Ледяной принц, или Ошибка на двоих

      Смотря недоумевающим взглядом в красочные лица полупьяных лейтенантов, Такано ощутил, как вдруг ему стало совсем неуютно. Весь этот дешевый бар был насквозь пропитан резким запахом алкоголя, от которого кружилась голова, а шум и возгласы синигами, доносившиеся со всех сторон, не давали сосредоточиться и уловить в голове даже самую короткую мысль. Веселья этого никто не отменял, поэтому, пользуясь всеми возможными привилегиями Руконгайского бара, посетители ни в чем себе не отказывали и даже не беспокоились о состоянии остальных, более или менее культурных посетителей, а вернее одного только что пришедшего Юкио. Внезапно на плечи молодого лейтенанта легли чьи-то грубые ладони и силой надавили вниз. Удачно приземлившись на деревянный стул, лейтенант резко повернул голову и тут же встретился с ядовито-колкой ухмылкой Хисаги.       — Че стоишь, присаживайся, — сказал лейтенант седьмого отряда и, разом перескочив через несколько табуреток, очутился в самом углу.       — Вот ты и попался новенький, давай посмотрим, так ли ты хорош в выпивке, как в бою? Ты не плохой, вот только тебе не хватает насыщенной и веселой жизни, как у нас. Все бегаешь по каким-то там поручениям, да плюнь на все это, живи себе в удовольствие! А теперь давай, пей, не стесняйся! — скользнув стеклянным дном бутылки по глади стола, Иккаку, одержимый собственным желанием поскорее показать новичку все прелести жизни типичного синигами, придвинул бутылку ближе к нему.       Осознав, что новая встреча с этими пьяницами не будет скучной, Такано иронично улыбнулся, смотря на свое отражение в темно-зеленом стекле. «И неужели эта бутылка и есть самый главный штрих безудержного веселья?»       — Ты че лыбишься? — насторожился Шухей, отвечая тому неуверенной улыбкой.       — Правильно делает! Первая порция – бесплатно, я бы тоже на его месте лыбился, — мигом ответил Мадараме, не сводя пристального взгляда с Такано. Его верхняя губа немного подрагивала, все сильней растягиваясь в широкой, предвкушающей ухмылке.       — А как же бонусы? Неужели ты ими не воспользуешься? Мы так долго их копили, — немного обиженным тоном произнес Аясегава и окинул своего товарища выжидающим взглядом.       — Настал этот день, доставайте все, что есть в карманах, новичок должен чувствовать себя комфортно! — торжественно объявил Иккаку.       Вся эта шумиха продолжалась в течение нескольких часов. За окном уже темнело, а время подходило к вечеру, вот только неугомонные лейтенанты продолжали веселиться, не обделяя Такано своим вниманием. Выпивая предложенные приятелями бутылки, он каким-то странным образом сохранял здравый ум и вовсе не подвергал сознание под влияние напитков, в то время, как уже большая часть из них валялась по разным углам. Парни ни в чем не отказывали себе и заказывали саке ящик за ящиком, опустошая их с необычайной скоростью. И вот, допивая очередное саке, Такано со звоном поставил пустую бутылку на стол.       — Черт возьми, кто ты? Что ты за монстр такой? — выдавил из себя Хисаги, направив трясущийся указательный палец на сидящего напротив Такано.       — Гляди, эти уже вовсю нахрюкались, а у него ни в одном глазу, — подхватил полупьяный Иккаку, разглядывая синеволосого лейтенанта из-под слипающихся глаз. — Ты вообще сколько выпил?       — Столько, сколько ты мне дал, — ответил Юкио, подперев рукой заостренный подбородок, смотря на него смеющимися глазами.       Выставив перед собой руку, Мадараме начал поочередно сгибать пальцы, шевеля губами, по-видимому, считая на пальцах, содержимое скольких бутылок уже давно покоится у Такано в желудке. В глазах все расплывалось и офицеру приходилось держать пальцы у самого носа, чтобы лучше видеть. Нашептывая последовательность цифр, вдруг он вытянул шею и бросил сомнительный взгляд на Хисаги.       — Эй, Хисаги!       — А?       — Ты подливал ему?       — А то ж, — гордо выставив грудь вперед, ответил Шухей, разводя руками.       — Ты сколько выпил? — возмущенным и удивленным тоном спросил Иккаку, смотря на синеволосого лейтенанта.       — Я не считал, — с улыбкой сказал Юкио. Развалившийся рядом Кира слегка дернулся, вспоминая как недавно утром Такано гонял по площадке шестого отряда черную кошку. Ему стало досадно и одновременно с тем подозрительно смешно, однако сейчас под влиянием алкоголя он не разбирался даже в собственных чувствах. Внутри него, казалось, все перевернулось вверх дном и смешалось в единое тяжелое месиво, и только эта проклятая кошка в объятиях Такано стояла перед глазами.       — Кирюш, ты че? — повернув голову к своему приятелю, спросил Шухей, вопросительно изогнув бровь.       В ответ Кира промычал что-то непонятное и уткнулся покрасневшим, как помидор, лицом в сложенные перед собой ладони.       — Дай ему еще! — приказал Иккаку, швыряясь последней бутылкой саке в Хисаги.       — Ребят, кажется, у вас закончилась выпивка, — сказал он, пробегая глазами по горлышкам стоящих на столе пустых бутылок.       — Да не беда, — отмахнулся Мадараме и, повернувшись, начал орать во весь голос. — Эй! Парень, куда прешь? Тащи сюда, мы просили добавки, — прокричал он подавальщику, несшему на подносе несколько бутылок спиртного.       Худощавый и бледнолицый паренек тут же развернулся и направился к тому самому столику, откуда его позвали. Остановившись, он поставил перед ними бутылки заказанного саке и незаметно удалился.       — Делов-то, — пожал плечами Иккаку, и уже хотел было схватиться за бутылку, как вдруг заметил, что над их столиком нависла чья-то широкая тень.       — Эй, парни, это наша выпивка, — прозвучал грубый и низкий голос.       Подняв глаза, Мадараме увидел перед собой какого-то небрежного и огромного синигами, по комплектации похожего на сумоиста. Он, по-видимому, никому из здешних не уступал в своих размерах. Глаза его были маленькими и круглыми, утопали в жирной коже лица, однако недобро сверкали по отношению к нему. Расставив руки по бокам, сумоист отхаркался, ожидая от него каких-либо действий.       — Чё ты сказал? Хочешь разобраться? — саркастично улыбаясь, съязвил Иккаку, вытянув шею и смотря снизу вверх на огромную тушу мяса.       — Подохнуть захотел?— угрожающим тоном ответил синигами, похрюкивая от злости.       Внезапно Иккаку услышал, тихое шипение Хисаги, пытавшегося привлечь его внимание.       — Чего тебе? — повернув к нему голову, спросил Мадараме раздраженным тоном, едва ли не выходя из себя.       Шухей лишь молча и незаметно указал большим пальцем на сидящего рядом Такано. Синеволосый лейтенант мог стать жертвой соблазн Юмичики. Упираясь согнутыми локтями о стол, Аясегава флиртовал с ним, на что тот неуверенно ежился и уже готов был карабкаться на стену от растерянности.       — Ааа… — губы офицера одиннадцатого отряда растянулись в дьявольской, предвкушающей улыбке. Брови дернулись, а глаза хитро сверкнули.       — Такано! — позвал Иккаку.       — А? — коротко ответил тот, отодвигаясь на самый край стула из-за приближающегося к нему Юмичики.       — Хочешь разобраться? — послышался ехидный голос Мадараме.       Для Такано понятие «разобраться» пока не имело четкого понятия. В данный момент, он хотел бы разобраться во всем этом сумбурном ажиотаже, в который он попал. Его неприспособленность к такому обществу делала его весьма шатким и растерянным. Он не знал, что подразумевал Иккаку под этим вопросом, однако надеялся, что это именно то, что даст ему возможность войти в суть дела:       — Да, я хочу разобраться.       — Хех, слышишь, он хочет разобраться, — усмехнувшись, Иккаку толкнул локтем сумоиста, который тоже в свою очередь не сдержал смеха.       — Чего ждешь тогда, давай разбирайся! — крикнул Мадараме, оживленным тоном.       — Что? — растерянно спросил Такано, не осознавая смысла.       Внезапно синеволосый лейтенант почувствовал, как его плечи сжали чьи-то большие твердые руки, и в следующий момент он оказался оторванным от пола. Юкио не понимал, что сейчас происходит, но чувствовал, что это для него хорошим не обернется.       — Жалко его, — произнес Юмичика, оставшись один, как брошенная невеста у алтаря.       — Я размажу тебя, сопляк! — пригрозил сумоист, крепко схватив лейтенанта. Оторвав его от пола, амбал силой швырнул его об стену. Такано с грохотом ударился спиной и сполз вниз.       Внимание всех посетителей устремилось на сумоиста и лейтенанта, между которыми назревала драка. Шум и галдеж на время прекратились, под впечатлением происходящего. Со всех сторон послышались подбадривающие возгласы и свисты, которые только подливали масла в огонь. Конечно, не хотелось упускать возможности посмотреть на расправу сумоиста над лейтенантом.       — Давай, давай! Мы в тебя верим! — взяв под мышки сидящего рядом полуживого Изуру, Иккаку замахал рукой.       «Что происходит?» — поднявшись, Такано схватился за голову. Глаза его вмиг помутнели от такого сильного удара, а голова закружилась. Собравшись, он поднял глаза на приближающегося к нему сумоиста, из-под каждого шага которого сотрясались стены заведения.       — Ты еще жив? — с издевкой спросил он, остановившись в пару шагах от него. Глаза Такано натолкнулись на последний стол, за которым галдели его приятели, идеально подходящие под роль безумных болельщиков.       — Такано! Давай, защити честь шестого отряда! — прикрикнул Шухей, размахивая руками в разные стороны, едва ли не задевая лысину Мадараме.       «Защитить… Честь? Я всегда готов защищать честь своего отряда и капитана, даже ценой собственной жизни» — глаза Такано сузились. Синеволосый лейтенант резко схватился за свой пояс, где, в положенном порядке, должен был находиться его занпакто. Однако его не оказалось. «Вот черт, у меня нет меча, ну что же, тогда придется врукопашную», — подумал лейтенант, разминая кисти и пальцы рук. Скользнув пяткой по полу и поднимая небольшой вихрь пыли, Юкио понесся прямо на сумоиста. Он был уверен, что сейчас одним ударом заставит громилу принять горизонтальное положение и распластаться по полу. Вытянутая в кулаке рука должна была отвесить ему приличный удар, однако, этого не произошло. Не расслабляясь, Такано в недоумении посмотрел на свою руку, погрязшую по локоть в слое жира этого синигами. Брови его удивленно вздернулись кверху, а глаза округлились.       — Хахахахахах, — громила залился смехом.       В следующую минуту, сумоист втянул в себя живот и тут же отшвырнул лейтенанта в сторону. Прокатившись на спине по полу, Такано оказался под столом своих приятелей.       — Ах, шалун! — взвизгнул Юмичика, заглядывая под стол.       —Надери ему задницу! — прикрикнул Иккаку и перевернул свою бутылку, выливая охлажденное саке прямо на лицо лейтенанта.       Оказавшись от макушки до самых пяток в саке, Такано судорожно вдохнул воздух, который настоящим снежным вихрем ворвался в его легкие. Не понимая, по какой причине его сейчас мутузят, швыряя от одного конца бара в другой, лейтенант попытался как можно быстрей вылезти из-под стола и, наконец, выяснить, в чем причина, однако его попытка была тщетна. Внезапно Юкио ощутил, как его ноги оказались крепко сжатыми и сдавленными.       — А ну-ка, вылезай, — последовал голос громилы, который крепко схватив лейтенанта за ноги, потянул на себя.       — Иккаку! — крикнул Такано, протягивая руки к нему.       Мадараме помахал рукой вслед удаляющемуся Юкио.       Разъяренные и одичавшие наблюдатели топали ногами и посвистывали, делая денежные ставки на случай победы сумоиста. Давно такого не было, такой потехи в руконгайском баре, да и тем более, какой смельчак согласился бы бросить вызов самому грозному пьянице, который даже в состоянии опьянения мог в два счета спустить шкуру любому, кто посмел бы это сделать? А тут такой счастливый случай.       Оказавшись вновь оторванным от пола, находясь вниз головой, Юкио услышал какой-то свист, звук которого нарастал с бешеной скоростью.       — Я тебе башку снесу! — последовал за ним рев грубого амбала.       Осознав, что в считанные секунды Такано может схлопотать приличный удар кулаком по голове, он ловко вывернулся, прогибаясь в спине настолько, что послышался легкий хруст его костей. Гигантский кулак громилы пронесся мимо и своим тяжелым ударом, разрушил одну из деревянных колонн, подпиравших соломенную крышу заведения. Деревянные обломки тут же полетели на толстяка. Тут Такано невесомо оттолкнулся и, подхватив один из них, силой вонзил в руку сумоиста. Как оказалось, под руку Юкио попался самый крепкий обломок с заостренным концом который, как нельзя кстати можно было вонзить в толстую кожу синигами.       — Ублюдок! — с этими криками рука сумоиста тут же разжалась, выпуская из своей крепкой хватки лейтенанта. Оказавшись на полу, Такано скользнул резким взглядом по трещинам стены и натолкнулся на моток какой-то веревки, висящей на здоровенном гвозде. Находчивость и умение использовать местность в качестве оружия не подвели бывшего шпиона. Резко оттолкнувшись, он словно завис в воздухе и сорвал с самого угла собранный толстый канат. Движения его стали быстры и порывисты, как ветер. Толстяк не успевал следить за ним, как вдруг почувствовал, что не может пошевелиться. Проносясь мимо него с огромной скоростью, Юкио в считанные минуты обвел его вокруг пальца. От его неимоверно быстрых движений, казалось, что на сумоиста напал десяток точно таких же синеволосых лейтенантов, как и сам Юкио. Глаза расходились в разные стороны, а в ушах застыли резкие рваные шорохи его одежды. Обвязав крепким канатом все слоистое тело громилы, Такано одним движением стянул концы в тугом узле. Сумоист рыкнул, чувствуя, как в момент его тело словно обескровили: руки перестали слушаться, а ноги вовсе готовы были подогнуться и повалить его тяжелое тело на пол. Вновь мимо его ушей пронесся шорох, скрежет соприкасающихся концов веревки и скольжение твердых подошв лейтенанта по деревянному полу. Подняв глаза, толстяк тут же ощутил, как над ним нависла чья-то громадная силища, испепеляющая его, сжигающая даже от легких исходящих волн. Реяцу Такано пронеслась мимо каждого посетителя бара и заставила вздрогнуть, судорожно вбирая воздух в легкие от этих противных мурашек, что огромной армией пробежались по всему телу. Последовал сокрушительный удар, после которого невозможно было устоять на ногах. Тяжеловес с грохотом повалился на пол, ломая под собой стол и стулья, которые тут же, не выдерживая такой тяжести, разлетелись, как щепки.       Шум прекратился, и над баром нависла тяжелая, давящая тишина, едва сопровождаемая скрежетом деревянных высоких стульев. Посетителей охватил шок, от которого не так легко можно было избавиться. Лишь бульканье варившегося свежего саке давало знать, что они все еще находятся в сознании.       — Вот так! А теперь плюнь на него! — послышался громогласный, довольный голос Иккаку.       Послушавшись своего приятеля, Такано посчитал, что эта деталь является обязательной по неписанным законам этой суматошной компании. Плюнув на лежащего обессиленного противника, Такано обернулся с каким-то ожиданием, словно ученик последовавший замечанию учителя.       — Так?       — Да! Именно так! — горделиво крикнул Мадараме, растягивая потрескавшиеся губы в широкой, ядовитой ухмылке.       Весь бар вновь оживился. Градом посыпались аплодисменты, которые исходили из каждого угла потрепанного разваливающегося бара. Овации не знали границ, а свисты и похвальные вскрики растормошили Такано до безумно приятного ощущения.       — Этот идиот, наверно, до сих пор думает, что все дело в чести шестого отряда, — тихо проговорил Хисаги, оценивающе разглядывая синеволосого лейтенанта.       — Не знаю, но это было потрясающе, — ответил Юмичика, не сводивший глаз с фигуры Такано.       — Может, теперь ты отстанешь от него со своими проверками? — кое-как собрав мысли в кучу, произнес Кира, рассматривая нависший над ним подбородок Иккаку.       — Черт его дери, а парень – молодец. Правда, сначала был немного заторможенным, но потом все-таки показал этому толстяку, где меносы зимуют… — пробурчал под нос Иккаку, расплываясь в довольной улыбке. — За Такано! — предложение, а то и вовсе приказ Мадараме привлек все внимание присутствующих. Тут же в его честь подняли кружки, наполненные до краев саке.       Веселясь в кругу своих друзей и испытывая удовольствие от столь суматошного, но забавного времяпрепровождения с ними, Такано отдавал себя полностью какому-то странному, выдуманному праздничному настроению. Синигами оживленно обсуждали схватку лейтенанта с сумоистом, хваля новичка в его мастерстве и уникальных качествах, которые непонятно каким-образом достались ему с такой легкостью. Знали бы эти пьяницы, в каких ситуациях доводилось находится этому простому лейтенанту в своей прошлой жизни, на какой риск он шел и какую угрозу навлекал на свою жизнь. По сравнению с этим, сегодняшний случай просто остался хорошим и веселым воспоминанием в его памяти.