#87CEEB (My Boy And The Sea)

К своему торжественному и безумно романтическому примирению Хосок готовится как на праздник: белая облегающая рубашка, выгодно подчеркивающая все рельефы, черные рваные джинсы и сверху, чтобы не простудиться, модная парка и шарф в несколько слоёв. Он хорошенько причесывает волосы, но они всё равно лезут ему в глаза, так что, в конце концов, он сдаётся и цепляет на лицо самую обворожительную из улыбочек, на которую способен, вышагивая вдоль коридора их общежития. Ему всё ещё интересно, как при добрых двух годах его дружбы с Кихёном, из которых он год прожил вместе с Чангюном, они раньше никогда не виделись? Магия, которая разводила их по углам? Или просто они даже не смотрели в стороны друг друга? Он коротко стучит два раза и набирает в грудь побольше воздуха, заранее прокручивая в голове приготовленную речь, как слышит лязг входного замка. — Привет, Кихён. Я тут тебе принёс распечатки за год, как ты и просил, извини, что так поздно, всё никак не мог их… — несёт его на всех парах прежде, чем голова начинает понимать, что происходит. — Хосок? Он моргает от звука собственного имени и замирает без слов. Вот кого-кого, а его в дверях этой комнаты Хосок ожидает встретить меньше всех на свете. — Привет, Минхёк. Он подавляет в себе желание прижать Минхёка к стене этой комнаты и долго пытать, куда он спрятал Чангюна. Или, может, это прикол такой? Минхёк и Чангюн были скрытыми агентами в этом исследовании, а на самом деле там учёные испытывали что-то другое? Но присмотревшись внимательнее Хосок понимает, что его здесь ждали увидеть точно так же, как и он сам. — Или это ты тот самый «идиот-хён», который обещал принести свои бумаги ради тарелки лапши? — А ты приготовишь? — приподнимает бровь Хосок. — Ну проходи. Он отступает на шаг, позволяя Хосоку пройти внутрь их с Кихёном комнаты, а Хосок ещё раз убеждается, что следов Чангюна здесь нет в принципе. То есть либо он и здесь соврал, либо успел благополучно съехать до венценосного визита Хосока. Разум холодно подсказывает, что к такому исходу готовились и именно поэтому съехали. Сердце же кричит, что это просто недоразумение и Чангюн где-то рядом. Возможно, просто прячется в шкафу, глупенький. — А ты здесь живёшь? — осторожно уточняет Хосок, проходя ближе к столу Кихёна, куда и сгружает все ненужные материалы за прошлый год. — Ага, начиная с этого года. Старый сосед Кихёна решил неожиданно начать снимать собственный угол, а меня как раз выгоняла хозяйка квартиры за неуплату, — тараторит Минхёк со своим привычным суперскоростным темпом. Ну хоть что-нибудь в этой жизни не меняется. — Мы нашлись с Кихёни возле станции метро, оба побитые и готовые абсолютно на всё. Лицо Минхёка озаряет настолько смущённая милая улыбка, что Хосоку даже становится не по себе от мысли, что именно она может в себе скрывать. Чтобы хоть как-то спасти ситуацию, он пытается плавно соскочить с темы. — То есть с Хёнвоном вы расстались, да? Проклятье подействовало? — Да, — кивает Минхёк, гремя посудой. — Идём готовить тебе лапшу, заодно и расскажу. История его не особо отличается от версии Хёнвона, которую он слышал немногим ранее, за исключением того, что в свежем варианте инициатором разрыва был Хёнвон, а Минхёк просто пал жертвой его хитровыдуманных интриг. На самом деле, они оба стоят друг друга, так что Хосок достаточно обдуманно решает не верить ни одной из предоставленных историй, а всё-таки склоняется к тому, что имела место быть грандиозная ссора, где никогда нет ни правых, ни виноватых. — А потом вот мы встретились с Кихёном. Но я даже и не знал, что вы дружите. В смысле он о тебе рассказывал, но я не думал, что ты и есть этот самый Шин Хосок. Мир тесен, не так ли? — Так, — хмурится Хосок, а сам пытается незаметно отправить Кихёну сообщение, что лучше ему сегодня в доме вообще не появляться. — А что у вас с Чангюном? Думаю, что вы сейчас вообще планируете чуть ли не пожениться! Вот уж чьи отношения наладились на все триста процентов во время романтической поездки на тропические острова. Они несут маленькую кастрюльку с готовой лапшой назад, и если бы Минхёк все же доверил нести еду Хосоку, то она тут же покатилась бы по прохладному мраморному полу, потому что в ту же секунду за их спиной раздаётся высокий голос Кихёна. — Ты знаешь Чангюна? Повернувшись, Хосок встречается взглядом с Кихёном. Потом переводит взгляд на Минхёка, жестом пытаясь упросить его хранить молчание. Или хотя бы перевести тему. Но он, видимо, не понимает намёков, на лице его сияет гаденькая улыбка, и мысленно Хосок уже хочет удавиться прямо на этом месте. — Так они же год как встречаются, — просто отвечает Минхёк, и желание умереть усиливается раз в сто. — Чангюн и Хосок? — кричит Кихён на весь этаж, на что последний вздыхает и в два прыжка преодолевает расстояние, с силой затыкая рот рукой. — Ты это ещё громче прокричи, а? Вдруг не вся страна услышала! В ответ его довольно ощутимо кусают в ладошку, на что Хосок брезгливо одёргивает ладонь, пытаясь вытереть слюни об одежду Кихёна. — Я просто был удивлён. Ты совсем не похож на человека, который будет что-то скрывать. Скорее, ты кричал бы в каждом втором посте в снэпчате, что это — твоя кисонька, а потом бы устроил на моих глазах сеанс агрессивной гомоэротики, — парирует Кихён, заходя обратно к себе в комнату. — Мы скрывали отношения, — честно врёт Хосок, сопровождая внимательным взглядом порцию лапши, накладываемую в глубокую чашу. — Чтобы такие, как ты, не осуждали наши проблемы на весь студенческий кампус. Он благодарит за чашу и палочки, а потом с шумом всасывает лапшу в себя. — Но он же практически не выходил из комнаты. К тому же ты уверен, что пришёл только ко мне? — приподнимает бровь Кихён, а Хосок начинает есть лапшу втрое быстрее, подозревая неладное. Нельзя, чтобы Минхёк или Кихён узнали его тайну. Он не хочет становиться достоянием общественности и, тем более, втягивать в эти скандалы Чангюна. — Мы много общались в интернете, за играми. Кстати, у меня занятие через пятнадцать минут. Спасибо за обед и не забывайте предохраняться, — весело кудахчет он, на ходу подхватывая сумку. Наводящие вопросы от Ю Кихёна — вещь, которую стоит избегать любой ценой, пусть даже цена вопроса — номер его мобильного телефона.

♦

Он скатывается по ступенькам общежития, тщательно обрабатывая все данные, поступившие ему за прошедшие полчаса. То есть Минхёк теперь сосед Кихёна, между ними явно что-то есть, а Чангюна попросту в этом мире не существует. Как-то не слишком радостно. Есть ещё вариант насесть на Чжухона с целью заполучить необходимые данные, но теперь Хосок боится, что так легко не отделается, а Чангюн так и останется какой-то недосягаемой целью. Придя домой, Хосок в первую очередь открывает собственный ноутбук, ещё раз внимательно изучая содержимое письма, предназначенное для Чангюна. Не может же быть такого, чтобы его контактые данные нигде не были зарегистрированы. Должна же быть хотя бы маленькая зацепочка, хотя бы минимальный ключик к разгадке. Вселенная должна ему помочь хотя бы раз в жизни и направить на нужный след. Может, в их контракте стоит прочитать? Хосок напряжённо вчитывается в содержимое писем, беспорядочно кликая по всему тексту, словно там могла скрываться безумная пасхалка, которая тут же откроет новый адрес и номер телефона Чангюна. Случайно кликнув по собственному имени в списке получателей сообщения, он икает, а потом тихо выдыхает и тянется губами к монитору, оставляя смачный и жирный отпечаток губ прямо на глянцевом экране. — Я вас люблю, профессор, — тихо кричит он в монитор, а потом достаёт телефон и включает видео, желая раз и навсегда разобраться в этой тупой ситуации. — Чангюн, — начинает он, сильно прикусывая губы. А что дальше-то сказать? Он осматривается по сторонам, а потом набирает в лёгкие побольше воздуха и продолжает. Он говорит в видео всё, что думает, даже не пытаясь разобраться в повторах и тупости собственной речи. Главное, чтобы Чангюн выцепил те самые крупицы необходимого из слов. Почему-то Хосок уверен, что у него всё получится. Он искренен, а Чангюн всегда видел в нём больше, чем даже должен был. — Короче говоря, Чангюн, я… Я тебя лю… блю, — заикается он на последнем слове, а потом с размахом откидывается на спинку кресла, пытаясь незаметно вытереть так некстати появившиеся на глазах слёзы. Ещё чего, Чангюну и так довелось стать свидетелем его довольно экзотической фобии, не хватало его ещё отпугнуть своими никому не нужными соплями. Не самый лучший кадр в его жизни, да и вряд ли кто-то оценит его наивную искренность. Может, лучше просто написать всё письмом и вообще не париться с эмоциями? Зато получится хотя бы связно и ровно. Видео заканчивается, Хосок вздыхает и уже нажимает на кнопку с мусорной корзиной, но случайно промахивается, осознавая то, что наделал, когда видит на экране ноутбука анимированную галочку и сообщение «письмо отправлено». Ну всё. Теперь его глупый срыв увидит вся страна, догадайся Чангюн загрузить его на популярный хостинг видео. Добро пожаловать в посмешища, Шин Хосок. И да, кому вообще нужны твои слёзы? Он вздыхает, бросив всю технику на столе, и идёт в душ, чтобы хотя бы смыть с себя этот позор, который только что сделал. Да, в отчёте пишут, что у них идеальная совместимость, а вероятность расстаться — ноль процентов. Но с каких это пор статистические данные стали вообще играть хоть какую-то роль в этом обществе? С каких это пор ему стоит верить каким-то чужим цифрам, а не голосу собственного разума? С каких это пор ты обязан унижаться перед человеком, который даже тебя не любит? Зло сплюнув на пол, Хосок наблюдает, как слюна его скрывается в сливе, и выключает воду, не спеша выходя из ванной. Уже вытирая волосы полотенцем, он обращает внимание, что прежде спокойный телефон сейчас переливается всеми цветами радуги. — Видеосообщение от незнакомого номера, — вслух читает Хосок, и губы его сами ползут в широченную улыбку. Он прекрасно понимает, что это за незнакомый номер и что он может собой примерно представлять, вплоть до родинок на правом бедре. Он открывает сообщение и на этот раз даже не пытается остановить слёзы, которые текут из него чуть ли не градом. Следом за видео его ждала огромная простыня текста, но руки сами тянутся к серому треугольнику, загружая сообщение. «Я тоже по тебе скучаю» — печатает он, отправляя сообщение на этот раз вполне смело и осознанно. Их отношения начинаются с этого дня, и на этот раз он более чем уверен, что всё получится даже лучше, чем идеально. Он знает, что его вероятность разрыва с Чангюном — ноль процентов, и Хосок может поклясться, что сделает абсолютно всё, чтобы подтвердить предположение этого слишком умного наручника гомосексуализма. Конец.