть наклонил голову набок. - Мы просто знакомы три года. Мы не… не встречаемся.
- Нет? - удивился Ринохара.
- Нет, - подтвердил Наруко тихо. - Мы ведь не…
- Это не обязательное условие, - чуть улыбнулся Ринохара, погладив Наруко по плечику.
- Это было бы замечательно, если бы оно выполнялось, - заметил рыжик.
- О? В смысле… ты бы этого хотел?
- Да… Конечно, хотел бы!
Ринохара немного растерянно моргнул. Значит, рыжик не играет в недотрогу?
- И что же, ты все равно ждешь?
- Я ничего не жду, - тихо проворчал Наруко. - Просто сэнсэй… не очень заинтересован.
- Не может быть! - неожиданно громко отозвался Ринохара и кашлянул, снизив голос. - Не может быть.
- Но это правда, - тихо вздохнул Наруко. - Мы почти каждый вечер встречаемся, очень уютно и здорово, но… Потом я ухожу к себе. Чтобы вернуться к завтраку.
Ринохара кратко взглянул на стоящего возле гриля Асами. Вот как все вдруг обернулось… А они посмеивались, что рыжик держит сэнсэя на сухом пайке.
- Не расстраивайся, милый. С каждым может быть. Я уверен, все образуется.
- Может быть, - помолчав, ответил Наруко. - Асами-сэнсэй очень хороший, знаете. Он очень… очень хороший и мягкий внутри, глубоко в душе.
- Я уверен в этом, и ты знаешь его лучше всех, - улыбнулся Ринохара.
- Да, наверное? Я видел его таким, каким его никто не видел, - Наруко улыбнулся, чуть осветившись.
Ринохара поделился с Наруко сладостями и чаем, надеясь, что у этих двоих все станет хорошо. Теперь, когда он сам стал счастлив, он очень хотел счастья для всех остальных. Тем более для такого хорошего юноши, каким был Наруко.
В саду раздавался счастливый детский смех, отчего сердце Ринохары сладко замирало. На террасе к ним с Наруко присоединился и улыбающийся Ая, который теперь выглядел гораздо здоровее, чем раньше. Видно забота Итиро и постоянная опека Асами давали знать.
- Невероятно приятно знать, что вы приняли в семью детей из Сагано.
- О, это было простое решение, - улыбнулся Ринохара. - Мицухидэ-сан, правда, нам выбора почти не оставил.
- Ох, я слышал, - Ая мягко рассмеялся. - Старший брат очень настойчив, Такэда-сан всегда любит припоминать, как именно он настоял на том, чтобы свадьба Такэд прошла на Окинаве. За их счет и съездил.
- Очень похоже на него, - согласился Ринохара со смехом.
- Моя матушка очень хорошо и тепло к нему относилась, - Ая проследил взглядом за мячиком, который бросали друг другу Сота и Кацуми. - Именно благодаря ему мы так долго могли оставаться в доме отца. И благодаря ему я получил хоть какие-то деньги в наследство.
- Правда?.. Вы никогда об этом не рассказывали…
- Да… Хотя мы в последние годы очень редко виделись, я всегда был очень благодарен ему. И он даже прислал мне открытку с поздравлением после свадьбы, - Ая взял чашку, продолжая мечтательно улыбаться. - Честно говоря, я бы хотел, чтобы у меня был именно такой отец. Строгий, но справедливый. Впрочем, роль старшего брата Мицухидэ-сама тоже подходит.
- Он так и не завел свою семью, не правда ли?
- Увы, - грустно согласился Ая. - Он всегда хотел, чтобы Сагано исчезли. Видимо, они исчезнут вместе с ним.
- Это очень печально.
- Печально, - вздохнул Ая.
Ринохара налил себе еще чаю, тоже вздохнув. После посещения мрачного и заброшенного поместья Сагано его все еще не отпускало ощущение тоски. Словно мрак и неясное зло пустили корни глубоко в этот дом, и никакие уборки и ремонты не смогли бы избавить его от них.

Ринохаре нравился тот час, когда весь дом засыпал. Все дети по очереди принимали ванну и расходились по своим комнатам, Ринохара заходил к ним для того, чтобы поцеловать на ночь и укутать. Кэнси убегал по своим делам в ночь, а Рёта наоборот возвращался и уходил на половину Ханако к жене и ребенку. Одна за другой гасли лампы в комнатах, и их свет через рисовую бумагу сёдзи прекращал тускло озарять сад.
Сев перед зеркалом, Ринохара стер влажным полотенцем легкий макияж, который нанес в честь праздника, и взглянул на Кацуо в отражении.
- Сегодня было просто замечательно, никогда не думал, что встречу свои тридцать именно так.
- Ты вообще особо о будущем не думал, - хмыкнул Кацуо, стянув с себя хаори.
- Пожалуй, - Ринохара провел щеткой по волосам и повернулся к Кацуо. - Я тут подумал, мы ведь оба трезвые, м-м?
- Хм-м?
- И, технически, это все еще мой день рождения, - Ринохара чуть прищурился, медленно переползая на футон ближе к Кацуо, который сидел с хакама в руках.
- Я чувствую, ты на что-то намекаешь, - Кацуо подобрал ноги, обернувшись к Ринохаре.
- Помнишь, когда мы праздновали мой день рождения впервые вдвоем, я отдал тебе себя впервые? Если не считать кладовки.
- Хм-м?
- Твоя очередь, - чуть ухмыльнулся Ринохара. - Не считая подсобки.
- А, вот ты какой… Но я же тебе уже подарил лук, сколько тебе нужно подарков? - фыркнул Кацуо, отбросив хакама и наклонившись к Ринохаре.
- А сколько тебе не жалко для меня.
- Стоило тебе один раз напиться и натворить черт знает что, как ты сразу так обнаглел прямо. Что же ты хочешь, м?
- О, я хочу увидеть тебя во всей красе на мне.
Кацуо приподнял брови, глядя на Ринохару, который изящно лег на футон и приподнялся на локте, поманив супруга к себе.
- Я хочу все запомнить сегодня, - Ринохара погладил Кацуо по груди, немного развратно улыбнувшись.
- Что это за смесь самца и Судзуран? Ты меня путаешь, - фыркнул тот.
- Ну-у, не примешивай сюда ее, это рушит мою мужественность.
- Да, - хмыкнул Кацуо и мурлыкнул неожиданно бархатисто. - Что ты сегодня хочешь, муж мой?
- Ты явно знаешь лучше меня, - растерявшись, отозвался Ринохара. Они часто бывали вместе, и всегда это было восхитительно, но именно сейчас внутри у него все словно перевернулось, и вся кровь хлынула вниз. Вот сволочь, скрывал, что таким голосом умеет разговаривать. И смотреть так томно из-под ресниц, словно лучшая шлюха в борделе.
Когда все так успело измениться и где он этого нахватался?
- Конечно, - все тем же тоном отозвался Кацуо и начал медленно развязывать пояс кимоно.
Ринохара закусил губу, наблюдая за мужем. И почему ему не приходило это в голову раньше? Такой горячий, красивый, готовый отдаться Кацуо медленно сводил его с ума. А когда он оседлал бедра Ринохары, чуть потираясь задницей, Ринохара с трудом сдержался, чтобы не кончить сразу.
- Ты же взрослый мальчик, что ты ведешь себя как подросток? - чуть ухмыльнулся Кацуо, наклонив голову.
- Я… ох… З-заткнись… - простонал Ринохара. - Прекрати ерзать, я же не каменный…
- Сам виноват, хе-хе.
- Не «хе-хе»..! - Ринохара сжал бедра Кацуо, чуть царапая ногтями. - Я сейчас тебя!..
- М-м? - Кацуо медленно наклонился и вовлек Ринохару в тягучий жаркий поцелуй, от которого у него закружилась голова.
Внутри словно разливалась горячая патока, и Ринохара все ярче и ярче начал осознавать свое желание взять. Повалить на футон, прижать к нему и трахать, трахать, трахать!
- Кацу, - хрипло застонал Ринохара, крупно вздрагивая всем телом. - Кацу!..
- Что, уже готов? - медленно шепнул Кацуо, едва оторвавшись от губ Ринохары и чуть скользнув назад. Ринохара замер в нетерпении, ожидая, когда его накроет это восхитительное ощущение жаркой плоти вокруг.
- Кацу..!
Кацуо тихо выругался, чуть выгнувшись. и Ринохара впился ногтями ему в ноги, не сдержавшись. Видеть перед собой такое восхитительное зрелище, чувствовать приятную тяжесть чужого тела на себе…
Какой потрясающий способ справить день рождения.
***
Старенькое радио в углу с тихим шипением передавало переигранную на пианино старую песню. Из сада раздавался детский смех: пришел Наруко позаниматься с девочками и Сотой.
Ринохара улыбнулся, домывая очередную тарелку.
Иногда он совсем забывал о времени, в котором жил. Как сейчас, все казалось таким далеким.
Поставив тарелки в шкаф, Ринохара снял фартук и аккуратно повесил его на крючок. На столе лежали разложенные образцы ткани, которые притащила Ханако. Ринохара все еще помогал ей с вышивкой.
Он сел за стол и погрузился в работу над хризантемами под музыку из радио. За этим занятием его застал прибежавший домой Кэнси.
- А я сделал!
- Что, милый? - не отрываясь от вышивки, отозвался Ринохара.
- Посмотри!
Ринохара поднял голову, вздохнув про себя. Вот уж кому на месте не сидится…
Кэнси с гордостью продемонстрировал толстый альбом в коричневом переплете, на обложке которого было аккуратно выведено «Семья Фукуда».
- Я сделал! - повторил Кэнси и сел рядом с Ринохарой, положив альбом перед ним на стол.
Ринохара восхищенно ахнул, когда перед ним открылись темно-синие страницы из плотной бумаги. На каждой помещалось три-четыре фотографии, и каждая была аккуратно подписана пером.
Сначала шли уже знакомые Ринохаре фотографии дедушки Фукуды, его молодой жены, его учеников и школы. Словно вчера он сидел в темной кладовке и разглядывал эти фотографии, спрятанные подальше от глаз в коробки.
С каждой страницей можно было увидеть историю семьи: вот родилась Мурасаки, вот она подрастает, вот она уже обручена со своим будущим мужем. В альбоме были и фотографии, которые Ринохара и Кацуо привезли из дома Сагано.
- Ох, милый, - прошептал Ринохара, проведя кончиками пальцев по семейному портрету, который был сделан совсем незадолго до смерти Мурасаки. - Какой же ты был маленький. И сидел смирно.
- Да, - улыбнулся Кэнси.
Ринохара перевернул страницу, на которой была лишь фотография только-только поступившего в старшую школу Кацуо и Кэнси в форме младшей школы. Соседнюю страницу занимал только нарисованный карандашом портрет Ханако, который явно много лет хранился в сложенном состоянии и был любовно разглажен.
- Это сестричка перед свадьбой, - сообщил Кэнси. - С трудом у нее выпросил портрет, ужас. Она не любит вспоминать своего первого мужа.
- Я заметил…
На следующей странице были прикреплены фотографии, которые Маю когда-то присылала Кацуо, чтобы показать девочек. У Ринохары сердце замирало от радости, когда он смотрел на их сонные маленькие личики. Два кулечка радости, неотличимых друг от друга.
А вот девочки постарше, вместе с мамой. Все трое выглядят очень радостными, а позади них видны лавки и украшения большого летнего фестиваля.
Ринохара вздрогнул, вдруг увидев себя на следующей странице. Он стоял с метелкой на дорожке, и волосы так легко растрепал ветер.
- Эй!
- Что? - невинно спросил Кэнси. - Очень естественная фотография.
Перед Ринохарой замелькали карточки, которые совсем недавно нащелкал Кэнси. И немного недовольная Ханако, и играющий с сыном Рёта, и бегающие по саду девочки - вся их семья.
- А это празднование дня рождения Кат-ти, пока вас не было, - рассмеялся Кэнси, показав большую фотографию, сделанную на остекленной веранде.
Ринохара не сдержал улыбки, глядя на огромную компанию.
А вот уже его день рождения, та же компания и их небольшое прибавление в виде Эрики, Мио и Соты. И как же красиво выглядит сад, полный людей. И все такие счастливые.
На последней странице была большая карточка, которую они сделали совсем недавно по настоянию Кэнси. Их настоящий семейный портрет.
Ринохара и Ханако сидели на стульях впереди, Ханако держала своего малыша на руках, а Рёта стоял рядом, как всегда сияющий. Рядом с Ринохарой стояли девочки, Сота и Мио, которые больше не выглядели чужими. За ним, положив руку на плечо Ринохары, стоял Кацуо, а с обеих сторон от него расположились Кэнси и Эрика.
Медленно переведя дух, Ринохара прижал альбом к груди и зажмурился. У него никогда не было настоящего семейного портрета, он раньше даже не мог надеяться на это!..
- Я хотел тебя поздравить, но не успел, - Кэнси крепко обнял Ринохару за шею и чмокнул в щеку.
- Спасибо, милый, ты не представляешь, как это… - едва справившись с голосом прошептал Ринохара.
Ну вот, он снова плачет. Сколько лет в своей жизни он проплакал, но наконец-то это были настоящие слезы счастья. Счастья, от которого даже больно в груди.