Курьер

Я в ловушке. Самой настоящей ловушке. На какое-то мгновение я была настроена на согласие. Горячие пальцы обжигали кожу и до боли хотелось, чтобы они двигались, не оставались на месте. Что я теряю в конце концов? Старк мне симпатичен и даже возбуждает, что тут уже скрывать. Это ведь будет просто секс. Чертовски приятный секс. Я не отличаюсь пуританскими взглядами на жизнь. Но одно дело парень, которого я в жизни больше не увижу, а другое дело — Старк. Мужчина смотрел на меня не отрываясь. От такого тёплого взгляда ноги подгибались как ватные. Его не напрягало моё замешательство, скорое забавляло. Наклонившись он прижался губами к моей скуле, опаляя кожу дыханием. Прошибает выстрелом насквозь. Что же я делаю такое? Стану ещё одной, которая побывала под Старком? И не просто дешёвкой. Я раздвину ноги за машину. Шалавский бартер. Губы скользят чуть выше к уху, шумно выдыхая в него и посылая толпу мурашек по телу. Меня накрыла паника, самая настоящая паника. Нет, нет, нет. Я не поведусь. Делаю первое, что приходит в голову. Ох, он мне этого точно не простит. Главное изловчиться и схватить свои вещи. С губ срывается то ли стон, то ли вздох. Нужно сделать хоть что-то, пока не поздно. -Помогите! — Мужчина вздрогнул и от неожиданности прикусил моё ухо. — Я знаю, что шикарен, но тише, детка.- Горячо шепчет возвращаясь к моему уху. — На помощь! — Сильная рука с талии резко перемещается вверх, закрывая мне рот. Снова. — Хочешь поиграть в насильника и жертву? Я только «за», но давай не здесь…- Тони не успел договорить, как шторка примерочной снова дёрнулась, запуская дополнительный свет и холодный воздух. За шторку держался охранник средних лет с недовольным лицом. Картина, которую он наблюдал, была довольно красочной. Хрупкая девушка, обнаженная, зажата в примерочной. Даже рука, зажимающая мне рот, сыграла свою роль. — А ну отпусти её, а то я отстрелю тебе яйца! — Голос охранника был охрипшим от длительного курения, а глаза метали молнии. Старк оцепенел от неожиданности, но отступил от меня на шаг. — Спокойно, — мужчина собрался с мыслями и примирительно поднял руки, — вы всё не так поняли. Мы знакомы и она не против. Скажи, Энди! В спешке натягиваю джинсы и выдавливаю из себя самый жалостливый вид, поднимая глаза на охранника. Да, мне однозначно повезло, что прибежал охранник, а не девочка-продавец. И если судить о том, как он хмурится, рассматривая ссадины на мне. — Да, мистер. — Боязливо кошусь на Старка, играя роль жертвы. — Всё в порядке. Не вызывайте полицию. Охранник положил ладонь на грудь Железного Человека, отодвигая мужчину и кивая мне на выход. — Иди, милая. А я с твоим другом потолкую. — Спасибо большое, мистер. Большое! — Прижимаю к груди рюкзак и выбегаю из примерочной. Отбежав на приличное расстояние, оборачиваюсь к злому Тони, которого отчитывал охранник. Мужчина был готов убить меня. Счастливо улыбаюсь и подношу к губам средний палец правой руки. Целую палец и машу мужчине этой же рукой. Он убьет меня, безусловно. Монотонно помешиваю ложкой суп, чтобы плавленый сыр быстрее растворился. Даже сквозь музыку, раздающеюся из динамиков ноутбука, я услышала, как захлопывается окно в спальне. Закатываю глаза и выключаю конфорку. Уже поздно, давно за полночь, но на музыку никто из соседей бы не жаловался. Мне повезло, что месяц назад я совершенно случайно встретила Мэй на улице. Последнее время я её избегала. Было отчего-то неловко смотреть в глаза этой женщине. Она ждала от меня что-то, что я не могла ей дать и это угнетало. Мэй ходит на йогу с моим новым арендодателем. И поэтому об освободившейся маленькой квартирке она сразу мне сообщила. Въехала я на следующий день, что было ей на руку, ведь я жила всего через два дома от неё. Наливаю суп в тарелку и ставлю её на маленький стол у стены. Питер, уже переодетый в домашнее, так сказать, кивнул мне и сразу же сел за стол. Мальчишка выглядел уставшим, но вполне удовлетворённым. Питер разрывался между «практикой», друзьями, девушкой и успокоением своей тёти. Чтобы хоть как-то отдохнуть, он заваливался ко мне. Могу с уверенностью сказать, что он жил у меня. Даже в небольшом шкафу, он занимал столько же места, как и я. Это то и играло тёте на руку. Даже сбегая, Питер был у неё под рукой. — Ты же знаешь, что я не люблю врать Мэй. — Парень поднял на меня глаза, ожидая продолжение. — Она звонила несколько часов назад и спрашивала, у меня ли ты ночуешь. Она беспокоится. — Она всегда беспокоится. — Бурчит парень и встаёт к холодильнику. Прямо с горлышка он пьет молоко и возвращается к тарелке супа. Очень странные гастрономические предпочтения у паренька, что поделать. — Потому что любит, это нормально. — Но ты меня так не опекаешь, как она. — Я впускаю тебя в свою квартиру, кормлю, стираю. Иногда у меня чувство, что я успела выйти за тебя замуж. — А ты была бы против? — Паркер поиграл бровями, послал воздушный поцелуй и отправился мыть за собой посуду. Растянутые спортивные штаны смешно топорщились, придавая парню какого-то особого шарма. Мне жаль, что я люблю Питера, но так и не влюбилась. — Да, ты ведь храпишь по ночам. Не выдержала бы такой пытки до конца жизни. — Смеюсь уворачиваясь от губки, которая полетела в меня. — Я спать, а ты убери на кухне. И ничего не хочу слышать про усталость. Опускаю крышку ноутбуку и уворачиваясь от нового снаряда — полотенца, выбегаю с кухни. Раскладываю диван и застилаю его на двоих. Единственная радость в этой махонькой квартире — диван, который превращается в большую кровать. Нет, мне нравилась моя квартира. Пусть она и была захламлена вещами попросту из-за нехватки места. Но это была моя квартира! Не слишком большие достижения в мои года, но даже им я была рада. Меня повысили с курьера до менеджера и теперь я отвечала за всю бумажную работу. На удивление, мне это понравилось и я могла себе позволить эту маленькую квартирку. На кухне выключается свет и Питер появляется в спальне, которая была также гостиной и спальней для гостей. Парень поставил на зарядку телефон и маленькую коробочку, и нырнул под своё одеяло. Первые две ночёвки Питер добросовестно спал на полу, но после перебрался ко мне под бок. Единственное, что мы не делили — одеяло и подушку. У каждого это было своё. Нужно пригрозить, что счёт за электроэнергию я ему подарю. — Так где ты был? Парень молчал, но завозился слева от меня. — Был у Мишель. Дома. — Перед последним словом он закашлялся из-за смущения. Так, а вот это уже интересно. Поворачиваюсь на бок, зажав одеяло меж ног и подперев голову рукой, жду продолжения, но парень упорно молчал. -И? Мне из тебя плоскогубцами нужно всё вытягивать? — А ты не хочешь помолчать и заснуть? — Мне было достаточно и света фонаря, чтобы заметить, как покраснел паучок. — Что-то мне подсказывает, что ты уже должен знать, что девушки не любят молчать в постели. — Последние слова были неразборчивыми из-за моего смеха, но Питер их прекрасно понял и зарычав накрылся одеялом с головой. Ребёнок, честное слово! Я потянулась к краю его защиты и попыталась стащить одеяло, но он не дался. Ладно, я не гордая. Приподнимаю край его одеяла в районе живота и манёвренно проникаю холодной рукой под футболку. Питер начинает хохотать и извиваться как змея. Да, Питер Паркер, я знаю твою Ахиллесову Пяту. Он постоянно пытался убрать мою руку, но ему мешал его же смех. Когда к первой руке прибавилась вторая рука, кровать уже начала скрипеть от извиваний парня. Но не смотря на природную грацию, парень потерпел фиаско и с грохотом упал на пол, запутавшись в своём же одеяле. Всё также смеясь подвигаюсь к краю, свешивая с него лишь голову. Прямо подо мной улыбчивое и донельзя довольное лицо Паркера. — Ну что, Казанова, ты покорил эту вершину? — Я не буду с тобой это обсуждать, это личное. — Приехали.- Обиженно надуваю губы. — А с каких пор у нас появилось разделение на личное? — Просто… Мне стыдно это обсуждать. — Улыбка сошла с лица парня, а мне так хотелось вернуть её. — Я зашивала твои трусы, а ты покупал мне прокладки. Мы с тобой ближе некуда. — Тогда расскажи, что у тебя с мистером Старком? Теперь улыбка сошла с моего лица. Я, мягко говоря, не жаловала эту тему. Но желание узнать было сильнее. Скрепя сердцем я готова не соврать. — Мы лишь несколько раз поцеловались и изредка обмениваемся грязью. Ничего особенного. Твоя очередь. — Она слишком громко стонет и немного, как бы сказать, напориста. Ну, в основном, она всё сделала сама. — Паркер смущался и отводил глаза. Хотелось его обнять и расцеловать! Мой мальчик стал мужчиной! — Чувствую своим долгом подарить тебе сигару с надписью «мужчина»! — Поэтому я и не хотел говорить тебе. У тебя точно ничего не было со Старком? Я думал, что он тебе нравится… И что с ним делать? Не врать же. Друзья не врут. А часто ли у нас ещё будут такие вот разговоры, когда нас будут разделять часы пути. — Нравится. Но мы слишком разные. Ему нужно лишь то, что ты получил несколько часов назад. Может не будем это обсуждать? -Это он может получить и без тебя. Под центром ошивается много девиц готовых на всё. А про тебя он постоянно спрашивает. Ну ладно, — он замешкался под моим взглядом, — часто спрашивает. Как бы между прочим. — В тебе говорит наивность, милый. Я поверю в Старка, только если он принесёт мне… ну не знаю… букет подсолнухов. Отодвигаюсь на своё место, освобождая место для парня. Тот ложиться на бок, на против моих глаз. Что было со мной, если бы мы не познакомились? Что было бы с ним? Может он не набрёл бы на Старка, а я бы и дальше путалась в случайных связях и алкоголе. Хотя, причём тут я, Питер бы всё равно стал паучком. Просто остался бы рохлей. — Я рад, что Нэд тогда уговорил меня заказать пиццу и мы познакомились. — Я что, произнесла свои мысли в слух? Вроде бы нет. Возможно ли такое, что наши мысли сошлись в этот момент? -Я рада, что твой друг не знаком с правильным питанием. Питер протянул мне кулак с оттопыренным мизинцем. Мы разве ссорились? — Друзья навек? — Он настолько мило улыбался, что на глаза едва не набежали слезы. — Друзья навек! — Скрещиваю свой мизинец с его. — А феничку мне свяжешь? Как первоклассницы? Паучок фыркнул и упал на спину, разрывая контакт. Я повторила за ним, но уже со смехом. — Умеешь же ты испортить момент! Ещё несколько минут я лежала со счастливой улыбкой на губах и вслушиваясь в дыхание Питера, пока не решилась на самые важные слова, в надежде, что Питер спит. — Я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю. — Сонно ответил мне в ответ. Утром меня встретила пустая кровать и приятная прохлада. Паркер уже наверняка на практике и напоследок открыл окно. Не знаю, как назвать мои ощущения. Умиротворение? Потягиваюсь и встаю к окну, смотря себе под ноги. На полу валяются маленький и не очень травинки. Наклоняюсь к ним, чтобы проверить находку. Да, самая обычная трава. Как по волшебству поднимаю голову к окну и вскрикиваю подпрыгнув. Десятки подсолнухов лежали на подоконнике свесив свои жёлтые головы. Откуда? Догадка поражает не меньше, чем подарок. Вот же маленький предатель! Вытягиваю он цветок, пробегаясь пальцами по жёлтым лепесткам и вниз по стеблю. Он был не аккуратно срезанным, как в цветочной лавке, а сорванным. Как и все подсолнухи. Он сам сорвал их? Под всеми цветами лежала маленькая записка написанная на обрывке картона, в который мы складываем пиццу. Неровным почерком написано лишь одно слово: «Поверь».