Дело о Тайной комнате

      Шерлок приземлился весьма удачно: его буквально выкинуло из изогнувшейся в последний момент трубы, но он, удержавшись на ногах и пробежав пару метров, благополучно остановился. Не успел когтевранец осмотреться, как сзади послышался звук падающего тела: это, видимо, приземлился Джон. В помещении царила кромешная темнота. — Люмос, — тихо сказал Холмс и обернулся. Ватсон уже стоял на ногах, весь в пыли, а затем, заметив друга в полутьме, подошёл к нему. Гарри, Рон и Локхарт тоже поднялись и пытались понять, где находятся. — Мы, наверно, ушли под школу на целые мили, — послышался голос Поттера, который раздался эхом в просторном помещении. — Может, даже под озеро, — эти слова принадлежали Рону. Шерлок не стал ничего комментировать и, махнув Джону рукой, направился дальше. Остальные последовали за ним. Шаги пятерых волшебников отдавались гулом в просторном коридоре. Ватсон невольно сравнил это место с подвалом, где его отец хранил всякий хлам. Правда, здесь было абсолютно пусто. Внезапно послышался хруст — Гарри на что-то наступил. Когтевранец глянул в его сторону, а свечение на конце волшебной палочки стало немного ярче. Под ногами Поттера лежали скелеты мелких животных. Младший Холмс лишь хмыкнул: он-то думал о том, как Василиску удалось столько времени провести в этом месте без пищи. Однако только второкурсник открыл рот, чтобы что-то сказать, Шерлок двинулся с места, всё дальше уходя вглубь подземелья. Остановиться его заставила новая находка. На пути, свернувшись кольцами, лежала огромная змеиная шкура. Судя по размеру, её обладатель мог запросто проглотить взрослого человека. — Может, чудовище спит? «Нет, этот Уизли точно идиот», — даже с некоторым сочувствием подумал Холмс, однако вслух всё же произнёс: — Это шкура. Судя по всему, метров двадцать… Гилдерой, видимо, решил, что это лучший момент для обморока, и свалился на пол. — Пусть лежит, — небрежно кинул Шерлок, отворачиваясь, но Джон, не привыкший бросать никого в беде, направился к пострадавшему. Однако помощь тому не понадобилась: он на удивление бодро вскочил и выхватил у Рона палочку. — Конец приключений, мальчишки! — с самодовольной улыбкой воскликнул преподаватель. — Я возьму наверх кусок этот замечательной змеиной кожи… — Если Василиск не сожрёт вас раньше, — вставил своё слово когтевранец, совершенно не боясь, что Локхарт может нанести ему какой-то вред. С палочкой Рона Уизли тот мог навредить разве что себе. Гилдерой гневно глянул на Холмса. — Обливиэйт! — крикнул он, наставив на юного детектива палочку. Тоннель осветило вспышкой, а в следующую секунду профессора откинуло в сторону, подбросив вверх на несколько метров. Он врезался спиной в стену и упал. Потолок пошёл трещинами, а затем начал обваливаться. Шерлок только и успел, что кинуться к Джону, схватить за руку и дёрнуть на себя, уводя из-под камнепада. Всё прекратилось так же быстро, как и началось; только выход теперь был завален камнями до самого потолка. Пятикурсников отрезало от Уизли и Локхарта, лишь Гарри успел отскочить. — Рон, ты жив? — спросил Поттер, подойдя к камням вплотную. — Я здесь! — долетел приглушённый ответ. — А вот этот гад отключился! Убирать камни с дороги не было времени: нужно спасти первокурсницу, а Гилдерой и Рон без палочки им только помешают. Поэтому, сказав рыжему второкурснику оставаться на месте, он махнул оставшимся с этой стороны рукой и пошел дальше. Ватсон, кинув взгляд на завал, почти сразу же направился следом, а Гарри, немного погодя, нагнал их. С той стороны послышался звук передвигаемых камней, очевидно, вручную. Честно говоря, Шерлок бы и Поттера оставил здесь, но им могут пригодиться его навыки змееуста, да и второкурснику быть самому всё же небезопасно. Тоннель заводил их всё дальше от завала, заворачивая то в одну, то в другую сторону, но Шерлок безупречно запоминал обратную дорогу, хотя надеялся, что они найдут другой, более короткий путь. Ватсон не пытался ничего запомнить, ему казалось, что они блуждают по какому-то лабиринту. Он шел рядом с другом, а Гарри — возле него самого. Джону второкурсник доверял больше, ведь тот тоже гриффиндорец, да и ведёт себя дружелюбнее, чем заносчивый Холмс, который сейчас вовсе напоминал одержимого. А Шерлок внутренне ликовал. Вот-вот наступит развязка, и он узнает, что кто стоит за этой чередой нападений, тянущейся через весь учебный год. Наконец, они наткнулись на гладкую стену, на которой были две свившиеся в кольца змеи с изумрудами вместо глаз. Когтевранец выжидательно глянул на Поттера, и тот понятливо кивнул. Подойдя ближе к стене, он прокашлялся. Послышалось шипение, а в следующее мгновение в стене образовалась вертикальная прямая линия, разделившая змей, образуя проход. Младший Холмс зашел первый, а Джон, выставив вперед волшебную палочку, ободряюще положил руку Гарри на плечо и двинулся следом. В команде с такими уверенными пятикурсниками Поттер чувствовал себя так, словно ему по плечу любое чудовище.       Втроём они медленно шли по длинному коридору, и, по мере их продвижения, на стене загорался факел. Казалось, они забыли, как дышать — напряжение росло с каждой секундой. Когда стало возможным рассмотреть всю комнату целиком, они увидели огромную каменную статую, изображающую старого бородатого колдуна. Кое-где камень был покрыт плесенью, а местами и вовсе разрушился. — Салазар Слизерин, — догадался Ватсон, замерев на месте. Однако Гарри указал на что-то черное у самого подножья монумента. — Это же Джинни, — тихо произнёс Поттер, после чего все трое ускорили шаг. Второкурсник присел рядом с бессознательной девочкой, касаясь её запястья. Джон опустился на колени с другой стороны и, произнеся заклинание, «просканировал» пострадавшую, проверяя её состояние. Шерлок в это время осматривал помещение, раздумывая над тем, откуда может прийти первая атака. — Жизненная энергия покидает её, — Ватсон сочувствующе покачал головой, прекрасно понимая, что в подобной ситуации студент просто бессилен. — Она не очнётся. — Троица вздрогнула от незнакомого голоса и повернулась на его источник. Перед ними стоял парень в школьной форме Хогвартса, примерно одного роста с юным детективом. «Слизеринец, — подумал Холмс, а мыслительный процесс в его голове всё ускорялся. — У него на груди значок старосты. Самозванец? Судя по причёске, он застрял годах в сороковых. Нет, не самозванец. Но и не призрак, так как выглядит весьма материально. Значит…» — Том? Том Реддл? — спросил Гарри, и от упоминания этого имени пятикурсник моментально напрягся, крепче сжав волшебную палочку в руке. Вот он — наследник Слизерина. Тот самый, кто открыл комнату пятьдесят лет назад. Но как? Сейчас он явно не может выглядеть как студент. Однако сам Реддл словно не замечал никого из присутствующих, кроме Поттера, с которым даже пытался вести беседу. — Ты что, призрак? — Гарри посмотрел на явно знакомого ему человека. — Воспоминание. Я полвека был заключён в дневнике. И это слово поставило всё в логической цепочке Шерлока на свои места. Разумеется. Разве всё могло сложиться иным образом? Тёмный волшебник, собирающийся устранить своего главного противника в самом детстве, пока тот ещё слишком слаб и неопытен. Второкурсник умолял воспоминание помочь ему, но Холмс знал, что это в планы коварного типа не входило. — Перестань уже тянуть время, Реддл! — в разговор вступил Джон, которого раздражали подобные игры с разумом. — Расскажи всё без этой показухи. — Джон, заткнись, — тихо прошипел Холмс, бросив на друга взволнованный взгляд. Ватсон непонимающе посмотрел на когтевранца. Том медленно повернулся к пятикурсникам, будто только что их заметил, но никак не прокомментировал присутствие лишних свидетелей. — Причина её состояния в том, что она открыла своё сердце одному невидимому незнакомцу, — проговорил слизеринец. — Я не понимаю… — произнёс Поттер, смотря то на Джинни, то на Реддла. — Он в дневнике, — вмешался Шерлок, подходя ближе и поднимая с пола небольшую книжечку в чёрной кожаной обложке, и повертел её в руках. — Я думал, вы проявите уважение и не помешаете нашему с Гарри разговору, — заметил Том и весьма холодно посмотрел на Холмса, однако тот проигнорировал его и продолжил рассказ. — Именно с помощью дневника он мог связываться с внешним миром. И вот, эта опасная вещь попала в руки маленькой девочке, которая ещё не знает всех угроз волшебного мира. — Реддл дёрнулся, чувствуя себя некомфортно из-за того, что не он ведёт в разговоре. — Два месяца он пудрил ей мозги. И вот, тридцать первого октября, пользуясь инструкциями своего невидимого друга, Джинни открыла Тайную комнату. Послание на стене было оставлено кровью убитых кур, на которых мы с Джоном наткнулись, когда возвращались из Запретного леса. — Упомянутый гриффиндорец нервно сглотнул, вспоминая ту ночь. — Сначала девочка не понимала, что творит: она натравливала Василиска на маглорождённых и писала угрозы на стенах. Но потом вдруг осознала, что именно дневник от неё хочет, и попыталась от него избавиться. — Смыть в туалете Плаксы Миртл… — прошептал Гарри, и тут же услышал одобрительное «Именно!» от Холмса. — Может, ты… — начал было Том, чьё раздражение было налицо; казалось, ещё одно слово, и он будет способен убивать одним только взглядом. Но Шерлок снова его перебил. — Нет, не может, — ответил когтевранец, а Джон тем временем с опаской смотрел на «воспоминание», готовясь в любой момент прикрыть своего особо разговорчивого друга. — И, какое счастье, дневник попал в руки самого Гарри Поттера! Он и был твоей целью. Мальчик доверчиво расспрашивал тебя о Тайной комнате, а ты рассказал ему всё ту же ложь, что и полвека назад: наследник Слизерина — Рубеус Хагрид. — Согласись, красиво, — нетерпеливо произнёс Том, медленно расхаживая взад-вперёд. — Недотёпа Хагрид, который не то, что защитить себя — палочку в руках дер… — Да уж, особым умом он не блистал,  — Шерлока начинало веселить происходящее; он с завидным хладнокровием наблюдал, как истинный наследник Слизерина приходит в ярость. — Разумеется, он был идеальным объектом для клеветы: не отмечался особыми способностями, был добродушным и главное — любил всех этих тварей. Но лишь министерские идиоты могли поверить в такую наглую ложь! — Но почему тогда умерла Миртл, а в этот раз обошлось без жертв? — Гарри обращался скорее к юному детективу, чем к Реддлу. — Потому что это не было его целью, — практически шёпотом ответил Шерлок, подходя ближе к Тому. — Да и Джинни была нужна ему сугубо в качестве источника энергии. На самом деле, он здесь для того, чтобы убить тебя, Поттер. В комнате повисла тишина. Все ждали продолжения, но когтевранец сложил руки на груди, показывая этим, что закончил. — Но кто ты? — подал голос Реддл, теперь уже с некоторым интересом рассматривая своего оппонента. — Неважно, кто я, — Холмс поднял голову. — Важно — кто ты. Пятикурсник провёл палочкой по воздуху, и из золотых искр начало собираться имя: Том Марволо Реддл. Один взмах — буквы переместились, образуя совсем иные слова, те, что внушали страх и ужас каждому волшебнику современности. — Рад знакомству, лорд Волдеморт, — всё так же спокойно сказал юный волшебник, осознавая, что воспоминание ещё не настолько сильно, чтобы что-либо ему сделать. Джон неверящим взглядом смотрел то на друга, то на Тома. У него не было никаких оснований сомневаться в том, что Шерлок прав, но он всё же не мог поверить, что этот симпатичный юноша — тот самый Тёмный лорд. Реддл пару секунд изучал когтевранца взглядом, а после громко рассмеялся. Холмс нахмурился, пытаясь найти ошибку в своих рассуждениях, но от такой необходимости его вскоре избавили: — Это ничего не меняет! — Том не мог перестать смеяться, буквально сгибаясь от хохота. Было в этом смехе что-то зловещее и сумасшедшее. — Кем бы ты ни был… Ты зря старался. Вдруг в комнате раздалась странная музыка: появился феникс Дамблдора, Фоукс, и бросил к ногам Гарри старую шляпу. И, пока Волдеморт насмехался над подобной помощью, Шерлок и Джон успели оттащить Джинни к стене. Пару раз Ватсон пытался спросить у своего друга, как он догадался и почему молчал, но младший Холмс лишь ответил: «Всё потом». Они едва успели заметить, как Том Реддл подошёл к огромной статуе. — Момент истины, — прошептал когтевранец и напал, жестом показав Ватсону сделать то же самое. Так они и оставили безоружного второкурсника посреди поля боя, хотя в этой схватке у них не было шанса, а Гарри всё ещё был в замешательстве. Пятикурсники оказались повержены за несколько минут; Реддл был силён, даже если не пользовался запрещёнными заклинаниями. — Сейчас он освободит чудовище, — едва слышно сказал Шерлок. Форма быстро промокла, и лежать на холодном полу становилось просто невыносимо. — Зажмурься, задержи дыхание и постарайся не двигаться. Тогда Василиск примет нас за трупов и не тронет. Парселтанг стал для них сигналом: оба уткнулись носом в пол, который тут же содрогнулся от многотонной туши, вылезающей из каменной статуи Слизерина. Дальнейшие несколько минут казались им самыми долгими в жизни: они улавливали каждое движение огромной змеи и надеялись на то, что следующий вдох не будет последним. Василиск полз вперёд, и пятикурсники прекрасно знали, кто его цель. Конец всему положил крик Фоукса, а также слова Тома: — …поверни голову и учуешь! И в этот момент Шерлок поднялся на ноги и направил палочку на Реддла: — Экспеллиармус! Однако «воспоминание», всё ещё держащее палочку Гарри, успело среагировать: Холмса подбросило в воздух, и тот отключился, скорее от силы удара об пол, чем от самого заклинания. — Мерлинова борода! — выдохнул Джон и подбежал к другу, проверяя пульс. — Сколько раз тебе говорил: не лезь на рожон! Гриффиндорец хотел уделить всё внимание Шерлоку и привести его в чувство, но не смог оторвать взгляд от Гарри, которого огромный ослепший змей буквально прижал к стене. Вскочив на ноги, Джон кинулся к шляпе, схватил её и изо всех сил запустил в сторону второкурсника. Она упала в нескольких метрах от цели, и Поттер тут же метнулся к ней, извлекая меч. Тем временем младший Холмс тихо замычал, приходя в себя. Он перевернулся набок и, прижав ладонь к ушибленному затылку, с трудом раскрыл глаза. Услышав это, Ватсон вернулся к другу, обеспокоенно осматривая. Гарри уже вовсю боролся с Василиском: сжав рукоять меча, он двинулся вперёд, когда тварь раскрыла свою пасть. В ту же секунду комната сотряслась от громкого звука: никто даже представить не мог, что змея способна так биться в предсмертной агонии. Василиск упал на землю, а второкурсник отступил к стене. Не нужно было присматриваться, чтобы понять: он тяжело ранен. Но в тот момент, когда Поттер обессиленно осел на пол, к нему спикировал Фоукс. Птица склонилась над раной и своими слезами залечила травму, отчего Реддл пришел в истинную ярость. — Уничтожь… дневник, — произнёс Шерлок, с трудом приподнимаясь. — Ну же, Поттер, уничтожь чёртов дневник! И Гарри, повинуясь когтевранцу, схватил длинный клык, который до этого выдернул из собственного плеча, и вонзил в обложку книги. Мираж юного Волдеморта сохранил на своём лице смесь гнева и испуга, а после разорвался, с криком рассыпаясь на мелкие частицы. Джинни тут же шевельнулась, довольно быстро приходя в себя: через минуту она вовсю оправдывалась перед Поттером. — Всё кончено, — с улыбкой констатировал Джон, протягивая другу руку и помогая подняться на ноги. — Ты прав, — обессиленно согласился Шерлок и нетвёрдой походкой двинулся к младшекурсникам.       Когда студенты более-менее пришли в себя после такой встряски, они поспешили убраться из комнаты. Рон за это время уже отгрёб из завала несколько булыжников, но этого было вполне достаточно, чтобы все четверо смогли пролезть. — Джинни! Гарри! — Уизли бросился к своим, осматривая их счастливым взглядом. — Хвала небесам! Из камней в паре метров от завала с потрёпанным видом вылез Локхарт, пытаясь выяснить, что произошло. Шерлок таким раскладом остался доволен и даже не стал рассказывать преподавателю, у которого напрочь отшибло память, что он какой-нибудь беспризорник, который обожает танцевать голым перед публикой, а на собранные деньги скупает все книги некого Гилдероя Локхарта и сжигает их. — Боюсь, это не последняя ваша встреча. Вряд ли его вылечат до тех пор, пока ты не станешь колдомедиком, — с улыбкой сказал когтевранец, осматривая обнимающихся гриффиндорцев и растерянного преподавателя ЗОТИ. Теперь уже, несомненно, бывшего преподавателя.