My Salvation

***

- Ты сидишь так уже полчаса. Тихий, но по-прежнему звонкий голос заставляет Ривая напряженно вытянуться и перевести глаза на тикающие часы. - Так и с ума сойти можно, знаешь ли, - спустя несколько минут вновь звучит обеспокоенный голос, на что Леви лишь грубо рявкает: - Заткнись, очкастая. Я пытаюсь думать. На мгновение в кабинете воцаряется полная тишина, Леви закрывает глаза и подпирает руками голову, кажущуюся такой тяжелой. - Думать о чем? – не унимается Ханджи, упираясь рукой в стол. Брюнет устало поднимает на девушку сердитый взгляд. Сердитый, но предательски пустой и потерянный. Он упирается обеими руками в стол и резко поднимается, заставляя Ханджи отшатнуться назад. Даже будучи в собственном кабинете, она не чувствовала себя главной. И в мыслях промелькнуть не могло, когда рядом с ней находился голубоглазый. - Мы ведь знаем, что он никого не убивал, - пробормотал Ривай, пытаясь скрыть волнение в голосе. Ханджи подняла на него взгляд и нервно скомкала в руках исписанный лист, валявшийся на её столе. - Мы, - как-то надломлено ответила она, поджав губы, хотя это больше напоминало вопрос. Впервые она не знала, что ему ответить. Обнадеживать сразу нельзя. Отшутиться? Язык не повернется. Она прекрасно знала, как много для него значит эта семья. Семья, ставшая ему родной. Семья Йегеров. Она не знала, что ответить. Поэтому решила промолчать. Она боялась, что он услышит, как дрожит её голос, и поймет: она сомневается. Она не хотела расстраивать его в такой трудный момент. Зато ей, как и ему, хотелось верить только в лучшее. - Мы, - четко произнес Леви, обернувшись назад и встретившись с её расстроенным взглядом, который она тут же поспешила отвести в сторону. – И мы найдем убийцу, - прошептал он, снова поворачиваясь к окну. - Найдем, - так же тихо и сомнительно ответила она, на что Леви резко повернулся к ней и, не сдержав эмоций, выпалил: - Очкастая, да ты издеваешься! Ханджи от испуга дернулась и уронила свои любимые очки, которые чуть не разбились от соприкосновения с холодным полом. Но она мастерски поймала их за дужку, зависнув в таком положении и переводя дыхание. Слегка прищурившись от непривычки, она быстро надела их, бросив быстрый взгляд в сторону следователя. Ривай невольно усмехнулся. И как такую неуклюжую вообще взяли на такую серьезную и ответственную работу? Ах, да. Точно. Муж. - Не хочешь присоединиться к Майку? – протянула девушка, заправляя выбившуюся прядь каштановых волос за ухо. – Он как раз сейчас общается с Эреном. И я думаю, что… - Нет, - строго перебил её брюнет, сделав слабый жест рукой. Напряженная тишина воцарилась в комнате. Будучи психологом, Ханджи совершенно растерялась. Возможно, такое влияние на него оказал сильнейший стресс. Тяжело терять семью. А он теряет её дважды. Нет, трижды. Как она могла забыть про неё. Интересно, помнит ли он? Одна трагедия сменилось другой, не более серьезной и…неожиданной. Ей почти удалось вернуть его в прежнее русло. Сколько же сил ушло на это. Сколько времени. А теперь. Неужели, все начать заново? А поможет ли? Такие раны не исцелит ни одно лекарство. Такие раны с трудом исцеляет даже время. - Это глупо, Леви, - почти шепотом пробормотала она, опустив дрожащую от волнения руку на его плечо. Она чувствовала, как он напрягся всем телом, но совершенно ничего не сделал. Даже не сказал. – Я ведь знаю, что Эрен дорог тебе, и… - И что теперь? – грубо оборвал её Ривай, не двинувшись с места. - И то, - не унималась Ханджи, сжимая его плечо. – Ты должен быть там. Ривай удивленно обернулся и столкнулся с её янтарными глазами, излучавшими свет и надежду, тепло и любовь. На мгновение он растерялся, но нашел в себе силы сохранить былой рассудок и холоднокровие. - Должен? – с недоумением переспросил он, не отводя ледяных голубых глаз от её карих, теплых, на что она слегка смутилась и опустила взгляд. - Должен, - твердо ответила она, замечая, как тонкие брови брюнета вскинулись вверх. Было понятно, он ждет ответа. И поэтому она продолжила: - Вы оба оказались в ужасной ситуации. И только вам дано понять, каково это, потерять дорогих людей. Ни я, ни Майк не сможем помочь вам. И единственное, что вам сейчас остается, - держаться вместе, идти всегда бок-о-бок и отражать удары этой чертовой жизни, которая заберет у вас еще много близких, знакомых, друзей. Но вас не должно это сломить. Тебя не должно это сломить, Леви. У Эрена никого не осталось, кроме тебя, слышишь? Ты – его единственное спасение. Ты – его последняя надежда. И я вижу, что ты к нему привязан. И я вижу, что он тебе дорог. Тогда сделай это. Спаси его. Помоги ему, Леви. Сейчас он сидит там и ждет тебя. Я знаю это. Ему чужды эти стены, эти люди. Но не ты, Леви. Понимаешь? Ривай прикрыл глаза, чувствуя легкую дрожь в теле. Он опустился на стул и замер, уставившись в бежевую стену и висящую на ней фотографию. - Я хотел поговорить с тобой, - спокойно проговорил он, когда уже Ханджи успела осудить себя за столь откровенный монолог и неумение держать язык за зубами. – О твоем муже. - Э…что? – она распахнула глаза, опустившись на стул по соседству и наклонилась к нему – вдруг послышалось. - Не волнуйся, я не собираюсь лезть в вашу с ним жизнь, - она потупила взгляд и рвано выдохнула, - но, если ты будешь нуждаться в этом, – я выслушаю тебя. Она едва заметно кивнула, откинувшись на спинку стула, а Ривай тихо продолжил: - Твой муж – очень влиятельный человек, бывший сотрудник правоохранительных органов. Репутация у него отменная. Не подкопаешься, - он заметил, как она испуганно перевела на него взгляд, - И в этом городе, и в других городах влияние его очень заметно, верно? - Верно, - выдавила Ханджи, снимая очки трясущимися руками. - Мне нужны документы, - ухмыляясь ответил Ривай, поднявшись на ноги. - Документы? – переспросила она, прижав к груди очки. - Да, бумажки. - Бумажки? – напряженно переспросила она. - Да что с тобой такое? Брюнет наклонился к ней, но она тут же отвернулась, вновь надев очки. Что происходит? - Просто, я не поняла, какие… - Об опекунстве. - Ч-что? – удивленно выдохнула Ханджи, подняв на следователя вопросительный взгляд. - Эрену еще нет восемнадцати. Да, скоро исполнится. И тогда он станет взрослым и самостоятельным. Хотя я прекрасно знаю, что это не так. Я тщательно подумал и решил, что было бы здорово забрать его к себе и привести в чувства. Ты была права, Ханджи. У него нет никого ближе меня. - И ты хочешь, чтобы я… - Да, Ханджи, - довольно хмыкнул Ривай, все еще наблюдая за растерянным видом девушки. – Я знаю, что твой муж способен оформить все эти документы за считанные часы без лишней мороки. Надеюсь, он согласится помочь мне. - Я поговорю с ним, - одобрительно кивнула Ханджи, выдавив из себя почти естественную улыбку. - Как только Майк закончит свой опрос, мы поедем домой. Думаю, ему…Ему нужно будет как-то привыкнуть к новому дому. К новой жизни. Ко мне. Я уверен в его невиновности. И мы докажем это. Теперь это наше главное дело. Доведем его до конца? - Да, - воодушевленно воскликнула Ханджи, рассеяв остатки былого сомнения и неуверенности. - Думаю, пора вернуться к ним, - заявил Леви, поправив черные пряди волос. – Методы Майка меня никогда не впечатляли. Увы. - Да, это точно, - растерянно улыбнулась девушка, потупив взгляд. – Идешь со мной? - Н-нет, - неуверенно пробормотала она, быстро переведя на него взгляд. – Я…Я наберу Эрвина. Нужно поговорить с ним…Об опекунстве. Чем быстрее, тем лучше, верно? - Верно, - улыбнулся Ривай уголками губ, поспешно открывая дверь. - Теперь у тебя новая задача, - проговорила Ханджи, заставляя Ривая оглянуться, - беречь мальчишку. И я уверена, ты справишься. Он уловил столько искренности и нежности в её фразе. Столько надежды и желания, чтобы прозвучавшее воплотилось в жизнь. Он не спеша покинул светлый кабинет, задержавшись на пороге и мягко ответив ей: - Справлюсь.