Монетка 79

Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
SLOVO

Пэйринг и персонажи:
Денис Чудиновский/Юля KIWI
Рейтинг:
PG-13
Размер:
Мини, 4 страницы, 1 часть
Статус:
закончен
Нецензурная лексика Романтика

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Юля, Ден и такое важное решение.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Автор сам не понимает, как от мысли "что могло произойти после неудачного батла с Сеймуром" могло родиться вот это.

UPD:
До автора-тугодума, который живёт в Мухосранске, слишком поздно дошло, что вейперский фестиваль был в Москве, а не в Питере. Прошу сердечно простить и закрыть глаза на этот огрех )
17 июля 2017, 18:14
После батла с Сеймуром на душе тяжко, это был тотальный разнос в одну калитку. Юле душно в переполненном помещении, хочется свежего воздуха, а не бесконечного пара вейперов. Ещё хочется растворить свои эмоции в алкогольном забытье. Дома тихо, спокойно и стены давят, как в одиночной камере. Позвонить, что ли, кому, уехать на другой конец города и отрешиться от всего в очередном шумном баре? Пока Юля обдумывает эту сладкую мысль, оповещением вибрирует телефон. «Как прошло?» — дурацкая привычка Дена никогда не здороваться, а переходить сразу к сути. Пальцы на пару секунд зависают над экраном смартфона. Что лучше — написать поганую правду или сделать вид, что всё в порядке? Юля вздыхает, хватит с неё уже недомолвок, они и так слишком отравили их некогда счастливые отношения. «Хреново», — она отправляет ответ и тут же получает: «Я рядом. Хочешь, встретимся?» «Безумно», — думает Юля. Но пальцы печатают безликое и безэмоциональное: «Ок». … Ден появляется, когда она достаёт уже вторую сигарету. Дым в лёгких — не вредная привычка, а привычный ритуал. Денис так по-обычному, так по-родному морщится, когда видит её с сигаретой в руках. Юля лишь извиняюще разводит руками. - Не бросила всё-таки? — но в голосе ни капли осуждения. «Теперь уже какой смысл», — думает Юля. Но вслух произносит: «Когда-нибудь обязательно». Ден неловко поднимает руку, словно желая обнять, но в последний момент передумав. Совсем без надобности поправляет козырёк бейсболки. У него мешки под глазами, воротник рубашки помятый, ремень на джинсах, который она дарила, и печальная, словно извиняющаяся полуулыбка. - Есть хочешь? Пойдём в кафешку зайдём. Есть Юля не хочет, но посидеть с Деном — сейчас для неё необходимость, поговорить с ним, заполнить тягучую пустоту в груди — лекарство в этом сером беспросветном вечере. Поэтому она с готовностью кивает и одним щелчком выбрасывает так и не прикуренную сигарету. … В зале шумно и многолюдно. Ден пьёт пиво и хранит молчание, пока Юля вываливает на него события сегодняшнего вечера и свои эмоции от них. Что Настин сделал жёстко, и был жесток, что толпа была просто мёртвая, а она в жизни больше не будет батлиться не на батловых площадках, и про свой забытый текст, и про страх, который она в первый раз испытала на сцене. Ден смотрит внимательно и сочувственно, и Юля задыхается от его такого знакомого взгляда, и теряет мысль, и просто улыбается. Он успокаивает, и ободряет, и улыбается так знакомо, как на батлах, но только сейчас для неё одной. И она успокаивается, и ободряется, и смеётся над шутками, и перестаёт воспринимать проигрыш Сеймуру как поражение в войне. - Ну, а сама-то как? И улыбка потухает на лице, непроизвольно вырывается едва заметный вздох. Денис замечает это.  — Эй-эй, мы же друзья, хорошие же друзья, — поспешно добавляет он. «Звучит как приговор», — думает Юля. А вслух произносит: «Конечно, Ден, друзья». В разговоре повисает неловкая пауза — одна из тех, которые Юля ненавидит. Она думает, как уместить рассказ о своей нынешней жизни во фразу длиннее, чем «Работаю, сплю и сижу в интернете». Можно, конечно, дополнить её: «пересматриваю наши фотки, вспоминаю о тебе, скучаю по тебе», но, пожалуй, не стоит. «Бесконечно скучаю», — думает Юля. А вслух произносит: «Я за Славу беспокоюсь, ты в курсе, что он сегодня под фанеру выступал? Он уже в говно приехал». Денис со стуком опускает стакан на стол. Между бровей появляется морщинка. — Пидарас, — зло говорит Ден. — Он карьеру по пизде пустил. Андер грёбаный, — Чейни ругается, Чейни в гневе, Чейни ужасно боится за друга. Юля вспоминает другие времена, когда всё было по-другому, когда казалось, что Слава взлетал к успеху, сезон был в разгаре, а Ден всегда был рядом. Такое чувство, будто прошло несколько тяжёлых лет. Слава скатился в пропитанный алкогольными парами похуизм, четвёртый сезон отложен на неопределённое время и вообще под вопросом, а Ден больше не её, между ними непреодолимая, куда там Берлинской, стена из одного слова — «бывшие». … И всё равно сидеть напротив Дениса, смотреть ему в глаза — это так приятно. Да, расстались, да, была грандиозная ссора, и они кричали — не друг на друга — а в раскалённый воздух, потому что оба дураки упрямые. И да, это Юля ушла из его жизни, но и Ден не сделал попыток вернуть её обратно. Потому что оба горячие и бескомпромиссные, молодые и упёртые, и последнее совсем не то же самое, что упорные. У Дениса глаза грустные, и пиво он пьёт огромными глотками. Юле в горло ничего не лезет, она барабанит по столу пальцами, останавливается резко, вспоминает, что Ден терпеть этого не может. Денис говорит много, рассказывает какие-то забавные случаи, которые происходили в последнее время, делится новостями. Он слишком многословный, и по-наигранному весёлый.  — Юль, можно тебя спросить? — Ден шумно выдыхает. — Ты не жалеешь? И Юля понимает, что он сейчас не о батлах и не об их многочисленных друзьях. «Безумно жалею», — думает Юля. А вслух произносит: «Я думала, ты уже всё решил». Ден нервно проводит руками по коротко стриженному затылку.  — Я тоже так думал… Юль, я скучаю, — признаётся он, и от этих слов на душе мигом теплеет. «Я тоже», — думает Юля. А вслух произносит: «Ты же говорил, нам не судьба». Ден горячится: «Судьба, рок, — это всё бред. Я монетку перед батлами кидаю, то же самое. Разве ты бы стала жить так, как тебе монетка указала?» Юле становится весело. Денис, такой разгорячённый, взбудораженный, нервно облизывает губы, на расстоянии вытянутой руки. И он хочет вернуть её, и это не сон, у Юли голова слегка кружится, сердце сейчас из груди выскочит, а состояние, будто она опьянела, хотя не пила ни капли.  — А давай, — выпаливает она. — Монетку кинем, — поясняет в ответ на ошалелый взгляд Дена. Он неуверенно достаёт сверкающие пять рублей. Удивлённо смотрит на девушку: «Ты серьёзно сейчас?» Юля улыбается и сама чувствует, какая улыбка эта довольная. — Кидай, — она неотрывно смотрит на монету. — Орёл — мы снова вместе, решка — друзья. Ден нервно вертит монетку в пальцах. Перегибается через стол и, опаляя горячим дыханием, шепчет на ухо: «Киви, доиграешься». У Юли дрожат руки, спрятанные под столом, и хорошо, что она сидит, иначе бы ноги подогнулись. Ден отстраняется и резко подбрасывает монетку в воздух. Они заворожённо следят за её коротким полётом. Денис накрывает упавшую монетку ладонью и медлит, прежде чем открыть. Решка. Они смотрят, словно не верят своим глазам. Улыбки сползают с лиц. Пристально глядят в глаза друг другу. И одновременно восклицают:  — Давай ещё раз.  — Кидай снова. … Юля не успевает среагировать, когда Ден хватает её в охапку и целует, лишая воздуха и рассудка. Юля с не меньшей силой отвечает на поцелуй, сжав его плечи и притягивая как можно ближе. Когда Ден отрывается от её губ, но не выпускает из рук, она из последних сил шепчет:  — Больше никаких ссор…  — И монеток, — добавляет Денис, гладя Юлю по волосам и снова притягивая к себе.