Прости за то, что случилось той ночью.

***

- Я давно замечаю за собой ненормальную заинтересованность в парнях, симпатичных мужчинах, - всхлипывая и утирая слезы сказал зеленоглазый юноша, - это случилось давно... - он закрыл лицо руками. - Я, я... Я не могу, Арсений. - Ты можешь все мне рассказать, правда, - брюнет опустил руку на плечо Антона, - только давай доедем до дома. Бери себя в руки, Тох, со всем разберемся. - он завел свою дорогущую машину и направился в сторону своего дома. Посередине пути, где-то возле небольшого открытого парка, его перепугал резкий возглас сидящего рядом заплаканного парня: - Стой. Стой! - громко прокричал Антон, Арсений же на это резко остановился, так резко, что они оба чуть не влетели в лобовое стекло. - Черт! Антон, что такое? - взволнованно произнес голубоглазый, взглянув на Шастуна, который в тот момент сидел с зажмуренными глазами. - Что случилось? - уже спокойнее спросил брюнет. Антон разжал глаза, уставился на дорогу, затем, спустя секунд тридцать, перевел взгляд на Арсения. - Ты можешь смотреть на дорогу, пожалуйста? - Антон, что случилось? - брюнет не отводил взгляда от Антона. - Ты чуть не задавил белку. - Белку? Шастун, у меня чуть сердце не остановилось... Арсений медленно опустил взгляд на все еще подрагивающие губы юноши, потом на сминающие кофту худощавые руки, увешанные браслетами. Антон сидел так, будто его приковали цепями, будто ему грозила расправа. Ну, она-то грозила, но немного в другой форме... Попов сильно сжал ладонями руль, пытаясь немного остыть, все внизу налилось кровью и будто кипело. Шастун в таком беспомощном состоянии возбуждает, но пользоваться Арсений этим не может, он четко это понимает, ведь, если он сделает осечку вновь, вряд ли русоволосый даст ему еще шанс. Глубоко вдохнув и ослабив хватку, брюнет тронулся до дома. Ехали они еще около минут десяти. Всю эту дорогу Антон просмотрел в окно, теребя змейку на кофте, он понимал, что ему придется серьезно поговорить с Арсением, что придется рассказать ему о том, что в детстве его совратили и грубо трахнули, а он в тот момент ничего не смог сделать против того ублюдка, которого он очень хорошо запомнил на всю жизнь. Этот его "первый раз" был очень болезненным, но больше морально, чем физически, ведь после него Шастун стал сомневаться в том, что он такой же, как и другие парни. Эти мысли прожигали черепную коробку изнутри и вызывали слезы, которые раньше юноша прятал от всех.

***

Шастун расхаживал по квартире, осматривая уже знакомые комнаты, пока Арсений, как и в тот раз, когда Антону довелось побывать у него, готовил что-то на кухне. - Антон, - вдруг послышался голос Арсения, -иди сюда. - Да? - юноша показался в кухонном проходе, облокотившись на него. - Давай присядем, - Попов выдвинул стул из-за стола и слегка кивнул головой, смотря на Антона, тем самым приглашая его. Русоволосый прошел вперед и сел напротив Арсения, проигнорировав предложение того сесть на стул. Брюнет слегка удивился и, заметив, что юноша вновь уходит в себя, начиная переминать руки, прошел к небольшой стойке, находящейся у окна, достал оттуда стеклянную бутылку с ярко-янтарной жидкостью и поставил ее на стол. Из холодильника он достал лимон, нарезал его тоненькими ломтиками, посыпал небольшим количеством сахара и так же поставил на стол. Сейчас ему, как никогда, хотелось выпить. - Ну что, давай приступим к тому злополучному разговору. Я уверяю тебя, это останется лишь между нами, тебе нечего бояться, я не причиню тебе боли против твоей воли. - Арс положил руку на дрожащие руки Антона. - Меня изнасиловали. - чуть ли не шепотом произнес зеленоглазый. - Что? - Тогда мне было 15. - тихо продолжал Антон, опустив взгляд, будто не слыша заданного вопроса. - Кто сделал это с тобой? - взволнованно спросил Арсений, вопросительно посмотрев на юношу и чуть приподняв его за подбородок. - Его звали Денис. - хмыкнул Антон. - И тогда я считал его хорошим приятелем, но это было совсем не так. Мне было больно, обидно. После этого я... Я стал хотеть чего-то похожего с парнями, это абсолютно ненормально... Арсений открыл бутылку с коньяком и сделал пару добрых глотков. Ему было больно это слышать, на самом деле больно. Отставив ее в сторону, он резко выдохнул и, чуть сильнее сжав руки Антона, он заговорил: - Антон, ты... Ты боишься меня? - Я не... - парню не дали договорить теплые губы, прильнувшие к его устам. Арсений медленно встал из-за стола, не отрываясь от губ парня и, оперевшись на стол руками, отстранился от Антона. - Тебе было больно сейчас? - брюнет ни чуть не смутившись продолжал смотреть на Тошу. Шастун ошарашенно смотрел в голубые глаза цвета самого чистого моря, не зная, что ему ответить. - Чего ты боишься? Скажи мне. То, что было - все в прошлом. Сейчас все по-другому. Я, кажется, поуши влюбился. В тебя, а не в кого-то еще. Со мной ты узнаешь, что можно чувствовать что-то помимо боли. - Я... Я не боюсь тебя, - чуть запинаясь сказал Антон, - я боюсь себя, я не знаю, что я чувствую, я боюсь, ведь я настолько никчемный, у меня не было отношений ни с кем... - Ты любишь меня? Ну... Я тебе нравлюсь? - Я давно тебя заметил, еще до той ночи. Я часто прогуливался вечерами и проходил мимо того клуба. Ты каждый раз стоял там с разными парнями, то целуя, то обнимая их. Тогда я пытался проходить быстрее и, когда все же проходил мимо, я думал "какой красивый парень...", но потом отгонял от себя эти мысли, вбивая себе в голову, что я совершенно нормальный. Я устал себя переубеждать. Да, я, кажется, тоже влюбился. - Пойдём. -Арсений взял за руку покрасневшего от смущения Антона и повел в сторону спальни. - К-куда ты меня ведешь? - спросил парень, проходя вслед за Поповым полумрачный коридор. - Всё. Я больше не могу терпеть, - Арсений резко прижал Антона к стене, -ты слишком сильно меня возбуждаешь. - томно выдыхая прошептал брюнет, целуя Тошу в шею. - Слишком сильно... Русоволосый не противился действиям брюнета, он лишь слегка дрожал, прикрывая свои глаза и обвивая брюнета руками, нежно дотрагиваясь до его груди, мускулистых рук, напряженной спины... Арсений начал стаскивать с Антона одежду, грубо впиваясь в каждый сантиметр оголенного тела губами, на что юноша лишь закусывал губы, он был слегка зажат, боялся сделать что-то не так, боялся раскрыться, но с каждой минутой эта боязнь становилась все слабее, ведь сквозь поцелуи Арсений осыпал молодого человека комплиментами, которые, словно мантра, успокаивали Антона, придавая ему хоть какой-то уверенности в себе. Руки голубоглазого блуждали по худощавому телу, перебирали браслеты на запястьях, переплетались с окольцованными пальцами. Брюнет почувствовал, что внизу живота уже начинало сильно тянуть, почувствовал эрекцию раскрасневшегося парня, стоящего перед ним - это срывало ему крышу. Вдруг сквозь дуэтные стоны послышался хриплый матерный полукрик Арсения, который уже изнемогал от предвкушения. Он расстегнул ширинку, резко стянул штаны и трусы с Тоши и так же резко перевернул его к себе спиной. Попов прикусывал русоволосому затылок, гладил по внутренней стороне бедра и начал медленно водить рукой по возбужденному члену парня, другой же рукой он начал проделывать такие же действия со своим, не менее напряженным, членом. Они синхронно вздыхали, Антон впивался ногтями в стену, вскрикивал имя Арсения, выгибал спину, прося Попова уже сделать с ним то, что он задумал, такого он еще не чувствовал никогда. У него, конечно, был секс, но он был с заламыванием рук, с ударами по лицу и с очень больными воспоминаниями после. Сейчас же это можно было назвать полюбовным или обоюдным решением. - Аа! Арсений... - громкий крик раздался на всю квартиру - Арсений вошел в Антона, вошел почти насухую, не дав ему свыкнуться. Он начал размеренно двигаться внутри Шастуна, изредка делая жесткие толчки, которые доводили юношу до слез и криков. Антон перебивчиво стонал, подаваясь чуть вперед, чтобы хоть как-то уменьшить боль, но Арсений с дикой страстью притягивал его обратно, входя на полную длину, вновь начиная ему надрачивать. Мокрые хлопки тела о тело раздавались эхом в ванной комнате, смешиваясь со страстными возгласами. Арсений вышел из Антона и перевернул его лицом к себе, поцеловал в губы, прикусывая их, оставляя небольшие кровоподтеки. Брюнет подхватил его под бедра и снова вошел, но уже аккуратно насаживая юношу на свой громадный член и при этом страстно целуя его. Антон обвивал Арсения ногами и руками, расцарапывал ему спину, его теплое дыхание доводило до дрожи, и брюнет возбуждался все сильнее. Он почувствовал теплую вязкую жидкость, изливавшуюся на его живот и стал двигаться еще быстрее. - Я люблю тебя, Антон Шастун. - простонал голубоглазый и, отстранившись от стены, понес Антона в спальню.

POV Антон

Я не знаю, сколько времени мы еще занимались этим, не знаю, сколько раз он еще потом извинялся передо мной после той ночи, но я знаю точно, что Арсений - это мое все. Он, как и обещал, помог мне понять, кто я на самом деле и я благодарен ему за это. У нас с ним все хорошо уже почти год, мы любим друг друга и вскоре будем жить вместе и заведем собаку. Я безгранично счастлив, что судьба все-таки занесла меня в тот злополучный ночной клуб, в котором я и встретился с этим замечательным человеком. - Я тоже люблю тебя, Арсений Попов.