Нездоровые привычки

      Он слышит, как пространство твердит что-то на ухо в ля миноре, отражаясь лучами от тёмных кресел и деревянного стола, заставляя предметы придумывать свои языки, распространяясь отчаянным скрипом по стенам цвета охры. Их звуки легко прикасаются к пальцам юноши, меняя тональность, раскрашивая тонкую кожу высокими нотами в цвета свежей травы под ступнями и предрассветного неба над макушкой.

(Если встать на носочки и протянуть руки к чернильному небу в полночь, сможешь достать звезды, спрятанные в карманах вселенной)

      В серой (за закрытыми глазами расцветают цвета, счёт которых чуть больше мириада) комнате звуки ходят под руку с ароматами. Он старается поймать запахи в воздухе, потому что они отдают знакомой кислотой на кончике языка, словно чернильные моря из чая с островом-лимоном — ярко-желтым, как солнечные лучи в начале жаркого июля, родом из детства с запахами лесных ягод, дерева и духов матери — или другого цитруса, который находился в прозрачной вазе на дубовом столе отца.       Среди череды книжных полок, что строят целые вселенные с помощью гласных и согласных на белой бумаге, покоится старое кресло-качалка с красной обивкой, которое ещё в детстве Малфоя подхватывало мальчика в свои объятия и укачивало под ласковый голос матери, рассказывающей о чудесных морях и странах, и тишину ночи за окном, наблюдающей через створки.       Малфою эти стены могут напомнить о прошлом чрезмерно много; схватят за полы пальто и толкнут в тиски преимущественно плохих воспоминаний, которые потом отпустить (разжать пальцы с тонких запястий и перестать дышать одним воздухом. на двоих явно недостаток) не желают, создавая в мыслях картины и скульптуры, которые имеют лишь рушиться, рассыпаясь речным песком по берегу переживаний человечества (саморазрушение — это, несомненно, главное из действий).       У Малфоя вкус закатного неба и чернил на бумаге давно исчез из платяного шкафа памяти, потерялся и растворился среди горечи в горле и тиканье старых часов на кухне (звуки, которых отпечатываются в голове клеймом повседневности) поспешно и неожиданно, поэтому не родные стены дома отказываются показывать гостеприимство, направляя ощущение собственной непригодности.       Последнее пристанище с ароматом холода в воздухе отвечает ему грозным молчанием на тихое приветствие ласковой ночи. Даже ступени под ногами не издают звуков (в углах памяти всё ещё живут скрипы лестницы, что так часто становилась виновницей поражения в прятках), отдавая дань уважения господствующей тишине в округе, когда Драко поспешно идёт к двери, вновь услышав несуществующие стуки в окно (или это Рождество заглядывает в комнату сквозь грязные стёкла, заметив тусклый свет лампы?).       Даже если это так, то оно все равно не пройдёт дальше порога, испугавшись атмосферы, царящей в этих стенах. Потому что ощущение праздника обошло этот дом стороной, не соизволив даже взглянуть на тёмную дверь чудесным взглядом и раскрасить эмоции в любые цвета, которые выигрывают отвратительный серый в яркости.       Малфой теряет здравые мысли в голове, вспоминая хвойный запах ёлки, стоящей в украшенной гостиной, и имбирного печенья, когда открывает тяжёлую дверь в вышеупомянутую комнату, заставляя клубы пыли подняться и начать своеобразный танец в тяжёлом (лёгкие, вы чувствуете?) воздухе.       Малфой старается не замечать этого, кидая пальто на грязное кресло (а собственный рассудок в страну чудес), которое аккурат приземляется карманами на кончик бархатной спинки, принуждая монеты падать на деревянный пол с оглушительным звоном среди тишины (орёл-решка-орёл-решка, звучащее в голове иллюзией выбора).       Часы в гостиной бьют полночь, заставляя на пару секунд ожить замерший дом, не окутанный дымкой волшебства, которую сулит для других людей такое время. Стоило закончить предложение сейчас вместе с историей, но часы превращаются в минуты, а минуты — в секунды, когда время ухмыляется в углу комнаты и озорно замедляет свой ход. \осторожно, время бывает коварно\ \малфой закрывает глаза\       Перед его глазами тёплый свет и рождественская ёлка, которая блестит всеми цветами радуги из-за лучей зимнего солнца. Малфой кладёт ноги на столик у кресла, прищуривает глаза и наконец попадает оранжевым мандарином в любимую вазу матери.       В комнате пахнет хвоей, яблоками и новогодним чудом, которое нагло украло (к счастью) плохое настроение у всех членов семьи. Идиллию прерывают лишь тихие стуки в деревянную дверь.       Драко раздражённо вздыхает на просьбу отца впустить гостей, Малфой нажимает на белую ручку и улыбается предельно фальшиво, одергивая рукава красного свитера вниз. У него в голове двадцать три несчастья и тысячи «вот чёрт», когда Грейнджер улыбается ему также неискренне под строгим взглядом собственных родителей.       Малфой думает «Уйди отсюда», но вежливо приглашает в дом.       Малфой считает, что Грейнджер хочет ответить «С радостью», но с улыбкой заходит в тёплое помещение.

***

      Вино ощущается на языке терпким вкусом и событиями прошлого августа. Драко считает, что пора выйти из-за праздничного стола\ из беседы родителей и их лучших друзей, когда фигура Гермионы скрывается где-то в районе его комнаты.       Он заглядывает в миниатюрный образец собственного мира, стараясь найти следы пребывания здесь кого-то чужого, но терпит поражение, находя лишь Грейнджер на балконе.       Малфой считает, что бутылка вина виновна в его мыслях, которые твердят о красоте девушки в лунном свете. Драко уверен, что он обязательно повесит ярлык «бред» на подобные теории, когда окажется трезвым.       На фоне неба цвета дегтя огонь зажигалки кажется маленьким маяком в бескрайнем синем море, который освещает путь к \будущей дружбе?\ душевному разговору. Драко кажется, что забавно объявлять перемирие с помощью сигареты с ментолом, но жаловаться определённо не собирается.       Грейнджер выдыхает дым в морозный воздух, рассказывая о созвездиях и легендах древнего мира, улыбается предельно искренне, когда юноша неудачно шутит, и открывает очередную бутылку вина, найденную на кухне (родителям определенно всё равно).       У них вторая пачка сигарет за последние два часа в лёгких, пьяные улыбки на лицах и ожидание чуда где-то в мыслях, когда часы с кухни бьют полночь, временно заглушая остальные звуки.       Грейнджер говорит, что если встать на носочки и протянуть руки к чернильному небу в полночь, сможешь достать звезды, спрятанные в карманах вселенной.       Малфой хочет сказать банальное «С рождеством, Грейнджер» в ответ на её слова, но не может оторвать взгляд от её улыбки.       Малфой не говорит, а целует её, чувствуя на губах вкус чая с лимоном и собственных сигарет. А с неба падают звезды. \время вновь ведёт счёт\ \он открывает глаза\       Прогоняет остатки реалистичного сна и собственные сожаления, которые вкусом её губ отпечатались в настойчивой памяти, заставляет все звуки в округи стихнуть и останавливает надвигающуюся сумятицу простым взмахом руки.       Ему бы вернуть время назад, украсть те прожитые секунды\минуты\вечности, чтобы не чувствовать себя так потеряно в доме, который положил этому начало.       Но Драко может лишь повторить путь до знакомого балкона, распахнуть окна и взглянуть на вереницы сияющих звёзд на тёмном покрывале. Малфой закуривает сигарету, Закрывает глаза И тянется руками к полуночному небу, словно ожидая рождественского ч у д а. ------------------------------- Немагическое! AU, в котором родители ДМ и ГГ были лучшими друзьями, заставляя проводить время вместе своих детей, которые не особо ладили. В последствии событий, которые произошли в колдо, ДМ и ГГ сошлись, но через несколько лет ГГ умерла\ушла\что-то иное на ваш выбор\ (эта тема является открытой).