метка Джебома

Знакомый поворот и два охранника, глядящих исподлобья. Енджэ выдыхает. Спокойно, Енджэ. Спокойно. Он кивает и заскакивает внутрь, проходя через темный коридор, слыша отчетливое эхо своих же шагов. Лилия в руке все так же жжется холодом, но выпустить ее он не может — она будто приросла к ладони. На нем черная мягкая рубашка, черные зауженные брюки с прорезями и белые кеды. И он не знает, какого черта он так вырядился. Он плавно входит в толпу, умело лавируя между тел. Пару раз приходится отрывать от себя чьи-то настойчивые руки и уворачиваться от брызг коктейлей. Он находит барную стойку, нервно сжимая в ладони цветок. Все тот же молодой бармен БэмБэм, очаровательно улыбающийся какой-то девушке. Енджэ оглядывает толпу, надеясь высмотреть Его, но не видит. Может, это просто разыгравшееся воображение? — фыркает парень, но лилия, будто чувствуя настрой, колет мимолетной болью. Нет, не воображение. Он прикрывает веки, биты вымещают мысли из головы, а пары алкоголя потихоньку туманят разум. — Ох, ты все же решился, Енджэ-я, — бархатный голос прорезает громкую музыку и заставляет покрыться мурашками. Чхве открывает глаза, затылком чувствуя чужое дыхание. Чужая рука медленно, стараясь не испугать, ведет по ладони и обхватывает запястье, — пойдем, мой ангел. Енджэ как зачарованный встает и молча следует за демоном. Чхве держится позади, рассматривая широкие плечи, облаченные в красную рубашку, и медленно опускает взгляд вниз. На секунду в свете прожекторов ему кажется, что мелькает хвост, но видение быстро испаряется, стоит ему моргнуть. Чужая рука сжимается крепче, призывая ускориться, и блондин ускоряет шаг, почти вплотную идя за мужчиной. Вскоре они выходят в знакомый коридор. Шум позади быстро смолкает, и вновь эхо шагов быстро распространяется по длинному коридору. К Енджэ возвращается сознание, и он насторожено осматривает интерьер. Шаги Джебома четкие и неспешные, Енджэ странным образом чувствует силу исходящую от него. Демон все еще сжимает его руку. — Мы идем в твой кабинет? — Чхве почти не страшно, по крайней мере, не дрожит голос. — Да, — лаконично отвечает демон. — Зачем? — Енджэ колеблется, прежде чем задать вопрос. Хотя, и правда, зачем? Мужчина останавливается посреди бесконечного коридора и медленно оборачивается. Чхве видит хищную полу-улыбку, и у него подгибаются колени. Джебом делает шаг в его сторону, а младший шарахается назад, но Джебом, вообще-то, демон. Чужие руки обнимают сзади, сильно прижимая к крепкому телу. Енджэ замирает, слыша чужие вдохи возле уха. Перед глазами висит мрачная картина ярко-алого яблока на черной материи в золотой раме. — Енджэ, мой милый, непорочный ангел, — тянет опасно сладко, едва касаясь губами уха, — как ты думаешь, чем мы питаемся? — Енджэ чувствует, как на чужой руке вновь появляются когти. Левая крепче перехватывает его за талию, в то время как вторая медленно поднимается по торсу вверх. — Я…я не знаю, — он практически шепчет, потому что сердце бьется как сумасшедшее, и все нутро сжимается от раздирающих его чувств. Сознание мечется, не понимая как действовать. Джебом медленно ведет кончиками когтей по чужой груди и поднимается вверх, едва надавливая. Светлая кожа скрыта тканью, и Им неспешно расстегивает три верхние пуговицы. Ведет когтями по чужим ключицам и оставляет небольшие красные полосы, упиваясь чужим смятением. — Эмоции. Любые. Естественно от сильных эмоций мы получаем куда больше энергии и удовольствия, — последнее слово он проговаривает насмешливо, попутно ведя рукой по чужой шее. Енджэ покорно поднимает голову, подставляясь, краем глаза замечая чужие удлинившиеся клыки. — Т-то есть, я… — он сглатывает, ясно чувствуя, как чужие когти несильно давят на кожу, — я буду давать тебе свои…эмоции? — дыхание старшего учащается, и он несдержанно давит на светлую кожу сильнее, пуская кровь. Енджэ испуганно выдыхает и перехватывает чужую руку. Перед глазами будто все пульсирует, потому что первобытный ужас накатывает и сметает все напрочь. Неглубокие порезы пульсируют. Им упоенно впитывает в себя чужие разбушевавшиеся эмоции. Он чувствует, как сила течет по венам, заставляет глаза гореть ярче. Kровь медленно собирается в капли и стекает по коже, оставляя красные дорожки. Джебом, не отрываясь, следит за ними, желание попробовать кровь на вкус одолевает все сильнее. — Не надо, прошу, — Чхве слышит себя как будто со стороны, и его голос срывается. Джебом глубоко вдыхает чужой запах, опускает руку обратно на талию и упирается лбом в чужое напряженное плечо. — Прости, малыш, прости. Я просто не сдержался, такого больше не будет, хорошо? — Чхве неуверенно кивает, снова тяжело сглатывая, — все хорошо, Енджэ-я. Чхве успокаивается, постепенно адреналин в крови прекращает свое действие, и приходит слабость. Енджэ рвано выдыхает, роняя голову на плечо демона. — Я…что происхо… — он не может договорить, заплетается язык, и перед глазами все плывет. Алое яблоко на картине теряет четкость, и Енджэ цепляется за чужие руки. — Тшш, все нормально, мой ангел, тебе нужно отдохнуть, ты сегодня хорошо постарался, — Енджэ чувствует, как его подхватывают на руки и куда-то несут. Темнота сгущается, и вскоре остается лишь чужое размеренное дыхание и эхо четких шагов. Енджэ проваливается в бездну.