Часть 1
10 июля 2017 г., 20:27
Запах химикатов тонким ароматом плавно разносился по всей деревянной комнате, не попадая в невидимые щели. В помещении еще чувствовался еле уловимый запах сигарет, но был в таком ничтожном количестве, что работе не вредил. На широком рабочем столе, сделанного из старого дуба и недавно покрытый лаком, помещались все инструменты и материалы для работы, даже оставалось немного свободного места для разных мелочей, но он оставлял все так, как было. На гладкую поверхность он положил несколько стеклянных шаров, напоминающие глаза, алюминиевый поднос с позолотой, на котором лежали медицинские инструменты, особенно скальпели, хирургические иголки разной толщиной и моток ниток. Недалеко расположился каркас из дерева, проволоки и металлическим стержнем. Все было готово к работе, оставалось только размять пальцы, настроиться на равномерный темп и получать удовольствие от прикосновения мягкой шкурки пальцами, прохлады наполнителя и чувствовать легкое головокружение от все никак не выветрившегося запаха химикатов. А ведь прошло достаточное количество дней, прежде чем он начал выполнять очередную ступень к сотворению второй жизни.
Мужчина задумчиво поправил очки в круглой оправе, прикидывая позу будущему творению. Он считал, что хорошая работа должна содержать в себе динамику животного, саму его сущность, показывая свою непокорность и стойкий дух зверя даже после смерти, поэтому всегда тщательно прорабатывал образ, не упуская ни одной детали. Он страстно желал, чтобы когда-нибудь его работы ценили наравне с Гарриет Хортон. Несколько раз глубоко вздохнул, мысленно обволакивая себя аурой творца для настроя.
Свежеобработанная шкурка зверька лежала и ждала, пока ее начнут натягивать на каркас. Но разноволосый не торопился брать в руки столь хрупкий материал. Он боялся испортить довольно мягкий мех, плавно отливающий всевозможными оттенками коричневого при свете лампы. Смело взявшись за инструменты, Том старательно взялся набивать конечности. Чертыхнувшись, он досадно вспомнил про перчатки, лежавшие недалеко от стола, и тут надел их. Одно из главных правил он и забыл, за что мысленно дал себе подзатыльник.
Стрелки часов незаметно совершили целый оборот, другой, третий, пока маленькая голова хорька не вылезла из домика. Вздрогнув, Томас отложил лапки в сторону, и размялся. Двенадцать часов, время для завтрака.
Мужчина с сожалением оставил кабинет и отправился на кухню. Все тело от усердия болело, но тот даже наслаждался приятной ноющей болью. Еще столько нужно сделать, столько идей в голове, просто тело не привыкло.
За чашечкой кофе он просматривал учебную литературу, заполняя пробелы в знаниях. Снова углубившись, мужчина пропустил звонок в дверь. Через пару минут дрель повторилась и мужчина нехотя отправился смотреть на гостя.
— Гэ-гэ-гэй, Том, здорова! — Промурлыкал незваный гость. — Как жизнь?
Заходя за порог, невысокая женщина довольно потянулась. Запах рыбы тут же ударил в нос, заставив того неосознанно задержать дыхание.
— Что тебе надо? — скривившись спросил, взглянув на запачкавшийся пол.
— Да тут мимо проходила, решила зайти. А то ты, как обычно, засядешь, так тебя нигде не видно и не слышно.
Том прошел за бестией, следя за своим имуществом. Преимущественно он опасался за свою коллекцию камней и редкие старые инструменты, что так не вовремя лежали не на своем месте. С сожалением посмотрел на следы от коридора до гостевой, не особо следя за ходом мыслей знакомой. Он знал, что по большей части монолог Эмми не несет ничего существенного. Присев на мягкий диван с огромными серыми подушками, она резко замолчала.
— Увидела? — Мягко улыбнулся, закуривая. — Со мной все хорошо, можешь дальше идти по своим делам. — Немного замялся, затягиваясь. — Ну и пол за собой вымыть. Как раз за дверью будешь по окончанию.
Но она пропустила мимо колкость, задумавшись. Сжимая и разжимая кулаки с невероятно длинными ногтями, досадливо улыбнулась.
— Ты тут совсем недавно, почти никого не знаешь, постоянно работаешь. Я правда хочу разбавить твои будни, ну, и попросить об одной маленькой услуге. Мне нужна рыба.
Том поднял брови, недоверчиво рассматривая собеседницу. Длинные рыжие волосы девушки немного спутались, а блекло-зеленые глаза пусто смотрели сквозь стену. Поймав себя на жадном пожирании взглядом удавшейся позы, которая, несомненно, выделяла все достоинства девушки, он встрепенулся, чуть покашливая.
— Купи в магазине.
— Нет. Ты мне ее сделаешь.
Она улыбнулась, но в ее глазах Том заметил легкую ярость. Сама мысль о том, что его просили сделать чучело рыбы радовало молодого человека, но как это преподнесли немного задевало. Пусть они были бы хоть сто раз друзьями, такого пренебрежения к своей персоне он терпеть не мог.
— Не много ли ты хочешь, Эм? — На свою манеру сократил мужчина имя знакомой. — Приходишь, что-то треплешь, а потом высунь и положи так сразу.
Немного фыркнув, она надула щеки, бубня себе под нос непонятные ругательства. Том заметил, как девушка медленно начала кусать нижнюю губу, чуть выпячив грудь вперед.
— Признаю, много. — Закинула ногу на ногу, следя за прищуренным взглядом своего спасательного круга. — Но результат будет того стоить, уж поверь мне.
Том чувствовал подвох в ее словах, но не видел причины отказываться. Если, конечно, она додумается нормально попросить. Он не взвешивал «за» или «против», без колебаний выбирая сторону опыта. Неважно, как получен и для кого. Если есть возможность творить, то он не отступит никогда.
— Не-е-ет, — монотонно протянул, устало осматривая свои руки, которые украшали пластыри, — мне такое не особо интересно. Да и темнишь ты, как всегда.
Эмми коротко вздохнула, вновь откидываясь на мягкие подушки. Она разочарованно посмотрела на своего знакомого, совершено не понимая того. Том все так же спокойно сидел, затем взял одну из валявшихся на чайном столике книгу и принялся читать, не обращая внимание на гостью. Если разговор окончен, почему бы не использовать время себе во благо. Во всяком случае, Том сделал это убеждение своей неоспоримой аксиомой жизни. Как раз для таких вот случаев.
Он запомнил несколько страниц прежде чем почувствовал, нежели увидел, что его гостья куда-то пропала. Спохватившись, Том быстро рванул на кухню.
— Что ты делаешь? — Взволнованно прокричал, когда увидел, как рассматривала женщина его коллекцию. — Положи на место.
— Но я только посмотреть же.
— Положи. — С нажимом повторил, ощущая, как начинается головокружение. — Тебе пора.
— Не-а. Пока не согласишься.
Перед Томом встала дилемма. Либо он предстает перед ней в не лучшей форме, возможно, даже упадет в обморок, либо соглашается и терпит приступ. Спровоцированный ею. Он уже забыл, когда в последний раз чувствовал себя так плохо. Да и никто не трогал его вещи, чтобы был повод.
— Хорошо. — Сипло проговорил. — А теперь уйди.
Он не видел, как она оставила свой номер телефона. Сейчас мужчина проверял целостность. И каково его было облегчение, когда все было на месте.
Дверь захлопнулась, силы покинули и он глухо упал. Мужчину скрючивало, тошнота подступала в горло, голова гудела и было ощущение, что кровь лилась из носа, но он не проронил ни единого звука. Лишь уничтожал взглядом ободранные обои в углу коридора. Попытавшись подняться, Томас схватился за полотенце, но то просто полетело на него вместе с вилками, что сам же положил сушиться. Он хотел прекратить это, уйти.
Приступ сошел на нет и Том встал с пола, поднимая разбросанные вещи. Он вошел в свой кабинет, немного вздрагивая от резкой перемены температуры, и быстро отложил все ненужное в сторону. Рыба не песец или хорек, с ней нужно быть еще более осторожным, а мужчина пока к этому не был готов. Да и нужно отвлечься от неприятного… Неприятной назойливой особы, которая надавила на него и, как результат, вызвала очередной приступ. А если будет отдыхать, то мысли уведут его не туда.
Не обращая внимание на легкую тошноту, он достал принесенного карпа из пакета с водой, положил на доску, покрытую пленкой, и трясущимися руками взял ножик.
— Черт! — В сердцах кинул лезвие на стол, быстро отходя к шкафу. Нарыв перчатки с плотной маской, он быстро нацепил на себя и вернулся на место. — Если я этого не сделаю, какой же из меня профи будет?
Несколько раз сглотнул, но все же разрезал шкуру по брюху. Потроха рыбы неприятным хлюпким звуком упали на разделочную доску, когда Том начал вычищать. С каждым новым надрезом кишечного тракта, он молился, как бы не повредить кожу. Но пару раз все же неаккуратно проколол, чертыхаясь и молясь о невидимости. В конце вычистки рукав халата стал мокрым, но испарины на лбу не прекращали появляться.
Полностью очистив тушку рыбы, он приступил к голове. Сам себе удивляясь, его руки с легкостью проделали всю работу без каких-либо ошибок. Полость очищена и набита, глаза заменены на пластмассовые шарики. На радости мужчина сделал перерыв и снова стал работать. Руки снова были проколоты проволокой и залеплены новым слоем пластырей, подушечки пальцев болели, но это все меркло перед проделанным. Как итог: вся рыбка блестела от лака, но издалека выглядела живой. Если приглядеться, можно увидеть маленькие дырочки, но они были скорее плодом страха Тома. Он отнес окуня на закрытый темный балкон и устало завалился на кровать.
У него всего несколько дней спокойствия, прежде чем высохнет эта работа. Всего ничего. Как на зло, перед глазами стала всплывать волосы девушки. Как бы они лежали, если бы она приняла другую позу, менее вызывающую. Представлял, как бы она выглядела с его волосами — черно-белыми и очень непослушными. Последнее, что он увидел в голове, прежде, чем заснуть, это крылья, вырастающие из поясницы. Такие легкие и неудобные, прям как она.
***
— Пошли, я тебя провожу. — Лениво отозвался молодой человек, глядя через открытую входную дверь на сумерки. — Мало ли, что случится. Мне бы не хотелось, чтобы ты пострадала, Эмми. Она все еще довольно смотрела на коробку, в которой аккуратно, словно самая дорогая вещь на земле, лежало чучело рыбы. Глаза девушки блестели нездоровым блеском, дышала через раз, не веря, что у нее получилось. — П-проводить? — Лукаво спросила, чуть заикнувшись. — Хорошо, я буду рада с тобой прогуляться. Он быстро накинул черное пальто, закутавшись потеплее, и пошел в сторону ее дома, закрывая за собой дверь на ключ. Они шли молча, не пытаясь как-то начать разговор. Благо, людей они почти не встречали, медленно шагая по вытоптанным дорожкам городского парка, сейчас они были ни к чему. Но вскоре Томас спросил так мучавший его вопрос. — Ты так и не сказала, зачем тебе рыба. Хмыкнув, она осторожно перекинула пакет из одной руки в другую. Том с прикрытым волнением ожидал ее ответа, боясь самого худшего. — Ну, понимаешь… — Начала она, свободной рукой заправляя волосы за ухо. — Я сейчас на мели, а тут выдался удобный шанс подзаработать. Он ничего не понял. Внутри него все кричало, что это неправильно и мужчина поддался чувствам, незаметно сворачивая в сторону канализационной арки. Там точно не будет народу, они и поговорят в спокойной обстановке. — А причем тут рыба? — Тихо спросил, сжимая кулаки в карманах пальто. — Неужели перепродашь и за свое выдашь? Засмеявшись, она отрицательно покачала головой. Деревья сменились на кусты, появилась речка и не особо благовонный запах. — Просто она будет хорошим задатком, когда я втянусь в эту… Кампанию. Да, именно в нее. — Она закусила губу, останавливаясь недалеко от входа, на что глаза Тома стали практически черными. — Спасибо тебе. Знаешь, я понимаю, что сейчас испорчу все, но ты должен знать. Том глубоко дышал, не желая ничего слушать. Где-то глубоко в сознании он понимал, что слишком печется о своих работах и нужно уметь опускать их. Но он не мог. Только не сейчас, он не готов для того, чтобы просто так отдать неизвестно зачем. К сожалению, мужчина понял это слишком поздно. — Ну? — На самом деле мне пришлось заняться контрабандой, а эта рыба послужит чехлом для перевозки. — Взглянув на Тома, Эм испуганно замахала руками, пытаясь успокоить своего знакомого. Но девушка все же думала, что он стал очередным ее фанатом. — Я не могла тебе не сказать, потому что понимаю, что использую не по делу. Но тебе можно доверять, я это вижу. Если все сложится, давай… — Нет. Она удивленно посмотрела на собеседника, не зная, как точно нужно реагировать. — Почему? — Ты будешь и дальше меня использовать. Спасибо, откажусь. Том не знал точно, что ее больше разозлило — ее неряшливый вид после отказа или же резко изменившееся выражение лица, но стало неприятно. Если бы Эм просто наорала на него, то он бы еще пропустил это мимо и ушел по своим делам, наплевав даже на ту арку. Но ее атака ногтями заставила передумать. Три глубокие царапины появились на скуле. Кровь только начала медленно появляться на коже, но ранки уже нещадно болели. Он понял. Так, как она, его еще никто не раздражал. И от раздражителя нужно избавиться. — Да как ты смеешь?! — Не видя изменений, повышала голос девушка. — Ты уже влез в это вместе со мной. Если бы не проявлял ко мне интерес, черта с два я согласилась бы с тобой общаться. Взяла бы чертову рыбу и ушла. Так что радуйся, что с барского… Договорить ей не дал удар под дых. Какой-то бред пошел с ее стороны, который не относился к ситуации, ей богу. Лишившись воздуха, девушка шатнулась и повалилась в глубокую неогороженную яму — вход. Тот самый, который привлек Тома. Послышался тяжелый стук, словно мешок цемента уронили на пол, и хруст. Том мягко спрыгнул следом, чертыхаясь про себя. Вот она — возможность взять ее сейчас. За весь гнев и неудобства, что она принесла. За свою заносчивость и эгоизм, за неуважение к его труду и любви к делу, за насилие со стороны. За все. Аккуратно положив девушку на пол, он с облегченным коротким вздохом заметил, как она начала открывать глаза, постанывая. Крови не было, не считая открытого перелома, из которого сочилась алая кровь. — Что ты… Не дав себе полностью очнуться, девушка бросилась на свет, падая. Рука запуталась в пакете и девушка быстро вытащила рыбу. — Не приближайся! Иначе я кинусь ею! — В панике, Эм случайно ударила головой чучела об липкий бетонный пол, ломая. — Да пожалуйста. — Меланхолично ответил. Том был очень рад, когда достал коробочку с иголками. Его забывчивость впервые пошла на пользу. — Меня заинтересовало, что ты там говорила. — Начал он, пуляясь иголками в девушку, благополучно промахиваясь. Однако, как и хотел молодой человек, эти действия нагнетали больше страха. — Что-то про интерес. — Но… Но т-ты же прояп. Проявлял знак-ки внимания! Еле слышным осипшим голосом заикалась Эм, чуть отползая назад. Декоративная рыбья голова чуть отскользила в сторону под нажимом ладони девушки. Она потеряла равновесие, с криком завалилась на пол. Том обеспокоенно посмотрел на свою гостью, не желая причинять ей хоть какие-то видимые увечья. Ядреный запах отходов в канализационном проходе заставлял кружится голову даже его, не говоря о испуганной девушке. Нет, не совсем так. О безупречной модели. — Какие? — Спокойно спросил, снова закуривая. Он не хотел торопиться, интересно было пронаблюдать за ее поведением, чтобы выбрать правильную эмоцию. Лицо девушки, на удовлетворение разноволосого, менялось с поразительной скоростью: слезы большими градинками скатывались по щекам и ушам, переходя на шею; черные разводы от туши создавали причудливые линии, а глаза — они больше всего затронули взгляд эстетика — то расширялись, позволяя зеленой радужке блестеть еще больше, то сужались, даруя темный и опасный цвет, в котором чувствовалась угроза. Единственное, что считал юный таксидермист неприемлемым, это пухлые губы, искривившиеся в неправильную линию. Убогую, неприятную линию, показывавшая зубы. В его затуманенном сознании сразу возник образ, где эта юная рыжеволосая фея сидит с зашитым ртом. Пока он разглядывал ее, девушка попыталась отползти ближе к выходу, закусив нижнюю губу до крови. Правая нога жгла огнем и находилась далеко не в правильном положении. Женщина стремилась к свету, на выход, подальше от обезумевшего парня, которым недавно считала привлекательным. — Ну же, скажи, — он подошел сзади, поставив тяжелый туфель на спину феи, и потушил бычок об ее сережку, заставляя затрястись от неподдельного страха. Голос же звучал так обыденно, словно это не Томас, а какой-то другой человек, но только не он, — я очень хочу узнать, что ты увидела кроме вежливости. Эмми резко развернулась, стараясь не зашипеть от боли и нехватки воздуха, оказавшись под мужчиной. Испачканная кофта чуть задралась, как и короткая юбка, заставляя непроизвольно обратить на них внимание. Рвано выдохнув, она трясущейся рукой скользнула по шее, плавно провела по груди, чуть сжимая ее. Закусив губу, девушка продолжила тонкими пальцами спускаться вниз. Она видела что-то в его взгляде, но застилавшие взор слезы мешали полностью разглядеть. Том видел ее вымученную улыбку, как она старательно хваталась за край кофты, подцепляя ее еще выше. Чем больше открывалось взору мужчины, тем больше он разочаровывался в своей фее. Непростительная нагость рушила все его образы в голове. Мужчина решил, что она не фея. Мелкая паскуда, двуличная тварь, но никак не невинное творение. — Когда я пришла к тебе, ты рассматривал так, словно хотел наброситься. — Дрожь в голосе стихла, давая девушке немного надежды. — Когда ты предложил проводить, это было очень мило. А потом снова тот взгляд. Том застыл на минуту, переваривая в голове информацию, пока Эмми облизывала пересохшие губы. В голове крутился разными интонациями единственный вопрос «что?». Недолго думая, девушка затаила дыхание. Из последних сил она пяткой зарядила в район паха и быстро поползла на дорогу, но на ее хребет тут же опустилась тяжелая нога. Последняя попытка провалилась, она сдалась. — Видят силы, я не хотел тебя уродовать, — зло прошипел мужчина, убирая волосы очками, словно ободком, — но ты сама опустилась до грязи, сука. Но если бы попала — его голос опустился до рыка, — то почувствовала бы все то дерьмо, что у тебя накопилось. Он схватил ловкими пальцами рыжие локоны, с силой натянул наверх до хруста позвонков голову, и замер, не зная, что делать. Женский визг, брыкание, удары и попытки оцарапать поломанными ногтями руки терпели фиаско и только отвлекали мужчину от своих дум. Нет, он определенно любит тишину. Она не надоедает, обволакивает и успокаивает, оставаясь в глубинах сознания. Иногда даже придумывал ласковый шепот тишины, тот, который приятно отзывался в груди. — Отпусти. ПОМОГИТЕ! — Со всех сил прокричала девушка, не надеясь на помощь, пока Том не ударил ее в солнышко. Он решил, что сделает. Даже будь она простой дрянью, она положит начало его стилю.***
Запах химикатов тонким ароматом плавно разносился по всей деревянной комнате, не попадая в невидимые щели. В помещении еще чувствовался еле уловимый запах сигарет, но был в таком ничтожном количестве, что работе не вредил. На широком рабочем столе, сделанного из старого дуба и недавно покрытый лаком, помещались все инструменты и материалы для работы, даже оставалось немного свободного места для разных мелочей, но он оставлял все так, как было. Сверяясь со множеством книг, что открыто лежали возле второго передвижного стола, разноволосый напевал под нос незатейливую мелодию. Пока мужчина аккуратно пришивал конечности к готовому творению, стараясь оставлять после себя как можно незаметнее дырки, он то и дело поглядывал на почти пустой стеклянный стеллаж, где наверху возвышалась серебряная рыба, к которой иногда обращался. — Знаешь, она мне сказала, что я флиртовал с ней, представляешь? — Закончив, Том размял затекшие мышцы, любуясь результатом. — Но откуда тебе было знать, что я принимал тебя за свое творение? Очертив указательным пальцем правую половину лица девушки, он развернул ее затылком к себе и дал щелбан, смотря на яркие зеленые глаза, что блестели под светом лампы, проверяя качество проделанной работы. Таксидермист не только воплощает фантазии. Они еще могут показать этому миру истинную душу любого живого. Нужно лишь увидеть ее.
