Ледяной принц, или Ошибка на двоих

      — Кучики Бьякуя…       Дыхание парня застыло в груди, вмиг лишив всех чувств и пронзив тело сотнями ледяных стрел. Глаза его округлились, а темные зрачки дрогнули, не смея больше двигаться. Сердце, кажется, делало огромные перерывы между неравномерными стуками, в то время как твердая земля готова была вот-вот рассыпаться под ногами Абараи. Ладони парня на тот момент охладели, а пальцы расслабились, не в силах больше сжимать рукоять Забимару. Ненавистное, а одновременно с тем дорогое сердцу имя вновь прозвучало в мыслях, и лицо капитана, которое Ренджи так долго хоронил в себе, вмиг поразило сознание. Такого удара Ренджи никак не ожидал. Сердце бывшего лейтенанта замерло, подставляя себя под следующий удар…       — Что? — губы Ренджи слабо разомкнулись. — Что ты сказал?       — Кучики Бьякуя – мой капитан, а я его лейтенант. Лейтенант шестого отряда — Такано Юкио.       — Его лейтенант? — повторился Ренджи, сведя широкие брови к переносице, и застыл в немом взгляде, смотря на лейтенантский шеврон Такано, туго перетянутый под плечом.       Ноющая боль все никак не унималась в груди Ренджи. Парень даже подумал, что готов вонзить пальцы в грудь и вырвать судорожно бьющееся сердце, которое все еще помнило Бьякую. С большим усилием вобрав в легкие воздуха, Ренджи сжал зубы от накатившей боли и уронил голову вниз, накрыв лицо широкой ладонью.        — Ты… Ты недостоин быть его лейтенантом! — на этих словах широко распахнув глаза, Абараи почувствовал сковывающие языки ревности внутри себя. — Не ты должен находиться рядом с ним, слышишь меня, Такано?! — вскрикнул Ренджи, злобно скалясь на парня.       Глаза Юкио широко распахнулись в тот момент, когда он услышал эти пронзительные слова. Пошатнувшись, лейтенант пропустил через себя тяжелый вдох, не понимая агрессивного поведения Ренджи. «Недостоин? Кто он такой, чтобы говорить подобное?» — подумал синеволосый парень, ловя на себе гневный взгляд.       — Ты и понятия не имеешь о том, как я счастлив быть его лейтенантом! — с вызовом ответил Юкио, высоко вздернув подбородок. — Что ты вообще знаешь обо мне? Ты…       — Мне плевать, но этот шеврон, что ты носишь, когда-то принадлежал мне… — перебив, ответил на выдохе Ренджи, сжав руку в крепкий кулак.       — Ты… — глаза Такано удивленно распахнулись, а брови высоко приподнялись; что-то с огромной и холодной силой ударило в голову Юкио. — Ты бывший лейтенант Кучики Бьякуи? Ты – тот, кто предал его и оставил свой долг. Зачем ты воспользовался доверием капитана и сбежал, как последний трус? Считаешь, что все еще достоин его? — впиваясь в глаза Ренджи озлобленным взглядом, Такано крепко сжал зубы.       — Заткнись! Ты не можешь знать о том, что у нас было с капитаном! — повысив тон, Ренджи с гневом в глазах окинул фигуру Такано. — А ты… Ты даже не пережил рядом с ним и сотой доли того, что удалось пережить мне! Я бы отдал все, только бы не потерять его, но, видно, я не был нужен ему. Шустрый же этот Кучики… Уже успел обзавестись новым лейтенантом…       — Это ведь ты закидывал капитана любовными письмами? Он не простит тебя, — ядовито взглянув в растерянные глаза Ренджи, Такано обхватил пальцами рукоять своего меча.       — Что? Так ты обо всем знаешь? Как тебе удалось найти его? — лютый взгляд Абараи застыл на лице парня и, осознав всю ненависть, которая черной пеленой накрыла его разум, Ренджи крепче сжал рукоять Забимару, готовясь вот-вот прикончить этого лейтенанта.       — Не важно. Почему ты так просто не можешь его оставить? — голос Такано оледенел. — Капитан Кучики не находит себе места от охватившей его тоски и горечи, так не путайся же у него под ногами! Твое время прошло, Ренджи. Ты больше никто. Так не мешай же теперь быть ему свободным!       — Заткнись! Ты никогда не станешь для него достойным лейтенантом! Ты и понятия не имеешь о том, кто такой капитан… Мне ничего не оставалось делать, кроме как уйти, — чувства Ренджи были на пределе, он сам ощущал, как внутри все сгорало пламенем ненависти. Все в момент стало осыпаться перед глазами Ренджи и его настигло то, от чего он долгое время пытался сбежать. Снова потоки неимоверных чувств давили на него неподъемным грузом, разрывая затянувшиеся раны.       — Это ничего не меняет, Ренджи, ты уже отголосок прошлого, — оголив лезвие своего занпакто, Такано вмиг преодолел расстояние, разделявшее его от Ренджи и, оттолкнувшись, замерцал в сюнпо, намереваясь задеть лезвием тело Абараи.       — Сволочь! — мгновенно среагировав, Ренджи отразил удар Такано.       Послышался громкий скрежет лезвий, прожигающие ненавистью глаза впивались друг в друга, давя невыносимой силой. Держа над собой металлическое лезвие, Ренджи поднял взгляд на парня, противясь давлению, отчего руки Абараи стали подрагивать. Такано, вытянув перед собой лезвие Харуки, оттолкнулся руками после удара и отскочил на значительное расстояние, все также не сводя глаз с Ренджи.       — Я не дам тебе в очередной раз причинить ему боль, — вобрав в легкие воздуха, Такано вздернул брови, с вызовом в глазах продолжая смотреть в лицо Ренджи. — Только один из нас вправе считать его своим капитаном, и ты знаешь, кому дано это право.       — А это не тебе решать! — ринувшись с места, Абараи сорвал с себя громкий и отчаянный крик, рассекая свистом воздух. — Реви, Забимару! — лезвие в момент удлинилось и, сменив свою форму, на огромной скорости едва не настигло лейтенанта.       Успев вовремя отскочить, Такано высоко подпрыгнул и, отбив удар Ренджи, силой удержал клинок, пропуская следовавшие удары от цепи с многочисленными лезвиями Забимару. Как только занпакто обратилось в прежнюю форму, Такано подскочил и, зависая в воздухе, расправил руки, направив острие меча на Абараи.       — Воспари над землей, Харука! — меч Такано словно в момент исчез, становясь невидимым для глаз Абараи, а между тем его фигура была заключена в некий давящий круг воздушного потока, который сдавливал всякое его движение. Воздух перестал поступать в легкие и, чуть не задохнувшись, Ренджи удалось избежать разящего удара от шикая Такано. Устремившись вверх и, используя мгновенный шаг, Абараи выбрался из замкнутого круга, пока его не разорвало на сотню мелких частичек.       Ретировавшись, он оказался над лейтенантом и, замахнувшись, едва не рассек спину Такано. Мгновенно среагировав, Юкио восстановил форму меча и, выставив перед собой лезвие, скрестил клинки с Ренджи, так же озлобленно продолжая смотреть на него. Абараи был очень быстр и силен, и этим оправдывал свое имя бывшего лейтенанта Кучики Бьякуи. Между тем свисты в воздухе и скрежеты клинков не прекращались, лишь нарастая с каждой секундой. Такано с трудом мог согласиться, что этот парень когда-то носил лейтенантский шеврон с номером шестого отряда. Техника Ренджи весьма удивила синеволосого лейтенанта, он старался полностью контролировать каждый его взмах.       Абараи выпускал весь свой гнев на Такано. Ренджи в тот момент был одержим яростью, не контролируя своих действий. Фигуры синигами метались по всей территории, мерцая в воздухе, сталкиваясь друг с другом и вновь отдаляясь на значительные расстояния. Тяжелое дыхание накрыло парней, но никто из них не мог опустить лезвие и остановить бессмысленную схватку. Каждый из них сейчас претерпевал громадный поток чувств, который не давал им отчета в действиях и лишь с нарастающей силой заставлял парней атаковать друг друга.       — Банкай! Хихио Забимару! — в момент лезвие Ренджи озарилось алым светом и буквально слилось в тело громадной змеи, которая с протяжным воплем растянулась по всему небу и на огромной скорости понеслась в сторону синеволосого лейтенанта. Сверкнув ядовито-желтыми глазами, змея раскрыла пасть, выпуская огромный поток духовной силы, которая должна была убить Такано. Подняв глаза, Юкио заметил над собой змеиную голову и, приготовившись уклониться в нужный момент, замер, увидев стремительный поток волны из лепестков сакуры, что твердой стеной заслонили его тело от атаки Забимару. Прямо перед глазами Ренджи пронеслись розовые лепестки, которые могли показать силу лишь одного занпакто, принадлежащего Кучики Бьякуе.       Сердце Ренджи пропустило несколько глухих ударов и, уже забыв о Такано, он встряхнул рукой, возвращая мечу прежнюю форму. Кажется, сейчас вся тяжесть неба обрушилась на сильные плечи Ренджи и сдавила его, лишая последнего глотка воздуха. Напряжение нарастало, а между тем небывалая сила сковывала сознание Ренджи. Бьякуя спокойно опустился рядом с Такано и, держа в руках Сенбонзакуру, смотрел вперед, устремив остекленевший взгляд прямо на Ренджи.       Взгляды их пересеклись. Ренджи разомкнул губы, не в силах выронить ни единого звука от накрывающего его изумления, одновременно с тем чувства его – забытые и далекие – вновь воспламенились в груди. Спустя столько времени лицо Бьякуи нисколько не изменилось, предоставляя взору Ренджи все те же тонкие черты: точеные скулы, распахнутые тоскливо-серые глаза, сжатые от волнения губы. Ветер развевал его волосы, спутывая меж собой пряди. Лицо капитана немного вытянулось в изумлении, а зрачки в его пасмурных глазах стали подрагивать. Этот образ, преследовавший Ренджи в мечтах и кошмарах, теперь во плоти стоял перед ним, лишая его веры в свой здравый рассудок. Ренджи боялся, что от одного лишь его вздоха фигура Кучики рассыплется в прах и снова исчезнет, медленно разлетаясь по ветру.       — Бьякуя… — губы Ренджи едва зашевелились, выронив лишь его имя.       Лицо капитана побледнело, а полураскрытые губы застыли. Тело Кучики замерло, а вместе с тем в груди его болезненно сжалось сердце, учащая свое биение. Ледяной ком подкатил к горлу, связывая дыхание. Бьякуя не мог поверить своим глазам, не мог воспринять происходящее, как должное. Всего лишь несколько минут назад он прочувствовал реяцу Ренджи, его духовный всплеск, а теперь… Наконец, нашел его. В ту же минуту Кучики бросил все ради того, чтобы добраться до источника этих духовных всплесков, которые могли принадлежать лишь одному синигами. Бьякуя чувствовал, что сейчас же мог оставить Каракуру, проигнорировать приказы генерала, подвести Урахару и всех синигами, замешанных в этой операции, только ради того, чтобы вернуть Абараи в Общество душ, вернуть к себе.       — Я ждал встречи с тобой, Ренджи… — тихим голосом сказал капитан, найдя в себе силы что-либо ответить.       — Бессмысленно… — на вздохе ответил Абараи и, сузив глаза, взглянул в лицо капитана. — Зря время ты никогда не терял, быстро же нашел мне замену…       — Это не так, — ответил коротко Бьякуя, прочувствовав на себе пронзительный взгляд Ренджи.       Ревность к капитану буквально прожигала Ренджи, а его чувства, вновь сорванные от одного лишь взгляда Кучики, сводили с ума, не давая Абараи ни единой минуты покоя. В глубине души Ренджи был благодарен судьбе за эту встречу, он чувствовал, как давно нуждался в том, чтобы просто взглянуть в глаза Бьякуи, услышать его голос и прочувствовать его поразительную реяцу. Казалось, все это осталось по ту сторону врат Сенкаймон, за пределами всех измерений, в одном лишь несчастном Сейритее, от которого Абараи не нашел утешения даже после совершенного побега. Может все это вечный сон? Одно из иллюзий, которые преследовали Ренджи на протяжении всего этого времени?       — Я не искал встреч с тобой, мне достаточно всего того, что было между нами, — тяжело вздохнув, Ренджи сильнее сжал рукоять Забимару, чувствуя, как сейчас же сломается под таким напором чувств.       — У меня не было выбора, ты ушел, не оставив о себе ничего, кроме того письма, — чувствуя неприятную дрожь внутри себя, Бьякуя усмирил судорожное дыхание, стараясь противиться той боли, которую сейчас причинял ему Ренджи. — Я надеялся, что ты когда-нибудь вернешься.       — Зря… У меня нет теперь ничего, что связывает меня с прежней жизнью, но зато у тебя есть новый лейтенант, который стал мне отличной заменой, посмотрим, насколько его хватит…       — Это меня не избавило от тоски по тебе, Ренджи, — не сдержавшись, ответил Кучики, смотря своим глубоким взглядом в глаза бывшему лейтенанту. Кончики пальцев капитана оледенели и стали подрагивать, в то время как очередной порыв обдал холодом его лицо.       Впервые Такано мог прочитать на лице капитана столько эмоций, которыми он, казалось, был обделен. Чувствуя давящее напряжение между капитаном Кучики и Ренджи, Юкио осознавал, сколько всего осталось пережито между ними. Все эти попытки бывшего лейтенанта и капитана вернуться в истоки прошлого оставляли тяжкий след поражения.       Слова Бьякуи горячо обожгли сердце Ренджи и заставили его сильней забиться. Неужели теперь капитан находил в себе силы отдать Ренджи те чувства, которых он никогда не мог ощутить на себе?       — Почему только сейчас… Ты говоришь о том, что следовало сказать раньше? Ты позволил кому-то так быстро встать на мое место, словно я для тебя ничего не значил, уверен, ты так же быстро забыл обо мне, так почему же я не могу сделать этого? — сквозь сжатые зубы ответил Ренджи.       — Я был назначен лейтенантом по приказу Ямамото Генрюсая, — тут в разговор вмешался посторонний голос, принадлежавший Такано. Шагнув вперед, Юкио наполовину заслонил собой фигуру капитана и, крепко ухватившись за рукоять Харуки, поднял взгляд на Ренджи.       — Ты не должен иметь к капитану Кучики никакого отношения! — вновь порыв ревности и гнева овладели разумом Ренджи. Он не мог так просто свыкнуться с мыслью о том, что все это время Такано был с Бьякуей. Они были вместе. Могло ли их связывать что-то большее? Ренджи убивала неизвестность, потерянность и страх, перед которыми он терял свое самообладание. Между парнями снова назревала схватка в то время, как Бьякуя не успел что-либо предпринять. Уже в следующую минуту Ренджи, замерцав в сюнпо, занес лезвие Забимару над головой Такано. Снова скрежет лезвий, свисты в воздухе и огромные всплески духовной силы.

***

      В ту минуту потоки реяцу привлекли внимание Куросаки, который продолжал отбиваться от гиллианов в самом центре Каракуры. Отвлекшись, он высоко вздернул голову, заметив, как быстро и стремительно стало темнеть небо. Набежали громовые тучи, и все небо окрасилось в мрачный цвет, содрогаясь в первых раскатах.       — Рукия, постарайся отбиться от меносов, я должен найти Ренджи! — обратившись к девушке, рыжеволосый синигами вмиг замерцал в сюнпо, отдаляясь от своих товарищей на большие расстояния.       — Ичиго, будь осторожней, — задумчиво сведя брови, ответила Рукия, провожая сосредоточенным взглядом фигуру Куросаки.       Стараясь не упустить реяцу Абараи, Ичиго в момент натолкнулся взглядом на две сражающиеся фигуры, одна из которых принадлежала самому Ренджи. Вторая же фигура была незнакома Куросаки, однако в ту же минуту Ичиго поразили способности синеволосого парня в форме синигами. Он отражал удары Абараи и с большой точностью наносил их в ответ. Поглощенный отчаянием Ренджи нисколько не уступал парню в своей силе и способностях.       — Да что этот идиот вообще творит? — удивленно распахнув глаза, проговорил Куросаки, стремясь настигнуть Ренджи первым.       — Бакудо № 61: Рюкудзё Коро, — в момент движения обоих синигами оказались скованы ловушкой из шести блоков, отчего ни один из них не смог больше двинуться. В воздухе появилась фигура Бьякуи, а заклинание пути связывания потоком было выброшено из его протянутой руки.       — Э… Бьякуя?! — округлив глаза, Ичиго притормозил, оказываясь на тот момент в нескольких метрах от капитана Кучики.       Мимолетно взглянув на прибывшего Куросаки, Бьякуя отвел глаза, наблюдая за происходящим.       — Ты не можешь решать за капитана Кучики! — пытаясь освободится от духовных блоков, Такано оскалился, смотря в глаза Ренджи.       — А ты можешь просто взять и заткнуться! — немедля ответил Ренджи, так же предпринимая попытки освободиться от бакудо Бьякуи.       — Да что тут вообще происходит? Ренджи, какого черта ты творишь? — обратившись к приятелю, спросил Куросаки, и тут же ощутил на себе тяжелый взгляд Бьякуи. — Ээ… Бьякуя, тебя прислали из Общества душ?       — Всем было бы проще, если бы наши силы объединились, — откуда-то сверху донесся голос Такано до слуха Ичиго.       — Ты вообще кто? — недоуменно подняв брови, спросил рыжеволосый синигами, оглядывая того недоверчивым взглядом.       — А что не видно? Новый лейтенант Бьякуи, черт возьми! — осведомил Ренджи, злобно скалясь на Такано.       От удивления Ичиго разинул рот, и как только натолкнулся взглядом на лейтенантский шеврон, осознал, что слова Ренджи оказались правдивыми.       — С вашей помощью пустых стало гораздо меньше, в центре почти никого не осталось, — сказал Ичиго, переводя взгляд с Такано на Бьякую.       — Мы бы и сами могли прекрасно справиться, — опустив взгляд на Бьякую, ответил Ренджи, не находя в себе силы умерить ревность и пыл, что бушующей силой отнимали остатки его сдержанности. — Я надеялся, что больше не увижусь с вами, капитан Кучики…       Глаза Бьякуи широко распахнулись после слов Ренджи, а дыхание в груди замерло большим куском льда. В момент что-то разбилось на огромной скорости и вонзилось в него, подавляя остатки чувств, и вновь его заполнила холодная пустота, заволакивая в бесконечную бездну отчаяния. Слишком неосторожен был Ренджи сейчас. Одним движением высвободив обоих парней от блоков, Бьякуя повернулся спиной, опустив вниз лицо.       — Возвращаемся, лейтенант Такано, — после этих слов Бьякуя, больше не задерживаясь, замерцал в сюнпо, с удивительной скоростью отдаляясь от синигами. Застыв взглядом на исчезающей фигуре Бьякуи, Ренджи проводил его остекленевшим взглядом, чувствуя, как с каждым стуком сердце сжимается все сильней и сильней, обдавая болью, и уже вдалеке растворилось хаори капитана; он исчез. «Он даже не представляет, как я хочу снова стать его лейтенантом и вернуться в Общество душ. Я так скучал… А теперь, видя рядом с ним другого, не могу пересилить свою ревность. Прости меня, Бьякуя, ты не должен был появляться», — подумал Абараи и, оттолкнувшись, так же ретировался, направляясь вслед за Куросаки.

***

      — Ааа, уже вернулись, Кучики-сан? — встретив в проеме седзе возвращающихся синигами, Урахара надвинул на глаза панаму, все так же помахивая перед лицом веером. — Какой денек! Какой денек! Как я вымотался…       Тут же Киске прочувствовал на себе тяжелый и остекленевший взгляд Бьякуи, от которого даже мурашки пробежались по спине экс-синигами.       — Что такое, Кучики-сан? — высоко вздернув брови, спросил Киске, смотря в мрачное и опечаленное лицо капитана шестого отряда.       — Вы ведь знали, что Ренджи все это время был здесь, но ничего не сказали мне… — тихим и спокойным голосом проговорил Кучики, опустив отяжелевшие веки.       — Как это не сказал? Ох, видно забыл… Совсем рассеянным стал, столько событий, столько информации, что кругом голова, — широко улыбнувшись, Киске учащенно замахал веером у своего лица, разгоняя поток слабого ветра. — Встретились-таки… — тихо пробубнил владелец магазина, загадочно надвинув свою панаму на глаза.       Пройдя мимо Урахары, Бьякуя исчез за проемом седзе, больше не проронив ни слова. Следом за капитаном показалась фигура лейтенанта. Задумчиво сведя брови к переносице, Такано смотрел под ноги, не поднимая глаз. Он испытывал странные и противоречивые чувства, после того, что произошло между ним, капитаном и Ренджи. На его лбу выступила маленькая морщинка, а губы были сжаты в тонкую нить. «Не может быть… Ренджи – синигами, так еще и бывший лейтенант капитана Кучики. Я представлял его совсем иначе, однако… В чем же он винит капитана? Бьякуя ведь не отказывался от него, Ренджи сам ушел. Столько всего разом навалилось на меня. Я запутался. Но, видно в произошедшем есть и моя вина. Я должен был быть немного сдержанней, может быть тогда Бьякуя и Ренджи смогли бы спокойно поговорить друг с другом. Я должен извиниться перед капитаном. Он слишком подавлен и вряд ли о чем-то захочет поговорить, но… Я тоже боюсь его потерять» — думал Юкио, швыряя под ногами какой-то небольшой камешек, после чего неосторожно попал им по стеклу лавки Урахары.       — Хватит безобразничать! — прислонившись к проему, Урахара развел руки, — Такано-сан, будешь мне возмещать материальный ущерб, что же ты хулиганишь под моими окнами?       — Ааа, извините, Урахара-сан, — пожав плечами, Такано остановился около блондина.       — Завтра у вас еще один напряженный день, а в особенности для твоего капитана, — развернув в руках веер, Киске одним движением сложил его и, повернув тупым концом, стукнул им по лбу Такано. — Поддержи его, он вернулся очень расстроенным.       — Ай… Я постараюсь, — сморщив лицо, ответил Юкио, потирая ушибленный лоб.

***

      Обойдя все комнаты, Такано не нашел капитана. Пустота царила и здесь, наполняя своим мраком некогда светлые комнаты лавки. Такано глубоко переживал за чувства Бьякуи, которых капитан не смог спрятать при виде своего бывшего лейтенанта. Выйдя к порогу, Юкио вдохнул вечерний прохладный воздух, который немного сбавил напряжение, поселившееся внутри него. Ночь была тихой. Дул слабый ветер. Небесное полотно сияло осколками далеких звезд, а таинственная луна была окутана пеленой приближающегося тумана. Ее призрачный свет ложился на крыши домов Каракуры, в которых один за другим затухал свет, и только одинокие фонари продолжали освещать небольшие уличные пространства. Опустив взгляд, Такано заметил сидящего у крыльца капитана. Волосы Бьякуи, высвобожденные от кенсейкана, были откинуты на его спину, рассыпаясь красивыми кистями. Сняв с себя форму синигами, а вместе с тем и капитанское хаори, Бьякуя накинул на плечи свободный белый халат, который повторял изгибы его стройной фигуры, смыкаясь на талии небольшими складками от затянутого пояса. Глаза капитана были устремлены вдаль, а брови сведены к переносице. Вероятно, сейчас он находил себе утешение в одиночестве, которое могло немного расслабить его и унять боль.       — Капитан… — тихим голосом позвал Такано, смотря на плечи аристократа. Задержавшись у порога, Юкио взял с полки теплый плед Урахары и, смяв в руках, расправил шерстяные ткани.       Посмотрев боковым зрением на своего лейтенанта, Бьякуя слегка приподнял лицо, отчего его черные волосы непослушно рассыпались по плечам.       — Мне бы хотелось извиниться перед вами за сегодняшнее… — продолжил Такано и, подойдя к капитану, согнул ровную спину, тяжело вздохнув.       — Ты ни в чем не виноват, — опустив голову, ответил Бьякуя, скрестив руки на груди.       Наклонившись, Такано аккуратно накрыл плечи капитана теплым пледом, видя, как легкие ткани его халата пропускали прохладный воздух. Потянувшись длинными пальцами, Бьякуя ухватился за края шерстяного пледа, натягивая на себя. Лицо его по-прежнему оставалось таким же печальным и мрачным, отчего Такано испытывал глубокое беспокойство. Между тем сердце Юкио не находило покоя, он метался в догадках, перебирал разного рода теории, которые могли бы оправдать поведение Бьякуи и Ренджи, но ничего стоящего не приходило в голову. Оставшись наедине с капитаном, Такано прислонился к деревянной колонне, подняв глаза высоко в небо. Бьякуя словно не замечал его присутствия, слишком глубоко уходили его мысли, и слишком пусто было в душе у капитана.       В то же время Ренджи метался в кровати, не в силах закрыть глаза и стереть с памяти сегодняшнее происшествие. Сердце его слишком громко стучало от одних лишь мыслей о капитане и тут же сжималось, когда в воспоминаниях звучали слова Такано – «Отголосок из прошлого». Бледный свет скользил по его смуглым плечам, очерчивая контуры мускулистых и напряженных рук. Он держал Бьякую в своем сознании, проворачивая в памяти каждое его слово. «Это не избавило меня от тоски по тебе» — голос капитана по-прежнему переливался в ушах Ренджи.       — Черт… — вздохнув, Абараи откинул голову, рассыпая на подушке свои длинные красные пряди.       «Нельзя было допускать встречи с ним, потому что мне теперь сложно остановится. Мне снова хочется его увидеть. К черту этого Такано, к черту всех и все на свете. Я не могу перебороть свою любовь к Бьякуе. Я хочу вернуться в Общество душ, в шестой отряд! Я хочу быть снова лейтенантом! Да каким я был глупцом, пытаясь убежать от Бьякуи. Но ведь он всегда был рядом. В моем сердце и мыслях. Его образ – внутри меня. Ведь невозможно убежать от того, что внутри нас. Я выбрал этот нелегкий путь, позволив сердцу любить. Но выбирать, когда положить конец этой любви, невозможно».