Душа, измученная одиночеством

Год 2001. Он согласился встретиться сразу. Я только позвонил, а он как будто только и ждал моего вопроса «Не хотите сходить куда-нибудь, профессор?» — Хочу, — как обычно холодно, спокойно, но мне показалось, что после ответа он как-то странно вздохнул. Когда я пришёл, посмотрел на меня выжидательно, снова вглядывался в лицо, пытаясь на нём что-то уловить, но больше я не боялся такого внимания. Может, он уловит то, что я не могу вспомнить? — Мистер… — Северус, — мигом обрывает меня, и я взволнованно, как мальчишка на первом свидании, глупо улыбаюсь. — Хорошо. Вы… — Ты, — поправляет он, и я хлопаю себя по лбу. — Конечно, конечно. А то «вы, Северус» звучало бы нелепо. — Так чего ты хотел? — Поговорить, — отвечаю, а сам так и не придумал, о чём мы будем говорить. Вернее, как говорить, потому что всё это до сих пор кажется бредом. Если бы это был он, я бы давно узнал, ведь так? Я всё ещё не помню, какая душа скиталась со мной, всё ещё не могу назвать кого-то определённого, лишь смутно припоминаю старые жизни и людей в них. И я надеюсь, что он поможет мне, подскажет и предложит тему разговора, если я окажусь в тупике. Но он лишь коротко кивает, мол, говори. — Может, в каком-то более… спокойном месте? Оттягиваю разговор, хотя сомневаюсь, что что-то изменится за любое количество времени, которое я себе дам. Мыслей, которые могли бы помочь что-то вспомнить, уже не осталось, я передумал их все. — Знаешь, Гарри… — вдруг встаёт из-за стола и идёт ко мне. — Со школы прошло столько времени… Ты можешь не бояться меня, теперь я не наставлю тебе дурных отметок. Успокаивает, и губы сами собой расплываются в широкой улыбке. — Да, хорошо, спасибо… — Так куда ты предлагаешь сходить? — спрашивает он, как ни в чём ни бывало, а у меня возникает странное чувство дежавю. — Ммм… — мычу я, пытаясь уловить убегающий обрывок воспоминания, но он ускользает. Тогда он, смотря серьёзно, немного сурово, подаёт мне руку. Чувствуя себя средневековой принцессой, за которой ухаживает рыцарь, я встаю и беру его руку, глупо пожимая. — Ко мне? — вырывается, и я чувствую, как щёки заливает краска. — Просто я действительно не знаю хороших мест для важных разговоров. Ещё один короткий кивок, и он отпускает мою руку. Хочется снова ощутить её тепло, но он уверенно идёт впереди, как будто мы идём к нему. Пожалуй, было бы так же неловко. Когда приходим, легче не становится. Я чувствую себя гостем, а он, быстро обойдя квартиру, уже как хозяин садится в кресло. — Что ж… Придумал что-нибудь? А у меня в голове всё так же пусто, хоть после его прикосновения и стало больше дразнящих мыслей, которые никак не хотят остановиться и дать на них посмотреть. — Ничего. Но теперь я чувствую, что это правильный человек. И он, кажется, тоже знает об этом. Я сажусь на диван, он без приглашения встаёт и садится рядом, смотрит нетерпеливо, а потом, не давая и секунды, чтобы одуматься, целует. Словно устал ждать. И теперь я вижу душу, следовавшую по течению времени вместе со мной. Вот я не я, не Гарри Поттер, а тот мужчина из жизни с дочками. Только дочек пока нет. Я зову свою будущую жену на свидание, а она вдруг отворачивается от зеркала и, смотря доверчиво, спрашивает, придумал ли я что-нибудь для нашего десятого, юбилейного, свидания. А потом ещё воспоминание. На первом курсе Снейп выловил меня в коридоре и сказал, что глупость и отвага часто соседствуют. Тогда я не придал этому значения, расценив эту фразу как очередную попытку обидеть. Но теперь я помню, что её же говорил офицер в жизни, когда меня тоже звали Поттером, только тогда я был маглом, а не волшебником. А дальше третий курс, и на уроке Северус, смотря, как водится, на меня, говорил, что бояться безумства — бессмысленно, надо бояться не бороться с ним. Кажется, тогда мы проходили какое-то зелье, которым можно свести с ума. И этими словами же меня пытался успокоить врач, когда я сидел в психбольнице, но продолжал твердить, что не безумен, а говорю серьёзно и честно. Второй курс — и он, Северус Снейп, саркастично замечает, что мои таланты могут приносить мне деньги, когда я, отлынивая от отработок, использовал простенькое заклинание, чтобы убраться в кабинете быстрее. Правда, потом он добавил, что весьма посредственные способности помогут только сводить концы с концами. Но этими же словами говорила женщина в жизни с укулеле и собакой. Только она говорила серьёзно, советуя податься в уличные музыканты. И так меня озарили ещё многие воспоминания и жизни. Теперь передо мной раскрытая книга моей жизни. Я просматриваю события прошлых жизней и в каждой нахожу человека, который говорит словами Северуса сейчас. В то время, что я роюсь в многочисленных воспоминаниях, он молчит, ждёт, пока я очнусь. А у меня, кроме долгожданного тепла в груди, появляются вопросы, множество вопросов. — Так ты помнил меня? И говорил всё это специально? Ждал, пока что-то в моей голове сработает? Не проще ли было сразу сказать всё? Мы столько лет потеряли. Ну, что же ты молчишь?! А он только ласково улыбается — Северус Снейп! ласково! улыбается! — и говорит шёпотом. — Я не хотел торопить. А сейчас, тут, так близко рядом с тобой, не смог больше ждать. И я наконец действительно вспомнил, и теперь моя настоящая жизнь только начинается.