Душа, измученная одиночеством

Год 1991. Хогвартс, который с первых дней стал для меня особенным местом, на время зимних каникул почти опустел. Но мне нравится ходить по пустым коридорам, нравятся меняющие положение лестницы, которые первое время пугали или раздражали. Нравится всё в этом месте. Кроме некоторых личностей. Вернее, одной личности, и я имею в виду даже не Драко Малфоя, хотя и этот хорёк достоин упоминания в списке главных негодяев школы. Но главная заноза моей жизни — Северус Снейп. Ума не приложу, чего он от меня хочет, почему всё время вьётся рядом и смотрит пронзительно, долго, словно пытается загипнотизировать. А может, глядя на меня, разрабатывает план моего убийства. Чёрт поймёт, что скрыто под этими мерзкими сальными волосами. Только мне кажется, что случай, который случился во время квиддича, непременно повторится. Он так просто меня не отпустит. В свободное от мыслей о Снейпе и философском камне (а он намного важнее первого пункта) я думаю о том, что моя внешность кажется мне чужой. Вернее, не так. Она как раз моя, моя настоящая внешность, та, которая и должна быть у меня, но я сам не понимаю, откуда в голове такие странные мысли и что значит «должна». Как будто у меня могла быть какая-то другая внешность. Глупость. Год 1993. Гермиона наконец-то нашла мемуары какого-то мага, который путешествовал во времени, точнее не он сам, а его душа. Проживала жизнь за жизнью, меняя тела и стирая память о прошлых существованиях. Но перед смертью он писал, что настоящая смерть приходит тогда, когда человек находит свою внешность. Это означает, что где-то на земле ходит его половинка, человек, с которым он проведёт последнюю, заключительную жизнь своей души. Что же, в этом мире, оказывается, моя вторая половинка, потому что в этом путешественнике я узнал себя. Может, это Чжоу Чанг? Или милая сестрёнка Рона — Джинни? Но в дневнике написано, что эта душа тоже будет помнить меня. Души путешествуют вместе, но не помнят этого, возвращая воспоминания только в последней жизни. И ни Джинни, ни Чжоу не выглядят так, будто невыносимо хотят мне что-то сказать. А вот другой человек всё время не сводит с меня глаз… Год 1994. Трудно поверить, но, видимо, моя половинка, Альбус, мать его, Дамблдор. Он всё время смотрит на меня и рассказывает всякие загадочные штуки из серии «понимай как хочешь», как будто на что-то намекает. Надеюсь, это не так, и у Рона, который придумал это, просто богатая фантазия. Год 1995. Нет, всё-таки это не Альбус. И слава Мерлину, не хотелось бы прожить несколько столетий, чтобы кончить свою жизнь геем. Год 2000. Пока я не нашёл её. Или его. Знание о том, что моя половинка ходит по земле, но я не могу с ней встретиться, примирило с тем, что это может быть мужчина. Надеюсь, это будет достойный человек, с которым мы проживём долгую счастливую жизнь. Можно даже короткую, главное — ощутить то спокойствие, бесконечное умиротворение, которое описывал в своих мемуарах путешественник во времени. Кажется, за эти ощущения действительно можно отдать душу. Больше я не думаю, что профессор Снейп — теперь он «профессор», а не мерзкий обладатель сальной макушки — хочет меня убить. Конечно, теперь я понимаю, что он наоборот спасал меня. Потому что обещал Дамблдору, моей матери, может, ещё кому-то. Но теперь я не учусь и не могу извиниться перед ним за клевету, которую повторял с друзьями и даже говорил Дамблдору. Впрочем, что мешает заглянуть в Хог или просто позвать его на свидание? Конечно, только чтобы извиниться, а не для того, чтобы проверить, не он ли моя половинка, ведь его взгляд пытался сказать так много ещё в школе. Вдруг, я пропустил его призыв?