Люби меня. Это приказ

Поздно вечером Джоффри возвращался в свои покои. В тронном зале было очень шумно, у короля начала болеть голова. По этому он решил вернуться и как надо выспаться. Но тут он услышал где-то шаги и голоса. Они были ему очень знакомы, но он все так и не понял, кому они принадлежали. Джоффри остановился и прислушался.  -… ему придется жениться на этой девчонке Старк, хотя лучше бы на ее месте была бы Маргери, — сказал женский голос, который, скорее всего принадлежал его матери, Серсее. — Нам нужен союз с Тиррелами…  — Знаю, — ответил мужской голос.— Поэтому Маргери выйдет за Томмена.  — Томмен еще мальчик, — воскликнула королева. — Джоффри — наш первенец, он старше брата… Джоффри замер. Он старался думать, что плохо расслышал, но совершенно не был в этом уверен. С кем могла разговаривать его мать, когда назвала Джоффри «их первенцем»? Соответственно, этот человек был его отцом, но это невозможно. Роберт Баратеон умер уже довольно давно. Но голос принадлежал даже не Роберту. Джоффри тихо и осторожно выглянул из-за стены и увидел спину матери, а перед ней… Джоффри остолбенел. Там стоял Джейме Ланнистер, его дядя, близнец Серсеи. Хотя король уже не был уверен, что это его дядя. Королева явно сейчас разговаривала с ним, так как кроме них там больше никого не было. Она назвала Джоффри «их первенцем». Их с Джейме?! Остатка разговора он не расслышал, он был слишком занят мыслями. Но слышать продолжения было и не нужно. Прямо на глазах Джоффри, Джейме наклонился к королеве и поцеловал ее. Но не как брат сестру, нежно, в щеку, а как муж жену, любовник любовницу, страстно, в губы. Джоффри побледнел и не издавал не звука. Он просто стоял и смотрел, как они целуются. Брат с сестрой, близнецы. Джоффри хотелось кричать, драться, ломать все вокруг, но он стоял не подвижно и просто смотрел на них. Джейме и Серсея явно не замечали его, поэтому продолжали страстно целоваться. Королю даже показалось, как дядя начинает снимать с Серсеи платье, но королева его остановила, сказав, что их могут увидеть. Джоффри снова спрятался за стену и глядел в пустоту. Он тяжело, но одновременно беззвучно дышал. Юноша сам себе закрыл рот рукой, чтобы не закричать. Джоффри прислонился спиной к стенке и съехал по ней вниз, не заботясь о том, что его красивый костюм испачкается. Где-то в далеке еще звучали голоса Джейме и Серсеи, но их было сложно различить. Только что увиденное все еще всплывало у него перед глазами. Их поцелуй… Джоффри лихорадочно соображал. Если они любят друг друга как любовники, то, соответственно, они не только целуются, но и, по крайней мере, переспали хоть раз. От одной мысли об этом внутри Джоффри все похолодело и сердце бешенно заколотилось. И тут все стало на свои места. Если Джейме и Серсея спали вместе, у них должны были родиться дети. И, исходя этого факта, что Джоффри — их первенец, Томмен и Мирцелла, его младшие брат с сестрой, тоже их дети. Пока Роберт был жив, они выдавали троих за детей короля. Но это значит, что в Джоффри не течет королевская кровь. Это значит, что у Роберта нет законных наследников. И это значит, что все его бастрарды — Джендри и остальные — не то что родные, но даже не «сводные» его братья. Интересно, а Томмен с Мирцеллой знают? Если нет, то Джоффри будет сложно им это объяснить. Если да, то почему они об этом не рассказали? Хотя бы ему, Джоффри? Вдруг король вспомнил Эддарда Старка. И его слова. И его дочь Сансу. И ее слова. «… У Джоффри нет прав на престол…» «… Когда-нибудь ты поймешь, почему у тебя нет прав на Железный Трон…» Да. У него не было прав на престол. Он наконец-то понял почему. Он — бастард. Незаконнорожденный. Плод инцеста Серсеи и ее родного брата-близнеца Джейме. Всю жизнь Джоффри утверждали, что он будущий король, сын Роберта Баратеона и наследник Железного Трона. Но это было далеко не так. У него не было ни единого права на престол. Станнис — законный король. Средний сын из семьи Баратеонов… Но вообще-то Джоффри догадывался, что его отец — его дядя. Он часто замечал, как Джейме смотрит на Серсею, и как она смотрит на него. К тому же, Станнис не просто так утверждал, что Джоффри, Томмен и Марцелла — дети Джейме и Серсеи. Раньше Джоффри думал, что Станнис врет, дабы свергнуть его и заполучить Трон самому. Но теперь он понял, что дядя прав. То есть нет, Станниса уже нельзя назвать его дядей, ведь Роберт — не отец Джоффри. Юноша еще долго сидел у стенки, не заботясь о том, что его кто-то может увидеть. Место короля — на Железном Троне, а не на полу. Прошло очень много времени, а Джоффри так и не встал. Он глядел в пустоту думая, как поступить. Если он расскажет всем, что его отец — Джейме, то он больше не будет королем. Поэтому ему придется молчать. Что довольно сложно.  — Что случилось, ваша Милость? Джоффри медленно поднял голову. Над ним стояла Санса Старк, испуганно всматриваясь в него. Интересно, о чем она сейчас думает? Как он вообще тут оказался и что делал. Да, сидящий на полу король — выглядит довольно странно.  — Я могу вам чем-нибудь, помочь, Ваша Милость?  — Нет, — хрипло ответил Джоффри, с трудом смотря девушке в глаза. — Никто мне уже не поможет.  — А что случилось, Ваша Милость? Джоффри ответил не сразу. Он еще раз сглотнул и глубоко вздохнув, с ответил:  — Ничего особенного… просто узнал кое-что.  — Что именно, ваша Милость? Санса присела рядом с королем.  — Я узнал… — Джоффри помедлил, подбирая слова. — Точнее, я понял, что убил твоего отца не за что. Он был прав, но я не знал этого. У меня и вправду нет прав на престол. Санса замерла и опустила глаза. Джоффри понял — она знала, что он имеет в виду. Прекрасно знала.  — Ты понимаешь, о чем я?  — Понимаю, Ваша Милость… Нависла молчание, каждый думал о своем. Прошло несколько минут, прежде чем Джоффри встал. После приподнялась и Санса.  — Ты не станешь королевой, если выйдешь за меня, Санса, — проговорил Джоффри, скорее размышляя вслух, нежели обращаясь к девушке. — Или станешь, но незаконной.  — Можно держать это втайне, ваша Милость, — тихо предложила Санса. По ее голосу можно было понять, что она не рвалась становится королевой, она просто хотела угодить будущему мужу.— Можно скрывать это так, как скрывали это Серсея с Джейме.  — Значит, у них не получилось скрывать это вечно, — раздраженно и одновременно печально сказал король. — Ведь я узнал. А до меня узнал и твой отец. И Джон Арсен до него. Значит, может узнать кто-то еще.  — Но, ваша Милость…  — Если я расскажу всем правду, — продолжал Джоффри, не слушая Старк. — То перестану быть королем и буду унижен перед городом. А скрывать это всегда у меня не получиться…  — Поживем — увидим, ваша Милость, — утешающе сказала Санса.  — Как я велел тебе меня называть? — громко и резко спросил Джоффри, глядя на нее сверху вниз. Санса поежилась и втянула голову в плечи.  — Джоффри, — дрожащим голосом ответила пташка. — Вы велели мне называть вас по имени... Джоффри.  — А короля положено слушаться, Санса, — сказал юноша, делая акцент на последнем слове. Он тоже стал называть Сансу по имени, а не «леди Старк» или «миледи». Все таки так было проще и так должны называть друг друга будущее муж с женой.  — И если ты кому-либо расскажешь, о чем мы говорили, то я… Джоффри не договорил, он просто замер, а потом развернулся и направился в свои покои. Санса старалась выбросить из головы его последнюю фразу, и догадки о том, что он с ней зделает, если она проболтается. Она старалась об этом не думать, несмотря на то, что уже знала ответ. Девушка, вздохнув,  тоже направилась к себе. Когда Джоффри захлопнул дверь, он старался не сломать ее ручку. Ему хотелось крушить все, что он видит перед глазами,  хотелось приговорить Джейме к смерти, хотелось никогда больше не вставать в Железного Трона, и одновременно хотелось разрушить и его, и корону и Красный Замок и всю Королевскую Гавань… Его внимание отвлекло его собственное отражение в зеркале. Лицо красное, волосы взъерошены. Джоффри пригладил их и немного успокоился. Вроде теперь выглядит лучше. Но только снаружи он спокоен, а внутри началась еще одна война.